Необычно обычная ночь

Ян Чонин всегда любил разнообразные тусовки, встречи и знакомства с новыми людьми. Это началось ещё в младшей школе, никакое мероприятие не могло обойтись без него. Будь то безобидная сценка про красную шапочку или же вечеринка с кучей алкоголя и музыкой, оглушающей всё и всех. Вообще, напиваться Чонин не любил, уж слишком болезненные потом последствия, да и парня своего не хотелось расстраивать. Ким Сынмин – тот самый парень, которому всё-таки пару раз приходилось чуть ли не затаскивать пьяное тело в квартиру и слушать несвязные речи об обожании своей персоны. Нет, Ким верил, конечно, и сам так же сильно любил Чонина. Любил и заботился. Мог и таблетку со стаканом воды заранее приготовить, чтобы уменьшить головную боль, и раздеть парня, не обращая внимания на пошлости, лившиеся у того бурной рекой. Вообще мог сделать всё для Чонина. Не получалось лишь одно – пересилить себя и ходить вместе с ним на вечеринки. Сынмин не переносил шумные места, а от компаний со спиртным он вообще держался в три погибели. Неприятно, неудобно, страшно в конце концов.. поэтому он сразу при знакомстве растолковал всё Яну и попросил понимания. На что блондин улыбался и говорил, что всё хорошо и Сынмину пересиливать себя из-за него не нужно. Они начали встречаться довольно спонтанно, но никто никогда не жалел об этом. Лис и щенок идеально подходили друг другу во всём и, несмотря на разные в чём-то взгляды на мир, разные увлечения, им было хорошо вместе. Сынмин научился выслушивать партнёра. Не то, что бы он не умел этого делать, но раньше это было больше безразличием и отрешённостью.. Чонина же он слушает с заинтересованностью, дополняя и уточняя некоторые детали. Например, не слишком ли была громкой музыка на вечеринке в прошлую субботу, задаваясь вопросом, следует ли переживать об его ушах. На это его парень лишь хихикал и тыкался носом и губами тому в щёку, благодаря за заботу, но "с ним всё в порядке". Сам Чонин учился просто молчать, когда это нужно разумеется, создавать для Сынмина комфорт. Прогуливаться в тишине, держась за руки, по парку; лежать вместе, оглаживая тела друг друга; позволять перебирать волосы, опустив голову на стройное бедро, слушая, как тихий нежный голос читает какой-то рассказ. По утрам у Кима часто болела голова, и поэтому прежде чем говорить Чонин наклоном головы в сторону как бы спрашивал разрешения нарушить сложившуюся идилию. Чаще всего он его получал. Ревновал ли Сынмин своего лисёнка, когда тот уходил развлекаться? Нет, вы что. Он полностью понимал и принимал желания своего парня, и раз уж сам Ким не может пойти с ним, то он не в праве что-то запрещать или ревновать к кому-либо. Он доверяет Чонину. Только вот почему, наблюдая сейчас за младшим, собиравшимся на вечеринку коллеги по работе, внутри было так больно, шатен не понимал.. — Ну-ка, Мини, как я выгляжу? – Крутясь перед зеркалом, спрашивает Чонин, поправляя свою чёрную рубашку. — Прекрасно, как и всегда.. – прислонясь к стене отвечает Сынмин. — Ну давай, я пошёл, – раскидывая руки, приглашая в объятия, весело говорит Ян. Ким подходит к нему и позволяет себя обнять, утыкаясь носом в шею. Глаза начинает резко и неожиданно щипать, но Ким не может себе позволить слёз в этот момент и поднимает взгляд в потолок. — Всё нормально, милый? – Спрашивает с беспокойством Ян. — Да.. Да, всё хорошо, – убирая светлую прядку с чужих глаз, отвечает Сынмин и быстро чмокает парня в губы, ощущая вкус мангового бальзама, который сам же недавно подарил, – хорошо повеселись, – выдавливает из себя улыбку. — Угусь, – нехотя расцепляет объятия Чонин. Чувствуется что-то непривычное в голосе Кима, но несмотря на некую тревогу блондин подхватывает сумку и, послав воздушный поцелуйчик, уходит из квартиры. После того как дверь захлопывается, Сынмин направляется на балкон, чтобы разобраться со своими мыслями. Он часто проводил здесь часы, устремляя взор на здания вдали, деревья, небо со звёздами или облаками, но никогда, однако, не было интереса смотреть на людей. Смеркается. Непонятно, когда Чонин собирался вернуться домой. Они как-то это не обсудили. Ким подставляется под ветерок, играющий с его чёлкой, и, закусив щёку, выпускает воздух через нос. Ревнует? Нет, ну что за бред? Никогда не ревновал, а тут резко, когда его лисёнок просто идёт к коллеге (а между ними нет ничего близкого, Мин уверен), начал? Парень запускает пальцы в волосы, пытаясь отогнать навязчивые мысли. Впервые за долгое время хотелось закурить. Но нет. Бросил. Ради Чонина бросил. Тот так жалобно всякий раз на него смотрел, когда Ким собирался достать пачку или уже раскуривал сигарету. Говорил, что это погубит к чертям лёгкие, а ему нужен здоровый парень. Правда почему-то о вреде алкоголя для организма блондин порой благополучно забывал. Сынмин постепенно сократил 6-7 сигарет в день до 1-2, потом и вовсе сменил их на электронные парилки с разными вкусами (самым любимым был малиновый), но Чонина и это не устраивало. Пришлось полностью отказаться, чтобы не раздражать младшего и Сынмин, разумеется, не жалеет. Он благодарен своему парню за то, что тот таким способом помог ему избавиться от пагубной привычки. Только вот сейчас пара сигарет ох как не помешала бы.. Слышится хлопок входной двери и Ким вздрагивает. "Забыл что ли что-то.." – проносится в голове Кима. Но на удивление по квартире не промчался ураган с криками о помощи найти какую-то вещь, а наоборот повисает подозрительная тишина. Такая, что Сынмин уже сам хочет идти спрашивать причину столь раннего возвращения, но в дверном проёме балкона показывается блондинистая голова. Парень тихими шагами преодолевает маленькое расстояние и опускает руки по обе стороны от Сынмина. — Опять куришь? – шатен на этот вопрос немного удивляется и начинает думать не обладает ли его Чонин экстрасенсорными способностями. — Нет, как ты мог такое подумать, – выдавливая улыбку, отвечает Мин и опускает голову на чужое плечо, – ты что-то забыл? — Да. – Немного погодя отвечает Ян, переводя взгляд вдаль. Тогда Сынмин разворачивается и становится лицом к блондину, заглядывая ему в глаза. — Да? И что же это? Ты не опаздываешь так случайно? – ответа не поступает и они лишь пару минут смотрят друг на друга, не отводя взгляд. — Никуда я сегодня не поеду, – мягко улыбаясь говорит Чонин, наблюдая за меняющимся выражением лица Сынмина. — Чего? Почему? Что-то произошло? – с беспокойством спрашивает тот и переворачивает в голове кучи всего того, что могло случиться. — Опережая твои вопросы, скажу, что с Хо Цином всё в норме, вечеринка по случаю повышения его должности будет, но я написал, что меня можно не ждать, – не давая шатену сказать ни слова, отвечает Чонин. — Но почему? Ты же хотел пойти, разве нет? — Милый, всё, что я хочу сейчас - это быть с тобой. Да и всю жизнь буду хотеть только этого, – улыбается блондин. — Это мило.. и даже очень. Спасибо.. Но мне всё равно непонятно.. Ты же так старательно собирался и глаза у тебя окрылённо блестели, и тут резко отказываешься и возвращаешься, – Ким смотрит в глаза напротив с непониманием. — Прости меня, – начинает Чонин, перемещая руки на талию Сынмина и ловя ещё более обеспокоенный взгляд, – прости меня за то, что не сразу увидел твоё состояние. На тебе не было лица весь вечер, а я тупо собрался к какому-то Хо Цину, хотя должен остаться с тобой. — Ты ничего не должен.. – тихо отвечает Ким и отводит взгляд. – Со мной всё в порядке, ты можешь идти отдыхать. Лица у меня, как ты говоришь, нет довольно часто и что, тебе теперь дома сидеть.. — А вот и неправда. Очень заметно различие между сегодняшним днём и другими, либо это я слепой и не замечал.. – оставляет лёгкий поцелуй на чужом лбу, – мне правда жаль, что я оставил тебя сегодня. Да и в другие дни.. Мы часто не проводим время вместе именно из-за меня. Ухожу куда-то не пойми зачем, не пойми на сколько, а ты переживаешь. Ещё и пьяный прихожу.. приползаю иногда, а ты всегда обо мне заботишься, – неловко улыбается Ян. — Нини, я всегда буду о тебе заботиться и неважно в каком ты будешь состоянии. И ты не виноват в том, что мы мало времени вместе проводим.. Это я не могу себя пересилить, прячусь подальше от всего такого, хотя ничего страшного нет же.. — Милый.. Ты уж точно не виноват. Твоя зона комфорта для меня важнее всего, – Чонин приобнимает его за талию и укладывает голову на плечо, – слушай, а ты не ревнуешь так случайно? — Нет.. Почему вдруг решил спросить? — Ну просто.. пытаюсь понять, что у тебя на душе. Какова ревность "на вкус" я знаю не понаслышке, – и вновь сталкивается с обеспокоенно непонимающим взглядом, – помнишь ту девочку, с которой вы делали проект какой-то в старшей школе? Вы переписывались постоянно, ходили друг к другу, а я думал, что вы встречаетесь. Ну и да, потом, напившись в каком-то убогом баре, пришёл к тебе весь такой хорошенький и вывалил всё, что было на душе. А что дальше было, я думаю, ты помнишь. Сынмин слушал, чуть ли не затаив дыхание, и не перебивал. Перебивать было вообще не в его манере. — Я не думаю, что у меня это ревность.. Просто не могу понять, почему вдруг именно сегодня мне не захотелось тебя никуда отпускать.. Чтобы ты остался со мной и ни к какому Хо Цину не ходил.. — Ревнууешь, – тянет блондин, сталкиваясь лбом с шатеном и ловя его взгляд. Тот снова начал думать не ясновидящий ли его парень или же просто у Сынмина на лице всё написано.. – Щеночек, я останусь с тобой и никакой Цин мне нафиг не сдался. Мне нужен только ты, мой нежный, заботливый, любимый и самый прекрасный. Ким чувствует, как его щёки начинают розоветь, а в груди разливается тепло. Эти слова он слышал от своего парня впервые. Что Чонину нужен только он.. Конечно, и раньше сомнений в этом не было, но услышать напрямую было намного волнительнее. Сынмин чувствует, как слеза катится по щеке и утыкается блондину в плечо. Вдыхает аромат цитрусовых духов, тех самых, которые сам подарил где-то 2 недели назад. Чонин гладит по спине, даря всю нежность, на которую только был способен. — Я не хочу тебе удерживать своей ревностью, – признаётся Сынмин, отрываясь от чужого плеча, – да, я ревную, но понимаю, что на это нет никаких оснований.. Ты верен мне и я это знаю, поэтому, если хочешь, иди на вечеринку. — Дурачок? Я только что сказал, что хочу остаться с тобой, пролежать весь вечер в кровати, смотря фильм или просто разговаривая, или же пойти в сумеречный парк и гулять с тобой, наслаждаясь природой. Никакой вечеринки мне не надо. А если ты думаешь, что я не могу получать удовольствие от чего-то по мимо них, то ты очень глубоко заблуждаешься! – Последнюю фразу Ян говорит слегка обиженным голосом, что вызывает у Сынмина улыбку. – Что смешного? Не веришь? Ты всегда так стараешься для меня, столько всего делаешь.. Неужели ты так неуверен в том, что я могу что-то стараться делать для тебя? — Лисёнок мой, конечно верю. Скажу так, я знал это с самого начала наших отношений, – Ким запускает пальцы в светлые пряди и начинает их перебирать, – ты делаешь меня самым счастливым человеком на свете. Может я иногда скуп на проявление благодарности, но хочу сказать.. Просто спасибо тебе, за то, что ты есть. За то, что готов для меня делать. Люблю тебя.. На этот раз щёчки краснеют уже у Чонина и он стремится выразить свои чувства поцелуем, смыкая их губы. Нежно, совершенно без напора. Парни стоят в объятиях друг друга, ветер играет в их волосах, а над головами зажигается первая звёздочка. Она одна на небе. Наверное остальные решили, что будут мешать влюблённым сердцам. — Кстати, когда я говорил, что стараюсь делать что-то для тебя, наверное всё же чуток ошибся.. Я же и для себя это делаю, да? – В своей немного детской манере спрашивает Чонин, лёжа на груди у Сынмина, рука которого гуляет в его волосах. – Решено, бросаю пить. Эта фигня только здоровье портит. Ким слегка удивлён такому резко принятому решению и почему-то ему кажется, что Ян может ещё раз 5 передумать, но озвучивает лишь то, что поддержит и верит, что его лисёнок справится. Сынмин не то, что верит, он знает, что у Чонина получится.