Heyday

Этим теплым вечером юрист Кван неожиданно решил задержаться на работе. Неожиданно для Джиу. Неожиданно для Ким Джунга. Но очень ожидаемо для начальницы Яну. – Сон, ты все-таки решил попытаться? Я ни на секунду не поверю, что ты решил задержаться на работе просто так, — закрывая на ключ свой кабинет, спрашивает она мужчину. Тот, поворачиваясь на стуле, немного откидывается на спинку и, вытянув ногу, начинает крутить себя из стороны в сторону на пятке: – А что? Она дружелюбная, умная и очень симпатичная девочка. – Вот именно, — Яну открывает сумку, висящую на предплечье, — девочка. Для тебя она именно, что «девочка». У вас разница в двенадцать лет. Я не хочу конфликта и уважаю Джиу, потому что она достаточно умна, чтобы отказать тебе. Но, если бы я не была в ней уверена, я бы запретила тебе делать это, — наконец, найдя нужную ячейку и закинув туда связку, женщина поднимает на сидящего перед ней коллегу голову, — Это ненормально. Тебе нужна женщина твоего возраста. Джиу тебе просто ни к чему. Кван тихо смеется своим бархатным голосом: – Джиу будет замечательно смотреться в моем новом Мерседесе. А еще, она будет просто чудесно выглядеть, стоя рядом со мной на всех наших мероприятиях, и мило улыбаться всем нашим коллегам, опираясь на мое предплечье своей молодой девичьей ручкой. Яну в отвращении кривит губы и предпочитает не продолжать столь неприятный диалог, поэтому уходит, направляясь в сторону лифта. Но на выходе из основного зала она останавливается и, повернув голову, снова окликает Сона: – Я предупрежу девочку о том, какой ты человек. Пока ты заигрывал с девушками из других отделов или просто с посторонними персонами, меня это не очень волновало. Но тебе не следует делать это с человеком из нашей команды, — не дождавшись от него ответа, женщина удаляется, по пути доставая смартфон, чтобы позвонить девушке. Спустя пару гудков помощница поднимает трубку: – Госпожа Ким? Я нужна наверху? — тараторит она. – Нет, все порядке. Я хотела сказать, что мы с Джунгом ушли, и тебе я советую последовать нашему примеру. Сегодня решил задержаться Кван, так что ты можешь быть свободна. Задачи выполнены и поручений нет. Джиу на другом конце провода выдыхает, поворачивая взор в потолок, пытаясь вспомнить, действительно ли она может уйти или ей следует задержаться. Поняв, что она и правда выполнила на сегодня всё, девушка говорит: – Спасибо, госпожа Ким. Я тоже поеду домой. Спокойной ночи! – Спокойной ночи, до завтра, — с явным облегчением отвечает начальница. Девушка кладет трубку и быстро доедает ореховый батончик, чтобы, выкинув обертку, выйти из комнаты отдыха в сторону кабинета. По дороге она решает, что раз сегодня получился разгруженный относительно предыдущих день, то можно позволить себе легкую вечернюю пробежку. Ведь она не бегала уже примерно три недели, поэтому потребность разгрузить голову давала о себе знать все больше с каждым днем. Она заходит в помещение и проходит к своему рабочему столу, чтобы выключить компьютер и забрать сумку. Увлеченная мысленным планированием остатка вечера, девушка не замечает вернувшегося в комнату Кван Сона. Мужчина же останавливается в проходе и, опершись о косяк двери, наблюдает за ней с довольной улыбкой. Сегодня отпускать ее вовремя с работы он не планирует. — Уже уходишь? — доносится бархатным голосом его вопрос за спиной у Джиу. Она вздрагивает от неожиданности: — А? Да, госпожа Ким позвонила и сказала, что Вы остаетесь допоздна, так что я могу пойти в обычное время, — оборачиваясь, отвечает она. Кван по-джентельменски красиво улыбается молодой юристке, внутри совсем не по-джентельменски проклиная начальницу Яну. Он решает не стесняясь воспользоваться своим служебным положением: — Да…Но есть некоторая проблема, и я хотел попросить тебя разобраться с ней вместе. Я бы заодно мог научить тебя некоторым фишкам в оформлении отчетов для топов. Джиу обдумывает ситуацию и понимает, что ей просто необходимо остаться, так как получать новые знания здесь - это одна из ее обязанностей. Все придуманные на вечер планы мысленно вычеркиваются, и девушка, поджав губы, кивает: — Конечно, господин Кван, всё, что нужно. Мужчина подходит к юристке, чтобы, остановившись напротив, мягко наклонить голову и всматриваясь прямо в юное девичье лицо заботливо поинтересоваться: — Ты сильно устала, да? Девушке неловко, потому что это правда. Но признавать такое не в ее характере. Поэтому она решает отделаться отговоркой: — Нет, просто я сегодня плохо спала, поэтому сейчас тот момент времени, когда все ресурсы на спаде и клонит в сон. В течение получаса должно пройти. Такие милые для Сона оправдания в сочетании со скромной улыбкой на лице молоденькой коллеги приводят юриста в щенячий восторг. Он еще больше уверяется в том, что эта “милашка” будет просто чудесно дополнять весь его образ в компании. Послений месяц мужчина аккуратно старался ухаживать за ней: то кофе принесет, то предложит вместе пообедать, то подвезти до дома после работы. Однако, на практически любую инициативу со своей стороны, Кван всегда получал отказ. Девушка то предпочитала пропустить обед, занявшись какими то делами, то ее вовсе не оказывалось на месте из-за постоянных перемещений с начальницей. Подвезти до дома он ее ни разу так и не смог, потому что Джиу постоянно оставалась в компании, что сам Кван практически никогда не делал, предпочитая работать строго по графику и не утруждать себя переработками. Юрист считал, что свои переработки он уже «отмотал». Но, быстро поняв, что отделаться от дурацких подкалываний о его неудачах от Яну он сможет лишь оставшись с девушкой наедине после работы, мужчина решил слегка сменить тактику. Именно поэтому тридцатипятилетний Кван Сон сейчас протягивает руку, мягко кладя ее на плечо девушки перед собой, и, аккуратно похлопывая успокаивающим тоном говорит: — Так не годится. Наш план на вечер таков: я угощаю тебя кофе за то, что задержал, затем мы выполняем задание, а после я подвожу тебя до дома. Джиу поднимает на мужчину глаза, и встречается с ним взглядом. Она видит это приятное выражение лица, эти добрые глаза, смотрящие на неё сквозь очки и чувствует…что-то неладное. Но, будучи благодарной за такое хорошее к себе отношение от старшего коллеги, она решает не обращать на внутренний голос внимания, и соглашается на предложение. Они вдвоем направляются в кофейню, идя через черный выход. Кван открывает девушке дверь, чтобы выпустить её и, когда она выходит наружу, юрист проходит следом за ней, чтобы мягко подтолкнуть ее за спину, указывая рукой в сторону нужного направления. Джиу неловко. Джиу в защитной реакции мило улыбается. Но Джиу — девочка умная, а еще обладающая отличной больной интуицией. Поэтому мышцы на ее спине под рукой Кван Сона моментально напрягаются, и она делает резкий шаг вперед, чтоб избавиться от обжигающего прикосновения чужой ладони. И тут же слышит откуда-то издалека знакомый голос: — Джиу, привет! Она почти сразу находит источник звука. Это стоящий возле своего фургона Сынмин радостно машет ей рукой и приветливо улыбается. Между ними достаточно большое расстояние, так что девушка решает просто помахать ему в ответ и направиться дальше за кофе. Но парень, бросив пару слов менеджеру, бежит трусцой прямо к ней. Это заставляет и девушку, и, явно скрывающего раздражение Квана, остановиться. Пока Сынмин бежит к приятельнице, он замечает и второго человека рядом с ней. Видя, что это Сон, парень слегка мешкается. Ему непривычно видеть того в компании после рабочего времени, и еще более непривычно видеть его вдвоем с Джиу. Поэтому, добежав до них, он здоровается и с ним тоже, но сразу же переключает все внимание на девушку: — Только не говори, что ты снова задерживаешься, мисс Хан, — с улыбкой говорит он. Джиу виновато улыбается парню в ответ: — Я ненадолго, честно. Завтра все в силе? — Конечно. Я зайду за тобой в обед, если не зайду — спускайся вниз к кофейне, — Сынмин хочет сказать еще что-то, но его начинает звать менеджер, ожидающий рядом с открытой дверью фургона. Крикнув тому, что он уже идет, парень решает не договаривать и просто попрощаться с подругой: — Я пошел, не перетрудись сегодня, трудолюбивая мисс Хан! Юристка заливисто смеется и, вытягивая мизинец, кричит вслед уже убегающему айдолу: — Обещаю! Кван, наблюдавший за этой маленькой сценкой, наконец подает голос, также добавляя вслед за Джиу: — Хорошей дороги, Ким! Сынмин на бегу, не оборачиваясь, машет им рукой, а затем запрыгивает в машину, чтобы уехать в общежитие. Коллеги продолжают свой путь. Почти сразу Кван интересуется: — Ты уже подружилась с ребятами? — Только с Сынмином. — отвечает девушка, — И немного с Чанбином, наверное, — слегка замявшись, добавляет она. — Умница, по-дружески общаться с клиентами - это грамотный подход, — хвалит ее коллега. Она молча кивает. Назвать ребят клиентами технически правильно, но как-то инородно, учитывая, как часто и близко они соприкасаются. Клиенты приходят и уходят, а с детьми весь персонал чуть ли не живет. Но девушка снова опускает эти размышления. Так пара доходит до кофейни, где покупает напитки. По дороге обратно они поддерживают светский разговор ни о чем. Бесспорно, Кван Сон очень обаятельный мужчина. Вечное сочетание его строгого костюма с узким галстуком и идеально подобранных очков в совокупности с классической корейской стрижкой делают его внешний вид буквально неотразимым. Да и сам он хорош собой: видно, что занимается спортом, ухаживает за лицом и следит за внешним видом в целом. Голос у Сона очень бархатный, почти мелодичный, что, в совокупности с его спокойной улыбкой, добавляет ему какой-то аристократичности. Однако, даже при всех этих переменных, внутри Джиу что-то по-прежнему перманентно постукивает, говоря о том, что не стоит доверять этому человеку. Постоянные попытки тактильного контакта, предложения подвезти до дома или пообедать вместе вызывают в ней не самые лучшие подозрения. Казалось бы, что плохого в том, что за тобой ухаживает пусть и взрослый, но такой обаятельный мужчина? Ничего. Но не для девушки с её амбициями и планами на жизнь. Выйти замуж за взрослого статного корейца и сидеть дома, будучи его маленькой милой жёнушкой, которой хвалятся перед друзьями и другими коллегами явно не для характерной и целеустремленной юристки. Именно поэтому, любая тактика, которую бы ни выбрал такой мужчина, обречена стать провальной. Но Кван, думающий лишь о своем статусе и репутации, смог заметить лишь внешнюю привлекательность и дружелюбие юной особы. Поэтому, все её попытки тонко увернуться от мужских прикосновений и явное игнорирование любых намеков, остались незамеченными. Единственное предложение, которое она приняла - сегодняшнее. И то, исключительно потому что оно касалось работы. Но уже через полчаса Джиу поняла, что оплошала и попала в ловушку — Кван большее количество времени говорил о личном: рассказывал про то, как пришел в компанию, как добился высот, а еще упомянул о своем членстве в гольф-клубе, который он посещает совместно с Ук Чоном — генеральным директором JYPE. Когда мужчина стал намекать на то, что субботнюю игру часто посещают пары, а он вечно приходит в одиночестве, девушка резко сменила тему, уточняя рабочее расписание. Но даже это не остановило выстроенный им в голове план и шестеренки продолжили свою работу, ища обходные пути. — Джиу, что ты делаешь завтра в обед? — спрашивает он, поднимая на неё взгляд — Договорились выпить кофе с Сынмином, — вежливо улыбаясь, отвечает ему девушка. Точно. Он же слышал обрывок их разговора на парковке. Выругавшись про себя, Кван принимает решение повторить своё наступление в следующий раз, ибо предпринятое количество попыток за этот вечер уже превысило норму. Показав, как он оформляет отчет руководителю, Сон просит юристку доделать один похожий документ в качестве практики, пока он заканчивает еще одно дело. Джиу, к слову, уже давно знала, как оформлять такие отчеты. — Едем домой? — выключая компьютер, спрашивает юрист спустя примерно десять минут. Девушке совсем не хочется с ним ехать. Она в который раз чувствует — не то. — Спасибо, господин Кв.. — Просто Сон. Мы же говорили, что здесь все свои. Зови меня по имени, — чуть склонившись над сидящей девушкой, произносит уже вставший со своего места мужчина. — Спасибо, но мне будет проще доехать самой. По дороге есть еще одно дело, — заканчивает юристка. Не стирая со своего лица аристократичную улыбку, мужчина отвечает: — Уверена? Уже поздний час, я бы не хотел оставлять тебя одну. — Уверена. Спасибо еще раз, — повторяет она. Кван все-таки уговаривает Джиу на то, чтобы он проводил её до машины такси, на что та неохотно соглашается, считая это выгодным компромиссом. Пока они идут к лифту, по дороге он вежливо придерживает для коллеги каждую дверь. Когда они вызывают лифт, он заводит непринужденный разговор о погоде, что позволяет Джиу отвлечься от тягучих неприятных ощущений рядом с ним. Всю дорогу вниз Кван рассказывает лучшие способы укрытия от корейской жары, девушка внимательно слушает, ведь эта тема действительно ей интересна. Сон включает всё свое обаяние, заметив, что наконец-то его одарили должным вниманием. На первом этаже он выходит вместе с Джиу, чтобы довести её до главного входа с уже ожидающей машиной. Убедившись, что девушка села, он направляется в сторону подземной парковки, чтобы сесть в свою и поехать в одиночестве домой. Когда юрист выходит из лифта на нулевом этаже, то видит, что еще не все уехали из компании. Оно и не удивительно, время не совсем позднее - около девяти, многие еще доделывают свои задачи. По пути он подмечает несколько знакомых машин, среди которых стоит и машина Чана. Заведенная и с открытым багажником. Кван слегка замедляет ход, чтобы проверить, есть ли там Бан и, аккурат, когда он проходит мимо припаркованного автомобиля, парень закрывает багажник и они встречаются взглядом. Чан приветливо улыбается. — Добрый вечер, Кван. — Добрый. Едешь домой? — Да. А вы что забыли так поздно здесь? Я уже давно не видел Вас в компании после рабочего времени, — с иронией подмечает парень. Кван слегка посмеивается: — Действительно. Но я оставался, чтобы показать Джиу пару вещей. Чан слегка напрягается. Буквально два дня назад он разговаривал с господином Паком по поводу ситуации с ней. И с тех пор он в компании её не видел. И рядом с Сынмином тоже. Он не думал, что её уволят, но предполагал, что могут сделать замечание или выговор. Поэтому решает уточнить: — Джиу здесь? Она часто задерживается. Кван кивает. — Я проводил её до такси. Она правда остается тут частенько после рабочего времени. Но зато это помогло ей сдружиться с твоей командой, что очень хорошо, учитывая, что заниматься она скорее всего будет вашими личными делами, — рассуждает он вслух. — Да. Друзей она находит себе быстро, — протягивает Крис, — Ладно, я поехал, спасибо, что поболтали со мной, — прощается он с Кваном. — Не за что. Пока, Кристофер. Держим кулачки за альбом, — отвечает ему тот, поднимая руки со сжатыми ладонями в характерном жесте. Они расходятся, Сон идет к своей машине, а Чан садится в свою. Джиу уже едет по вечернему Сеулу, почти засыпая, а её начальница лежит дома в кровати, полностью уверенная, что девушка тоже находится в своей обители как минимум последние пару часов и полностью спокойная, что её получилось уберечь от щупалец спрута Квана. Почти.

***

Лучи утреннего солнца падают на спящее умиротворенное лицо молодой девушки, которая морщится, когда один из них светит ей прямо в глаза. Неохотно она их разлепляет и лениво потягивается, думая о том, что нужно хорошенько позавтракать перед работой. Стоп. Будильника не было. Она проснулась раньше? Быть не может. Судорожно Джиу хватает с прикроватной полки смартфон и с ужасом смотрит на экран: она проспала на целый час. Ни о каком завтраке речи идти не может. Собираясь впопыхах, юристка пишет сообщение с извинениями начальнице о том, что опоздает на полчаса и бежит в душ. Когда она на такси доезжает до компании, время на часах 8:45, то есть, опоздала она в итоге всего на пятнадцать минут, это слегка её успокаивает. Она пулей несется на свой этаж по лестнице и, зайдя в рабочее помещение, видит, что никого там нет. Джиу решает постучаться в кабинет госпожи Ким. Из-за двери доносится: — Да, входите. Она с извиняющимся видом протискивается внутрь и открывает рот, чтобы произнести слова сожаления вслух, но поднявшая от бумаг голову начальница, улыбаясь, говорит: — Привет, милая, — Яну замечает, что девушка выглядит буквально как приготовленный к жертвоприношению ягненок, что заставляет её начать успокаивать помощницу, — Что с тобой? Ты переживаешь из-за опоздания? Успокойся и сядь, ничего страшного не случилось. Джиу садится на стул напротив начальницы и говорит: — Извините, госпожа Ким, я не услышала будильник, не зн.. — Джиу, — начальница перебивает её, — Всеми твоими задержками после работы можно компенсировать уже сотню таких опозданий наперед. Я за это ничего с тобой не сделаю, ты же тоже человек. Успокаивайся и после мы пойдем заниматься своими делами. Облегченно выдохнув, девушка благодарит госпожу Ким и выходит из помещения. До обеда они решают рутинные задачи, распределяют файлы и сортируют нужные договоры. Когда стрелка часов приближается к полудню, на телефон девушки приходит уведомление от неизвестного номера:

Привет, жду через 10 минут внизу. Хочу тебе кое-что показать.

Джиу недоумевает. Номер незнакомый. Но все исправляет следующее за ним пояснение:

Это Сынмин, если что ;)

Девушка улыбается и быстро печатает ответ:

Буду ко времени. Сегодня читаю лекцию о том, что брать номера сотрудников из внутренних баз - это нарушение протокола компании ;)

За все время работы ни у Джиу, ни у Кима не было номеров или других контактов друг друга. Они всегда либо случайно пересекались, потому что пили кофе примерно в одно время, либо, в последствии, стали договариваться заранее о встрече и просто приходили ко времени. Дважды Сынмин заходил за ней в кабинет, что вызывало скромную улыбку начальницы, искренне радующейся тому, что «колючка Ким», как она иногда его называла из-за нелюбви парня близко подпускать к себе людей и его острые шутки, наконец нашел себе друга, а Джиу получила поддержку в виде такого приятного парня. Поэтому сообщение от айдола было приятной неожиданностью. Спустившись в назначенное время на первый этаж в кофейню компании, юристка сразу находит уже такую знакомую продолговатую фигуру. Сынмина достаточно просто узнать даже со спины по его манере жестикулировать руками во время разговора. Поэтому девушка радостно идет в его сторону, мысленно заготовив шутку про то, что у неё появился сталкер, но не успевает она открыть рта, как видит из-за плеча парня того, с кем он ведет диалог. Бан Чан тоже замечает её и моментально меняется в лице. Сынмин оборачивается. Он тоже меняется в лице, но в диаметрально противоположную сторону от Криса. — Джиу, ты как всегда вовремя! — радостно говорит он. Девушка улыбается Киму и переводит взгляд на лидера, чтобы поклониться ему и поприветствовать подобающе: — Добрый день, господин Бан, — холодно говорит она. — Добрый, — таким же тоном отвечает он ей. Несмотря на то, что на улице жара, от этого обоюдного приветствия повеяло таким холодом, что молодого вокалиста почти передернуло. Сынмину совсем не нравится обстановка. Он пытается разбавить её, поэтому обращается к девушке: — Я уже взял тебе кофе. И мы пойдем в студию, я тебе кое-что покажу. Джиу не может не улыбаться ему, поэтому поблагодарив, она решает, что несмотря на стоящего рядом и явно недовольного ей Чана, она будет вести себя с парнем как обычно, ведь стесняться и скрывать ей нечего. И что бы там себе не надумал это «долбаный австралиец» как она теперь называла его перед подругой во время звонков, она не будет ничего менять, потому что ничего предосудительного она и не делала. Поэтому, она как ни в чем не бывало, начинает рассказывать вокалисту про то, что проспала, о том, как ей приходилось собираться и бежать на работу. Ким смеется, но замечает: — Тебе следует хоть иногда отдыхать, я уже устал видеть тебя в компании после рабочего времени. Ты нам нужна живая, здоровая и выспавшаяся. Чан, ровно с момента начала диалога между ребятами уже не слушал их, решая рабочие вопросы в смартфоне. Он все еще стоял рядом, так как ждал свой заказ вместе с Сынмином, но в чужой разговор не вникал. Однако последнюю брошенную парнем фразу, он уже четко расслышал. «Устал её видеть после рабочего времени, значит», — думает он про себя. Когда их окрикивает бариста, Сынмин забирает заказ, а затем раздает напитки Чану и Джиу. Парень решает дойти сформированной компанией до лифта и там разойтись по своим делам. Он не хочет, чтобы обстановка накалялась, а еще у него есть планы: он хочет за сутки до релиза альбома показать Джиу в качестве небольшого подарка клип на “God’s menu” Поэтому, когда они таки доходят до лифта, он говорит: — Мы пойдем, увидимся через час, Чанни-хён. Чан обескураженно смотрит на пару. В смысле они пойдут? Почему они до сих пор могут находиться наедине. Джуп не поговорил с девчонкой? — Вдвоем? — может лишь выдавить из себя он, кидая подозрительный взгляд в сторону юристки. Джиу не выдерживает такого отношения. Одно дело переживать из-за адского расписания, альбома и прочего. Крис может не принимать её, недолюбливать её, холодно к ней относиться сколько душе угодно, но делать вид, будто ее здесь нет, а потом кидать в её стороны косые взгляды? Настучать папочке, перекрутив всю ситуацию, а потом просто игнорировать ее присутствие рядом с ним? — Вдвоем. Проблемы? — спрашивает она, разворачиваясь всем корпусом к парню. Чан решает доводить ситуацию до конца, переходя в наступление: — Да. Слишком часто вы зависаете в компании вдвоем. В нерабочее время. Сынмин непонимающе моргает, поворачивая голову то в сторону лидера, то в сторону своей подруги, недоумевая от скорости развивающегося конфликта и вообще не до конца осознавая, что происходит. — Мне кажется, Вас ебать не должно, как мы проводим свое нерабочее время и насколько часто вместе зависаем, господин Бан — начинает агрессивную защиту явно негодующая девушка. Кристофер слегка теряется от напора. Но сам, раздраженный до предела, продолжает ссору: — Меня это ебет просто потому, что одно дело - пить вместе кофе в обед, — приподнимая свой стакан с бодрящим напитком, говорит он, — А совсем другое - тайно встречаться ночью после работы. — Что? — только и успевает в шоке выпалить Сынмин. Брови мальчика уже давно скрылись за уложенной челкой. Чан и Джиу поворачиваются на него. Крис просто зол, а юная госпожа Хан понимает, что вокалисту обо всей ситуации, по всей видимости, ничего неизвестно. — Так твой добрый лидер не сообщил тебе? — она бросает уже явно гневный взгляд в сторону Бана, и, смотря прямо тому в глаза, договаривает по прежнему адресованные Сынмину слова, — Господин Бан как-то встретился со мной ночью в компании, когда мы оба задержались из-за дел. И он увидел, как на входе меня встречает человек, очень похожий на тебя, — подчеркивает она, — И наилучшим решением, чтобы разрешить эту ситуацию, он, судя по всему, выбрал пойти к господину Паку Чинену и нажаловаться на меня. Собранные в замок на груди руки Джиу в совокупности с абсолютно уничтожающим взглядом приводят Сынмина к пониманию, что ситуация явно патовая. Но, когда он, снова вернув взгляд в сторону лидера, видит как у того желваки ходуном ходят, то становится совершенно ясно — сейчас рванет. Кристофер не человек конфликтов. Он по возможности решает всё миром. Он - добрый лидер, заботливый отец и душа всей JYPE. К нему идут за советом трейни и другие айдолы, он сам участвует в примирении ребят и честном решении конфликтов в большинстве случаев. Джиу явно не большинство случаев. Подбоченившись, он с таким же напором отвечает на выдвинутое обвинение, выводя ссору на новый уровень вместо обычных сглаживаний углов: — Репутация группы — вот что главное. Мы можем быть сколько угодно талантливыми, сколько угодно стараться, сколько угодно красиво и хорошо петь, выглядеть, одеваться, но если хоть кого-то из нас заметят в каких-то отношения с кем-то вроде… — он запинается. Девушка в возмущении открывает рот. — Вроде..? — она ждет продолжения. Крис выдыхает, стараясь в какой-то момент сбавить пыл беседы. — Я имел ввиду, с кем угодно из рабочего персонала. Да вообще с кем угодно, если уж на то пошло. Если нас заметят вместе, то репутационные издержки будут слишком высоки и мы просто заглохнем, так толком и не выстрелив. Тебе ли этого не знать. В разговор решает вмешаться Сынмин: — Подожди, хён, я всё это прекрасно понимаю. Но нас с Джиу не связывает даже малейший намек на романтические отношения. Мы просто общаемся. Чан поворачивается на парня: — Даже если так, вы не должны встречаться ночью одни у главного входа в компанию и… — Что? — в который раз спрашивает бедолага Сынмин. — Господибожеблять —обессилено на русском выдыхает из себя Джиу, опуская руки. Оба парня резко переключаются на неё. Сынмин прыскает от смеха, а Чан пытается понять, что это было и на каком языке сказано. Девушка замечает две пары глаз, ждущих объяснений, но решает отмахнуться от них рукой: — Не важно, — Джиу упирается ладонью в бок и снова обращается к лидеру, — Господин Бан, если вы в следующий раз решите сделать какие угодно поспешные выводы в мой адрес, будьте так добры, подойдите прежде всего лично ко мне, — она разводит ладони в стороны и по-деловому улыбаясь говорит заученную фразу любого HR-сотрудника, — Я всегда открыта для разговора, особенно с Вами, судя по количеству возникающих у вас в отношении меня недопониманий, — последнее слово она практически выплевывает ему в лицо, — Я и Ким Сынмин ни разу не виделись в компании вне рабочего времени. И за её пределами тоже. — Хён, ты подумал, что мы тайно встречались в компании? — более менее поняв ситуацию, спрашивает Ким. Чан смотрит на Джиу и почти скрипит зубами. Ледяным потоком воды осознание ситуации накатывает на него, сбивая с ног. Он понимает, что облажался, что он не прав, что он месяц накручивал себя зря, что он впоследствии этим подставил человека. Разум подсказывает парню, что сейчас самое время разъяснить ситуацию и извиниться перед девушкой. Конфликт по сути исчерпан. Но эмоции выходят вперед: — Да, я спутал её с кем-то другим, — отвечает вокалисту Чан, — Но, если бы госпожа Хан меньше уделяла внимания общению с мемберами, а больше своей работе, то этих недопониманий можно было бы избежать, — Кристофер смотрит на девушку с явным вызовом. Который она с готовностью принимает. — Не забывайтесь, господин Бан. Я Ваша коллега, но я не ниже Вас по статусу, — делая небольшой шаг навстречу ему, цедит Джиу. Бан Чан явно решил сегодня её довести. Мало того, что она в поте лица трудится над тем, чтобы его сраная группа выступала в лучших условиях, с лучшими обслуживающими компаниями, следит за тем, чтобы их права максимально соблюдались и мальчики не оставались безвольными куклами в руках любого руководителя стадиума с кошельком, где они могут выступать, так еще и практически живет в компании, стараясь успеть сделать максимум дел заранее для их же будущего комфорта. А получает…это? Конфликт и так начинался с достаточно больших оборотов, но сейчас воздух вокруг стоящей в коридоре троицы от абсолютного Арктического холода, накаляется буквально каждую секунду. На удивление, людей почти нет, как и всегда у этого лифта. Но тон голоса спорящих между собой Джиу и Чана до крика и не поднимается. Чан усмехается: — В любом случае, я думаю, что мы друг друга поняли. И Вы сосредоточитесь на работе, а не на дружбе. Если до этого молодое девичье лицо изображало негодование, то теперь у Джиу глаза на лоб полезли от искреннего, чистого гнева. Она открывает свой прекрасный девичий рот и выдает отборную порцию русского: — Охуеть, — девушка нервно усмехается, слегка отворачиваясь от парней, — Сука, он блять серьезно только что намекнул, что я шаболда, — возвращая голову в сторону вновь недоумевающего Чана, она заканчивает поток ярких русских слов, бросая ему прямо в лицо последнее: — Ублюдок. Затем Джиу находит в себе силы выдохнуть и продолжить беседу вновь на корейском: — Господин Бан, я работаю вровень с Вами, за моим трудом следит поставленная господином Паком начальница. Они оба результатом весьма довольны. Я позволю себе пропустить Ваш совет и попрошу впредь держать их при себе. Спасибо. Настроения направляться куда-либо с Сынмином уже нет, поэтому, дабы избежать усиления ссоры, она просто решает попрощаться: — Сынмин, извини, но я пойду пообедаю с госпожой Ким, а затем, — она вновь переводит внимание на Кристофера, — поработаю, — после, обращаясь к Сынмину, она более спокойно договаривает, — Увидимся в другой раз, у тебя теперь есть мой номер — пиши. Затем она в последний раз обращает свой взор на лидера группы: — До свидания, господин Бан. Будьте, пожалуйста на связи, через две недели мне нужно будет подписать у Вас несколько документов. Сделав подобие реверанса, она удаляется в сторону центрального выхода со стаканом еще не испитого кофе на перевес. Кристофер смотрит юристке вслед и думает, что ему срочно нужно выпить успокоительного, но поток мыслей о том, какое из них лучше выбрать с наименьшим влиянием на организм, прерывает возмущенный вопрос от бедного макне, который все это время сходил с ума от развернувшегося конфликта: — Чан, что это было? Он поворачивается на Сынмина и тихо произносит, даже не для него, а скорее для себя: — Предубеждение После нескольких секунд осмысления только что произошедшего, Крис окончательно успокаивается и решает объяснить своему другу всю суть ситуации. Он, шаг за шагом, как видел картину сам, раскрывает ему завесу причин своего раздражения в отношении Джиу, и, пока рассказывает, сам смотрит на ситуацию уже с новыми знаниями гораздо более объективно. И понимает. Понимает, что он не прав. Если за несколько минут до этого разум уже стучался к нему, намекая фактами, то сейчас к парню приходит эмоциональное принятие. Когда он заканчивает свой рассказ, Сынмин чувствует себя просто ужасно. Почему-то ужасно виноватым перед Джиу. Ужасно виноватым перед Чаном за то, что никогда не объяснял четко и ясно состояние своих с ней отношений, а подначивал того к неправильным выводам. Когда Кристофер замолкает, закончив объяснения, вокалист лишь констатирует очевидное: — Это просто ужасно. — Да, — отвечает ему Чан, смотря в пол. — Нам нужно перед ней извиниться, — встрепенувшись, говорит Ким. Чан поднимает на него взгляд. На душе тяжело, но осадок от обоюдного гнева все еще сидит глубоко внутри. Он понимает и мозгом, и сердцем, что не прав. Но нужно немного подождать и дать всему окончательно улечься. — Решим этот вопрос позже. Я пошел в студию, — отрезает он, не давая Сынмину и шанса на любые возражения, а затем поворачивает в сторону лестницы, чтобы запереться в своей комнате до позднего вечера, выплескивая все свои эмоции в создании новых песен. Сынмин почти сразу достает телефон и пишет сообщение девушке:

Чан мне все рассказал. Ты ни в чем не виновата. Пожалуйста, напиши мне, когда будешь готова поговорить, я очень жду.

***

Сделав, наконец, такой желанный глоток американо, Джиу шумно выдыхает через рот, прикрывая глаза. Погода ужасно жаркая, но на лавочке, стоящей под кроной дерева, вполне терпимая. Девушка пытается сложить всю палитру своих разносторонних после только что произошедшего эмоций, чтобы захлопнуть её и выкинуть напрочь. Ей стыдно, что она позволила себе конфликт с лидером группы. Пусть он был абсолютно неправ, пусть он сказал в её адрес обидные и несправедливые вещи, но «Это было чертовски непрофессионально, Джиу», думает девушка. «Ты себя подвела. Ты себя подставила». Она успевает мысленно поблагодарить Господа за то, что никто из парней не понимает русского мата, хотя оба наверняка догадались, что ничего хорошего она не произнесла, и снова возвращается к самобичеванию. Юристка размышляет над дальнейшей стратегией своих действий, потому что поссориться с человеком - это нормально, но поссориться с основным лицом, с которым ей нужно будет контактировать в дальнейшем, да еще и так ярко — это проблема, которую следует решать. Хотя очень не хочется. Семена обиды произрастают внутри девушки и опутывают её эмоции, хоть она и сопротивляется. Джиу понимает, что еще немного, и она не выдержит. Поэтому на оставшийся день девушка решает больше не думать о группе, о Чане и о последствиях, а просто доделать свою работу и вовремя уйти домой. Посидев остаток перерыва в сквере рядом с компанией, юристка возвращается туда хоть и с тяжелым сердцем, но с четким планом: отработать, поехать домой, лечь спать. А завтра найти Кристофера и спокойно с ним побеседовать. Ведь они достаточно взрослые для такого люди. Бан Чан едет на заднем сиденье своей машины домой, полностью обессиленный сегодняшним днем. Чувство вины остро колет в груди, но неприязнь к девушке не дает ему полноценно определиться с тем, что следует сделать. Но для себя он точно решает — нужно найти её завтра в компании и поговорить. Завтра выходит на цифровых площадках их альбом, а также начинаются его физические продажи. Вечером все соберутся для промежуточного отчета о прибыли, основанной на предзаказах и будут обсуждать новую статистику, исходя из пика первого дня. Там он с ней и решает поговорить.