один год до встречи с тобой настоящим

      — Ты что? Ты женишься?! — Мел выглядел ошарашенным столь неожиданной новостью.       Парни переглядывались между собой, не веря собственным ушам       Гена выглядел решительно настроенным, объявляя друзьям о предстоящем событии, которое уже было решено и спланировано. Их с его подругой распишут в эту среду, раньше чем остальных, благодаря его связям с сыном заведующей ЗАГСа, которому он толкал дурь. Не очень романтично, но зато быстро и эффективно, без долгих месяцев на обдумывания. Гена опасался, что его возлюбленная, с которой он был знаком пару недель, сочтет его идею обвенчаться настоящим самодурством, но Алина, как и он, с большим энтузиазмом приняла предложение, вселив в него надежду.       — Гендос, ты обкурился? — Киса сидел на диванчике, перебирая струны на гитаре. — Откуда взялось это желание?       — Не могу поверить, — Хенк нахмурился. — Это травка на вас так повлияла, иначе не понимаю, откуда у одного такое дикое желание жениться на незнакомой девке, а у второго крутить любовь с нашей заучкой.       — Слышь, Хенкалина, закрой рот, — раздражённо, — и к твоему сведению, я больше не ширяюсь.       Хенк уставился на Кислова, ухмыляясь.       — Сбылось желание твоего папаши, ментёнышь. Не будет теперь у него повода ошиваться под юбкой у моей маменьки, о жене вспомнит.       — Ты чё несешь?       — Правду, сука, истину, думай, как хочешь. Твой папаша заебал своими приездами по ночам. Твоя мать совсем его не контролирует?       — Ты мать мою не трогай, сами разберемся как-нибудь.       — Ага, видел я, как вы разбираетесь.       — Так, пацаны, мы сейчас мою свадьбу как бы обсуждаем, а не ваши семейные проблемы.       — Действительно, парни, — поддержал Мел. — Как хоть зовут избранницу?       — Алина, — мечтающее протянул Зуев. — Неземная она. Я таких только в кино видел. Как она на барабанах играет, а поет как. Я с первого взгляда почувствовал, что она только для меня.       — Ну, это здорово, просто ты не думаешь, что для брака как-то рановато?       — Егорка, — Гена проследовал до парня, обнимания за плечи. — Нужно брать быка за рога, пока кто-то другой не додумался. Вы еще мелкие совсем, не понимаете этого прекрасного чувства, когда утром просыпаешься, а рядом она, она одна, единственная. Завтраки вместе готовить, музыку играть, обниматься за фильмом, а потом заниматься сексом, детей в конце концов с этой женщиной планировать.       Меленин улыбнулся.       — Ну и где будет торжество проходить, в нашем клубешнике с видом на рыгающих подростков? — Кислов ухмыльнулся, ожидая ответа. — Двенадцать литров водки и белое платье невесты, как же романтично, она наверное всегда о таком и мечтала.       — Обижаешь, Кисуня. В ресторане Игоря, с ним я уже договорился. И да, парни, вы, естественно, главные гости, но учтите, без костюмов не смейте туда суваться. Это наш с Алиной день, и я не хочу, чтобы вы там в своих трениках разгуливали. Кисуня, один не приходи, зови свою девушку, — подмигивая, произносит Гена. — Рита, Анжела, и еще парочка знакомых, само собой, тоже будут.       — Ха, не забудь нашу училку пригласить, чтобы Хенку было не так одиноко.       — Если хочет, сам позовет. Так, пацаны, и в ЗАГС не опаздывайте.       Гена воодушевленно пожал всем руки, после чего стремительно удалился, сказав, что нужно готовиться к свадьбе.       — Да, пацаны, я правильно расслышал, наш Гендос действительно жениться?       — Да, Кис, ты правильно расслышал.       Парни рассмеялись.       В душе каждый из них понимал, что их компания вскоре станет совершенно другой. Им осталось пару месяцев до выпускного, а потом начнется совершенно другая жизнь, лишенная таких беззаботных дней, которые они так любили проводить вместе. Возможно они разъедутся по разным городам, и будут видеться лишь на летних каникулах, собираться вместе, вспоминая школьные годы. А возможно и этой возможности не будет. Жизнь непредсказуема, и никто не хотел так рано взрослеть, но большая жизнь уже мелькала за плечами, даря надежды и грусть от предстоящего расставания.       — Ну так что, Хенк, позовешь свою учительницу? — подмигивая.       — Да пошёл ты, Кис, — улыбаясь.       Кажется им всем будет всегда не хватать этой компании.

***

      Мел сидел на школьной площадке, наблюдая за игрой в футбол. В его голове творилась чертовщина, он не мог разобраться в себе и своих чувствах, которые напрочь забрали его сон, вселив тревожность и страх ошибиться. Он давно любил Анжелу, или пытался внушить себе эту любовь, но она по прежнему ранила его чувства, когда бессовестно висла на Алексее. Леша, к слову, был отличным парнем, и у них с Мелом даже получилось сдружиться, парень был уверен, если бы не Анжела, они бы стали настоящими друзьями. Он был похож на Мела своим спокойным темпераментом. Только вот Анжела всё равно выбирала не своего друга, а малознакомого парня. Хотя, Анжела могла выбрать кого угодно, только не Мела. Он не винил её, ведь она молода, и может не понимать, что для нее будет лучше. Хотя Егор и сам не понимал, что для него лучше, чем ранил Риту. Эту маленькую девочку, которая всегда была добра к нему, и относилась со всей нежностью. Он сделал ей очень больно. Много много раз. А потом пришёл и предложил встречаться, словно делая ей одолжение. Каким же придурком он был, пока она просто искренне его любила. Из тяжелых мыслей Егора вытянула внезапная боль, охватившая его ногу. Парень резко дернулся, хватаясь за пульсирующее место. — Ты какого черта творишь? — выкрикнул он, проходясь взглядом по стройным ногам девушки, облаченных в короткие джинсовые шорты. — Так и инвалидом сделать можно. — Ты заслужил, красавчик. Вот скажи, почему ты, лучший друг Ванюши, решил, что утаить информацию о его новой девушке это прекрасная идея? — Маша выглядела рассерженной. — Мы кажется ни один день знакомы, Мел, так какого черта ты не сказал мне про девчонку? Егор прошёлся взглядом по девушке. Не удивительно, что когда-то Киса был от нее без ума. Она была его полной копией, и этот мерзкий, отвратительный характер живое доказательство. Вспыльчивая и дикая, словно лесной зверек. Даже ее утонченная красота не спасали от этих странноватых замашек и вспышек гнева. Верочка на её фоне просто мисс правильность, вряд ли бы она позволила себе такое дерзкое отношение к кому-либо. Сафронова всегда отличалась правильными манерами и спокойным характером, да и ее личико было весьма приятным, без излишеств, чем, конечно, затмила бы Машу, но и у Марии были свои плюсы. Она была открытой и не строила из себя того, кем не являлась, да и внешне она была привлекательной. Может не такой привлекательной, как Верочка, но тем не менее, она полтора года была девушкой Кислова, поэтому Мел ее отлично понимал, она его правда любила, а вот любил ли ее Киса, Егор до сих пор не знал. Как-то они обсуждали это, но тогда Ваня отшучивался, говоря, что Маша клевая и ему с ней весело, но когда речь заходила о чувствах, Ваня не был таким трепетным, каким был сейчас при упоминании Сафроновой. Егор даже завидовал другу. Ваня мог честно признаться самому себе, что не любит и отпустить, как и сделал это в их случаи с Машей. — А, ты про Сафронову. Ну, извини, я не знаю, серьезно это у них или нет. Киса стал очень скрытным из-за неё. — О, можешь быть уверен, у них все более чем серьезно. — А от меня ты то что хочешь? — Сочувствия, — девушка присела рядом с парнем, протягивая сигарету. — Я думала, что он будет мне рад. — То есть в тот раз, когда он сказал тебе, что не любит, было недостаточным? — Да что ты вообще понимаешь, — хмыкнула она. — До сих пор за Анжелкой бегаешь? Знаешь, Егор, ты такой идиот… — Маша по-дружески приобняла парня за плечи. — Плевать она на тебя хотела. — Собственно, как и Киса на тебя. — Правильно, мы братья по несчастью. Рита выходила из школы, когда смогла лицезреть чудесную картину, как Меленина обнимает какая-то девчонка, а он жмется к ней в ответ. Какой же… Выдохнув, девушка сначала сделала пару шагов вперед, не желая ввязываться в это гиблое дело. Сначала он предлагает ей встречаться, а теперь уже с другой, и эта другая даже не Анжела. Он её за дуру держит? Какой же бесчестный человек. И это его она любила столько лет? Внезапно внутри что-то щёлкнуло, и Рита, окончательно разозлившись, подлетела к ним, и, не раздумывая, вцепилась в волосы девушки. Егор, не сразу понял, что происходит, поэтому с секунду наблюдал за тем, как бедную Машу Рита таскает за волосы, что-то крича. — Вертихвостка, — выкрикнула девушка, держа Машу стальной хваткой. — А ты, Меленин, готовься, сейчас я закончу с этой… и тогда тебе не поздоровиться. Ты решил, что можешь надо мной издеваться? Я по твоему дура? — Рит, ты чё несешь вообще? — он попытался схватить ее за руку, чтобы прекратить это безумство, но блондинка оттолкнула его, не позволяя приблизиться. — Моя хорошая, — вскрикнула Маша, не понимая, за какие такие грехи ее восприняли девушкой Мела. — Риточка, я всё понимаю, он мудак, но это не то, что ты подумала. — О, да что вы говорите? — Рит, послушай, ты правда все неправильно поняла, — Егору удалось схватить блондинку за руку, насильно оттягивая от Маши. — Да приди ты в себя, идиотка, это девушка Кислова. Рита гневно сверкнула глазами. — Вера девушка Кислова, а это… — Надолго ли? — выпалила Маша, вырываясь из цепкой хватки обезумевшей девчонки. Она тяжело дышала, приходя в себя после столь неожиданного нападения. Ей было до боли обидно, что с ней такое приключилось, но она не подавала виду, стараясь привести волосы в порядок. — Сумасшедшая! — Кто еще тут сумасшедший? Не видеть тебе ни Егора, не уж тем более Кислова, как своих ушей, поняла? — Рита вновь приблизилась к девушке, но на этот раз лишь для того, чтобы выглядеть серьезной, ей и самой не понравилось собственное поведение и опрометчивые действия, она впервые в жизни накинулась на девушку, а главное из-за кого, из-за Егора, и уже успела пожалеть. Какая ей разница кем она приходится Кислову, её должно было это не волновать, но отчего-то за Веру стало обидно, что эта залетная барби не считает ее соперницей, и Рите захотелось как следует ее проучить. — Слушай сюда, красотка, ты не будешь вмешиваться в их с Верой отношения. Маша усмехнулась. С чего вдруг все решили, что она собирается куда-то там вмешиваться? — Нет, это ты послушай, — Маша поместила руку ей на плечо, мягко сжав пальцы. — Усмери-ка свой пыл, милая. Я не собиралась вмешиваться в их отношения с твоей подружкой, как ты выразилась. У меня есть мозги, чтобы понимать, что насильно мил не будешь, — Маша улыбнулась, приближаясь к уху Риты. Её пальчики нежно прошлись по женским волосам, зачесыпая их назад. — Если бы они и у тебя были, ты бы не бегала за Мелом, зная, что он без ума от Анжелы. Маша отстранилась, наблюдая за реакцией девушки. Ей было ее жаль. Рита была красивой, и бегать за Мелом было глупо, это за ней должны были увиваться парни, умоляя обратить на них внимания, а не наоборот. — Ещё увидимся, Мел, — подмигивая. — И с тобой, сладкая, — Маша напоследок пододвинулась к блондинке, оставляя на её щеке, можно сказать практически у губ, нежный поцелуй. — Егорка полный кретин, если не замечает тебя. Удалившись, Маша оставила Егора с Ритой стоять позади, и размышлять над тем, что, черт возьми, сейчас произошло. Рита аккуратно прикоснулась к горящей щеке. Она её поцеловала? — Ну и зачем ты это сделала? Егор выглядел рассерженным. — Ч-что? — Зачем ты вцепилась в нее? Было понятно, что он не получит ответа на свой вопрос. Вопреки всему произошедшему, Егор не злился. Он даже обрадовался, что ей не все равно. И всё же перед Машей придется извиниться, она пострадала по его вине, уже дважды. — Ты почему не сказал ей про Кису и Веру? — Рит, а тебе не кажется, что это не наше дело? — Ты его друг! — Вот именно, друг, и не могу отвечать за его чувства. Рита рассмеялась. — Его чувства ясны, как белый день, Мел. — Можно подумать ты не знаешь Кислова. — Считаешь, что он, также как и ты, не может в себе разобраться? Егора этот вопрос задел. Он знал, что Рита с Кисой близки, по крайней мере, были близки, но то, что она постоянно ставила ему его в пример, дико раздражало. — Рит… — Егор, я не могу, — произносит, сдерживая слезы. — Тебе правда обязательно так себя вести? Можешь хотя бы раз выбрать меня?! — Рит, прости, я дурак, — Егор медленно шагает в ее сторону, заключая в объятия. — Пойми, если я буду говорить, что все в прошлом, будет только хуже. Рита прикрывает глаза. — Поцелуй меня, Мел…

***

— Обычно так быстро не расписывают, — Вера поместила ложечку с мороженным в рот, наблюдая, как Ваня поглащает второй рожок клубничного мороженного. Она улыбнулась, радуясь, что он уже пару недель ни думал о той гадости, к которой привык, зато все чаще думал о сладком. Они гуляли практически каждый вечер и все выходные напролёт, от чего у её мамы начинался нервный тик, но она лишь одобрительно качала головой, отмечая, чтобы в двенадцать как штык была дома. Вера радостно целовала женщину, убегая на встречи со своим парнем. Даже отчим вел себя весьма адекватно, ни разу не устроив истерики. Хотя последний человек, о реакции которого она хотела думать, был муж мамы. В любом случае, каждый их с Ваней выход сопровождался тем, что Кислову было обязательно прихватить чего-нибудь сладкого. — Обычные люди не женятся спустя неделю знакомства, — облизываясь, произнес он. — Но мы же говорим о Гене. Вера мечтательно прикрыла глаза, обдумывая, что же ей такого надеть на свадьбу, чтобы выигрышно смотреться с Кисой. Было у нее на примете одно платьице. Немного коротковатое, и непривычное для нее самой, но вполне шикарное, как бы сказала Рита. Она планировала выбрать его, и прикупить какие-нибудь туфли, чтобы выглядеть выше, и гармонировать с Кисой. — Нужно будет позвонить Рите, и вместе сходить по магазинам. Кислов удивленно шмыгнул носом. — А вы сдружились, спустя столько то лет. — Не завидуй, — игриво произносит, подвигая на середину стола свое мороженое. — Кушай, у меня фисташковое. Игорь, стоящий за барной стойкой улыбнулся. Мужчине не особо импонировали жители Коктебеля, и Кислов был не исключением, но вот девушка рядом с ним ему нравилась. Воспитанная и красивая, — говорил он, замечая их, входящих в его заведение. — Давай еще одно закажем, — произносит, на что получает ее отрицательный кивок. — Нет, Ваня, я уже два килограмма набрала, ты совсем меня закормил.       И правда, Ваня вёл себя так заботливо, что девушка порой завидовала самой себе. Он постоянно нёс её рюкзак, давал верхнюю одежду, потому что Сафронова как всегда не могла одеться по погоде, приглашал на свидания и постоянно приносил что-то вкусное. И пусть она видела, как ему трудно даются эти простые на первый взгляд действия, она радостно принимала эти ухаживания, каждый раз умиляясь тем, как он пытался оправдаться перед тем, как вручить ей коробку пирожных. — Ты мне специально их купил? — Вот еще, просто Хенкин подсунул матери, а я конфисковал. — Константин Анатольевич молодец, все мои любимые вкусы собрал. В этот момент он смущался, что-то говоря о том, чтобы она меньше болтала и просто ела, будто бы это не он за двадцать минут до закрытия, прочитав ее сообщения о том, как она любит эти пирожные, мчался с дома до центра, чтобы успеть купить их. — И кто бы мог подумать, что ты такой романтик. — Молчи уже. — Очень вкусные, хочешь попробовать? Значит, я снова увижу тебя в рубашке. — Что поделать, придется. Гена слишком щепетильно относится к этому торжеству. — Ещё бы, это же его свадьба! — Зная его, он может развестись уже через неделю. — Не придумывай. — Кстати, ты ведь не общаешься больше с Кудиновым? — как бы невзначай кинул Киса, ожидая ответа. Вера закусила губу, опуская голову. — Сафронова, — жёстче произнес он. — Не хочу нудить, но ты делаешь хуже только ему. — Он мой друг, — вторила она, чем только раздражала. — В конце концов, он не выбирает, что ему чувствовать. Кислов устало потер переносицу. Он не знал, что Кудинов должен был еще выкинуть, чтобы она образумилась и поняла, что никакой дружбы у них не получится. Избивать его каждый день он не мог, срываться на нее из-за ревности и злости тоже не хотел, но эта их связь ужасно бесила. Грудь обжигало каждый раз, когда на перемене Кудинов мило с ней беседовал, делая вид, что не замечает яростных глаз напротив. И сколько еще таких друзей у нее будет?       Скольким ему придется сломать нос, пока до нее дойдет, что парни не дружат красивыми девчонками.       — Всё равно он меня бесит.

***

Вера с Ритой второй час оббивали пороги шоурумов всего города в надежде найти что-то стоящее к завтрашней свадьбе Гены. Рита перемерила десять платьев, и ни одно ей не понравилось, хотя платья сидели потрясающе, и скорее это Рита была украшением для них, а ни платья для нее. Вера устало хныкала, волоча ноги за блондинкой в очередной бутик, в надежде, что хотя бы здесь она сможет найти то, что ей понравится. Ноги нещадно гудели от усталости, и это несмотря на том, что Сафронова выбрала самые удобные кроссовки на свете, учитывая, что с Ритой не получится ограничится пару магазинчиками, но она и здесь смогла ее удивить. Рита ровно шагала вперед в своих ботинках на платформе и ни разу не подавала виду, что что-то не так. — Ты вообще человек, разве у тебя не болят ноги? — Ты уже спрашивала, мой ответ не изменился. Они зашли в магазин, отмечая про себя чудесную современную отделку, выполненную в холодно розовых оттенках. Вера сразу же проследовала к пуфикам, чтобы присесть, а вот Рита, словно завороженная, кинулась к витринам с одеждой. — Дорогие дамы, — мужчина мило улыбнулся, — что-то конкретное ищите? — Да, платье на свадьбу, — устало пролепетала Сафронова. — Мы подружки невесты. Мужчина понимающе кивнул. — Вам обеим, или только вашей подруге? — Вы правы, только ей. — Что ж, отлично, с вашего позволения, посоветую вашей подруге парочку платьев. Рита изумленно рассматривала белое и бежевое платье, которые ей показывал консультант, намереваясь купить самое лучшее. Остановив свой выбор на нежно бежевом платье, Рита радостно покрутилась у Веры перед носом. Платье было и правда замечательным, демонстрируя красивое декольте, и плечи. — Тебе идет, — искренне произнесла брюнетка. Выбрав платье, девушки еще раз поблагодарили прекрасного мужчину, который даже посоветовал какой макияж подойдет к тому или иному платью, и удовлетворенно направились в ближайшее кафе, чтобы восполнить потраченную энергию. — Да, а ты хороша, — заключила Вера, попивая охлажденный лимонад. — Будто бы с детства на каблуках. — Мечтаю в будущем выйти замуж за богатого мужчину, а там умения держать лицо при любых обстоятельствах просто необходимо. — А как же Мел? — А что Мел? Он свой выбор давно сделал. Вера прислонила руку к лицу, думая над тем, как иногда ранят парни. — Насколько я знаю, он предложил тебе стать его девушкой. — Лишь для того, чтобы заставить Анжелу ревновать. — Рит, Егор разве стал бы так поступать? — О, милая, парни и не такое способны. Я бы на твоем месте тоже начала переживать, эта Маша не внушает никакого доверия. Прийти к бывшему парню домой, она точно знает, что делает. Вера задумалась. — Моя мама переживала, плакала и даже ловила отца с женщиной. Думаешь, она стала счастливее? — И что, пусть теперь изменяет? — Если Ваня захочет мне изменить, он изменит, и не важно, будет эта Маша, или кто-то ещё. Этому меня научила мама. — Ну, может ты и права. — Я ему доверяю.

***

Наступившая среда сулила веселье для всего города. Во всех частях Коктебеля, люди шушукались о том, что Гена Зуев, тот самый, отвечающий за наркотики в городе, женится. Для многих это стало открытием, ведь кто-то из старушек уже давно его похоронил, и спустя столько времени оказывается, что он еще и женится, конечно же, это было темой для обсуждением номер один. Бракосочетание должно было проходить в местном ЗАГСе, а после по плану было намечено празднество в ресторане Игоря. И вот в намеченное время, все собравшиеся гости стояли у дверей здания, дожидаясь начала. Людей было не много, вся компания Гены, девушки, в том числе Вера с Ритой, и Анжела со своим парнем, а также Зуев старший и еще парочка знакомых. Никто не верил, что они все здесь собрались из-за свадьбы Гены. Да что уж там, большинство присутствующих даже невесту ни разу не видели. Хотя и говорили, что она учитель музыки в школе, и вскоре приступит к своим обязанностям, она все еще была для всех загадкой. Ваня перекинулся парой фраз с Мелом и Борей, стоя немного поодаль от своих девочек. Парни смотрели друг на друга и посмеивались, последний раз они видели друг друга в костюмах года два назад, на выпускном в девятом классе. — Сафронову не узнать, — произнес Боря, оценивающе проходясь по девушке взглядом. — Рита тоже прекрасно выглядит.       Вера стояла и о чем-то спорила с Ритой, то и дело поправляя прекрасно уложенные волосы. Она выглядела просто очаровательно в своем атласном платье немного выше колен, которое было на бретельках, и, кажется, под ним не было белья, потому что Боря, да и любой другой, видивший ее сегодня, мог поклясться, что ее грудь чудесно выглядела в этом наряде, словом, как и стройные ножки, которые каблуки только подчеркивали. Кислов пихнул друга плечом, прекрасно зная, что кроется в этом взгляде. Его девушка отлично выглядела, но привлекала слишком много внимания, ему бы гордиться этим, но единственное, что ему хотелось — набросить ей на плечи свой пиджак, который скрыл бы эту красоту от испытывающих глаз. — Согласен с Хенком, девчонки постарались, — произнес Мел, обводя Риту взглядом. — Еще бы на невесту посмотреть, — хмынул Ваня, утягивая друзей в сторону девушек. — Хенк, ты не приглашал Анну Сергеевну? — Она мне отказала, — честно признался он. — Поэтому, парни, берегите своих дам, я ведь парень свободный. — Пожалей свои зубы, — Мел ухмыльнулся, кивая на недовольного Кислова. — И то верно. — Ты специально так оделась, чтобы я смотрел только на тебя? — прошептал Киса, приобнимая брюнетку за талию. Она лукаво улыбнулась, смотря в сторону подъезжающей машины, пока рука Кислова медленно спускалась к бедрам, оглаживая ягодицы. Наконец появились жених с невестой. — Какая она красивая, — еле слышно заметила девушка, возвращая руку Вани на талию. — Ты красивее, — на ушко проговорил он, даже не взглянув в сторону невесты, касаясь носом её шеи. — Так сладкого пахнешь, может в ресторане мы… Вера не сильно пихнула его, привлекая внимание к молодоженам. Ваня раздосадовано убрал руки, устремляя взгляд к Гене и его женщине. На его лице воцарилась обида, как у кота, которому не досталась сметана, о которой он так грезил. Вера улыбнулась, замечая это, и, поцеловав его в щеку, прошептала: — Если ты сейчас обещаешь быть хорошим мальчиком, и улыбаться, то я подумаю насчет ресторана. Кислов вздохнул. Только волю дай, как они начинают манипулировать. Другого выхода не было, он широко улыбнулся, хлопая молодоженам. Гена ввел под руку Алину, на нем был новенький черный костюм, а на ней красивое свадебное платье. Платье было по щиколотку, и не волочилось, как ненужная тряпка позади невесты, собирая пыль улиц. Она была слегка смугловатой, выделяясь среди толпы. Ее широкая и неподдельная улыбка буквально с первых минут заставляла думать, что она также, как и Зуев, влюблена. А Гена сиял. Впервые друзья видели его таким счастливым. Вся церемония заняла не больше получаса, молодожены обменивались клятвами, кольцами и, наконец-то, поцелуем, который показался гостям более откровенным, чем следовало бы, но это слишком вызвало бурю улыбок и смеха. — Невестушка то не промах, — хихикнул Киса, поворачиваясь к Сафроновой, которая заворожено наблюдала за парой. Её глаза светились от радости, сегодня определенно был прекрасный день, чтобы рассмотреть ее с новой стороны. — Иди сюда, — произносит, впиваясь в её губы поцелуем. К вечеру от солнечного дня остались лишь сгустка темных туч и раскаты грома, которые заволокли ясное небо. Ослепительная молния вспорола небо. Выйдя из здания, гости попали под теплый, но сильный дождь, который не собирался заканчиваться. Все сразу же замешкались, не желая промокнуть, и стали разбредаться по машинам, чтобы скорее оказаться в ресторане. Платье Веры приняло на себя настроение природы, промокая от капель дождя, прилипая к телу столь изящно, словно так и было задумано. Ваня заворожено смотрел на это зрелище, наблюдая за тем, как его девушка наслаждается погодой, позабыв о макияже, и платье, которое теперь еще маняще обволокло ее фигуру. Он улыбнулся, стягивая пиджак. — Прекрасный макияж, но это платье нужно спасать, — хмыкнул, укутывая ее в свою вещицу. Он аккуратно обнял ее, ведя к машине, в которой их дожидались Мел с Ритой. И пусть дождь не входил в плане Гены, он не смог ничего испортить. Гости по-прежнему выгладили счастливыми, хоть их внешний вид и изменился. Многие успели посушить волосы в уборной, и немного привели себя в порядок. Другие же просто счастливо приветствовали пару, желая им счастья в новой супружеской жизни. Всё было просто чудесно, и Кислов даже делал вид, что его вовсе не смущает то, что Гена с какого-то бока позвал к себе на свадьбу Кудинова. А также Машу. И если со второй всё было понятно, ведь она близкая знакомая Зуева, и не раз его выручала, то с первым гостем Кислов сомневался. Но это был не его праздник, и он не хотел устраивать разборки в день, когда Алина так мило жалась к Зуеву, словно любила его одного всю свою жизнь. Первый танец жениха и невесты тоже получился своеобразным, оттого прекрасным. Гена с Алиной отлично друг другу подходили, хотя никто не осмелился спросить, в курсе ли она того, чем он занимается, было видно, что она влюблена. — Потанцуем? — отчетливо произнес Кислов, приглашая Веру за руку вглубь зала, где уже несколько пар танцевали. — Ваня, — улыбнулся она резкому порывы парня. — Ты правда хочешь танцевать, или на тебя так влияют Илья и бывшая девушка? Её ладони огладили его плечи. — Меня не интересуют они, — ухмыляясь. — Правда? — лукаво. — Тогда, быть может, один танец с Ильёй… — Сафронова, моему терпению есть конец. — Прости, — произносит, едва касаясь его губ. — Тебе так идут рубашки, я сразу вспоминаю свой первый день в 9 классе, когда ты читал стихи. Почему ты больше их не читал? — Разве? — ухмыляясь. — Хочешь чего-нибудь? — Хочу, — улыбаясь. Кто же знал, что хитрый Киса вовсе не собирался читать классиков. Он оглядел Кудинова, который сидел в середине зала, и наблюдал за ними, даря ему фирменную оскалочку.       — Разврат и нежность — это ты —       Никто не выдержит сравненья.       Несут твои прикосновенья       Тепло свободной наготы. Вера залилась краской, ощущая как уверенно он касается ее поясницы. Она знала, что он видит, как на них смотрит Илья, и сама отмечала для себя, что ей, скорее всего, не стоит так откровенно флиртовать с Кисловым на глазах у друга, но Ваня выглядел так, словно любой ее отказ мог ранить его сильнее грустных глаз Ильи. — Перестань, — прошипела она, надавливая ему на плечи. — Ты меня смущаешь. Кислов ухмыльнулся. — Сейчас я представляю, как тебя я раздеваю… Лифчик, трусики — долой! Сафронова рассмеялась. То ли алкоголь играл в ее венах, то ли взгляды Ильи и Маши, обращенные к ним, но она находила эту ситуации очень правильной и нужной. — И что мне делать с этим влечением к тебе? Вера беззастенчиво обняла Кису за шею, вдыхая знакомый запах. — Как-то по секрету, Игорь шепнул мне, что у него здесь для таких изнывающих по любви мальчикам, есть вип комната. Кислов сглотнул от ощущения тепла на своей шее. — И угадай, у кого, совершенно по чистой случайности, есть ключик к этой чудо комнаты? Внезапно решившая уединиться парочка практически никого не смутила. Люди были навеселе, и не особо подмечали такие вещи. За исключением Ильи, и Марии, которые сидели рука об рука за столом, наблюдая, как их любимые покидают зал, замышляя что-то интересное. Кудинов яростно схватил бутылку вина, наливая себе стакан игристой жидкости. Осушив его, он, приисполненный уверенности испортить планы Кислова, резко вскочил на ноги, но не успел сделать и шага, как чья-то сильная хватка заставила его упасть обратно на стул. — Остынь, красавчик, — вовремя вмешалась Маша, протягивая ему еще бокальчик увеселительной жидкости. — Не тот случай, чтобы спасать свою принцессу из лап дракона. — Что? — Я говорю, что твоя принцесса упорхала с другим принцем, поэтому не лезь. Она не хочет, чтобы ты ее спасал, она сейчас, вероятно, наслаждается, — горько проговорила Маша, делая глоток вина. — Тебе совсем плевать, что тот, кого ты любишь сейчас с другой тра… — Именно, милый, они трахаются, — она смиренно улыбнулась. — Ване она нравится. К тому же, зачем мне нужен парень, который желает другую девку. — Он может быть и желает, а вот она нет. Маша рассмеялась. — Это же Кислов, зайчик, его невозможно не хотеть. Просто отпусти её. — Как я могу отпустить того, кого люблю? — Если любишь, сможешь. Поверь, проходили. — Она будет с ним несчастна! Маша вздохнула, наблюдая за этим бедным парнем, который, кажется, очень любил Веру. Судьба — злодейка. Оставила их двоих без любимых. Маша еще ей это припомнит. — Ты не несешь ответственность за ее счастье, и выбор. Сейчас она счастлива, а потом это будет совершенно другой человек, и другой выбор. Но, поверь мне, её выбором уже никогда не будешь ты. — Они встречаются месяц от силы, она может ошибаться, а он, а он… сволочь, пользуется ее глупостью и… — Ах, Илюша, ничего то ты не понимаешь. Парень нахмурился. — Можно подумать, ты многое понимаешь. — Достаточно, чтобы знать, что Ваня никогда и ни за что не будет с той, на которою ему плевать. Он же с девятого класса на нее заглядывается, удивительно, что учась вместе, ты этого не видел. — Не понял. Ты несешь бред. — Бред — это твое желание их разлучить, герой. Наверное, судьба действительно есть, раз они всё ещё вместе. Маша рассказала Кудинову о том, как обстояли дела на самом деле. Маша, впервые услышав грустную историю от пьяного Кислова, который плакал на ее руках, прося прощения за то, что мечтает о другой девушке, сначала не знала, как реагировать на такое откровение. Он всё шептал её имя в тот вечер. Вера. Вера. Утыкался в её колени, плакал, но думал о другой. Говорил, что заметил ее красивые глаза в первую их встречу, как только та, по его рассказам, влетела в класс, боясь опоздать на урок в свой первый день. Накануне он подрался, и его мать вызвали в школу, чтобы рассмотреть вопрос об отчислении сорванца, на что он благополучно наплевав, и решив, что терять больше нечего, вернулся в класс, читая одноклассникам Есенина. Но как оказалось, в тот момент, когда ты уверен, что терять больше нечего и тебя ничего не держит, обязательно появляется тот, кто становится для тебя якорем. Этим якорем стала Сафронова с ее очаровательными глазами и краснеющими щеками, когда он впервые коснулся их губами. Он вел себя, как дурачок, пытаясь привлечь ее внимание.       - Я так старался, чтобы она всегда смотрела и видела меня.       - Но почему, Маша, она видела Илью?       Он считал, что она была влюблена в одноклассника, с которым близко общалась. Маша гладила его волосы, пытаясь успокоить.       - Я его ненавижу.       -Почему она возвращается домой с ним?       Маша слушала и слушала, начиная плакать вместе с Ваней. В тот день она поняла, что Кислов самый чувствительный и нежный парень в ее жизни, и как жаль, что в его сердце скрывалась другая.       Он злился. Она была его первой любовью, мечтой. Мечта улыбалась другому мальчику. Мечта проводила время с другим мальчиком. Мечта была несбыточной. Кислов злился. Выслеживал их, гуляющих по школе, и намерено издевался над Ильёй, прямо перед ней, чтобы она увидела, что он сильнее и увереннее в себе. Жаль, он тогда не знал, что таким образом любви не добиться.       Хотя, стоило ему тогда лишь заговорить с девочкой, он бы все понял. Не пришлось бы столько ждать. — Мне так плохо, Машенька. Ты такая хорошая, а я все о другой думаю. — Всё хорошо…       В тот день два сердца разбивалось в унисон. У Маши случилась первая и такая грустная история любви, научившая ее отпускать и сочувствовать, а у Вани появился человек, которому он смог рассказать такую же грустную историю.       Было слишком больно, но после того вечера, тогда… Маша и Ваня спокойно расстались. Это было проще, чем мучить друг друга. — Вот так вот история, — с грустью закончила свой рассказ девушка, наблюдая, как Илья приобрел серьезный вид. — Так что всё время страдал не ты, а кое-кто другой. Позволь ему хотя бы сейчас остаться наедине со своей мечтой. — А ты? Как же ты? Что ты чувствовала тогда? Маша улыбнулась новому знакомому. — Хочешь послушать?