Альтея: Полое Солнце

Девушка была шокирована тем, что ей рассказал Эрик. Линнабарт вышиб своим рассказом всю землю из-под ног аристократки… Если её всё ещё можно было так называть. «Да кто же я вообще?», — крутилось у велларийки в голове. Она даже на дорогу не глядела — лишь на свой лазурный фамильный кристалл. Лирия свернула за Староместким кладбищем. Прошагала, опустив голову, мимо больницы. Та окончательно захирела от конкуренции с целителями Пятой Академии. Пересекла малый рынок, название которого не помнили даже местные, и углубилась в арки и тесные закоулки. Воняло там, словно в Терруновом царстве, но велларийка этого не замечала. «Он встал предо мной на коленях, — поражалась тем временем велларийка случившемуся. — Сказал, что встанут и другие». Не заметила она и старого пепелища дома Права, в котором заживо сожгли серокожую семью юриста. Миновала девушка, не подняв взгляда, и дворик, где некогда от потрясающего умы студентов велларийского мраморного исполина, ныне остались лишь выщербленные крестьянами ноги. Лирия не отрывалась от созерцания лазурного сияния в своих руках. Мостовая перед трактиром встретила её каким-то угрюмым бакланом удумавшем обозвать Лирию колким словечком. Но и это она пропустила меж ушей. Улица расцвела запахом пекарных изделий! Во вновь открытых пекарских лавочках, на прилавках золотились, сияли и благоухали знаменитые ларионские выпечки. Всего за пару кваллий, за что в былые времена при Кельтине мистерианский раб сам был бы готов испечь тебе пирог, Лирия приобрела булку. Булки, которые здесь величали трдельниками, имели чересчур уж эротичную форму. Ваганты стали бы воспевать о красоте материнского лона, но девушка лишь рассеяно двинулась вперед. Шла дальше, попеременно то кусая трдло, то аки загипнотизированная всматриваясь в фамильную подвеску. «Почему мой отец скрывал это от меня?! — пальцы Лирии впились в грани кристалла. — Почему я узнаю это от незнакомца теперь, когда я, ко всему прочему, ещё и феникс-монарх?! Чтобы это не значило…». Добравшись до района Маркового моста девушка окончательно ушла в себя: «Aequo animo», — подумала велларийка, прежде чем воссоединиться со спутниками. В хлев Лирия вошла с лицом весьма малозначительным — физиономия виляла от глубокой задумчивости до нервозной мины. Миллард даже не взглянул на спутницу: слишком уж был увлечен промасливанием меча. Себастьян, виртуозно управляясь кинжалом при нарезке колбасы, поинтересовался о причинах утренней пропажи девушки. За что был несправедливо обруган и трижды проклят недостойной чернью. Атмосфера утром не задалась. Южанин не сдавался и, при виде сверкнувшего в руке Лирии янтаря, осклабился: — Это чаго у тебя там? Телесим! Недурная вещичка, — вор свистнул, — стоит как пара коней. Небось подворовываешь, а? Могу дать пару уроков! Лирия взглянула на него с убийственным презрением, походило на то, что за своё предположение Себастьян получит по зубам. Но она оставила мистерианца без внимания. Голубые грани блестели при прикосновении. — Карманные воришки кончают у позорного столба. Как всегда сморозил очевидное Джон. Девушка упрятала телесим в припрятанную на сенях новенькую дорожную сумку: — Это подарок от моего нового знакомого, — заворчала она. — И кто же он? — не отставал от неё южанин. — Для начала, хорошенько было бы определиться с тем, кто мы! — вспылила Лирия. Себастьян пожал плечами. — А что это изменит? От этого вопроса по спине девушки пробежались мурашки. «А не слишком ли поздно? — она сжала кристалл в руке. — Нет, старик явно хотел, чтобы я узнала правду о своей семье именно сейчас». — Эйе, раз уж я в действительности феникс-монарх, — продолжал Скитлер с улыбкой на лице, — то моё королевское величество, пожалуй, откажется от каких-либо действий. Искать Отступника, лезть с маньяком в логове каких-то чокнутый гильдейцев? И всё это под россказни об ужасных жар-птицах на Игнисе? Я уж лучше тут окочурюсь с кружкой пива в руке… Миллард откинул в сторону меч. Встал, словно ужаленный. — Мы отправимся к моим знакомым, — серьёзно заявил он. — Найдём лучших из лучших… разбирающихся во всей этой херне! Доложим обо всём куда нужно. Я сделаю так, чтобы оно дошло до всех. Подниму на уши всю Империю. Альтею, если потребуется! — Да-да, — сухо ответила Лирия, — труби погромче. Так, фанатикам-стрижам будет легче нас найти, а что фениксы? Про них и говорить нечего… — У нас будет охрана, — парировал Джон. — Лучшая во всей Тее. Мы отправимся в Иллариот. По хлеву раздались громкие аплодисменты Себастьяна: — Звучит здорово, здоровяк! Если меня там не вздернут на рее. Вот токо порталы всё ещё не запустили! Девушка скрипнула зубами: «Экак у Норриса всё схвачено». — Мы ничего не знаем, ничего! Окромя тех бредней Норриса, которые и подтвердить-то покамест некому! — она вздохнула, успокоившись, а затем спросила: — Значит, Отступник? — Отступник, — хрипло ответил Джон. — Тогда собирайтесь, — велларийка воспрянула духом, — будем обгладывать ту кость, которую нам подкинул беловолосый!

***

Троица выступила. Правда конечная цель их вылазки была всё также не ясна. Куда можно податься, дабы поймать неуловимого маньяка? Лирия продолжала кукситься. — К чему такая хмурость, а? Рождается философ? , — ехидничал над ней Скитлер. Его слова заглушались мерцанием, лунной синевой кристалла. Миллард подал голос: — Вчерашний профессор из Академии намеревался поймать Отступника. — Тот типус желал выловить его для стражи, — возразил Себастьян. — К тому же он намеревался использовать нас как своих рабов, — буркнула Лирия. Землянин вздохнул, остановился. Джон потупил взглядом телегу городской дружины. Стражники развешивали плакаты о пропавшем принце Милоше. — Если ты, панночка, не хочешь подстраиваться ни под чьи интересы, — разразился речью Миллард, — то для установления контакта с Отступником нам требуется: создать сеть информаторов среди секты игнибатцев, тщательно исследовать места преступлений и ежедневно наблюдать за городом. Мечник умолк. Возражений не последовало, единогласно решили отправиться к Пятой Академии в поисках профессора. Когда вышли к портальной площади, Игнис уже был в зените. Пешие путешествия по городскому исполину выматывали. Однако вскоре показался район, огромный, окруженный стенами, утыканный башнями с островерхими блестящими крышами. Город в городе! Пятая академия! Университетские ворота нависли над девушкой. В этот момент она поняла — имя профессора смешалось в её голове в бездумную кашу. — Кто-нибудь помнит его инициалы? Миллард лишь отмахнулся. Землянин показал вооруженным до зубов стражникам свои бювары, которые Лирия уже не раз замечала в подобных махинациях. После демонстрации загадочных бумаг Джона, их без вопросов пропустили! Однако девушку волновали куда более насущные вопросы: «К чему такая охрана для студентов?». Ответ напрашивался сам собой — стражники наоборот защищали город от юных светочей науки. Жёлтые лилиевидные кресты расцветали на флагштоках — символ Пятой Академии. За их воротами Лирию встретил иной мир. Пространство учебного заведения ничем не походило на кварталы городской застройки: здесь не курсировали кареты, не месили грязь телеги, а для конных были сведены отдельные дороги. Квартал жил за счет жаков, преподавателей, именитых целителей и исследователей. Троица продиралась меж потоков студентов, что мигрировали меж зданий от звонка до звонка, сливаясь в своих серо-зелёных робах в единую массу, безудержный поток. Вот по ступеням полетел отлупленный розгами неуч. Вот из-за угла судари в палаческих балахонах покатили труп в лекторий. «На вскрытие, — догадывалась Лирия, — которые запрещены словом мистерианской церкви». На трибуне прохожим вещал речь очередной синегубый, призывая закупать лекарства у его кафедры, дескать, и оспины залечит и от поноса спасет. Целители напоминали велларийке переодетых вахинских купцов. Мистерианцы лились меж ажурных оград по посыпанным гравием тропам. Профессора с важным видом дискутировали на скамеечках, газонах и клумбах. Самые юные ученики, втайне скрываясь в подворотнях, играли в догонялки, а уже возмужавшие бакалавры глазели на соблазнительные зады студенток. К ним присоединился и Себастьян. — Где эта Террунова кафедра?! — растормошила южанина девушка. — Я лишь неотесанный чурбан, как вы выражались, м`леди, — вельможно взмахнул шляпой вор. — В университетах не бывал, грамоте не обучен!

***

Миллард вёл группу к кафедре профессора по старой памяти. Пятая Академия сильно изменилась со времён мятежа короля Стефана. Тогда студенты сновали по оборудованным под госпитали развалинам лекториев, помогая раненым. Когда же кто-то из раненых испускал дух, вокруг его трупа студенты крутились с новой силой. Джон украдкой оглянулся. Изменилось многое, в частности цирюльня, у которой остановились два типа, следовавшие за ними от самой таверны. Преследователи прикидывались, будто их заинтересовали цены цирюльничьих услуг. Землянин не дал себя обмануть. Двигались дальше, велларийка опять начала демагогию о мистерианском шовинизме. «Девка держится за свой кристалл дольше обычного. Сегодня с ней что-то не так», — отметил Миллард. Впрочем, в последнее время то же самое можно было сказать обо всех аспектах его жизни. Он вновь оглянулся. Пара соглядатаев так и не отправились в цирюльню, несмотря на наигранное желание. Теперь они стояли у лавки паренька, сбывавшего мазь то ли от облысения, то ли для роста волос. Паренёк из штанов выпрыгивал лишь бы расхвалить свой товар. Джон знал, что юнец старался напрасно. Преследователи спутников использовали его лишь как прикрытие.

***

— Эй, верзила, — поравнялся с землянином Скитлер. — Тебе не кажется, что мы заплутали? — Нет. Косноязычный ответ мечника было легко оспорить, ведь полные жизни проулки сменились одинокими закоулками. Лишь изредка обок пробегал запозднившийся студент или дворовая собака. Из зашторенных окон доносились обрывки лекций, дебатов и пустой болтовни, а вместе с ней и тягучий запах шалфея с серой. Лирия брела по переулкам, но из головы у неё не выходил образ сияющего кристалла. Её долг, честь и предназначение. «В этой цитадели варварских методов лечения мелькают не только мистерианцы, — заметила девушка. — Отовсюду бродят редкие вахинцы, кое-где на подхвате ашкаринки, а судя по жердям у кафедр, порой сюда наведываются и драконы». Но нигде не было следов велларийцев. «Это к лучшему! Незачем народу Луны менять вековую школу лунных клириков на дешевое мистерианское исцеление». Всё чаще мелькали покрытые мхом фасады, исписанные бранью стены и места, где студенты явно предавались вещам слабо связанным с наукой. Лирия брела по прогнившему мостку, когда увидела за ним дворик с ютившейся в нём компанией разгильдяев. Напитки в их руках были не целебными эликсирами, а обычным пивом. Среди разгульных студентов был и тот щипокур, посмевший схватить велларийку в таверне прошлым утром. — Братья, сыны Аркановы! — горланил он. — Уже, пожалте, как приближается тот день, калы усе мы, почетные ученики кафедры Стихийного Исцеления будем вольно практиковаться до самых осенних нон! А это ipso facto, — сорванец посмел цитировать велларийский, — сталбыть гуляниям! Дальше ларионцы ударились в пляс: ​

Радость, радость велия!

День настал веселия:

Песнями и пляскою

Встретим залихватскою

День освобождения

От цепей учения!

Школяры, мы яростно

Славим праздник…

​ Лирия не смогла сдержать в себе желания прервать веселье варваров. Запустила в певуна первый попавшийся под руку горшок! Поспешив скрыться, велларийка не могла заметить, как к пареньку подошел неизвестный в капюшоне, смахивавший на ворона, с острым выпирающим подбородком.

***

Черепица на крыше осыпалась под ногами сотника. Чугунные парапеты давно заржавели, редкие башенки здания были далеко, а идея хвататься за ненадежные шпили и флюгеры сотнику вовсе не нравились. Дракон же чувствовала себя идеально — сметая черепицу хвостом за собой. — Это обязательно?! — крикнул Ривс. — Отсюда их видно лучше всего, — прорычала Изформуэль, указав хвостом на мощенный переулок. — Вон там, у спуска на цоколь, вход в их логово, видишь? Эстен боязливо взглянул вниз. Командовать сотней, сражаться на мечах и служить имперской гвардии были ещё удобоваримыми страхами для калебца. Но вот умереть, переломав себе кости на мостовой Андершилда не входило в его карьерные планы. — Ничего не вижу, — признался Ривс. — Подождём, пока кто-нибудь из них выйдет. Офицер со скуки принялся перекладывать сбитую доселе черепицу. — Могу я поинтересоваться, — решил разбавить молчание офицер, — для чего вы здесь? — Показываю тебе гильдейцев-архиваторов. — Я имею ввиду Мистериум, сеньора. Дракон в ответ лишь прошипела, как змея. — Мне посчастливилось родиться и вырасти в нашей великой Империи, — прорычала библиотекарша. — Я холодна к моему народу, пускай лучше мною правят императоры прямоходящих, нежели закрытая шайка переживших взрыв Визулия драконов-шовинистов. Здесь, в метрополии, всем плевать какой ты расы! — Да уж, это точно, — отморозился Эстен. — Но почему… — Ты хотел спросить: Почему библиотека? По твоему, все библиотекари должны быть собирающими пылинки немощами? Истинному собирателю знаний нужна ловкость и прыткость, дабы добывать настоящие сокровища прошлого! Вон они, смотри! Со стороны цокольного этажа поднималось пару джентльменов во фраках и войлочных шапочках. На мостовой они словили кэб и умчались прочь. — Как по мне, так обычные сеньоры, — пожал плечами Ривс. — А ты ожидал темных балахонов и угрожающих остроконечных шляп? Они маскируются, всякий раз, прежде чем покинуть свои гнезда. Единственное, что их отличает у тебя в руке, — Изформуэль продела хвостом браслет. — Эта гильдия… Впервые я столкнулась с ней, когда искала знания о кое-какой драконихе. Очень древней драконихе, видавшей последнего Кельтина… — Я осведомлен об истории Лиры, — поторопил её офицер. — Не перебивай меня! — шикнула дракон. — Все следы пропавших знаний вели к ним, в этот самый подвал — бездну для всех древних фолиантов! Сперва думала, мол, это некое тайное крыло Лиги Археологов и я, встряв в их дела, попаду в немилость у Её Величества. На деле, первые упоминания этих каменщиков начинаются аж с конца второй эры. Тогда в Иллариоте существовало множество орденов крупных аристократов коллекционирующих древние артефакты. — Имеет смысл, — кивнул офицер, — тогда ещё не было законов изымающих артефакты во владение Империи. — Был среди них один, Де Хан. Крупный канцелярист из Исталеба, державший при себе мануфактуру — артель строителей-каменщиков. Аристократ этот сгинул где-то в океанах Арканиума во время семейного круиза, как написано на его родовой могиле. Только вот гильдия его всё ещё действовала, и с поры его кончины начала нанимать самых видных светочей Мистериума — археологов, магов, даже одного в те времена известного художника малевавшего Игнис без продыху. Как думаешь, зачем каменщикам такой состав? Эстен пожал плечами. — Вот и тогдашняя власть так подумала, запустив расследование. Подними сейчас архивы — узнаешь, мол, эту шайку распустили. Только вот, — Изформуэль блеснула клыками, — это подделка. И чем больше я пыталась найти хоть что-либо, тем меньше зацепок меня окружало, а уж после следующего вознесенья все мои библиотечные коллеги и вовсе забыли о пропаже записей про Лиру. Мою память они, почему-то, оставили нетронутой. — Что же это получается, — ужаснулся цензус, — подпольная организация в самом сердце Империи, терроризирующая слуг Её Величества? Вы оповещали об этом Дворец?! Дракон мотнула мордой. — Я думала об этом. Однако, если им ничего не стоит подделывать о себе данные и манипулировать памятью, что им стоит одурманить Её Величество Катрину Вторую, спасительницу Империи? Я лишь обезопасила её! «Думаю, ты больше обезопасила себя, чем всесильную императрицу», — подумал Ривс, но говорить не стал. — Мне уже доводилось бывать в логове этих архиваторов-фанатиков, в Ларионе, — тихо прорычала библиотекарь. — Пришлось не сладко, да и знаний у них там немного, одни лишь безделушки… Но здесь! Тут должно быть зарыто настоящее сокровище! Эстен вздохнул: — Что толку, сеньора? Попасть вам туда всё равно не дадут. — Мне, — она взмахнула крыльями, — может и не дадут. Но ты! — Прошу прощения, сеньора?! — Ты прямоходящий. Выряди тебя в местный фрак, да навесь их браслет на виду — никто и не отличит. Только так ты сможешь ответить на свои вопросы. Сотника чуть не хватил удар. — Каррамба, это сумасшествие! Меня всего лишь волновало лёгкое любопытство… — Ах так, — в пасти черного дракона заискрились молнии, по её телу принялись скакать синие прожилки, — всего лишь любопытство?! Тогда, надеюсь, моя лекция утолила твою пытливость… Она принялась перебирать крыльями к концу крыши. — Погодите, сеньора, — окрикнул библиотекаршу калебец, — мы слетим отсюда? — Я слечу. С этими словами штормовой дракон взмахнула крыльями, оттолкнувшись с края здания Архива. Спустя пару мгновений вольного падения, дракон расправила перепонки, улетев восвояси. — Чудесно, — вздохнул Эстен. Похоже на сегодняшнюю встречу сотни он опоздает. «Хотя, говоря по правде, это уже давно не сотня, — он пригладил на своём мундире золотой значок цензуса, — тридцатка, а то и, учитывая рвение некоторых моих подопечных надолго теряться средь ночных улиц метрополии, вся двадцатка». Тут в его ушах раздался назойливый кристальный звон. Сотник схватился за телесим, проведя рукой по кристаллу: — Я вас слушаю! — Офицер Ривс? — раздался пробирающий до костей голос капитана Вильгельма. — Поступили приказы, вы нуждаетесь Империи. Было нелегко выбить время для вас в моём сегодняшнем графике. У меня по вашей милости, знаете ли, карман полегчал. Со мной поспорили на пять монет, что вы не дезертируете до конца недели. Сотник встал навытяжку, положив руку на сердце. Моментально отругав себя за тупость, он ответил в телесим: — Я всё ещё здесь, сеньор… — Где я могу найти вас для разговора с глазу на глаз? — У имперской библиотеки, — он едва не уточнил про крышу, — в какой день вам будет угодно встретиться? — Сегодня, желательно в сей же час.