Патриаршие пруды

      17 сентября 2022       Около минуты Марк находился на улице, а уже успел пожалеть о том, что вышел в одном худи. А по ощущениям и не скажешь, что сейчас семнадцать градусов. Хотя, такая погода вполне приемлема, ведь на улице середина сентября.       Буквально час назад закончился дождь, поэтому на улице было как никогда свежо. Тишман медленно вдыхает, прикрывая глаза, — пытается расслабиться, дать волю своим мыслям и чувствам, пропустить музу внутрь своей души.       А потом просто надевает наушники, включает свой любимый "прогулочный" плейлист — Марк специально составлял его на случай, если вот так, в два часа ночи, приспичит погулять. Натягивает на руки чёрные перчатки без пальцев, что максимально сильно подходит к его сегодняшнему образу — простенький, свободный тотал блэк.       Марк сам не понял, в какой момент решил не просто прогуляться, а проехаться на велосипеде. Всë-таки осень на дворе, а мыть велосипед потом очень долго, да и, собственно, негде. Но, кажется, Марка это не особо волновало, поэтому он сейчас медленно, но верно разъезжал по до боли знакомым улицам Патриарших, которые он выучил уже наизусть. А как не выучить за столько-то лет?       Несмотря на такое позднее время, людей Марк всё же замечал: молодая парочка, мило держащаяся за руки, прогуливаясь около пруда — мужчина всячески пытался не завидовать, — одинокая старушка или мужчина с двумя большими лабрадорами. Именно в такие моменты Марк начинает задумываться о том, что у каждого прохожего своя жизнь, свои интересы, свои близкие люди, своя любовь. Даже у водителя поливной машины, гудящей неподалёку, наверняка есть любящая жена и дети.       Если бы он так задумывался о своей жизни...       Велосипед приводит его к одному из домов, который обычно Марк старается избегать. В нём живëт она... Именно по инициативе Марка Юля переехала на Патриаршие в далёком 2015. Тогда Тишман был несказанно рад этому, а сейчас от этого он сам и страдает.       Слишком больно каждый раз бывать тут и каждый раз вспоминать те моменты, когда ничего не получилось. Но сегодня как-то безумно хорошо, что может сердце не будет предательски колоться, если позволить ему сейчас окунуться в воспоминания?       У Юли всё прекрасно: любящий, заботливый муж с необычными именем — Роберт, милая, красивая дочка Ярослава, которой всего четыре годика, но та уже превосходит себя во многих начинаниях.       Вон то окошко, на третьем этаже. Горит. Марк мимолётно улыбается, представляя, как Юля и её возлюбленный возятся с дочкой, которая, вероятно, опять заболела и не даёт сейчас никому спать.       Больно стало слишком сильно, настроение слушать музыку совсем пропало, именно поэтому наушники в следующую секунду оказываются в кейсе, а кейс в барсетке. Тишман еще раз оглядывает дом в целом и особенно её окно, а после закидывает ногу на педаль и направляется в сторону пруда.       Первая попавшаяся скамья становится приютом Марка на следующий час. Велосипед припаркован рядом так, чтобы нога обязательно касалась колеса — все-таки не хочется становиться жертвой кражи. Тишман накидывает на голову капюшон, втягивает руки в рукава, пытаясь согреться — домой сейчас совсем не хочется. И пусть со стороны он выглядит как какой-нибудь вор, гопник или насильник, но подозрений он ни у кого не вызовет.       Все участковые его знают, здороваются при встрече, а если и видят его таким уставшим, погрузившимся в свои мысли, то просто проходят мимо.

***

      15 июня, 2017       Марк окончательно осознаёт, что любит её, на съёмкак клипа к Невыносимой. В первый день сьëмок было слишком много объятий, смеха, да и в целом взаимодействий, которые перключили тумблерок в голове Марка, до этого питающий сознание только дружественными отношениями.       Осознать-то он осознал, но признаться боялся. Боялся быть отвергнутым, забытым. Боялся, что Юля из-за этого может прервать съёмки, уехать в Москву и разорвать все контакты с ним.       Клипа им и подавно не видать после такого. Да что клипа: Марк не был уверен даже в том, будет ли Юля выступать с ним.       Хотелось поговорить на этот счёт с кем-нибудь. С тем, кто недавно тоже начал отношения. Благо, такой человек в окружении Марка был, да ещё и совсем рядом.

***

      — Ксюш, я могу поговорить с тобой? — мужчина спускается по маленькой лестнице, заставая девушку с камерой около скамейки.       — Ты что-то интересное для клипа придумал? — Ксю отвлекается от камеры, устремляя взгляд на Марка.       — Нет-нет, я не об этом, — Марк опускается на скамейку, утягивая за собой девушку, видимо, для того, чтобы говорить тише, хотя помимо них около скамьи никого не было. — Тут немного личное...       — Юля?       — Ага, — Тишман откидывается на спинку, запуская руки в волосы и резко встряхивая несколько раз, — Не знаю, как признаться, а вы, вроде, вот отношения как раз недавно начали.       — Просто подойди и признайся, — Мамаева берёт мужчину за руку, сжимая, а в следующую секунду по инициативе Марка пальцы переплетаются.       — Тебе легко говорить, а я как-то переживаю, — Тишман опускает голову на плечо девушки, тяжело выдыхая.       — Ты бы знал, как Артём переживал, когда мне признавался, — Ксю вспоминает некоторые моменты, которые даже сейчас её забавят, — Это, конечно, нервно, но того стоит, вон как он светится! — Мамаева обращает внимание на внезапно появившегося откуда-то и прошедшего мимо них Тëму, записывающего кому-то голосовое.       — Ну ты и сравнила конечно! — усмехается Марк, тоже обращая внимание на парня, — Я и пиздюк этот мелкий, жизни не повидавший, — со стороны девушки слышится заливистый смех, а со стороны Артёма, явно услышавшего всë, летит комбинация из большого и среднего пальца.       — А если она откажет? — Марк возвращается с своим мыслям, гложущим изнутри теперь с ещё большей силой.       — Значит так надо, Марк, с этим ничего не поделаешь, — Ксюша прекрасно понимает всё его волнение, все эмоции, бушующие в груди, всё-таки сама когда-то признавалась и была отвергнута. — Но тебе полегчает, хотя бы немного.       — Наверное, ты права, — минутное молчание помогло Марку сделать определённые выводы и всё же попробовать поговорить с Юлей, — Спасибо тебе, Ксюнь, ты как всегда меня выручаешь.       — Не за что, Марик, мне не безразличны твои чувства и я хочу, чтобы всё у тебя было хорошо, — Тишман благодарно целует Ксюшу в щëку, после чего, попрощавшись, удаляется в номер.

***

      Вечером Тишман вылавливает Юлю на территории отеля: девушка сидит на качелях, листая очередные бессмысленные посты в инстаграме. Лёгкое белое платье в горошек сейчас медленно колышится от ветра, а Марк, почувствовав его на себе, стаскивает кофту и направляется к девушке.       — Замëрзнешь ведь, — мужчина набрасывает кофту на плечи девушки, от чего та чуть ли не подпрыгивает на месте.       — Фу, Марк, напугал! — резко тараторит Паршута, выключая экран смартфона и убирая его в маленькую сумочку.       — Прости, пожалуйста, — Марк садится на корточки прямо перед девушкой, заключая её руки в объятия своих. — Вон какие руки холодные, а ты ещё и без рукавов. — Тишман говорит сейчас абсолютно спокойным тоном, даже не смея повысить голос ни на долю секунды.       — Они всегда холодные, ты же знаешь.       — Я знаю, какая температура у твоих рук, сегодня они явно холоднее, так что не притворяйся, что тебе не холодно, — делает выводы Марк, от которых у Юли глаза буквально на лоб лезут: как этот человек такое долгое время не перестаёт удивлять её своими выходками и выкрутасами? Просто браво, Тишман.       — Хорошо-хорошо, твоя взяла, — девушка наклоняется, увенчая поцелуй в лоб, — Ты вообще чего вышел? Хотел что-то?       — Поговорить. Пошли в номер. — отрезает мужчина, вставая и направляясь в сторону отеля. Опять удивляет: так быстро менять настроения может только он.       — О чем ты хотел поговорить? — Юля откидывается на зелёный диван, стоящий в её номере, а Марк встаёт прямо перед ней, будто бы ещё раз обдумывая всё то, что хотел сказать. Паршута не торопит, покорно ждёт, хотя прошло уже около двух минут, за которые она, если честно, уже начала дремать. Из сна её вытащил шорох рядом и значительный прогиб дивана, что означало лишь то, что Марк присел.       — Я... я не знаю, как выразиться лучше, но, — ещё одна пауза, — Кажется, что я к тебе что-то чувствую, что-то совсем не дружеское, — слова в данный момент покинули Марка окончательно, хотя какую-никакую речь он всё же готовил, — Люблю я тебя.       Юля тут же округляет глаза, отрываясь от спинки, устремляя свой взгляд, полный удивления и страха, на Марка.       — Марк, боже, — в следующий момент Юля прячет лицо в ладонях, скрывая накативший стыд, — Я же тебе ничего не рассказала...       — Что именно?       — У меня есть любимый человек, Роберт. И мы, — Паршута пытается подобрать как можно меньше слов, котрые могли бы навеять Марку совсем не то, что нужно, — планируем свадьбу в скором времени.       — Я тебя понял, прости, — Тишман срывется со своего места, направляясь в сторону выхода.       — Марк, подожди, давай поговорим, — девушка подрывается с места, касается плеча Марка, тем самым его останавливая.       — О чём, Юль? — Марк смотрит куда-то в пол, боясь посмотреть в глаза снова, увидеть разочарование и жалость. — Я всё услышал.       — Нет, подожди, ты не всё услышал, дай мне объясниться, — Юля присаживается на диван, утягивая за собой мужчину.       — Давай, я слушаю.       — Я не хочу разрывать общение с тобой, пойми это, пожалуйста, — Паршута берёт его ладонь, крепко сжимая в своих — волнение брало верх в этот момент,       — Ты мне очень дорог, мне дорога наша дружба, понимаешь?       — Почему ты тогда раньше не рассказывала о своих отношениях?       — Да я просто боялась, — снова сжимает его ладонь, — Именно такого исхода. Ты уйдёшь, не дав мне ничего объяснить, и мы разорвёмся.       — Я не уйду, Юль, если попросишь, никуда не уйду, — мужчина подаётся вперёд, падая в объятия девушки, располагая руки на спине, тут же начиная поглаживать.       — Не уходи, Марк, ты мне нужен.       — Ты мне тоже. — короткий поцелуй в плечо расставляет все точки над i в теме их любовных чувств друг к другу.

***

      Жалел ли Марк о том, что рассказал ей всё? Скорее всего, нет. Пусть лучше ему сейчас будет больно, чем потом пострадают оба. Он хотел услышать её ответ, не важно, будь он положительным или отрицательным. Пусть исход получился не очень приятным, но Юля хотя бы рядом с ним и не собирается разрывать с ним связи после всего того, что они прошли вместе. Он просто открывает заметки, дрожащими руками набирая набросок того, что творится на его душе в данный момент.

15 июня 2017 22:43

Я пытаюсь сдержать себя, нормально реагировать на происходящее, но ничего не получается. Мы не отсняли и половины клипа, а я не знаю, как взаимодействовать с ней дальше. Мне больно, настолько сильно, что хочется взять ближайший рейс и уехать в Москву. Домой. Да, я рад тому, что мы не разорвались, но нить явно натянулась, меня это очень пугает.

      Ещё днем он боялся, что в Москву уедет Юля, а в итоге боится, что сделает это сам.       А на следующий день Ксю, видя некий, пусть и совсем незаметный, холод между друзьями, всё поняла сама. Ей было жалко Марка, несмотря на то, что сама же предложила ему признаться. Если вдруг ему понадобится помощь, то Мамаева обязательно подскажет, как перебороть себя и справиться с эмоциями.

***

      12 ноября 2018       — Марк, Марк! — радостно тараторит девушка, пулей залетая в квартиру мужчины, — Я тебе сейчас такое расскажу! — Юля нетерпеливо сбрасывает с себя верхнюю одежду, утягивая Марка в глубь квартиры.       — Интригуешь, зараза, — в шутку произносит Тишман, следуя за чересчур гиперактивной Юлей.       — Так вот, — секунда, и они уже сидят на диване, — ты, кстати, первый, кто узнал, я даже родителям ещё не говорила.       — Ого, я польщён, — Марк строит из себя джентельмена, мастерски меняя голос на более глубокий, что забавит девушку ещё сильнее.       — Я беременна.       — Беременна? — удивление и защитная улыбка всплывают на лице моментально, а внутри что-то рушится, да так, что, кажется это "что-то" восстановлению больше не подлежит. Нет, Марк, конечно, рад за свою подругу, но его внутренний ребёнок не даёт сделать это целиком и полностью. Обида, ревность пытаются вырваться наружу, показать себя во всей красе, но Тишман за полтора года с неудавшегося признания уже научился временно притуплять это. Именно временно, потому что, когда он останется наедине, это всё обязательно выльется, оставляя на сердце новые шрамы. Так случилось и в этот раз. Перед девушкой он искренне радовался, поддерживал, говорил, как счастлив за неё, а за её спиной тихо рыдал, заливая в себя новую порцию красного полусладкого. Всё снова повторяется. Ровно точно так же, как было в день признания, в день свадьбы...       Телефон менялся уже несколько раз, а традиция использовать заметки в качестве психолога не менялась.       Заметки — это единственное, что выслушивает его пьяный бред. Марк медленно усаживается на пол рядом с кроватью, начиная набирать очередную комедию о том, как он на самом деле заебался и устал так жить, постоянно страдая от чужого счастья.       Он мог бы пойти к друзьям с просьбой выслушать его, но ни разу не осмеливался. Он боялся, что те его отвергнут, назовут идиотом или, не дай Бог, кем-то похуже. Тишман привык решать свои проблемы сам, без посторонней помощи. В этом случае он думал ровно так же. Но только до опьянëнного сознания не доходило то, что проблему он совсем не решает, а лишь притупляет на время, теряясь в своих мысленных мирах, в которых всё гораздо лучше, ярче и красочнее.

12 ноября 2018 22:08

Было бы классно, если бы люди сами выбирали мир, в котором они хотят жить. Тогда я бы точно выбрал тот, где всё хорошо, где я рядом с ней. Я счастлив за неё и в этом мире, но от этого счастья больно мне. Почему так?

***

      17 сентября 2022       Даже после стольких лет, когда Ярослава стала неотъемлемой частью жизни Марка — Юля буквально настояла на том, чтобы он стал крестным отцом, ему всё ещё больно и обидно. И пусть сейчас он уже не заливается алкоголем, в попытках убежать от проблем, накрывающих его, словно цунами, но неприятный осадок всё ещё остаётся. За это время Марк смог проработать свое отношение к чужому счастью почти до конца. Почти.       Марк открывает глаза: на улице все так же темно, велосипед стоит рядом, а значит всё хорошо. Только вот глаза красные. Воспоминания опять дались нелегко. Впрочем, как и всегда. Этот ряд скамеек ассоциируется у Марка с воспоминаниями и горькими их последствиями. Кажется, что на каждой из них была пролита уйма слез. Но это нужно, хотя бы потому, что после этого становится легче.       Тишман отпускает все свои переживания сюда и домой едет с абсолютно спокойной и чистой душой. Патриаршие приняли его как родного, ещё давным-давно, ещё совсем молодым. Приняли и в горе, и в радости. Марк с уверенностью может назвать домом не только свою квартиру, но и весь район в целом. Патриаршие лечат его душу так, как не лечит ни один психолог. Патриаршие — его жизнь.