Пламя судьбы

Люциус отшатнулся. – Демон? – холодный голосом, в котором будто звякнул металл, переспросил Малфой. Только сейчас он осознал, как рисковал, подставив ради сию минутного удовольствия, жену и сына под удар. Если он не угодит демону, то месть опустится на самое дорогое, что у него есть. Ни деньги, ни репутация не были настолько важны, да и, как сказало это существо, власть, которую мог дать Люциус Абраксас Малфой, его не интересовала. Что же тогда ему нужно? Рабство? – Тихо, тихо, – вдруг засмеялся Иеррос, замахав руками, – каюсь, перегнул. Очень хотелось на твое удивление посмотреть. А ты кремень! Выдержка военная. Аристократ набрал полную грудь воздуха, чтобы высказать все, что накипело, но демон вновь перебил. – Дай нормально рассказать, – он вдруг посерьезнел, – Я действительно демон. Наполовину. Полукровка. Сущность ифрита. – Демоны огня, – выдохнул Люциус, – Так у тебя действительно глаза оранжевые! Я думал ифритов нет в нашем мире. – Ну вот как видишь есть. Еще вопросы? – Зачем ты здесь? – Малфой понимал, что истинной цели ему не скажут, но если что, любую информацию можно использовать. – У меня задание, – вновь улыбнулся демон, и стало понятно, что другого ответа не будет, – что еще? В ответ тишина. Люциус судорожно не мог придумать вопрос, хотя понимал, что нельзя упускать возможность, но и спросить... Его размышления были прерваны самым приятным способом. Уйдя в свои размышления, аристократ пропустил, как встал с подушек демон. Опасная оплошность. Ему хватило бы мгновения, чтобы разорвать Малфою горло. Или инкубы горло не рвут? Сжечь заживо? В общем на убийство или любое причинение вреда, Иерросу хватило бы секунды. Но он воспользовался этим временем иначе. Поцелуй был жарким. В прошлый раз у Иерроса кожа была такой же горячей? Также приятно грела, прижимая грудью к мягким подушкам? Мысли вновь путались, ускользая. Казалось, что все тело Лорда Малфоя превратилось в сплошную эрогенную зону. Неужели именно так ощущается магия демона? – Почти, – в шею ему выдохнул Иеррос, отрываясь от поцелуев, – так ощущения магия инкуба. – Кого? – не сразу переключился аристократ. Однако осознание не заставило себя долго ждать, – КОГО? – Этот крик сотряс замок, – засмеялся Иеррос, вскидывая руки от шипящего неприличные выражения Малфоя, – Не думал, что ты такие слова знаешь. Ну тише, тише, не шипи. Я думал ты льдинка, а ты самая настоящая змея! Что опять не так? – Ты хотел меня убить? – потеряв весь страх и знаменитую Малфоевскую осторожность, жёстко произнес Люциус. Он твёрдо упер руки в грудь демона, чуть ли не поднимая его над землёй. – Хотел бы – давно убил – легко отмахнулся Иеррос, внутренне удивляясь силе смертного, – инкубы убивают страстью только тех, кого хотят. К тому же в моей крови силы инкуба всего 20%. Мне надо было бы прям приложить усилие. И то спалил бы быстрее, чем выпил. – Утешил, – саркастично отозвался Малфой, но на удивление действительно успокоился. – Неужели нам наконец-то можно продолжить? – состроив выражение, полное страдания, уточнил демон. – Да, – соизволил Люциус, но стоило ему приблизится, чуть ли не отпрыгнул в сторону, – Ты мысли мои читаешь? – Периодически, – снова находясь в области шеи аристократа, отозвался Иеррос. – Ты.. отвлекаешь.. – сбившееся дыхание мешало выразить возмущение, – Я не.. могу.. ах..злиться. – И слава Шайтану. Люциус был так занят, что не ответил. *** Сон уходил медленно. Ему явно снилось что-то приятное, но вспомнить что почему-то не получалось. Потянувшись, он наткнулся рукой на еще несколько бархатных подушек. И зачем ему столько? Стоп. Малфой резко раскрыл глаза. Его взгляд упёрся в тяжёлый темно-красный балдахин. Воспоминания нахлынули огромной волной. – О Мерлин, – выдохнул Люциус, закрывая лицо подушкой. Одной из ста на этой постели, видимо. – Ну почти, – радостный, полный бодрости голос ворвался в его сознание, – с другого полюса только. Вставай, принцесса! Утро уже! – У меня когда-нибудь закончатся прозвища? – с картинной усталостью возвел глаза к «небу» Малфой. – Когда кончусь я, – подушка исчезла с его лица. В то же мгновение её заменили тёплые губы с привкусом каких-то экзотических фруктов. Ладно. Возможно это утро было самым приятным за последние лет двадцать его жизни. – Сколько времени? – оторвавшись от ненасытного демона, Люциус вывернулся из его объятий. – Ну точно змея, – усмехнулся Иеррос, переворачиваясь на спину, – шипит и ползает. – На вопрос отвечай! – шутливо выкрикнул Малфой, ища на полу остатки своей одежды. – Тиран. Ай! Меня нельзя бить подушками! Я злой демон! – Ну-ну, – настроение зашкаливало за отметку «отличное», и аристократ не смог сдержать улыбку, – времени то сколько? – В твоём мире часов десять утра, наверное, – щелкнув пальцами, демон закурил. – А мы где? – опешил Люциус, стоя в одних штанах и держа в руках распушенную на на ленточки мантию. – В аду? – Я представлял его себе несколько иначе, – поставив в план дня удивлятся этому факту, сказал Малфой, продолжая вертеть мантию. Магией восстановить её не получалось. Странно. – И не получится. Мои действия человеческой магией не обратимы, – ответил на невысказанный вопрос Иеррос. Он встал с кровати и, держа сигарету с красным дымом в зубах, направился к стене. По моновению руки демона, в ней открылось отверстие, и, бросив беглый взгляд на фигуру любовника, Иеррос принялся в нем рыться. – Вообще да, он другой, – голос ифрита приглушался «шкафом», – это мой замок. Он логично отличается от остальных частей Инферно. Как-нибудь устрою экскурсию, если захочешь, но что-то мне подсказывает, что сейчас тебе нужно возвращаться. Люциус кивнул. К его хорошо скрытому удивлению, мысль о том, что с этим необыкновенным существом придётся расстаться, приносила необъяснимую грусть. Малфой тут же убедил себя, что это из-за секса. Точно. Только из-за него. Ну и возможно из-за того, что он не смог бы связаться с демоном тогда, когда захотел бы этого сам. – Проблема решаема, – тут же отозвался голос из «шкафа», – я дам тебе артефакт, с помощью которого ты сможешь передать мне сообщение. – А ты можешь перестать лезть мне в голову? – неожиданно миролюбиво спросил Малфой, подходя к ифриту сзади. – Я и не лезу, – наконец вылез на свет чертов этот невыносимый засранец, – это ты очень громко думаешь. Если хочешь и на этот случай дам тебе артефакт. – И я смогу быть уверен, что ты не будешь подслушивать? – вскинул брови аристократ. – Если бы я хотел «подслушивать», – передразнил тон Люциуса демон, – Я бы вообще не сказал, что могу их читать. – Резонно, – подумав, согласился Малфой, – давай оба. *** В Хогвартс Иеррос вернулся танцующей походкой, поглаживая летучую мышку, сидящую на плече. – Так все, слезай. Уже близко к замку, могут возникнуть подозрения. Мышка нехотя слезла с его плеча, срываясь в лесу. – Гарри! – этот визг он узнал бы с первого раза даже после стони лет тишины. – Джинни, – тяжело выдохнул он. Девушка повисла на нем, что-то активно рассказывая и полностью игнорируя выражение граничущее с отвращением на лице «Гарри». Демон же боролся с диким желанием шарахнуть её огненным шаром в лоб. – Мистер Поттер! – ужасную идиллию прервал знакомый каждому ученику голос. – Профессор! – пискнула рыжая, мгновенно слетая с ифрита, за что тот чуть не упал на колени в порыве благодарности перед Снейпом, сдержавшись в последний момент. – Вас вызывает директор, – сверкнув глазами в сторону Джинни, проинформировал зельевар, – Я провожу. Стоило им зайти в замок, оставив застывшую в страхе Уизли на подходе, Иеррос не сдержался, тихо выдохнув: «Спасибо». Снейп покосился на демона, будто он был немой мандрагорой. – Прошу прощения? – Достала она меня уже, – также негромко отозвался Поттер, не поднимая глаз. – А как же геройская любовь до гроба? – иронии в голосе профессора позавидовала бы самая ядовитая ехидна. – Я бы и не против, – прыснул вдруг герой, – только не с ней. Не в моем вкусе рыжие... девушки. Последнее слово скрылось за закрывающийся горгулией кабинета директора, но оставшийся столбом стоять Снейп был точно уверен, что его слышал. – Блять, что?