Пламя судьбы

Холл Малфой-мэнора встретил Иерроса мягким светом хрустальных люстр, отражающихся в начищенном мраморном полу. Демон позволил себе короткую заминку, оценивая интерьер. Вкус у Малфоев был безупречен – старинная роскошь не выглядела вычурной. – Прошу, – Люциус жестом указал на гардеробную стойку, у которой уже стоял домовик. Медленно, с нарочитой грацией, Иер сбросил плащ. Ткань скользнула по его плечам, обнажая то, что было под ней. Люциус замер. На демоне был костюм-тройка цвета воронова крыла, сшитый из такого тонкого кашемира, что он казался текучим, как вода. Пиджак сидел по фигуре идеально – ни одной лишней складки, подчеркивая плечи и талию. Белая рубашка с высоким воротником-стойкой была застегнута на все пуговицы и прекрасно контрастировала со смуглой кожей. Запонки, два рубина в оправе из чёрного золота, блеснули в свете люстр. Лацканы пиджака были отделаны тончайшей серебряной нитью, образующей едва заметный узор, похожий на языки пламени. Довершали образ туфли из матовой чёрной кожи и длинный шейный платок из тёмно-красного шёлка, небрежно, но с очевидным расчётом обмотанный вокруг шеи. – Вы выглядите… – Люциус запнулся, подыскивая слово, которое не звучало бы слишком интимно, но в то же время отражало реальность. Ожидая продолжения, Иеррос вскинул брови, и в его глазах мелькнул оранжевый отблеск. – Безупречно, – выдохнул Малфой, и это слово прозвучало почти как признание. Демон чуть склонил голову, принимая комплимент. В его взгляде промелькнуло удовлетворение. Люциус указал в сторону гостиной, и они двинулись по широкому коридору. В малой гостиной их уже ждала Нарцисса. Она поднялась с кресла, когда гости вошли, и Иеррос впервые увидел её воочию. Леди Малфой была прекрасна холодной, отточенной веками красотой. На ней было платье глубокого сапфирового оттенка, расшитое мелкими серебряными звёздами, которые мерцали при каждом движении. Тяжёлый атлас струился по её фигуре, открывая изящные плечи и подчёркивая тонкую талию. Волосы, цвета платины, были уложены в сложную причёску, украшенную гребнем с живыми бриллиантами, которые переливались всеми цветами радуги. На шее – колье из сапфиров и бриллиантов, фамильная драгоценность Блэков. В ушах – серьги-капли, вторившие колье. Идеальный образ леди, которая знает свою красоту и не боится её демонстрировать. – Лорд Певерелл, – Нарцисса сделала шаг навстречу и присела в реверансе, – я бесконечно рада видеть вас в нашем доме. – Леди Малфой, – Иеррос перехватил её руку и коснулся губами тыльной стороны ладони, – я польщён приглашением и очарован вашим гостеприимством. В его тоне не было лести. Он действительно был очарован – Нарцисса производила впечатление. – Прошу за стол, – произнесЛюциус, – ужин подан. *** Столовая Малфой-мэнора была великолепна. Длинный дубовый стол, покрытый белоснежной скатертью, сервирован фарфором с гербом Малфоев. Хрустальные бокалы, серебряные приборы, свечи в высоких подсвечниках – всё дышало безупречным вкусом. Следуя правилам, Люциус занял место во главе стола, по правую руку от него – Иеррос, по левую – Нарцисса. – Я надеюсь, вы любите французскую кухню, Лорд Певерелл, – Нарцисса взяла бокал с белым вином, – наш повар – настоящий виртуоз. – Обожаю, – улыбнулся демон, – особенно когда за столом есть достойные собеседники. Это придаёт блюдам особый вкус. Разговор шел легко. Люциус и Нарцисса расспрашивали о возрождении рода Певерелл, Иеррос отвечал с той долей иронии, которая не давала разговору скатиться в скучный формалитет. – Насколько я понимаю, Лорд Певерелл, вы долго путешествовали, – заметил Люциус, когда подали второе – нежнейшее филе дорады с соусом из шафрана. – Долго, – Иеррос пригубил вино и посмотрел на собеседника поверх бокала, – я был на Востоке. Много лет. Нарцисса улыбнулась, и в её глазах мелькнула искра. После ужина, когда подали десерт — нежнейший шоколадный фондан с ягодным соусом — Иеррос откинулся на спинку стула и посмотрел на Люциуса. В его взгляде была лёгкая усмешка, которую Малфой уже научился распознавать. — Лорд Малфой, — голос демона сочился светской вежливостью, но глаза горели, — позвольте поинтересоваться: есть ли в вашем доме место, где можно потанцевать? После такого изысканного ужина хочется немного движения. Люциус на мгновение замер. Танец? В его голове пронеслись образы: руки Иерроса на талии, их близость, дыхание в унисон... Это было слишком интимно. Слишком опасно. Он не был уверен, что сможет сохранить лицо, если окажется так близко к этому невыносимому созданию. — Боюсь, я не лучший партнёр в танце, Лорд Певерелл, — ответил он, и в его голосе звучала вежливая, но твёрдая отказа. — Мой танец ограничен рамками бальных залов, и я никогда не был великим танцором. К тому же, — он чуть наклонил голову, — мне кажется, вы заслуживаете более искусного партнёра. Малфой ждал, что демон будет настаивать, но Иеррос лишь кивнул, принимая ответ. Нарцисса усмехнулась в бокал с вином. Она знала, что Люциус танцует великолепно, но угадывала настоящую причину отказа. И ей это казалось забавным. — Лорд Певерелл, — леди поднялась из-за стола, и её платье мягко струилось при каждом движении, — если мой муж отказывается, я с удовольствием составлю вам компанию. В глазах Нарциссы заплясали озорные чертики. Иеррос вопросительно посмотрел на Люциуса, но тот лишь пожал плечами, пряча улыбку. Он знал, что жена не упустит случая потанцевать, и к тому же было любопытно, что из этого выйдет. — Леди Малфой, я был бы счастлив, — демон поднялся и подошёл к ней, галантно предлагая руку. Улыбнувшись, Нарцисса приняла его руку. Когда они отошли от стола в центр просторного зала, она мягко высвободила пальцы и взмахнула рукой. От этого движения в комнате зазвучала музыка. Иеррос вскинул брови. Мелодия была знакомой — тягучая, тёплая, с глубокими струнными переливами и четким ритмом барабанов. Восточная. Лёгкая, как утренний ветер, и горячая, как песок в пустыне. – Вы меня удивляете, Леди Малфой, – искренне признался демон, по-новому глядя на эту женщину. – Чем же, Лорд Певерелл? – довольно отозвалась она, но не дала ответить, сразу начав танец, который Иер узнал с первых движений. На его лице расплылась заговорщицкая улыбка, тут же отзеркаленная Нарциссой. Мягко поведя плечом, леди подняла руки. Пальцы ее дрожали в воздухе, создавая сложные узоры. Она танцевала так, будто родилась в самом сердце Каира. Несколько секунд Иеррос неподвижно стоял напротив, прежде чем его плечи пошли волной, руки плавно скользнули в воздухе. Ноги танцоров синхронно делали шаги, бёдра мягко покачивались в одном ритме. Они не касались друг друга, но не отводили взгляд. Нарцисса повернулась вокруг своей оси, и её платье взметнулось, серебряные звёзды мерцали в свете камина. Иеррос повторил её движение, оказавшись с другой стороны. Теперь они двигались в параллель, словно две тени. Музыка стала быстрее. Леди ускорилась, её движения стали резче и отрывистее. Пальцы рук плясали, создавая невидимые узоры в воздухе, бёдра двигались с едва уловимой вибрацией. Иеррос не отставал. Он был так же быстр, так же гибок, его тело подчинялось ритму с лёгкостью, которая говорила о долгих годах практики. Они кружились вокруг друг друга на расстоянии вытянутой руки, не касаясь, но чувствуя каждое движение партнёра. Нарцисса улыбалась не как леди Малфой, а как женщина, которая наконец может быть собой. Иеррос улыбался в ответ не как Лорд Певерелл, а как человек, который встретил равного. Люциус смотрел на них и не мог отвести взгляда. Он видел, как его жена двигалась свободно и горячо, будто много лет ждала именно этого момента. Её пальцы дрожали в воздухе, создавая узоры, которые он не мог понять, но которые завораживали. Он не знал, что она умеет так двигаться. Он не знал, что она вообще знает о восточных танцах. Но не это терзало его. Люциус не ревновал к Нарциссе. Он знал, что между ними нет ничего, кроме искусства. Он знал, что Иеррос не заигрывает с его женой, а она — с ним. Он ревновал к тому, этот невозможный, невыносимый демон, который сводил его с ума одной только улыбкой, раскрывался перед кем-то другим. Перед его женой. Перед женщиной, которая не знала его так, как знал Люциус. Которая не видела его в те моменты, когда он был уязвим, когда он позволял себе быть настоящим. Люциус сжал край стола. Пальцы побелели. Внутри него закипала острая ревность к тому, как красиво они танцевали вместе. К тому, как синхронно двигались их тела. К тому, как Иеррос улыбался не той дразнящей улыбкой, которую он дарил Люциусу, а искренней, почти детской. Он хотел, чтобы Иер танцевал так с ним. Чтобы смотрел на него с таким же восхищением. Чтобы он позволял себе быть открытым рядом с ним, а не с кем-то другим. Но сам отказался. Сам сказал, что не танцует. И теперь сидел и смотрел, как другой человек получает то, что он так хотел, но побоялся. В своих муках, он не заметил, как переглянулись танцующие. Наконец музыка плавно затихла. Нарцисса медленно выдохнула и улыбнулась демону. Тот склонил голову, чтобы упавшие на лицо пряди скрыли и его довольную улыбку. Представление было разыграно по нотам. — Это было великолепно, Лорд Певерелл, – волшебница присела в реверансе, – Вы — замечательный партнёр. — Вы — невероятная танцовщица, Леди Малфой, — ответил Иеррос, склоняясь в более глубоком поклоне, чем того требовал этикет, — Я давно не встречал человека, который чувствует музыку так же глубоко. Они обменялись понимающими взглядами, и Люциус почувствовал, как внутри него что-то сжимается. Нарцисса подошла к мужу и коснулась его плеча. — Я оставлю вас, — сказала она с лёгкой улыбкой, — такой танец меня утомил. Хорошей ночи, Лорд Певерелл. – Зовите меня Иеррос, – отозвался тот, – и вам прекрасной ночи, Леди... – Нарцисса, – улыбнулась она и вышла из комнаты. Только когда за ней закрылась дверь, Люциус позволил себе выдохнуть. Демон повернулся к нему. В его глазах всё ещё горел оранжевый свет. — Ты злишься, — это был не вопрос. — Нет, — ответил Люциус, но голос выдал его. В тоне звенело слишком много напряжения. — Ревнуешь, — понимающе усмехнулся Иеррос. Люциус шагнул к нему. Демон чуть склонил голову, и его взгляд стал мягче. — Ты сам отказался танцевать, Люциус. — Потому что я не умею так, как ты, — выдохнул Малфой, позволив зазвучать горечи. Тяжело было признаться, что он чего-то не умеет. Иеррос шагнул ближе, плавно сокращая расстояние между ними. — Ты думаешь, я не хотел бы танцевать с тобой? — мягкий шепот коснулся слуха, — Ты думаешь, я не смотрел на тебя весь вечер и не представлял, как буду касаться тебя, прикрываясь танцем? Двигаться в унисон, слушать потяжелевшее дыхание? Люциус замер. — Тогда почему ты не настоял? — очень тихо спросил он. — Потому что ты сказал "нет", — просто ответил Иеррос, — Я никогда не заставлю тебя делать то, чего ты не хочешь. Даже если я хочу этого больше всего на свете. Коснувшись пальцами подбородка Люциуса, приподнял его, чтобы смотреть в глаза. — Но знай, — практически замурлыкал демон, — когда ты будешь готов, я буду танцевать с тобой. И смотреть только на тебя. Люциус сглотнул. Внутри него ревность утихала, уступая место чему-то другому. Тёплому, почти болезненному желанию. — Ты невозможен, — выдохнул он. — Знаю, — улыбнулся Иеррос, — И это сводит тебя с ума. — Да, — выдохнул Люциус, притягивая его ближе, — сводит. Их губы встретились, и Малфой почувствовал, как в этом поцелуе растворяется вся его ревность, вся его злость, оставляя только жар и желание быть рядом с этим невыносимым созданием.