Предательство

Пробуждение оказалось удивительно легким. Кажется, скорость регенерации вернулась к привычной норме. Люмин приоткрыла веки и бросила взгляд вокруг, и место, в котором она очутилась, совершенно не было тем, которое она ожидала. Перед ней возникло озорное лицо лисицы Яэ Мико, внимательно разглядывающей причудливый узор на шее блондинки. — Знакомо выглядит, — словно промурчала она, нежно касаясь её кожи. — Так вы с пареньком знакомы? Однако вопрос остался без ответа. В этот момент в сознании путешественницы витали более насущные заботы — необходимость обсудить план борьбы с Эи. Она не могла позволить, чтобы личные переживания отвлекли её от важной цели, и, собравшись с мыслями, осознала, что только совместные усилия смогут привести к победе в этой трудной борьбе. Время действовать настало, и она это прекрасно понимала. Вчерашняя встреча со Сказителем помогла ей что-то осознать и почувствовать себя в безопасности. Почему? Неужели она начала доверять ему? Или Эи их общий враг? Ей казалось, что они все переплетены некой невидимой сетью. Но сейчас прямой помощи от него ожидать не стоит. Яэ наконец-то пришлось рассказать главный секрет Сёгунши: её истинное «я». Оказалось Эи, находилась в отдельном карманном измерении, куда недавно девушку и засосало во время спасения Томы. Яэ вызвалась помочь и первыйэм делом ей предстояло подготовить Люмин. Героине стоило потренироваться противостоять Сёгунше при помощи интересной элементальной машинки, копирующей её атаки. Затем, снова в храме, они встретились с Сарой. Яэ пообещала предоставить ей доказательства того, что клан Кудзё предал Сёгуншу. Миссию добыть эти доказательства же она благополучно взвалила на хрупкие плечи юной ниндзя Саю. Оставалось лишь ждать. Люмин предстояло совершить очередной подвиг — освободить Инадзуму от тирании их собственного Божества, которое, по сути, должно было защищать их. Смешно, да и только. Девушка прошла за храм, оперлась руками на невысокий заборчик и устремила взор в бескрайние дали. Лепестки сакуры, словно в танце нежного прощания, безмятежно опадали вниз, некоторые накрывались золотистыми прядями, создавая дивный узор. В душе мелькали тревожные нотки, но в то же время витала легкая радость: она вновь получит возможность сделать нечто благородное для людей. Эта мысль согревала её, подобно солнечному свету, пробивающемуся сквозь облака. Ожидание было напоминанием о том, что даже в самые мрачные времена надежда может расцвести, как та же сакура, облаченная в цвет. Люмин знала: её поступок объединит разрушенные сердца, приведет к искуплению. Неожиданно послышался голос. Он был ей хорошо знаком. С ним их судьба в последнее время много раз сталкивала. -страшно? - голос был на удивление спокойным и теплым. -страшно - подтвердила блондинка, - и тоскливо -почему? Почему-то сейчас возникало непреодолимое желание рассказать ему всё, доверить ему свои самые сокровенные мысли. Этот миг безмятежности, словно нежный шторм, пробуждал в ней стремление открыться даже перед тем, кто был её врагом. Она чувствовала, как болезненные барьеры, возведённые между ними, начали трещать -долгая жизнь очень несчастна и одинока. Именно с ней столкнулись Вельзевул и Мико. Я боюсь совершить ошибку, Я не хочу сделать их её более несчастными. - возможно она имела ввиду совсем не их. Ей самой предстояло прожить слишком долгую жизнь Она стояла в тишине, прислушиваясь к своим мыслям, и чувствовала, как сердце бьется в такт с бушующими волнами. Внутри росло ощущение, что все испытания, которые ей предстояло перенести, не будут напрасными. — Ты знаешь, — наконец произнесла Люмин, — порой мне кажется, что этот страх — это часть меня. Как тень, которая не отступает, даже когда солнце высоко. Он мне уже до ужаса привычен, но я не хочу забывать спокойствия. — Это нормально, — ответил он, — страх — это всего лишь эмоция. Он может стать силой, если ты научишься его понимать. - он сам удивлялся своим словам. Существо, которое отреклось от чувств и эмоций, даёт советы о том, как с ними совладать Да, он понимал её, как никто иной. Однако в этот миг он ещё не был готов открыть перед ней свою душу. Не сейчас, не сегодня. Впереди их ждут неизведанные дали - будущее. Возможно, их пути однажды разойдутся, но между ними останется нечто, что связало их навсегда — горечь предательства. Эта тихая симфония чувств, играющая в его сердце, не позволяла ему сделать шаг навстречу. Он ощущал, что каждое слово, каждая фраза может пробудить в ней воспоминания, к которым он ещё не был готов -Скар -что, Люмин? - тихо произнес тот. Она его не видела, но была уверена в том, что он сейчас в точности как она, смотрит куда-то вдаль — А что, если ничего не получится? — спросила она. — Я тебя защищу. Для меня они не имеют значения; главное — это твоя безопасность, — ответил он равнодушным тоном. Это могло звучать романтично, или что-то в этом роде, если бы этим человеком не был Скарамучча. — я тебе так важна? — прошептала она, глаза полны недоумения. - что-то происходит неладное, Я это чувствовала. — верно, и ты мне нужна -что происходит? -бездна и фатуи объединяются, вскоре Тейват будет стёрт из истории - он закатил глаза - Неожиданно послышался голос. Он был ей хорошо знаком. С ним их судьба в последнее время много раз сталкивала. -страшно? - голос был на удивление спокойным и теплым. -страшно - подтвердила блондинка, - и тоскливо -почему? Почему-то сейчас возникало непреодолимое желание рассказать ему всё, доверить ему свои самые сокровенные мысли. Этот миг безмятежности, словно нежный шторм, пробуждал в ней стремление открыться даже перед тем, кто был её врагом. Она чувствовала, как болезненные барьеры, возведённые между ними, начали трещать -долгая жизнь очень несчастна и одинока. Именно с ней столкнулись Вельзевул и Мико. Я боюсь совершить ошибку, Я не хочу сделать их её более несчастными. - возможно она имела ввиду совсем не их. Ей самой предстояло прожить слишком долгую жизнь Она стояла в тишине, прислушиваясь к своим мыслям, и чувствовала, как сердце бьется в такт с бушующими волнами. Внутри росло ощущение, что все испытания, которые ей предстояло перенести, не будут напрасными. — Ты знаешь, — наконец произнесла Люмин, — порой мне кажется, что этот страх — это часть меня. Как тень, которая не отступает, даже когда солнце высоко. Он мне уже до ужаса привычен, но я не хочу забывать спокойствия. — Это нормально, — ответил он, — страх — это всего лишь эмоция. Он может стать силой, если ты научишься его понимать. - он сам удивлялся своим словам. Существо, которое отреклось от чувств и эмоций, даёт советы о том, как с ними совладать Да, он понимал её, как никто иной. Однако в этот миг он ещё не был готов открыть перед ней свою душу. Не сейчас, не сегодня. Впереди их ждут неизведанные дали - будущее. Возможно, их пути однажды разойдутся, но между ними останется нечто, что связало их навсегда — горечь предательства. Эта тихая симфония чувств, играющая в его сердце, не позволяла ему сделать шаг навстречу. Он ощущал, что каждое слово, каждая фраза может пробудить в ней воспоминания, к которым он ещё не был готов -Скар -что, Люмин? - тихо произнес тот. Она его не видела, но была уверена в том, что он сейчас в точности как она, смотрит куда-то вдаль — А что, если ничего не получится? — спросила она. — Я тебя защищу. Для меня они не имеют значения; главное — это твоя безопасность, — ответил он равнодушным тоном. Это могло звучать романтично, или что-то в этом роде, если бы этим человеком не был Скарамучча. — я тебе так важна? — прошептала она, глаза полны недоумения. - что-то происходит неладное, Я это чувствовала. — верно, и ты мне нужна -что происходит? -бездна и фатуи объединяются, вскоре Тейват будет стёрт из истории - он закатил глаза - на самом деле, мне на это глубоко наплевать, но это расходится с моими целями. Думаю и с твоими тоже. Она была согласна, хотя и не во всем. Она готова была поддержать борьбу с Бездной и Фатуи, но против одного человека — ни за что не шагнет в атаку. — Ты знаком с моим братом, не так ли? Конечно, знаешь, что он — моя единственная слабость. Против него никогда не подниму руку. Я сражусь за спасение Тейвата, но не стану бороться с Бездной. — Я всё ясно понимаю и не требую, чтобы ты оставалась со мной до самого конца. Я лишь прошу о малом — оказать мне свою поддержку. Я, конечно, не останусь в долгу — все важные сведения будут предоставлены мной. — тогда когда мы сможем встретиться? — мне придётся ненадолго уйти в затишье. Не умирай, поняла? Я сам с тобой свяжусь - на этом связь была оборвана. Ниндзя благополучно вернулась с миссии. Добытые Саю документы открывали тревожную правду: Сёгунша оставалась в неведении о разразившейся гражданской войне, в то время как начальство Кудзё вело свои коварные дела с Фатуи. Увидев эти бумаги, Сара незамедлительно бросилась на разборки с главой клана. И, к её удивлению, он даже не пытался отпираться, настаивая, что так для Инадзумы будет лучше. Затем Сара, вместе с Люмин, ворвалась в Тэнсюкаку, резиденцию Сёгунши. Там она застала её в компании Синьоры — восьмой предвестницы Фатуи. Синьора предстала высоким силуэтом с бледной кожей, белоснежными волосами и светло-серыми глазами с лиловым отливом. Часть волос была элегантно собрана в два пучка, напоминающих розы. Она была одета в платье с белым лифом, украшенным темными вставками, длинную юбку приглушенного оттенка с высокими разрезами и отдельные рукава в тон длинным темным перчаткам. Поверх наряда Синьора надела роскошный плащ с мехом в темно-красной палитре. На её лице была необычная черная маска Фатуи, скрывающая правый глаз, а на левом ухе искрилась серьга насыщенного темно-красного цвета. Обе девушки казались грозными, поэтому следовало разобраться сначала с одной, той, что стала причиной многих бед и позволяет себе так мерзко вести себя перед божеством. Люмин вызвала Синьору на дуэль. Согласно правилам проигравший должен был быть казнён. Но путешественница была полна решимости, поэтому ей удалось победить в этом бою. Сёгун Райден совершила Мусо Но Хитотати, завершая трагичную жизнь предвестницы. Однако дело оставалось не завершённым. Впереди её ждала битва с Архонтом — Божеством вечности, чья власть казалась непоколебимой. Чтобы одолеть её, ей надлежало столкнуться с самой Эи, владычицей, вплетённой в узоры времени и пространства. Однако долго ждать не пришлось. Кукла Сёгун, с пронзительным взглядом, внимательно осмотрела блондинку и, словно призывая к древнему ритуалу, открыла вход, произнеся что-то в духе: «Давно не виделись, братец». Люмин не придала этому значения и шагнула вперёд. Можно ли было это именовать великим везением, что Вельзевул осталась на месте и не перерезала девушке горло в первые же секунды? Неужели они могли просто поговорить? Однако расслабляться было рано, и об этом напомнила электрическая волна, исходившая от никого иного как Эи, что была эпицентром начинающего шторма. Все атаки были заблокированы или отражены, и единственное, что могла сделать путешественница, — это беспомощно размахивать мечом в ответ на электрические разряды Божества. Силы иссякали, и ее сознание затуманивалось в безысходности. Каждый миг казался вечностью, а опасность витала в воздухе. Соперничество с сильнейшим источником почти лишило её уверенности, но внутри, в самых глубинах её души, всё же теплилась надежда о спасении — хотя бы коротком, но разговоре. — Инадзума должна сиять вечно, а все исключения должны умереть. — С этими словами Сёгун сотворила в своей руке искрящуюся электрическую сферу. Легко было предугадать, на кого она намеревалась направить свою ярость. Всё тело Люмин словно погрузилось в полное оцепенение, и она уже готовилась испытать жестокую порцию мук и боли. Однако этого не случилось. Когда её взгляд встретился с взглядом Архонтом, она увидела на её лице растерянность и недоумение, отражающую внутреннюю борьбу. Что же так могло её озадачить? Мнгновение было прервано. Вдруг, как будто из ниоткуда, появилась Госпожа Яэ Мико, и, спустя долгие годы разлуки, воссоединилась со своей давней подругой. Неужели теперь они больше не будут одиноки, как звёзды на бескрайних небесах, каждый из которых долго ждал своего спутника? Восходящее сияние дружбы снова заполнило пространство вокруг, окутывая обеих женщин теплом и надеждой. Мир Эи будто стал светлее, а Люмин теперь могла вздохнуть с облегчением и отдохнуть. Что-то заболело конечно, где-то глубоко, под швом...