incest is a family matter

Любить своих родных и близких – это очень хорошо. Хотеть заботиться о них, всегда быть рядом, поддерживать в трудную минуту и ещё множество функций настоящих любящих родственников. Сонхва прекрасно справлялся со всем этим по отношению к своей младшей сестре, вот только было одно «но»: любовь эта была совсем не братская. Он пытался подавить это чувство, заглушая его алкоголем или другими девушками и парнями, но стоило ему увидеть эти голубые глаза и пухлые розовые губы, то всё моментально рушилось. Он ненавидел себя за это, но не мог ничего поделать. А Соён, эта невинная шестнадцатилетняя девчонка, смотрит на старшего брата всё так же преданно и с уважением. Сонхва понял, что он просто чёртово похотливое чудовище, когда случайно увидел, как Соён переодевается. Можно было просто пройти мимо, но парень встал в дверях и наблюдал, как его сестра стягивает футболку, а затем и домашние шорты, под которыми не оказалось абсолютно ничего. Это было как удар по голове. Девушка, к счастью, стояла спиной к Хва и не заметила, как тот со всей похотью и вожделением смотрит на её тело. Это бы точно разрушило её психику. Но дальше всё становилось только хуже. Сонхва начал подглядывать намеренно. Он делал это, пока Соен, имеющая привычку не закрывать дверь на замок, принимает душ, пока она переодевается перед сном или даже просто спит. Последнее было совсем уж странным, потому что брюнет просто приоткрывал дверь в её комнату, и несколько минут наблюдал, как она размеренно сопит в подушку, лёжа на животе и будто специально демонстрируя аппетитные формы, обтянутые одной лишь тонкой тканью старой футболкой. Одним майским вечером Сонхва возвращается домой пьяный и весёлый и, разумеется, заглядывает в комнату сестры, которая сидит за столом спиной к нему и пишет конспект. Девушка даже не шелохнулась, когда хлопнула входная дверь, а это значит, что она сидит в наушниках и ничего не слышит. Пак проходит в комнату и подходит к Соен, ладонью закрывая ей глаза и вытаскивая наушник из уха. — Угадай, кто, — шепчет он в чужое ухо, опаляя его алкогольным дыханием. —Хва, блин! Так и до инфаркта довести можно. Ты что, пьяный? — Соен подскакивает на стуле, оборачиваясь. — Вы-пив-ший, — чеканит Сонхва, обвивая руками острые плечи сестры. — Отстань, — фыркает Ён, дёргая плечом, пытаясь скинуть конечности старшего. Пак смеётся, прижимая сестру ещё ближе к себе. Девушка пытается игнорировать и пишет конспект дальше, но Хва продолжает нависать сверху, горячо дыша в её шею. Ён напрягается, затаив дыхание. Сонхва проводит ладонями по худым рукам, увитым венами, и девушка бросает ручку, резко разворачиваясь к брату. Теперь они едва ли не соприкасаются носами. Соён смотрит недоумевающе, испуганно.Сонхва смотрит с пьяным восторгом, а зрачки его так широки, что почти не видна радужка. — Какого хрена тебе надо? — шепчет младшая, и её дыхание дрожит, что не укрывается от Хва. — А ты боишься? — Тебя? — усмехается девушка, продолжая смотреть на брата снизу вверх. Пак находит этот взгляд таким преданным, честным и немного наивным, что зубы сводит от переполняющих чувств. А ещё он видит в зелёных глазах самый настоящий страх, и это не может не заводить. Да, он больной извращенец, абсолютно помешанный на младшей сестре. Соен не верится. Всё, абсолютно всё кричит сейчас о том, как Хва её хочет, но она не может в это поверить. Они, блять, брат и сестра. От одной только мысли становится дурно… Но это не мешает девушке во всех подробностях представлять дальнейшее развитие событий. Она теряется в своих мыслях и чувствах, продолжая смотреть в тёмные и хищные глаза напротив, а парень, тем временем, кладёт ладонь на чужую шею, поглаживая, и чуть сжимает горло, вздёргивая девушку вверх. Соен осторожно отпинывает небольшой стул на колёсиках в сторону и делает маленький шаг назад, упираясь в столешницу. — Вот ты и попалась — с уничтожающей улыбкой шепчет брюнет, стоя вплотную к сестре. — Скажи, тебе ведь страшно? — Нет, — Соен сглатывает и вздрагивает, когда её вновь берут за шею. — А за враньё старший брат может и отшлёпать, — усмехается парень, и, как бы в подтверждение своих слов, берёт ее за бёдра и поворачивает ее спиной к себе. Девушка пытается вырваться, когда в ягодицы упирается твёрдый член парня, за что получает несильный шлепок по бедру. Всё, что они делают и собираются делать дальше, ужасно неправильно, просто аморально, но с каждой минутой их это волнует всё меньше и меньше. Ен ставит руки на стол, чуть нагибаясь, и холодные пальцы ныряют под её футболку. — Я бы поимел тебя прямо на этом столе, сестренка. Ты же этого тоже хочешь, признайся. Соен молчит, пока пальцы брата лезут всё дальше, гладят живот и скользят к груди. — Ты так сильно хочешь, чтобы я тебя потрогал, осталось только признаться в этом, детка. Да какой, блять, нормальный человек будет называть свою младшую сестру ″детка″? О том, что он сказал, что поимел бы её прямо на столе, лучше вообще молчать. Ён делает ещё одну попытку податься вперёд, но это, разумеется, не даёт никаких результатов. — Ты больной, — скулит девушка, краснея. — А ты всё ещё не оттолкнула меня. Своего почти что родного брата, Ён. Девушка рычит, качая головой. Ну, не сможет она признаться, что хочет, чтобы её потрогали. Просто не сможет. И Сонхва об этом знает. Пальцы касаются торчащих розовых сосков (да какой здравомыслящий человек будет ходить дома в лифчике), и Соен прошибает дрожь.Хва невесомо ласкает чувствительные бусинки, водит кончиками пальцев по кругу и легонько оттягивает, а девушка кусает губы и сдерживает стоны, рвущиеся наружу. — Открой рот и покажи, как тебе нравится, — шепчет Сонхва, сжимая плоть чуть сильнее. — Пошёл ты, — пыхтит Соен, едва не срываясь на стон. Пак убирает руку из-под футболки и несколько раз ощутимо шлёпает сестру. Она чувствует себя ненормальной от того, что её трусы уже почти насквозь мокрые. От того, что её трогает и шлёпает старший брат. Если ад существует, то её там уже ждут. Ен, уже где-то летающая, даже не пытается сопротивляться, когда с неё снимают футболку. Сонхва гладит её по спине, плавно спускаясь ниже, а затем берёт за бёдра и разворачивает к себе. — Закрой глаза и открой рот, — просит Хва, проводя большим пальцем по искусанной нижней губе. Соён несколько секунд мнётся, но всё же сдаётся под тяжёлым взглядом старшего и повинуется. В рот сначала проскальзывает палец, оглаживая язык, после чего исчезает, и на его месте оказывается язык Сонхва. Да, чёрт возьми, он просто ворвался языком в рот сестры и теперь вылизывает его настолько страстно, что Соен начинает течь ещё сильнее. Брюнет гладит её шею и затылок, прижимая ещё ближе к себе. Девушку усаживают на стол, продолжая целовать, и она сама обвивает парня ногами, вжимаясь промежностью в его живот. Она сволочью будет, если скажет, что ей нисколько не нравится происходящее. Нравится, ещё как. И чем глубже в её рот погружается длинный язык, тем меньше её волнует то, что её хочет поиметь брат. Откровенно говоря, она уже и сам готова раздвинуть перед ним ноги. Хва сначала обводит кончиком языка ушную раковину, прикусывает мочку и чуть тянет, после чего довольно улыбается, почувствовав, как спина под его ладонью покрылась мурашками. Далее он прокладывает по шее дорожку из влажных коротких поцелуев и укусов, кусает ключицы и лижет впадинку между ними. Соен молчит, но по её мелкой дрожи Сонхва понимает: сдерживается. Поцелуи опускаются на грудь, и у Ён перехватывает дыхание, когда она чувствует мимолётное прикосновение к своему соску. Пак горячо выдыхает на него и не касается, и это сводит с ума. Девушка обнимает парня, откидывая голову назад и пытаясь выгнуться. — Умница, — довольно улыбается брюнет и по очереди облизывает соски. Соен стонет и просто очаровательно хнычет, а когда Сон собирается отстраниться, то его бесцеремонно хватают за волосы и прижимают обратно. Он решает не изводить младшую так сильно, а потому послушно вылизывает торчащий сосок, доводя сестру до дрожи и томных стонов. — Братик! — всхлипывает Соен, когда её кусают за одно из самых нежных мест. Сонхва останавливается. Отстраняется. Словно в замедленной съёмке поднимает голову и заглядывает в голубые глаза. Соен понимает, что сейчас сказала, и ей становится стыдно. Как ей такое могло в голову прийти?! — Повтори, — чуть слышно произносит брюнет, не отрывая тяжёлого взгляда от своей сестры. — Хва, пожалуйста, не надо! — Повтори, блять — рычит Пак, шлёпая Соен так, что она взвизгивает. — Братик, пожалуйста, хватит издеваться — девушка не узнаёт свой голос, но сейчас на это наплевать. Его просто передёргивает от этого ″братик″. Он хочет слышать это снова и снова. Втрахивая девчонку в любую поверхность или же вылизывая её… Да даже просто держа за волосы, как провинившегося котёнка за шкирку. Сонхва стаскивает лёгкое тело со стола и снова разворачивает спиной к себе, заставляя лечь грудью на гладкую поверхность. Девушка проявляет удивительную гибкость, прогнувшись в спине и оттопырив задницу, упираясь ею прямо в горячий пульсирующий член. Кофта старшего летит в угол собирать пыль, и Соен ловит себя на мысли, что ей пиздец, как хочется прикоснуться к брату. — Ты девственница? — Сон и сам не уверен, интересуется он для того, чтобы быть осторожнее, или же чтобы усмирить свою ревность от мыслей, что его маленькую сестренку уже кто-то трогал. — Анала у меня не было, если ты об этом. — Значит, были парни? — Значит, были. Хва сможет это пережить. Наверное. Конечно, он ревнует, но логика напоминает ему о том, что раз он может быть с другими парнями и девушками, то и Соен имеет на это право. Девушка ёжится от холода, когда её штаны тянут вниз вместе с трусами. Пак коленом разводит чужие ноги в стороны и проводит указательным пальцем от копчика до лобка. — Такая нежная — ласково шепчет парень, гладя большим пальцем идеально выбритый лобок — можно я сделаю кое-что? Это не больно. Ён молчит. — Молчание - знак согласия. Пак наклоняется и, оттянув пальцами ягодицу девушки, облизывает губы и проводит кончиком языка вокруг девственной дырочки. Глаза Соен округляются, и она дергается, всхлипывая. На ягодицу опускается звонкий шлепок. Ещё один. Затем ещё и ещё, срывая с влажных губ стоны и вскрики. Девушка скулит, когда её, продолжая шлепать, начинают ещё и вылизывать. Это просто невероятно. Ни один парень никогда не сделал бы с ней такого, да и, честно говоря, ей и не хочется. Руки брата такие сильные и умелые, что начисто сносит крышу. Пак ещё пару раз проводит языком по влажному отверстию, после чего отстраняется. — И как много у тебя было… партнёров? — спрашивает Соен, прислушиваясь к звукам за спиной. — Тебе столько и не снилось, — отвечает Хва, копаясь в своей неподалёку брошенной сумке в поисках смазки и, если очень повезёт, презервативов. Он находит всё, что ему нужно, и теперь смотрит на Соен, смазывая пальцы. Девушка чувствует запах вишни, а после того, как указательный палец без предупреждения настойчиво врывается внутрь, кроме него она не чувствует уже ничего. Это чертовски неприятно. — Блять, больно же, — стонет девушка, сжимая мышцы. — Ну, солнышко, потерпи немного, — с нежностью шепчет Пак. — И прекрати зажиматься. Сонхва борется с желанием забить на этот мучительно долгий процесс растяжки и вогнать член в почти не подготовленную дырочку. Соен ведь будет очень больно. Возможно, брюнет просто порвёт её, и по худым бёдрам потечёт кровь вперемешку со смазкой.Хва вытаскивает палец и плавно вставляет уже два, тут же останавливаясь. Он бы никогда не подумал, что является настолько больным извращенцем, но мысли о том, как его младшая сестра плачет от боли, возбуждают ещё больше. Указательный и средний пальцы продолжают настойчиво разрабатывать тугое отверстие. Свободной рукой он держит Соен за бедро и неосознанно чуть подталкивает его навстречу своим движениям. Девушка, уткнувшись лбом в твёрдую поверхность стола, тихо стонет от острых ощущений, кажется, забыв обо всём на свете. — Детка, тебе больно? — он даже себе не может признаться, что хочет услышать утвердительный ответ. — Б… Бо-ольно… Ох! Хва… — Соён никак не могла ожидать, что за этим вполне заботливым вопросом последует новая вспышка боли от третьего пальца в заднице. Сонхва поддаётся своим желаниям и плавно перемещает свободную руку с бедра на каштановые волосы, сжимая их на макушке и оттягивая. По пошлому вскрику снизу он понимает, что нашёл ещё одно слабое место сестры. — Нравится, когда за волосы таскают? — парень усмехается, продолжая тянуть Соен волосы. — Пошёл ты, — отзывается девушка, а затем срывается на громкий стон. Сонхва тихо смеётся, сгибая пальцы, после чего, наконец, вынимает их. Взгляд посеревших глаз опускается вниз, и Пак прикусывает губу, наблюдая, как розовые стенки стягиваются обратно. Он спускает джинсы с боксерами ниже и раскатывает по члену презерватив. Девушка, будто бы осознав, что сейчас будет, пытается развернуться, но из-за Сонхва ей не удаётся этого сделать. — Только не говори, что тебе стало страшно, и ты сейчас откажешь мне, — Пак давит головкой на раскрытую дырочку, но внутрь не входит. — Нет, всё нормально… Блять, боже! — Соен, разумеется, совсем не ожидала, что в неё без предупреждения начнут вставлять член. Сонхва снова хватает её за волосы и одним медленным толчком входит до конца. Девушка стонет так громко, что Сонхва напрочь срывает крышу. — Прости, малыш, — шепчет брюнет, коротко целуя младшую в лопатку, после чего хватает её за бёдра и резко насаживает на свой член. Девушка кричит, чувствуя, как у неё темнеет в глазах. Ощущения просто невероятные. Боль смешивается с наслаждением. Сильные руки чувственно сжимают её бёдра, и ей это действительно нравится. —Это просто… Это… — Сонхва никогда такого не испытывал. Соен и так слишком узкая, но вдобавок к этому ещё и зажимается, доводя до дрожи. Тугие мышцы пульсируют вокруг всей длины его члена, и он уже удивляется, как до сих пор не кончил. Девушка снизу стонет и кричит, когда крупная упругая головка проходит глубже. Хва царапается и шлёпает Соен, вдалбливаясь в ее взмокшее тело с такой скоростью, что девушка иногда больно бьётся выпирающими косточками об стол. Это, впрочем, остаётся незамеченным. Плевать. По толчкам, которые с каждым разом становятся всё более глубокими и беспорядочными, девушка понимает, что её брат близок к оргазму. — Х-х-хва, пожалуйста! — девушка мелко дрожит чувствуя, что близка к разрядке. Пак поднимает руки выше, и сильно сжимает груди девушки. Соен кончает почти моментально, заливая спермой стол и пачкая низ живота. —Сонхва! — девушка прижимается к брату, сжимая его внутри так сильно, что парень, сам того не ожидая, тут же изливается в презерватив. Соен падает грудью на стол, продолжая тихо стонать, и уже едва не отключается, практически не ощущая, как из неё выскальзывает член, а затем сильные руки обхватывают её тело и утаскивают на кровать. — Ты ненормальный, — тяжело дыша произносит девушка, спиной прижимаясь к груди парня. — Ты тоже, раз так легко отдалась мне. — Придурок… Я люблю тебя. — Я тебя тоже, малыш. Они весь вечер лежат в кровати, целуются и шутливо спорят о том, кто из них всё-таки более ненормальный. Даже если за такое они попадут в ад, это не важно: главное, что вместе. Соен засыпает на плече Сонхва, на секунду вспоминая о том, что так и не дописала конспект. Ничего, допишет потом. Если ей, конечно, снова не помешают…