Вместо Отражения

Указательным пальцем Катерина провела по щеке Александра, заставляя его немного поморщиться. Даже не проснулся, вот что значит, укатали Сивку крутые горки. Она улыбнулась собственным мыслям. Невозможный человек просто. Эта его работа на износ ничем хорошим кончиться просто не могла, поэтому приходилось прибегать к хитростям, которым волей неволей она уже начинала учиться. Конечно, и сам Александр понимал, что это Катины ухищрения, не более того. И от этого ей становилось еще отраднее, что он поддавался на них, просто для того, чтобы ее порадовать. Катерина снова пощекотала щеку мужчины, в надежде, что он все-таки проснется. День сегодня обещал быть безумным и суматошным у них обоих, и домой они должны были попасть только к ночи и то, дай Бог, чтобы одновременно. Так что сейчас у нее были просто грандиозные планы повалять супруга до ухода. Хотелось немного отвлечься перед тем, как снова раствориться в рабочей суматохе. А он так и не хотел просыпаться! Катерина приподнялась на локте, чтобы нависнуть над супругом. Волосы она перебросила так, чтобы они не падали на лицо Александра. Точнее, постаралась так сделать. А потом осторожно склонилась над ним, чтобы коснуться его губ своими. Это был не поцелуй, она едва мазнула по его губам своими, а потом принялась поглаживать его нос своим. Ей казалось, что от такой легкой ласки он просто обязан был проснуться. Но… Александр спал. Катя отодвинулась от мужа, недовольно хмурясь, ну и с каких это пор у него такой богатырский сон? Ладно. Если он не собирался просыпаться так… Рука ее ласково коснулась его шеи и принялась путешествовать вниз, поглаживая его грудную клетку, потом живот… Катя двигалась неторопливо, но уверенно, чтобы и сомнения не возникло, что она собиралась делать. Но когда пальцы ее коснулись резинки пижамных штанов, ее руку накрыли пальцы супруга. – И как давно ты не спишь? – она даже не пыталась скрыть своего возмущения. Катерина уставилась на лицо Александра. Он все еще “спал”, но теперь на его губах играла такая довольная полуулыбка, что ей невольно захотелось его укусить. Больно. Дважды. Ну как можно быть одновременно таким невыносимым и… – Достаточно для того, чтобы понять, что ты меня соблазняешь, – Александр распахнул глаза, – с чего мне такое счастье привалило? – О, – Катя не высвободила руку из его захвата, продолжая поглаживать кожу мужчины над кромкой пижамных штанов, – ты говоришь это таким тоном, словно я лишаю тебя чего-то… сладкого. Скажи мне, когда я отказывала тебе в удовольствии? – Никогда, – охотно согласился Александр, взгляд его скользил по груди супруги, словно перед ним открывался самый завораживающий вид, – но это не значит, что мне не хочется еще. – Когда ты возвращаешься с работы посреди ночи и полусонным топаешь в душ, а потом падаешь на постель чтобы тут же уснуть, я что-то не могу вспомнить, чтобы ты очень хотел дополнительный десерт, – Катя попыталась скользнуть рукой дальше, но Александр не позволил. Он перевернулся, чтобы взглянуть ей в глаза. Она заметила, что за улыбкой крылась серьезность. Неужели ее подшучивание его расстроило? Ничего подобного она, конечно же, не планировала. Катерина даже открыла было рот, чтобы сказать, что она совершенно точно не всерьез, но Александр начал первым. – Дни считаю, когда смогу забрать тебя отсюда куда-то, где будем только мы. Ты и я. И чтобы никаких телефонов, никакой работы, – он подался вперед, оставляя между их лицами всего несколько сантиметров, – и тогда у меня будет достаточно времени, чтобы доказать тебе, что мне тебя всегда мало. – Не пытаешься ли ты сказать мне, что тебе нужно бежать прямо сейчас? – Катерина разрывалась, смотреть ли ей на губы мужчины или ему в глаза. Если он сейчас скажет ей, что у него запланирована важная встреча, то она просто пойдет на нее вместе с ним, чтобы раз и навсегда объяснить этим… – Я пытаюсь сказать только то, что уже сказал, – Александр сократил расстояние еще немного, касаясь своим кончиком носа ее, заставляя ее закрыть глаза, – меня просто изводит мысль, что я не могу быть с тобой каждую секунду. – Я не прошу тебя быть… – Тебе не нужно просить, – он не дал ей договорить, перебивая и быстро целуя в губы, – я говорю сейчас о своих желаниях. – Саш, – Катя открыла глаза только для того, чтобы увидеть, что он все так же близко, – я люблю тебя. – А я тебя, – Воропаев подался еще ближе, но так и не касался ее губ, – так сильно, что мне иногда кажется, что я не могу дышать. – Хочешь, – Катерина облизнула губы, – хочешь… я буду дышать за двоих? Александр притянул ее ближе, впиваясь в нее поцелуем с такой жадность, что голова у нее пошла кругом. Катя позволила ему уложить себя на постель, запутывая свои пальцы в его волосы, чтобы прижать его к себе еще ближе. Томное желание раствориться в этом поцелуе изменилось жаждой. Она притянула его еще ближе, забрасывая свою ногу на ногу мужчины, чтобы ощутить, насколько сильно он ее хочет. Александр простонал ей в губы, прижимая ее к постели всем телом, чтобы она даже пошевелиться не могла. Катя захныкала, пытаясь высвободиться, неужели он собирается ее мучить? – Ты такая нетерпеливая, – выдохнул он, тут же принимаясь исследовать губами изгиб ее шеи, – даже не хочешь дать мне поиграть. – Давай… давай мы будем играть в следующий раз, – Катерина не вскрикнула только чудом, когда Александр осторожно сжал ее грудь, продолжая покрывать поцелуями шею, – Боже… – И близко нет, – он медленно лизнул ее ключицу, принимаясь прокладывать дорожку из поцелуев ниже, – но мне очень лестно. – Невыносимый… – Ты мне это уже говорила, – Александр на миг прервался, чтобы тут же продолжить свое занятие, лаская ее поцелуями. – Я повторяюсь… как это… ужасно… – она выдохнула, медленно, чтобы хоть немного себя контролировать. Мучитель! Ей сразу нужно было брать все в свои руки! Уж очень Александр любил растягивать удовольствие, если, конечно, сам не был заведен до предела, – Саша, – она дернулась, когда он прикусил ее сосок. – Слушаю тебя очень внимательно, – Воропаев коснулся губами второй груди, вырывая из ее губ очередной стон. – Ты не слушай! Ты делай! Катерине казалось, что если он будет двигаться еще медленнее, то она просто сойдет с ума. Но ответом ей был только смех супруга. – С чего такое колоссальное нетерпение? Теперь Александр прокладывал дорожку поцелуев по ее животу. Катя сжала в руках простыни, стараясь дышать ровнее. Ну доведет же ее до греха, что она сама его прямо тут… – Я… в следующий раз… тебе… тоже так… скажу… Она облизала губы, чуть приподнимаясь, позволяя ему стянуть с себя белье. Он отбросил ее трусы с мишками Тедди, тихо посмеиваясь. Александра всегда веселили подобные вещи в ее гардеробе, но он был согласен с тем, что что-то должно было существовать и для комфорта, а не… совращения. А то ее белье, страдающее минимализмом, буквально “таяло” на глазах, когда оказывалось в его руках. Катя так и не могла понять, откуда брался подобный фетиш. Так что строго настрого ему запретила портить парочку ее любимых комплектов, а с остальным просто смирилась. Если ему нравится ему – пусть будет. Тем более что подобными милыми подарками Александр задаривал супругу выше головы. – Если хочешь сделать со мной что-то подобное, то сперва привяжи меня к постели, – он провел языком дорожку от пупка и ниже. – А вот и сде… Боже… Неужели они, наконец, добрались до основного! – Ты опоздаешь на работу, – голос Катерины был ленивым и сонным, она лежала головой на плече супруга, прижимаясь к нему всем телом. Сейчас им не помешало бы одеяло, но оно съехало на пол… в процессе, и поднимать его никто не торопился. – Я тебе больше скажу, я уже опоздал, – Александр ласкал пальцами ее спину вверх вниз, – но оно того однозначно стоило. – Я чувствую себя козой, – хохотнула Катя, совершенно не сожалея о содеянном. – Чувствуй, вся вина на тебе, – согласился Воропаев, – твоя неотразимость, твоя восхитительная кожа, твой запах… – Ты еще больше опоздать хочешь? – поддразнила его Катерина, легонько прикусывая кожу мужчины. – А ты мне что-то еще обещаешь? – Александр был крайне довольным, – а то я думаю, что я на все согласен сейчас, лишь бы никуда от тебя не уходить. – Проблемы на работе? – Катя приподнялась на локте, чтобы взглянуть на супруга. Ну почему в голову обязательно должно лезть все самое худшее, ну! А может, потому, что проблемы с Кристиной все еще не были решены? Возможно, потому, что ситуация с ЗимаЛетто все еще была остра и сдвинулась с мертвой точки с жутким скрипом? К может потому, что Маргарита стала завсегдатаем в компании в надежде уберечь своего сыночка от недовольства… всех и вся, да еще и чаяла вернуть Киру в лоно семьи? Ответа у Катерины не было. По крайней мере, однозначного ответа так точно. А нервы ведь не железные! Так еще и Александр со своими таинственными намеками и этой улыбкой… – Никаких, – зевнул Воропаев, потягиваясь так, что Катя услышала хруст, – просто хочу проводить куда больше времени со своей супругой, что не так? – Не знаю, – Катерина плюхнулась обратно, снова укладывая голову ему на плечо, – просто мне кажется, что я в последнее время слишком много думаю. – Да ты всегда слишком много думаешь, – рассмеялся Александр, – но раньше тебе это не мешало. – Я в последнее время нервничаю, – призналась Катя, – и никак не могу уловить причину. Вот, перебираю в голове возможные варианты и все никак… – Не о свадьбе ли ты часом переживаешь? Катерина простонала, переворачиваясь на спину, укладываясь рядом с Александром и устремляя взгляд в потолок. – Ну вот зачем ты мне еще и об этом напомнил, – простонала она, – Я так надеялась, что мы все-таки обойдемся без… этого. – В первую очередь мы не можем обойтись без ЭТОГО, как минимум ради блага компании, – теперь Александр принялся нависать над ней, – у ЗимаЛетто давненько не было событий, которые можно было бы связать с чем-то ярким приятным и ненавязчивым. А наш с тобой брак… – Я что-то сомневаюсь что то, что планирует твоя сестра, может быть ненавязчивым, – Катерина повернула голову, чтобы взглянуть в глаза супруга, – с другими характеристиками нашей будущей свадьбы я, так и быть, согласна. – Ты же знаешь, я попросил Кристину не усердствовать, – Воропаев пригладил ей волосы, перебирая в пальцах платиновые пряди, – но я не могу гарантировать, что она меня послушается. – Мое сердце уповает только на то, что сейчас она вынужденно застряла с моим папой, – рассмеялась Катерина, – уж он-то ей слишком сильно разогнаться не даст. – Разогнаться ей, поверь мне, никто не помешает, а вот разгуляться Валерий Сергеевич может ей и не позволить, – согласился с ней Александр, – Кира рассказывала мне, что Кристина уже жаловалась ей на неуемное желание твоего отца экономить на самых элементарных вещах. – Что-то это все звучит как-то не слишком радужно, – задумчиво протянула Катерина, – он действительно настолько ей мешает? – А она не сказала, что он ей мешает, – супруг улыбнулся, наблюдая за тем как Катя начинает хмуриться, – она просто сказала, что он старается экономить. В это я готов поверить, как и в то, что там нашла коса на камень. Поэтому, я вполне искренне желаю удачи обеим сторонам, и точно не собираюсь в это все вмешиваться. – А что мы будем делать, если в конечном итоге вся эта подготовка окажется нам не по вкусу? – Катерина спрашивала об этом несерьезно, ей было искренне все равно, как будет проходить эта показательная церемония. Все чего она хотела, она уже получила, как тут можно желать чего-то большего? – Не переживай, Виноградова твоя не позволит испортить все это приготовление ни моей неуемной сестре, ни твоему излишне строгому отцу. – Поверить не могу, что ты настолько сильно полагаешься на Юлиану, – призналась Катерина, – мне казалось, что вы не настолько хорошо ладите. – Я бы даже сказал, что мы вообще не ладим, – казалось, ничто не могло испортить настроение ее супруга, – но ради тебя, мы готовы сотрудничать вполне мирно. – С ума сойти, ради меня? – Катерина приподнялась, чтобы коснуться губами губ мужчины, – и как же я должна тебя за это поощрить? – А ты Юлиану так же поощрять будешь, – Воропаев пошевелил бровями, – а то я и заревновать могу. – Саша! – Катиному возмущению не было предела, – ну что ты такое говоришь! Вот я тебя сейчас стукну! – Ну все-все, это была крайне плохая и совершенно не продуманная шутка, – Александр склонился над ней, снова прижимая Катю к постели и обжигая ее губы требовательным поцелуем, – прости, не удержался. – Даже не знаю, прощать тебя или нет, – вздохнула Катерина, борясь с желанием снова втянуть супруга в нежный поцелуй. Так недолго было остаться в этой постели на целый день, совершенно наплевав на работу. И все бы ничего, но Катя подобного позволить себе не могла. В первую очередь потому, что в ЗимаЛетто ее ожидала Кира, а оставлять сейчас ее одну было неправильно. На нее охотилась Маргарита, и умудрялся нервировать Андрей. А все потому, что с рождением ребенка Тропинкиной у Малиновского наступили веселые деньки. Кира не собиралась так просто позволить Роману соскочить с этого крючка, на который он себя так необдуманно посадил. Ну а Андрей, конечно же, просто не мог оставить друга в беде. Екатерина честно предлагала Кире бросить эту затею, и позволить Марии и Роману разбираться самостоятельно. Тропинкина и так творила глупость на глупости, являя собой ходячее подтверждение пословицы про “семь пятниц на неделе”. На что Кира заявила, что помогает она не Марии, и делает это все не ради мести Роману. Все ее силы были сейчас положены на то, чтобы помочь родившемуся ребенку. Она не могла позволить, чтобы этот крохотный человечек с далеко не бедным отцом в чем-то нуждался. И тут у Катерины было просто нечем крыть. – Давай после работы я постараюсь вымолить у тебя прощение, – Александр отвлек ее от тягостных мыслей, – как тебе идея? – Она даже слишком заманчива, – рассмеялась Катерина и все-таки притянула мужа для поцелуя снова, – ты такой замечательный, ты это знаешь? – Конечно, знаю, – рассмеялся Воропаев, – но я очень хочу слышать от тебя об этом ежедневно. Считай меня жадным. – Считаю, – охотно согласилась Катя, – но меня все устраивает. – Даже если бы тебя не устраивало, то ты не смогла бы ничего изменить. Отпускать я теперь тебя не собираюсь совершенно точно. – Впервые в жизни мне нравится, когда мне угрожают, – Катерина вздохнула, немного потягиваясь, прогибаясь в спине и не без удовольствия наблюдая восхищение в глазах супруга. Да, это было идеально. – Теперь угрожать тебе имею право только я, да и то исключительно подобным образом, – Александр улыбался, но глаза его оставались серьезными. Это была не просто шутка после сладостных любовных утех, это было обещание. Это было то самое чувство безопасности, от которого у Катерины буквально плавились кости. – Можешь опоздать на работу еще немного? – на всякий случай решила уточнить Катя. – Только если немного, – улыбка Александра стала хищной, он без труда разгадал ее желание и явно был с ней заодно. – Немного, я тебе обещаю, – Катерина потянула супруга на себя, – совсем немного…

* * *

– Завидую тебе белой завистью, – вздохнула Кира, протягивая Катерине стаканчик с какао, – ты выглядишь такой счастливой, что от тебя можно запитать небольшую электростанцию. – Твой брат творит чудеса, – Катя покраснела и тут же спряталась за стаканчиком с ароматным напитком. – При всей моей любви к брату и, конечно же, тебе, я не хочу знать, КАК он творит эти самые чудеса, – настроение у Киры тоже было по высшей отметке, – но я готова разделить с тобой радость от этого волшебного дня. – Тогда поделись со мной, кто же спонсор твоего хорошего настроения? – Катерина была уверена, что Кира улыбается не просто так. – У моего хорошего настроения сегодня действительно есть спонсор, – Кира сделала глоток из своего стаканчика и заговорчески пошевелила бровями. – Рассказывай, не томи, – Катя поерзала на своем месте в жутком нетерпении, это же нужно было обладать таким даром – заражать других людей интересом! – Меня сегодня очень порадовала Тамила, – дольше тянуть Кира не собиралась, – она во всю работает над нашим главным вопросом и у нас уже есть отличные продвижения! – Неужели получится все решить без полноценного судебного процесса? – Катерина помнила, что Тамила Алиева была юристом, которого Кира наняла для работы с проблемой Тропинкиной. – Роман отлично понимает, что на этот раз ему от ответственности не уйти, никакие его подачки не заменят официальных алиментов, особенно учитывая его доход, – Кира скалилась, словно сытая акула, начиная жутко напоминать этой улыбкой своего брата. – Я так понимаю, любые его попытки скрыть свой доход будут тщетны? – Катя ощутила странный привкус… удовлетворения. Стыдно признаться, но она радовалась тому, что Малиновскому хоть кто-то сумел прищемить… хвост. – Конечно, – кивнула Кира, – ему бы и так этого никто не позволил, а в сложившейся ситуации и подавно. – Меня удивляет только то, что Роман никак не попытался договориться с Андреем, – Катерине не верилось, что Малиновский так просто сдался, прекращая свои извивания на горячей сковороде. – Ну кто тебе сказал такую глупость, – практически проворковала Кира, – я просто предупредила моего бывшего супруга, что любые его попытки помочь своему другу могут быть для него чреваты. – Неужели это называется шантаж? – Катерина подалась немного вперед, и Кира тут же отзеркалила ее движение. – Он родимый, – кивнула она, – и мне совершенно не стыдно. Я не хочу сказать, что Андрей бросился бы прикрывать его задницу… Катя кивнула. Они обе понимали, что именно так и случилось бы. В отличие от Киры Катя впервые узнала несколько историй о барышнях, которые беременели от Малиновского. Случалось это намеренно, как было с Марией, или же по глупости, ведь слово “случайность” здесь было крайне неуместно, было совершенно неважно. Но Роман всегда умудрялся выйти сухим из воды. В основном девушки были моделями, на пике или в самом начале своей карьеры, а это значило, что самым лучшим решением для них был… аборт. Финансовую сторону вопроса закрывал Роман, а Андрей со своей стороны помогал таким барышням получить работу в другом агентстве или модном доме. Это ли не прикрытие тылов? – Главное, Андрей тебя услышал, – Катерину это тоже обнадеживало. Конечно, она никогда не сомневалась в адекватности… определенной адекватности Жданова, но его здравое взвешенное решение в этой ситуации действительно радовало, – Роман на него сильно обиделся? – Вот только не вздумай его жалеть, – строго ответила ей Кира, – эти двое друг друга за руку водят всю свою жизнь, причем водят они друг друга далеко не в правильную сторону. Жить друг без друга не могут и от этого постоянно в своей грязи валяются. Вот пусть теперь хоть немного… – она взмахнула рукой в воздухе, – ладно, забыли. У Романа есть неделя на то, чтобы признать своего ребенка. Если нет… – Ты знаешь, что-то я ему не завидую, – о да, Катя видела, насколько серьезно была настроена Кира, можно было даже сказать агрессивно, – и так, к сведению, я никого жалеть не собираюсь. Я на твоей стороне и на Машиной, даже несмотря на то, что ведет она себя инфантильно и глупо. – То, что она ведет себя глупо это факт, – вздохнула Кира, – ситуацию спасает только ее мать, иначе… я просто не знаю. – Она слишком сильно доверяет Роману, – Катерина понимала, что единственный шанс для Малиновского если не спастись, то хотя бы сгладить ситуацию, договориться с Тропинкиной без участия адвокатов и юристов. Ведь сопровождение оных связывало его по рукам и ногам буквально… навсегда. – Это Роман слишком хорошо играет на ее чувствах, – грустно вздохнула Кира, – надеюсь, что мозг Марии перевернется от гормонального взрыва, и она начнет думать о своем ребенке гораздо чаще, чем о… Романе. – С первой беременностью так не получилось, как я понимаю, – почесала затылок Катя и улыбнулась, встретившись с недовольным взглядом Киры, – прости, я не хотела разрушить твою веру во что-то хорошее. – Да нет, – отмахнулась Кира, – проблема в том, что об этом я сейчас и думаю. Слишком часто, попрошу заметить. – Ты принимаешь участие в жизни Марии с таким… напором, – Катерина осторожно подошла к важной теме, которая волновала не только ее, но еще и Кристину с Александром, – как бы Тропинкина не привыкла, что ты всегда рядом. – Я не буду всегда рядом, – слабо отмахнулась Кира, – я только… – Ты говорила, что после родов останутся мелочи, которые можно будет сделать без тебя, – Катя склонила голову к правому плечу, – а что я вижу? – Ты видишь, как я проявляю любящую доброту к ближнему, – отрапортовала Кира, а потом закрыла лицо двумя руками, – я просто… не знаю. Ну не могу я просто так как-то… мне кажется, что если я оставлю ее сейчас, то это будет выглядеть… неправильно. Даже мелочно, словно все что я делала, я делала только потому, что мне нужно было прижать Романа. – Так никто не подумает, – совершенно искренне заявила Катерина, – а если подумает, то я лично этому человеку… – Я буду так думать, – перебила ее Кира, – я буду себя так чувствовать. – Ладно, – Катя не собиралась сдаваться, но решила уступить, – я понимаю, что ты пока не готова отпустить Марию в свободное плавание. И что ты будешь за всем присматривать, по крайней мере до того момента, пока Роман не признает своего ребенка. Ну давай с самой Машей будут нянчиться ее друзья? – Ты предлагаешь мне переложить эту ответственность на кого-то? – Кира склонила голову к правому плечу, и Катя покачала головой. – Я предлагаю тебе не считать взрослого человека своей ответственностью, – Катерина помолчала, ожидая ответа Киры, но та не торопилась возразить. Была согласна? Искала что сказать, чтобы перебить Катин довод? – я не хочу звучать бессердечной, но в окружении Марии достаточно людей, которые могут навещать ее в больнице и активно помогать ей. – Да, – на этот раз Кира даже кивнула, – много времени сейчас с ней проводит Амура, да и Ольга Вячеславовна планирует навещать ее довольно часто. – Поверь, остальные тоже не будут отказываться от своего дружеского долга, – Катя постаралась безуспешно заправить прядь волос за ухо, – и я буду ее навещать в том числе, – она подняла руку вверх, когда заметила, что Кира собиралась что-то сказать, – и буду делать это без тебя чтобы освободить тебе больше времени на твои дела… и дела моего будущего племянника, ну или племянницы. – И почему мне кажется, что ты заворачиваешь меня в вату? – Кира вздохнула, но расстроенной не выглядела. – Если только совсем немного, – не стала отрицать Катерина, – ты ведь не будешь доводить меня до греха, заставляя пожаловаться на твое поведение моим родителям? Полушутливый тон помогал поддерживать легкость разговора, но в то же время Катя понимала, что донесла до Киры свои… их семейные волнения. А еще Катерина отлично знала, что в последнее время Елена Александровна встречалась с Кирой едва ли не ежедневно. Катя даже попыталась прислушаться к себе – не ревнует ли она собственную мать? Но, к ее легкому удивлению, подобный расклад ее даже радовал. Она отлично знала, какой заботливой могла быть ее мама, и сколько удовольствия приносила ей возможность ухаживать и присматривать за Кирой. Сама Кира и не думала противиться подобному вниманию. Елена Александровна была полной противоположностью Маргариты Рудольфовны. Пушкареву интересовало здоровье и благополучие Киры и ее будущего ребенка и больше ничего. Поэтому, минимизировав общение со Ждановой, Кира не без удовольствия растворилась в возможности получить поддержку и любовь в семье Пушкаревых. Следовало ли говорить, что не только Елена Александровна была в восторге от Киры. Валерий Сергеевич не стесняясь заявлял, что считает самую младшую из Воропаевых самой адекватной. И даже в сравнении с собственной дочерью признавал, что Кира с ним была куда учтивее и мягче. Катерина на это только посмеивалась и заявляла, что она просто заразилась наглостью от Александра воздушно-капельным путем. – Это шантаж, – погрозила ей указательным пальцем Кира, – я подобного не одобряю. – Кто бы сомневался, – фыркнула Катя, собираясь продолжить шутливые препирательства, но у Киры были иные планы. – Раз уж мы заговорили о твоих родителях, – начала она, – я бы хотела спросить, как можно порадовать твоего папу? Валерий Сергеевич довольно своеобразен, я не могу до конца понять сферы его интересов. А таскать ему каждый раз бутылку чего-нибудь считаю… неприличным. Словно я намекаю на что-то… – Кира взмахнула рукой в воздухе, – хочу подарить ему что-нибудь такое… может их в отпуск отправить? – Они не поедут, – вздохнула Катерина, – я пробовала не один раз, все упирается в “слишком дорого” и “самим страшно”, – она развела руками, – не думаю, что с тобой будет как-то иначе, уж прости. – Прощаю, – просияла Кира, – но идея с отдыхом для них хороша? – Чудо как хороша, – не стала отрицать Катя, – я бы даже больше сказала – это моя мечта! А что, – она заметила хитрющий взгляд Киры, – у тебя уже есть идеи? – Ну… разве что парочка, – протянула она, проводя указательным пальцем по нижней губе туда-сюда, – но пока я ничего не скажу, мне… нужно подумать. – “Хорошенько подумать” я, конечно, поддерживаю, – недовольно сморщила нос Катерина, – но мне не нравится эта игра. – Какая игра? – удивленно захлопала глазами Кира. – Как заинтересовать идиота, – рассмеялась Катя, – не люблю оказываться с “той стороны”. Это… неприятно. – Лучше всего в эту игру играет Сашка, – Кира выглядела чрезвычайно довольной, – он умеет заинтересовать так, что за ним начинает бегать даже Кристина, которая вполне искренне считает, что сюрпризы это весело! – Я не считаю, что сюрпризы это весело, – это было сущей правдой, Катя не была уверена, где и когда получила прививку от подобных восторгов, но подозревала, что стены ЗимаЛетто сыграли в этом не последнюю роль. – Верю, – кивнула Кира, – поэтому интригу слишком долго держать не буду, – пообещала она, – но мне правда нужно все продумать, а потом уже делиться. Но я могу гарантировать тебе, что ничего не буду предпринимать без тебя. – Договорились, – Катерина поерзала на своем месте, – но как я дождусь твоих откровений, я даже не знаю. – А я тебе помогу отвлечься, – Кира заговорчески поиграла бровями, словно приглашая ее в веселую шутку. – Помоги, но только если мы не будем говорить о свадьбе, – Катя словно чувствовала, что именно эту тему и собирается поднять ее восхитительная родственница. – У меня такое ощущение, что ты вообще не желаешь проводить этот вечер, – Кира нахмурилась, и принялась внимательно вглядываться в лицо собеседницы, – у вас с Сашей какая-то размолвка? – Ты что! – замахала руками Катерина, – у нас с ним все отлично, просто восхитительно. Я в жизни не была так счастлива, и я хочу верить, что он также. – Тогда в чем проблема? – Кира выглядела немного растерянной, – вы счастливы, довольны, у вас все отлично, почему не провести прекрасный вечер для семьи, друзей… – И еще половины города, – скривилась Катя, и тут же добавила когда заметила, что Кира собирается ей перечить, – я знаю, для чего мы это делаем, я понимаю, что это необходимо и свою роль сыграю, как положено. Но не могу сказать, что мне это нравится. Я не то чтобы очень публичный человек. Мне часто даже вечера всякие… рауты эти все, в тягость. Я не люблю становиться объектом разглядывания. – Но ведь есть что разглядывать! Катерина расхохоталась. Это был самый необычный комплимент, который она слышала в свой адрес. Не то что бы Кира не осыпала ее чем-то подобным, но подобное заявление скорее было в духе Лизы. Уж Веларова знала, как пошутить и порадовать так, чтобы подобные слова буквально граничили с правилами приличия. От Киры же она ничего подобного не ожидала. И, как оказалось, очень зря. – Ладно, я согласна, что сейчас разглядывать есть что, – ответила она, отсмеявшись, снова безуспешно пытаясь поправить прическу, – но это все равно не значит, что я горю подобным желанием. – А ты не гори, – великодушно согласилась Кира, – ты просто сконцентрируйся на Сашке, на его желание увидеть тебя в свадебном платье. На том, каким он будет счастливым, когда еще раз назовет тебя своей. – Это называется эмоциональный шантаж, – пожурила Киру Катерина, – ты же знаешь, что Саше я не могу отказать ни в чем. – И то хлеб, – притворно облегченно вздохнула Кира, – хоть так тебя можно уговорить сотрудничать. – Сотрудничать я, впрочем, готова всегда и с удовольствием, – Катя прикусила нижнюю губу, раздумывая, о чем еще следовало расспросить, раз уж они подняли тему свадьбы. Но Кира справилась сама: – Кристина вошла в раж, занимаясь приготовлениями, Да и следует признать, что твой отец пускай и вредничает, но срабатывает дополнительным ограничителем, который моей сестре уж точно не повредит. Но есть то, где без тебя не обойтись. – Ты о свадебном платье? – осторожно поинтересовалась Катя. – О нем родимом, – охотно закивала Кира, – точнее, пока не о самом свадебном платье, а о попытке подобрать его фасон. – А может с фасоном вы все-таки разберетесь без меня? Надежда растаяла, словно дым, когда Катерина встретилась с недовольным взглядом Киры. – Не наглей, – это прозвучало довольно мягко, хотя сама Кира старалась выглядеть угрожающе, – я знаю, что ты дистанцируешься от приготовлений по многим причинам. И названные тобой – это крохотная доля всего. Но платье – это важная часть образа, это твой комфорт, это твоя возможность чувствовать себя не просто неотразимой, но и… идеально. Такой, которой желаешь себя видеть ты. – Я? – а вот это была самая большая проблема, половину Катиного гардероба ей в свое время помогла подобрать Юлиана. Еще половину она не без удовольствия прикупила с Лизой, а всякие спонтанные покупки были подсказаны отличными консультантами в хороших правильных магазинах, которые ей показала… все та же Юлиана. Единственное решение, которое Катерина приняла самостоятельно – ее платиновый цвет волос. Да и то потому, что в зеркале себя прежнюю видеть не хотелось. Может потащить на выбор платья Сашу? В конце концов, Катя не верила в суеверия, ну что плохого может случиться, если он увидит ее до свадьбы, тем более что это такая формальность. – Катя, тебя вызывает ЗимаЛетто, ты здесь? – Кира помахала рукой перед глазами Катерины, чтобы привлечь ее внимание. – Прости, – вздрогнула та, – я просто задумалась. – О чем? Кира склонила голову к правому плечу, сейчас она напоминала любопытную птичку, которая то ли добычу высматривала, то ли за листочком наблюдала. Катерина вздохнула и потерла нос. – О платье. – Никогда бы не подумала, что подобная тема может заставить тебя выглядеть такой растерянной, – теперь Кира стала куда серьезнее, – не поделишься что не так? – Все хорошо, просто… – меньше всего Кате хотелось взволновать кого-то подобной глупостью, но… – Я понятия не имею, чего я хочу и не уверена что смогу выбрать что-то действительно… стоящее? Правильное? Достойное? – Мне кажется, что ты себя недооцениваешь, – Кира не пыталась пошутить, сейчас она была совершенно серьезна, – но, раз для тебя это столь… дискомфортно, как ты смотришь на то, чтобы мы устроили консилиум? – Мне бы не хотелось навешивать на Кристину еще и это, – на самом деле очень даже хотелось, но это было бы просто царским свинством. – А я и не предлагаю срывать Кристину с ее запланированного графика, – Кира сверкнула зубами в довольной улыбке, – твоими советчицами могли бы стать Юлиана и Лиза. Ты же не думаешь, что они откажут тебе в такой малости? – Не думаю, – кивнула Катерина, – Лиза говорила, что она всегда к моим услугам, да и Юлиана намекала, что не против нам помочь с чем-то кроме… рекламы всего этого действа. Но… – она задумалась на миг, стоит говорить это или нет, но все-таки решилась, – а как же ты? – А ты хочешь, чтобы и я в этом поучаствовала? – Кира игриво улыбнулась, и это снова заставило Катю рассмеяться. – Конечно, хочу! – Катерина вздохнула, а потом добавила, – и не только потому, что у тебя отличный вкус. – А почему же еще? – Потому, что ты во всей этой компании будешь единственным здравомыслящим человеком, – Катя прижала руку к груди, – поверь, я уже нуждаюсь в спасении. – Тогда, – Кира решительно хлопнула по столу, – я начну спасать тебя прямо сейчас.