Вместо Отражения

Сегодня наступил долгожданный день Х. Нет, ну не то чтобы день был очень Х, и не то чтобы такой уж долгожданный… Например, Кира начинала нервничать только сильнее от мысли, что кто-то уже отправился рожать, а ей это еще предстоит, но, следовало признать, что она испытывала некую толику облегчения от того, что скоро главная проблема Тропинкиной все-таки решится. Это не могло не радовать. Нет, конечно, Кира не жалела, что она вообще взялась помогать Марии, но иногда Тропинкиной в ее жизни становилось слишком много. А точнее, какой-то ее непроходимой глупости, которая заставляла Жданову закипать изнутри. Кира находилась в процессе развода, на финальном, можно сказать, этапе, и это тоже прилично отнимало ее время. А еще ситуация с Кристиной… как оказалось, ей все-таки подмешали что-то в воду или еще какой напиток, ведь в крови ее бродила порция галлюциногена. Это было что-то легкое, и, если можно так вообще выразиться, натуральное, то, что должно было растаять и не оставить в итоге в крови никакого следа. Хорошо, что они с Сашкой додумались проверить Крис на подобное… вмешательство. А еще ко всему свадьба брата с Катей, которая не свадьба, и знакомство с Катиными родителями, которое маячило на горизонте. И собственная беременность, к которой прилагалась Маргарита, которая даже издалека пыталась контролировать хотя бы часть этого процесса. А еще Андрей, до которого так и не дошло, что Катерина теперь стала Воропаевой, и ЗимаЛетто, которое обретало былую устойчивость, но все еще время от времени подвергалось атакам голодных и разочарованных кредиторов. В такие моменты Кире очень хотелось выехать в поле и просто… орать. Орать без остановки. Это, наверное, было хорошей идеей. Нужно ее как-то воплотить, пока совсем крохотный живот не мешал ее мобильности, и позволял спокойно водить машину. Но это потом. Сегодня у нее был другой план на день. Она собиралась встретиться с единственным человеком, который мог бы заняться делами Тропинкиной и заодно немного привел Марию в чувство. Кира поправила воротник пальто, немного стягивая вниз тонкий декоративный шарф. А потом нажала на кнопку звонка, разглядывая обитую дерматином дверь. Как интересно, ей казалось, что ничего подобного уже не водилось, но… вот она, перед ней. Раритет. Кира протянула руку, чтобы коснуться темно-вишневого материала, но не успела. Дверь распахнулась, и Жданова тут же улыбнулась… Егору. Примерно так Кира и представляла себе сына Тропинкиной - достаточно высокий для своих десяти лет, с пшеничными волосами и голубыми глазами, он был неуловимо похож на свою мать, хотя, скорее всего, больше походил на отца, которого, увы, Кира не знала. - Привет, - поздоровалась Жданова, когда поняла, что кроме как смотреть на нее, Егор ничего делать не планирует, - а бабушка дома? - А вы кто? - мальчик нахмурился, - свет у нас уже проверяли, а пенсию бабушке должны принести только через неделю. - Я не свет пришла проверять, - Кире понравилось, что мальчишка был такой смышленый, - я… подруга твоей мамы, - она протянула ему руку для пожатия, - меня зовут Кира. - Тетя Кира? - он сузил глаза, словно старался ее узнать, а потом пожал ей руку. Довольно крепко, но быстро, - мама о вас очень много рассказывала бабушке. Заходите, - он сделал шаг в сторону, пригласительно махая рукой. - А бабушку ты сперва не хочешь позвать? - Кира не торопилась шагать через порог, - возможно, я не вовремя. - Бабушка говорит, что хорошие люди - всегда вовремя, - пожал плечами Егор, - но если вы так хотите… Ба! К нам тетя Кира пришла! Ей заходить?! - прокричал он вглубь квартиры и тут же получил ответ. - Кто?! Пусть заходит! Скажи, что я на кухне! Так… Кажется, беспечность была семейной чертой Тропинкиных. Или… Тропинкина это фамилия Марии по мужу? Только сейчас Кира поняла, что знает о своей временной подопечной довольно мало. Хотя, желание познакомиться с матерью Марии все еще не поубавилось. - Я же говорил, - снова пожал плечами Егор, - заходите. На этот раз Кира не спорила. Она шагнула через порог, принимаясь стягивать с шеи шарф. Она поставила принесенный пакет на пол. Гостинцы - ей казалось это вежливым и правильным. Но выбирать их пришлось осторожно и едва ли не бережно, чтобы ее нельзя было обвинить в… подачке. Поэтому фрукты, которые она покупала, были максимально простыми. Те же, что покупала и Мария - яблоки, бананы, киви, пара апельсинов. Никаких ананасов или прочих изысков. Печенье и конфеты, чай, кофе, а еще несколько видов сыра и копченостей, ну и небольшой подарок для Егора. Что купить мальчишке она спросила у… Феди. Коротков не без удовольствия помог ей, постоянно рассказывая, какой у Маши прекрасный сын. Именно во время довольно тесного общения с Федором Кира окончательно осознала, какой же все-таки непроходимой дурой была Мария. Коротков был влюблен в Тропинкину по-настоящему, и Маша упускала свой шанс быть по-настоящему счастливой. Но, с другой стороны… а разве можно быть счастливой с не любимым человеком? Кира повесила пальто в шкаф и поставила ботинки немного в стороне от хозяйских, а потом поблагодарила Егора за домашние, скорее всего, гостевые, видавшие виды тапочки. Жданова предположила, что Владлена Николаевна была очень гостеприимной женщиной, и часто привечала у себя соседок. Егор махнул рукой, увлекая Киру за собой по коридору. - Пойдемте, кухня там, бабушка как раз готовит булочки с вишней. Вы любите вишню, тетя Кира? - он не болтал без умолку, но был довольно словоохотлив, и Ждановой это понравилось. А еще ей понравилось то, что Егор не стеснялся и ощущал себя с ней довольно свободно, это тоже был своеобразный плюс. - Вишни я люблю, - Кира внесла пакет на кухню, и поздоровалась с моложавой женщиной в белой косынке, которой та убирала назад волосы во время готовки, - у вас тут умопомрачительные ароматы, Владлена Николаевна. - Спасибо, - женщина улыбнулась, - присаживайтесь, Кирочка, я рада, что мы, наконец, можем познакомиться. - Я, признаться, тоже, - улыбнулась Жданова, - может… я могу вам помочь? - она понятия не имела, с чем бы она помогала, но… - Нет-нет, - отмахнулась Влада, - я уже заканчиваю, мне нужно буквально пару минут, а потом мы сможем поговорить, вы же к нам не просто так в гости? Все-таки мама у Марии оказалась гораздо проницательнее. На все про все Владлене потребовалось десять минут. Булочки выпекались, а первая партия уже стояла на столе, а подарки были разобраны. Без косынки Владлена выглядела еще моложе, и у Киры закрался вопрос, а во сколько же она родила Машу? Но, с другой стороны, хорошая генетика совсем не обязательно предполагала раннюю беременность. А еще Влада была… умной, дальновидной и грустной. Она любила дочь, буквально обожала внука, но понимала, что Машина дорога может завести ее если не в тупик, то совершенно точно к обрыву, так что сейчас, когда Жданова пришла к ней с довольно-таки дельным предложением, она была готова вцепиться в него руками и ногами. - Я знала, что это последнее Машино увлечение не приведет ни к чему хорошему, - вздохнула Влада, - я видела этого Романа Дмитриевича всего лишь раз, и он так старался казаться хорошим, что я поняла в тот же вечер, что от него нужно бежать. И не потому, что он отказался зайти на чай, я и сама пригласила его только потому, что так нужно… А потому, что в его глазах не было и капли тепла. Мне до сих пор не по себе, когда я думаю о том, что я зря не настояла… - Вы уж простите, - вздохнула Кира, - но Маша была достаточно взрослой для того, чтобы сделать свой выбор. - Это вы простите, - покачала головой Владлена, - но вот этот выбор, к которому пришла моя дочь, это… дополнительный груз на мою, уже не молодую шею. Вы же знаете, что она оставила ребенка ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО для того, чтобы получить себе этого Романа? - Конечно, знаю, - Жданова не видела смысла отрицать очевидное, - но это же не значит, что она не будет любить этого ребенка. - Она и Егора любит, - кивнула Влада, - но, недостаточно сильно для того, чтобы прекратить свою странную погоню за мужчинами. - Возможно, она гонится не за мужчинами, а все-таки за своим женским счастьем? - осторожно предположила Кира, но Влада покачала головой. - Женское счастье заключено не в количестве денег, которые есть у мужчины, - она подлила чай себе и Ждановой, продолжая, - вы поймите, я не исповедую тезис “не в деньгах счастье”, в них, родимых, как же иначе, но… знаете, мир, в котором мы живем, уже давно поделен на классы, и чтобы перейти из одного в другой, нужны две вещи - везение и старание. Иногда, можно обойтись одной из них, но хорошо, когда работают обе, - она улыбнулась, - но, увы, у Маши нет ни первого, ни второго. Она никогда не хватала звезд с неба, всегда была увлечена не книгами и учебой, а мальчиками… Вот скажите мне, Кирочка, неужели умный мужчина будет долго терпеть рядом с собой красивую, но глупую женщину? - Я… не знаю, - замялась Жданова, но потом вспомнила Клочкову, - если это любовь… - Вот именно, - Влада пододвинула булочки к Кире, - ЕСЛИ это любовь. Но любовь эту нужно еще как-то создать, разве нет? А для этого, мужчину нужно увлечь, и снова я повторяю свой вопрос - единой ли красотой? - Да, тут вы правы, - Кира взяла очередную булочку, - но мне все-таки хотелось бы счастья для Марии, она этого достойна. - А кто не достоин счастья? - рассмеялась Влада, - я вот, таких людей не знаю, - она сделала глоток из чашки, - гораздо сложнее сказать, кто НЕ достоин. Ведь мы, как минимум не вольны это решать. Но, - она улыбнулась, мягко и ласково, - вы же пришли ко мне не просто пофилософствовать, правда? У вас ко мне дело? - Именно так, - кивнула Кира, - вы же знаете, что я помогаю Маше… не только с беременностью, но и с тем, чтобы наш уважаемый Роман Дмитриевич не оставался в стороне. Малиновский очень хорошо зарабатывает, и я намереваюсь сделать так, чтобы ребенок Маши не просто знал, кто его отец, но еще и ощущал финансовую поддержку. - И я вам за это очень благодарна, - Владлена прижала руку к груди, но Жданова перебила ее. - Рано меня благодарить. Ваша дочь… она отказывается слушать Тамилу… это ее адвокат. И мне кажется, что ноги у этого растут из… - она вздохнула, - собственного говоря, из Малиновского и растут. И мне нужно, чтобы, во-первых, вы переубедили Машу в необходимости теста ДНК и доказывании отцовства, а во-вторых, чтобы вы ЛИЧНО держали контакт с Алиевой, - Жданова положила на стол небольшую визитку Тамилы, - я оплачу все расходы, все издержки. Я помогу, чем смогу, но… - Кира замялась, но потом все-таки решилась, - я не могу тратить на Машу много времени, особенно сейчас. Я… - она погладила живот, - у меня тоже есть… - У вас тоже есть ваша жизнь и ваши проблемы, - кивнула Влада, и в голосе ее не было ни осуждения, ни злости, а только понимание, принятие и благодарность, - и я это очень хорошо понимаю, поверьте мне. И моя благодарность безгранична, пусть вы и считаете, что она преждевременна. Но я бы хотела спросить у вас одну вещь, если, конечно, вы позволите. - Спрашивайте, - кивнула Кира, - если я смогу ответить, то сделаю это с огромным удовольствием. - Ну, удовольствие или нет, это немного спорно, - покачала головой Владлена, - но вопрос для меня крайне важен. Я хочу понять, как так вышло, что вы стали опекать мою дочь? Уж простите, но вы не похожи на ее подругу. Я знаю, что делаете вы это от чистого сердца, уверена в этом. Но, я пытаюсь понять, что подтолкнуло вас к первому шагу? А то свою дочь я знаю, - улыбнулась Влада, - раздражать она людей может, но вызвать жалость… - Я думаю, что дело было не в жалости, - Жданова никогда не задумывалась над тем, ЧТО же в действительности подтолкнуло ее помогать. Ей казалось, что там был целый комплекс всего, - наверное, я посчитала, что в первую очередь Роман должен был… столкнуться с последствиями, - она сперва хотела сказать “понести наказание”, но, передумала, - знаете, я раньше смотрела на выходки Малиновского сквозь пальцы, так что я даже не знала, были ли у него еще такие… ситуации. - Вы хотите сказать, что где-то может бродить куча детей этого вашего Романа Дмитриевича? - склонила голову к плечу Владлена. - Думаю, нет, - призналась Кира, - он всегда выбирал себе в… партнерши девушек из модельного бизнеса. В основном юных и начинающих. Они скорее сделают аборт, чем станут одинокими мамами. Оригинальный способ оставаться в безопасности. Мне кажется, что он всем рассказывал одну и ту же историю, и Маша не стала исключением. Но, - она щелкнула пальцами, тут он ошибся… я бы сказала, что тут он ошибся дважды - во-первых, у Маши не стоял выбор между карьерой и замужеством, все-таки стать женой она хотела куда больше чем секретаршей, уж простите, а во-вторых, Маша не маленькая девочка, и она вполне была знакома и с деторождением и со всеми возможными трудностями, так что в эту воду она прыгнула, не задумываясь - план ведь был окольцевать. - Значит, вы помогаете Маше, чтобы поставить на место Романа? - Влада не осуждала, но, казалось, не верила, что это все. Кира и сама не была уверена, что это было единственной причиной. - Думаю, что это было только частью всего. Когда я поняла, что Маша беременна, а Малиновский собирается от нее бегать я разозлилась, но не торопилась протянуть ей руку помощи. Только когда я узнала, что Роман стал требовать аборт, хотя срок уже был… когда еще можно, но за большие деньги, понимаете… - Кира вздохнула, - я и тогда не торопилась помогать Маше, я ведь не знала, чего она хочет. Но именно разговоры Романа об аборте заставили меня заговорить с ней. Даже тогда я до конца не понимала, чего она хочет, но осознала, что аборт не входил в ее планы. Я… - Кира погладила свой живот, - я считаю, что ребенок это огромная ответственность, огромный страх и риск и только потом уже счастье. Я не думаю, что Маша осознает все это в полной мере, но я знаю, что осознаете вы. Если вы пытаетесь понять, почему я помогаю, чтобы понять, не прекращу ли я помогать - то нет, помощь я прекращать не буду. Я обещала поддержать Марию во время родов и после, и так, пока она не начнет получать алименты от Романа - так и будет. - Я думала, что, возможно, вы хотите забрать ребенка, - прямолинейность Владлены заставила Киру распахнуть глаза в удивлении, - да, простите. Я понимаю, что это звучит глупо, и так, словно я пересмотрела дешевых мелодрам, но… - Да нет, я думаю, что это звучит логично, - Жданова немного нахмурилась, а потом решилась, - Маша рассказала вам о том, что я потеряла ребенка? - Кира знала, что эта тайна не могла оставаться тайной в стенах ЗимаЛетто. Влада потупилась, и это стало самым откровенным ответом, - все хорошо. Работая в нашей индустрии невозможно скрывать что-либо долго, если возможно вообще. Наверняка Мария преподнесла все это так, что я не смогу больше иметь детей? - О нет, Маша ТАКОГО ничего не говорила, - покачала головой Владлена, - сейчас, - она встала и вышла из кухни, чтобы вернуться через минуту со стопкой вырезок из журналов, - вот, я пыталась понять кто вы такая и… ваши фото… Да, Кира знала, КАК она выглядела на этих фото, так что если Владлена предположила, что госпожа Жданова больше не могла иметь детей… Боже, даже сама Кира так думала! - Я очень тяжело переживала потерю ребенка, Владлена Николаевна, очень… - она вздохнула, - и, возможно, я извела бы себя вконец, но… я думаю, я зацепилась за вашу дочь и помощь ей, потом за… свою семью, и, в конечном итоге, как в награду, за возможность снова стать мамой. Я не плохой человек и не хороший, но, - Кира широко улыбнулась, - совершенно точно безопасный. - Я вам верю, - Влада тоже улыбнулась, а потом спросила, - Маша предлагала вам стать крестной? - Предлагала, - кивнула Кира, - и я пообещала подумать. Я понимаю, что от такого не отказываются, но, моя жизнь немного безумна, и я боюсь… будет ли там место для еще одного ребенка? - Даже для двух, если считать Машу, - кивнула Владлена, - понимаю. И… знайте, что никто не будет обижен, если вы не сможете. Ваша ответственность сейчас… в вас. - Спасибо, - Кира коснулась руки Влады, легонько ее сжимая. Сейчас она как никогда была близка к тому, чтобы согласиться. В конце концов, это было не такой уж плохой идеей, разве нет?