Местные звёзды

      22:55 — Ой, да ладно тебе! — прозвучал весёлый голос порядком весёлого Сынмина. — Небольшая прогулка не повредит! — Но не в твоём состоянии, — усмехнулся Феликс, поддерживая товарища за локоть, чтобы увести его подальше от своего дома. — Ты же на ногах еле стоишь! Ты выпил что-ли? — А вот и не надо стоять, — продолжал настаивать Сынмин. — Надо идти! Не упирайся, я знаю, что ты хотел сбежать из дома, чтобы прогуляться ночью по улице! Мы же подростки!       На удивление, он был прав. Феликс не любил весь этот шум, что воцарился, как только наступили выходные. Конечно, его радовало, что наступили долгожданные два свободных дня, которые можно провести намного веселее, чем Феликс себе планировал. Он выкрал у своего суточного субботнего сна удачную минутку и выбежал на улицу, на свежий ночной воздух. Именно там его и ждал Сынмин, скорее лучше сказать, поймал. Против компании друга парень не имел ничего против, но, немного выпивший, он мог быть ещё более раздражающим, чем вся эта шайка Хёнджина. К счастью, Сынмин правильно понял немые сигналы Феликса и, не только не доставал его неуместными разговорами, но даже помог ему незаметно выбраться за пределы улицы, когда к дому подъехала машина курьера. — И долго мы будем тут раздумывать? — вырвал из омута мыслей нарочито обиженный голос Сынмин. — Теплее, как ты заметил, не становится.       Феликс лишь хмыкнул ему в ответ и побрёл следом. Были разные причины, почему он согласился пройтись с парнем, но Феликс признался себе только в одном: ему не хотелось, чтобы приятель угодил в пьяные приключения, набрёл на машины, обитающие в городе или ещё на кого похуже. Сейчас Сынмин, не без гордости, вел его за собой по дорожке к парку, часто оглядываясь, словно опасался, что Феликс исчезнет, стоит только ему отвести взгляд. — А куда мы идём? — блондин задал вполне резонный вопрос, который то и дело мелькал у него в голове. — Просто хочу тебе кое-что показать, — слишком загадочно даже для самого себя ответил Сынмин. — Наверное, ты тут уже был.       Остальное время друзья шли молча. Было тихо. Они проходили мимо высоких деревьев, в густой листве которых тихо шептал ветер, по аккуратным деревянным мосткам, перекинутым через журчащие потоки прохладных водоёмов. Феликс вдохнул полной грудью и направился по уже знакомому маршруту. Погода осени… Ночной осени… Тепло, южный ветер, чёрное небо и яркие мерцающие звёзды.       Феликс снова не заметил, как они оказались у пристани с лодками, где часто ловили рыбу. Вид с неё был превосходным: большие и маленькие лодки, спокойная река, вдали огромный мост через неё. В тот день, когда Феликс пропустил занятия в школе и пришёл сюда, его поймал Хёнджин… — Ну, кажется пришли, — наконец произнёс Сынмин, остановившись.       Перед взором Феликса раскинулась ровная, как зеркало, гладь реки, в которой отражалась круглая и ясная луна. Прямо на берегу водоёма возвышалось строение, наверное, служившее мельницей или пристанищем рыбаков. Оно не выглядело заброшенным, но в то же время не производило впечатления жилого здания. Сынмин, как-то даже по-детски ухмыляясь, направился внутрь, поднялся вверх по лестнице. Феликс решил немного задержаться на улице. Он прикрыла глаза: дуновение прохладного ветерка, играющего с его светлыми волосами, редкое ворчание ночных птиц в парке, плеск воды, издаваемых сонными и ленивыми рыбами в реке… Всё это умиротворяло и успокаивало.       Спокойствие.       Тишина.       Именно этого так не хватало ему в последние месяцы. Ему хотелось бы ещё подольше постоять, вот так, без цели, вслушиваясь в звуки этой удивительно прекрасной ночи, но у Сынмина, кажется, были немного другие планы. — Это начинает раздражать, — хмыкнул он откуда-то сверху. — Поднимайся наверх, и ты увидишь кое-что поинтереснее!       Феликс невольно улыбнулся, деланно закатил глаза, но все же последовал за парнем наверх. Пара пролетов деревянной лестницы, и он был уже на крыше. Блондин молча подсел к Сынмину, уже успевшему устроиться на самом краю. С этой высоты действительно открывался будоражащий вид. Взгляд Сынмина скользнул по ночному Сеулу, красующемуся в ночи и пестрящему множеством маленьких огоньков-фонарей. От всего этого захватывало дух. Далеко впереди виднелись ровные, словно обрезанные огромным кинжалом, дома. — Нравится? — тихо, словно боясь потревожить парня, спросил Сынмин.       Феликс лишь кивнул и посмотрела на Сынмина. Он, обратив свой взор куда-то наверх, всматривался в тёмное небо. Блондин проследил за его взглядом и вздохнул. Весь небосвод, кажущийся таким чёрным, был усыпан тысячами ярких звёзд. Какие-то были сформированы в причудливые созвездия. — Знаешь, я слышал как-то одну легенду, — задумчиво произнёс Сынмин, не отрывая своего взгляда от неба. — Что все когда-то жившие на свете люди становятся после смерти одними из звёзд… И что каждый человек, взглянув ночью наверх, может встретиться с когда-то покинувшим его человеком.       Феликсу на мгновение показалось, что его голос дрогнул. — Хотелось бы в это верить… — проговорил он. — Хотелось бы верить хоть во что-то.       Спустя пару беззвучных мгновений Сынмин, словно вспомнив нечто очень важное, стал рыться в своём рюкзаке. Действие происходило не долго, и вскоре он вытащил на свет небольшую тетрадку в кожаной обложке. — Кхм, я думаю, тебе это будет интересно… — немного замявшись сказал парень, протягивая тетрадь блондину. — Это… Мои стихи, а точнее песни…       Феликс аккуратно принял тетрадь. На его немой вопрос в глазах, Сынмин лишь пожал плечами и скромно отвернулся. Блондин пролистал пару страниц и удивился. На каждой были написаны стихи. Феликс знал, что Сынмин мечтает покорять сцену, исполнять свои песни под гитару, пропитывать чувствами даже очень холодное и стальное сердце… — Ты прочтешь мне что-нибудь? — с улыбкой обратился Феликс к брюнету.       Недолго отнекиваясь, Сынмин всё-таки согласился. Он взял в руки тетрадь, и пролистав пару страничек, остановил свой взгляд на одном из стихов. Немного прокашлялся и, на удивление Феликса, с выражением начал петь…       Когда Сынмину было четырнадцать, он ходил в музыкальную школу. После школы, вечером, и его родительница была очень рада. Там, у своей преподавательницы, парень выучил много песен, познакомился со многими сверстниками и едва ли не встретил свою первую любовь. Только потом его любовь ушла с головой в балет — новая страсть. Поступила в элитную балетную академию и жизнь абсолютно поменялась.       Поёт Сынмин английском языке, с удовольствием произнося каждый звук, каждое слово. Английский всё-таки красивый, хоть и сложный. Пусть из друзей никто и не понимал, что он поёт — даже Чонин не может так быстро переводить, тем более когда Сынмин поёт прямо и чисто, без остановок, но во мнении о том, что поёт он замечательно, сходились все.       Как бы Сынмин красиво не пел, говорить об этом, да и вообще комментировать ситуацию как-либо, было запрещено. Уж очень он ранимо относилась к такого рода вещам — за пару неудачных шуток кое-кто поплатился сломанным носом и тремя синяками. Поэтому каждый просто слушал и тайно восхищался, не осмеливаясь даже попросить исполнить на известном корейском.       Феликс прикрыл глаза и аккуратно положил свою голову на плечо Сынмина, наслаждаясь его голосом. По телу мурашки от его пения, и если бы не горкий запах алкоголя, который исходил от парня, блондин бы полностью отдался его искусству. Все мы не без вредных привычек. Феликс и не подозревал, что Сынмин любит выпить, в то время как сам Феликс сейчас доставал из кармана спасательную пачку сигарет, закуривая… Подростки, невинный возраст, прокуренные лёгкие и пропитые мозги. — Ты потрясающе поёшь, — улыбнулся Феликс, выпуская из лёгких дым, когда Сынмин закончил. — Тебе бы снова вернуться в музыкальную школу. — Это уже не мой уровень, — усмехнулся Сынмин, снова поднимая взгляд на небо. — Прости, что я немног выпил, но мне нужно с тобой поговорить.       Феликс значительно напрягся, но в ответ лишь кивнул, аккуратно прикасаясь губами к фильтру сигареты. Он доверял Сынмину, доверял ему даже больше, чем мог бы. Они знакомы не так давно, но как бы банально это не казалось, Феликс готов был ему доверить многое из своей жизни. — Феликс, не думай ничего такого, я не собираюсь признаваться тебе в том, чего нет, но я хочу, чтобы ты знал, — произнёс Сынмин, закусывая губы. — Всё пройдёт, даже то, что тебе придёт пережить, а тебе придётся, — набрав в лёгкие побольше воздуха, брюнет тяжело выдыхает. — Я подслушал разговор, и… Точнее, я принимал участие в этом разговоре… Феликс, это я дал Хёнджину твой номер телефона и все твои адреса, прости… Он зажал меня в коридоре.       Феликс облегчённо выдохнул, что это всего лишь то, что сказал Сынмин. Он правда боялся, что сейчас брюнет выдаст что-то про любовь, а блондину придётся успокаивать его о том, что безответная любовь не так уж и безответная. — Я знаю, Сынмин, — выдохнул Феликс, тихонько усмехаясь. — Я не злюсь на тебя. — Что…? — брюнет нахмурился, кидая взгляд на парня. — Откуда ты знаешь? — Хёнджин сказал, — пожал плечами Феликс. — Если ты напился поэтому, то ты глупый, Сынмин! — Нет, выпил я просто так, без причины, — усмехнулся Сынмин. — Я правда рад, что ты не злишься на меня. — Ну… — протянул Феликс, выкидывая сигарету. — Мне, конечно, не нравится, что он мне пишет каждые десять минут, но мне даже любопытно, что он выкинет на этот раз. Спасибо, что признался. Это значит, что я должен тебе доверять.       Сынмин улыбнулся и кивнул, поджимая губы.

***

      Когда Феликс вернулся домой, то сразу спрятался под тёплым одеялом, кутаясь в подушки. По телу пробегала приятная дрожь после контраста холодного уличного воздуха с теплотой домашней комнаты и мягкой кровати.       Из-за того, что он проспал весь день, сейчас сонливости совсем не ощущалось, кроме раздражения от данного диалога. Хёнджин: «Детка, ты уже пришёл домой?» Феликс: «И почему я просто не могу тебе не отвечать?» Хёнджин: «Так ты не спишь» Феликс: «А тебя это волнует?» Хёнджин: «Интересный факт — я тебя раздражаю, но при этом ты отвечаешь мне сразу, как только видишь сообщения» Феликс: «Потому что мне интересно, какую ерунду ты напишешь на этот раз» Хёнджин: «А ерунда ли это?» Феликс: «Ты про что сейчас? Извини, но, кажется, твои извилины мозга не доставляют информацию в отдел, отвечающий за речь» Хёнджин: «Сколько будет четыре минус один?» Феликс: «Допустим, три?» Хёнджин: «А что если я скажу, что один из вас выбыл из компании недотрог?» Феликс: «Недотрог? Это ты меня недотрогой назвал?» Хёнджин: «Ну, я бы предпочёл назвать немного по-другому, но тебе же не нравится, когда тебя называют доступной кисой» Феликс: «А я доступная киса? Мне тебя ещё раз в живот пнуть?» Хёнджин: «Побереги силы для нашей ночи» Феликс: «А ты согласен стонать подо мной?» Хёнджин: «А ты согласен быть подо мной?»       Феликс закатил глаза и лёг поудобнее, собираясь написать пару ласковых слов о его собеседнике, но остановился, замечая, как Хёнджин снова набирает сообщение. Хёнджин: «Детка, поверь, если человек, который бегал несколько лет от нас, сдался, то чтобы сломать тебя мне хватит всего нескольких месяцев» Феликс: «И кто же сдался, мой самоуверенный кретин?» Хёнджин: «Думаю, тебе самому скоро будет ясно»       Феликс нахмурился и задумчиво закусил губу, перечитывая последние несколько сообщений. Хёнджин: «Спи сладко, мой маленький» Феликс: «Ты можешь оказать мне услугу?» Хёнджин: «Какую?» Феликс: «Отвали»       Блондин блокирует телефон и убирает его на тумбочку, полностью ложась на постели и прячась под одеялом. Теперь ему будет трудно уснуть, ведь в голову снова влезли эти предательские мысли о Хёнджине и о том, что он ему написал…