Глава 3.
19 июня 2023 г., 08:03
Мучительные два часа в поездке рядом со Скарамуччей для Люмин показались вечностью, именно поэтому, когда автобус сделал свою первую остановку возле заправки, она чуть ли не первая выскочила из него. Выйдя на улицу и глотнув свежего воздуха, Люмин ищёт глазами высокого рыжего парня, когда остальная часть команды начала выходить на улицу. Стоило ему только появиться в её поле зрения, как Люмин тут же хватает его за руку и тащит подальше от толпы. Тарталья даже не стал сопротивлялся, просто позволил уедениться с ним невдалеке от автобуса. Убедившись, что за ними никто не пошёл и никого нет поблизости, Люмин разворачивается к Тарталье лицом и гневно смотрит на него.
— Воу, воу. Полегче, подруга. Что я тебе такого сделал, раз ты готова убить меня, судя по твоему взгляду?
— Не сел вместе со Скарой, вот что! — пылко заявила Люмин. — Что за подстава, Тарталья? Какого хрена ты решил усесться рядом с Гань Юй?!
Тарталья выдернул свою руку из не особо крепкой хватки и протер запястье, прежде чем ответить. Люмин же в это время уперлась руками в бока и нетерпеливо ожидала ответа.
— Какая тебе вообще разница? Я захотел сесть с ней. Ты мне кто, мамка, чтобы указывать с кем сидеть можно, а с кем нет? — негодовал парень.
Девушка тяжело вздохнула и начала тереть переносицу. Она прекрасно понимала, что это не вина Тартальи в том, что она сидит вместе со своим врагом. Пытаясь унять весь гнев, который бушевал внутри, она продолжила более спокойным тоном.
— Нет, ха-а...извини за это. С ним просто невозможно сидеть, особенно мне. Ты ведь знаешь, что мы не переварием друг друга.
— Знаю, — кивнул он, — однако нотации ты должна читать не мне, а Кадзухе. Вы же друзья, а он по факту предал тебя и сел с Кокоми.
— А ты с Гань Юй, — напомнила девушка, вопросительно поднимая бровь.
В ответ на это Тарталья лишь пожал плечами. Понимая, что ничего этим диалогом не изменить, Люмин закатывает глаза и уходит, оставляя парня одного. Тот же осознав, что допрос окончен, тоже потрусил вслед за ней, но догнал и даже обогнал благодаря своему высокому росту. Не сложно было догадаться, что Тарталья направился к Гань Юй, которая потеряла его и растерянно смотрела по сторонам в поисках длинной фигуры. Приблизившись к ней, Тарталья кладет руку на её талию и они уже вместе пошли в сторону магазина. Люмин же остановилась на полпути, не решаясь ступить дальше. Ей не особо горело встретить среди прилавных полок Скарамуччу, который точно не сможет удержаться и не прокомментировать любое её телодвижение, как было в автобусе. Стоило ей взять воду, как он спрашивал, сильно ли её мучит жажда, положить в рот печенье, как он говорил, что она ест как свинья. Про телефонные переписки она вообще вспоминать не хотела. Ведь любое сообщение, которая она отправляла своему интернет-другу, сопровождалось тем, что Скарамучча допытывал её вопросами о том, не о нем ли она рассказывает. В общем, двумя словами это был сущий ад. Ей казалось, что если Скарамучча скажет ещё хоть одно гадкое слово в её адрес, то она придушит его прямо в этом же автобуса и он так и не сможет увидеть Сумеру. Постояв на одном месте пару минут, Люмин все-таки решается зайти, но в последний момент её останавливает чей-то голос, который зовёт девушку по имени.
— Люмин, постой!
Повернувшись в полоборота, девушка видит Кадзуху и её лицо моментально приобретает выражение злости. Друг подбегает к ней и хватает за плечи, не позволяя убежать.
— Почему ты игнорируешь мои сообщения? Блин, я понимаю, что поступил просто ужасно, но не до такой же степени.
— Именно до такой, — оспорила она. — Чем ты вообще думал, когда садился вместе с Кокоми, хотя видел, что последнее свободное место осталось рядом с этим придурком?!
Кадзуха качает головой. Ему было ужасно стыдно и он даже не представлял, как мог загладить свою вину перед подругой детства.
— Правда прости, у нас утром вышел не лучший диалог, поэтому я подумал, что тебе будет неприятно сидеть со мной, — оправдовался он.
— А меня ты спросил об этом?
— Нет, — прошептал Кадзуха.
— Ну вот и все. Диалог окончен.
Люмин сбрасывает со своих плеч чужие руки, однако Кадзуха был очень напористым и именно поэтому он хватает её за запястья и прижимает к стене, поднимая руки вверх. Им повезло, что уже все кто хотел зашли внутрь, а остальная группа осталась в автобусе, которым было не особо интересно, что происходит на улице. Но данная поза очень смутила Люмин, она даже забыла о том, что всего минуту назад была ужасно зла на Кадзуху. Это был её идеальный шанс поцеловать его, но она знала, чем все это обернется, поэтому сдержалась. Вот только парня это совершенно не смущало. Он словно не понимал, какую странную позу принял прямо сейчас, поэтому продолжил спокойно говорить.
— Я поговорил с Кокоми. Она не против сесть рядом со Скарамуччей, я делаю это ради того, чтобы ты не обижалась. Потому что мне важна наша дружба — Кадзуха не умел врать, он был всегда честен с ней.
И он снова говорил про их столь крепкую дружбу, что началась несколько лет назад и держалась по сей день. Люмин прекрасно понимала, что больше, чем просто хорошую подругу, Кадзуха в ней никогда не разглядит. Это ужасно печалило. Казалось бы, пора смириться и двигаться дальше, но Люмин не могла себе этого позволить. Она знала про него абсолютно все, начиная с мелких деталей и заканчивая привычками. Кадзуха был для неё идеалом и никто не мог затмить его, ни красотой, ни характером.
— Люми, ты меня слушаешь?
Даже её милое прозвище Люми придумал он. Как-то раз в детстве парень назвал Люмин очень милой и дал ей прозвище, чтобы каждый раз, когда он его произносит, она вспоминала слова многолетней давности и причину такого обращения к ней. Просто чтобы она помнила, что безумно мила со своими светлыми, но короткими волосами, которые обрамляют её лицо и так идут ей. Что её янтарные глаза, отливающиеся на солнце золотом, заставляют ощущать внутри прилив тепла. А её улыбка была для Кадзухой самой прекрасной, поэтому он всегда просил улыбаться её как можно чаще.
— Да, слушаю.
— И что ты думаешь насчет моих слов? — Кадзуха явно сильно переживал, это было очень заметно по его интонации и глазам, которые скакали по лицу девушки.
От его прикосновений по телу Люмин пробежались мурашки, а сердце внутри участило свои удары. Щеки залились румянцем, казалось, что даже кончикам ушей стало жарко. Однако она старалась держать ровный тон и не подавать виду.
— Ну а ты как считаешь? Неужели думаешь, что я откажусь и продолжу с ним сидеть? — усмехнулась Люмин. — Не смеши, я бы с этим придурком даже за денежное вознаграждение вместе не села. И кстати, — Люмин плавно перевела взгляд с лица Кадзухи на свои руки, — можешь уже отпустить.
— А, — опомнился он и убрал руки с запястий подруги, — точно. Извини.
— Все нормально, — однако сердце девушки быстро билось внутри и в ушах отразились удары.
Друзья замолки. Между ними повисла неловкая тишина и каждый не знал, что ему говорить. Девушка опустила глаза в пол и пыталась успокоиться, дабы ее сердце перестало так быстро стучать, именно поэтому она старалась не смотреть на своего воздыхателя, а парень же отвел взгляд в сторону и потирал затылок, явно думая, о чем ещё можно поговорить с подругой после того, как они все решили. В душе Люмин искренне лелеяла, чтобы Кадзуха не вздумал поднимать события сегодняшнего утра, ведь обсуждать это она не хотела. Ей все равно нечего будет ему ответить. И её молитвы были услышаны. Кадзуха заговорил с ней, но не на тему чувств Люмин по отношению к нему.
— Ты собираешься что-то брать. Или, может быть, хочешь сходить в туалет, пока есть время?
— Не-а. Ничего из этого.
— Ну тогда, — Кадзуха протянул руку, — пойдем в автобус?
Люмин подняла глаза и посмотрела на руку, которую ей протягивали. Поколебавшись пару секунд, она все-таки вложила свою ладонь в чужую и они вместе побрели в сторону автобуса. Остальная часть команды потихоньку начала вываливаться из магазина и под радостный хохот идти вслед за друзьями в автобус, даже тренер Итто о чем-то весело беседовал со своей команды, иногда строя рожи или показывая свои мускулы. Наблюдая за этим со стороны, по телу Люмин побежало убаюкивающее тепло. В один момент ей стало настолько хорошо, что она и вовсе позабыла о прошлых проблемах и переживаниях. Переведя взгляд на Кадзуху, она увидела, что он наблюдает за ней с улыбкой на лице. Люмин немного смутилась, но радостное выражение лица не исчезло. Смотря прямо в огненно-красные глаза друга, она убирает пару светлых локонов за ухо и шутливо подмигивает ему. Кадзуха на это лишь ярче улыбнулся и потер большим пальцем тыльную сторону ладони подруги. Заходя в автобус, Люмин умудрилась неуклюже поставить ногу на первую ступеньку и полетела вниз, но Кадзуха вовремя её поймал за талию. Испуганно глянув на парня, она облегченно выдыхает, ведь все обошлось.
— Не ушиблась? — взволнованно спрашивает он.
— Да, — солгала девушка, — нога немного побаливает.
— Раз так, — парень немного нагинается и поднимает Люмин на руки, — держись крепче.
— Угу, — выдавила она из себя смущенно.
Кадзуха держал её очень осторожно, как обычно поступают с невероятно хрупкой и ценной ношей. Люмин на секунду показалось, будто бы он и вовсе хотел поцеловать её в носик, но сдержался, потому что в автобусе они были не одни. Обвив вокруг шеи Кадзухи свои руки, она легла головой на его грудь и довольная улыбалась. Зная наизусть характер друга, она решила воспользоваться этим и поэтому солгала о боли, чтобы он просто взял её на руки, как обычно бывает, когда она получает травму.
Подойдя к своему месту, парень аккуратно усаживает подругу на сиденье и вот только хотел устроиться рядом с ней, как к нему подбегает Кокоми и хватает за плечо, потянув его на себя.
— Кадзуха, кажется Люмин все-таки придется до конца поездки сидеть со Скарамуччей, — стыдливо призналась Кокоми.
— Это ещё почему? — удивленно спросил он.
— Потому..
— Потому что я не собираюсь сидеть вместе с рыбой, — ответил за неё Скарамучча.
Все трое обернулись в его сторону. Скарамучча сидел в позе короля, сложив нога на ногу и скрестив руки на уровни груди. Его синие глаза с фиолетовым отливом прожигали Кадзуху убийственным взглядом. Встав со своего места, он засовывает руки в карманы темных брюк и проходит в середину автобуса. Грубо толкнув Кокоми в сторону, которая звонко прокричала «Ай!», руки Скарамуччи выныривают из карманов и хватают Кадзуху за грудки, толчком усаживая на сиденье, что было напротив Люмин. Та же хватает своего врага за уголок одежды и начинает тянуть его на себя, но он лишь отталкивает её. Возмутившись столь наглому поведению, Люмин не выдерживает и ударяет его правой ногой по бедру, но Скарамучча даже не шелохнулся.
— Что за цирк, Скара? — спокойно задал вопрос Кадзуха.
— Это вы цирк какой-то устраиваете, — процедил он сквозь зубы, — с какого-то решили, что я буду сидеть с этой рыбой. Моё мнение не забыли спросить?
— У неё есть имя, — напомнил Кадзуха.
— Да плевать мне! Я не буду сидеть с ней!
— А с кем тогда?
Скарамучча перевел взгляд на Люмин.
— С ней.
От такого заявления глаза девушки расширились. Она точно никогда бы не подумала, что человек, с которым она враждует вот уже не первый год, захочет умаститься с ней на одно сиденье и всю поездку провести в компании друг друга. Однако такое развитие событий её не устраивало, поэтому она вклинилась в разговор и гневно выпалила:
— Я не хочу с тобой сидеть!
— Да мне побоку, — усмехнулся он и небрежно отпустил Кадзуху. — Как он там тебя брал? Вот так?
Парень поднял девушку на руки, но не так аккуратно, как Кадзуха. Люмин же начала протестовать, болтая ногами и ударяя его кулаками в грудь, но он будто бы этого не замечал. Кадзуха пытался вразумить Скарамуччу и просил оставить Люмин, но последний лишь послал его на три весёлые буквы. Люмин могла бы ударить его достаточно сильно, чтобы её отпустили, но не могла из-за того, что устроила целое шоу Кадзухе про то, что ушибла ногу и теперь ей сложно ходить, оставалось только смириться с положением. Усадив Люмин на место, Скарамучча одной рукой упирается в спинку и нагинается к её ухо, шепча на него:
— Сидишь здесь и не смеешь рыпаться. Ты же явно не хочешь, чтобы я покалечил твоего дружка, да?
— Да пошел ты..
— Куда? — лучезарно улыбнулся он, перебираясь с уха девушки к её лицу.
— Придурок. Почему ты вообще хочешь сидеть со мной?
— Не важно. Тебя это не должно касаться.
Скарамучча выпрямляется в спине и занимает место рядом с Люмин. Та же переводит на Кадзуху обреченный взгляд и качает головой, давая понять, что с её врагом бесполезно спорить. Окинув подругу грустными глазами, Кадзуха глубоко вздыхает и занимает место вместе с Кокоми. Люмин косо смотрит на соседа и, немного поколебавшись, хватает его за шиворот футболки. Замахнувшись, она хочет влепить ему смачную пощечину, но Скарамучча резко перехватывает её руку и ехидно ухмыляется. Его синие глаза с фиолетовым отливом в упор смотрят в янтарные. Пока они сверлили друг друга взглядом, Люмин на несколько секунд перестала хмуриться и начала изучать лицо ненавистного ей человека. Она поймала себя на мысли о том, что Мона была права насчёт глаз Скарамуччи, они были очаровательны. Но вошедший в автобус тренер отдернул её от подобных мыслей, громко заявив о том, что остановка окончена и они дальше отправляются в путь. Скарамучча отпустил руку Люмин и отвернулся от неё, направив свой взгляд в окно и рассматривая живописные пейзажи высоких деревьев. Покрутив пальцем у виска и убедившись в том, что парень это заметил, девушка хмыкнула и так же повернулась к нему боком. Вся эта суматоха очень сильно умаила её, поэтому она облокотилась головой на спинку и как только они тронулись, опустила уставшие веки и через пару минут провалилась в сон.
