ты не скучай, твоя Анюта...

Ясный солнечный день. Прекрасный для того, чтобы пойти в парк. Трусова отрывает взгляд от окна и поднимается с кресла, чуть ли не вприпрыжку доходя до прихожей. Небрежно накинув на свои плечи пальто, она вышла из квартиры. В предвкушении чего-то неизведанного, Саша, то и дело, оглядывалась, но на лице была улыбка. Неспешно дорога до нужного места была преодолена и только сейчас Трусова поняла куда занесли её ноги. Неужели она пришла в тот парк, где когда-то ходила не одна? Сегодня здесь, впрочем как и обычно, было не совсем людно, поэтому царила особенная атмосфера, присущая этому волшебному месту. Трусова слегка робко дошла до самой отличающейся лавочки, будто прямо сейчас появится та, которую девушка боится видеть больше всего, если Саша сделает это. Трусова провела пальчиками по деревянной спинке, где было выцарапано: «А+С=❤️» Саша хмыкнула, поджав губы.

***

— Сань, нас же Этери убьёт, если мы сбежим! — твердила в догонку бежавшей Трусовой Аня, хоть уже и понимала, что её не остановить. — Не думала, что Анна Щербакова боится, что её отчитает тренер! — Трусова, переводя дыхание, остановилась, и аккуратно схватила Щербакову за плечи, когда та остановилась рядом, от чего у Ани прошлись мурашки. — Не боюсь, — настояла Аннушка, уже слегка улыбаясь. — Правда? — с усмешкой спросила Саша, опуская свою руку ниже, чтобы взять Щербакову за руку. — Правда. — без доли сомнения выпалила Аня. — Как скажите, Анна Станиславовна. — Трусова сжала её руку и побежала вперёд, а в след за ней последовала и Аня. Вскоре они оказались в очень красивом месте. Сейчас была осень, а поэтому парк выглядел в тысячу раз волшебнее: листья приобрели красочные оттенки и уже с большой охотой расстилались на гладком асфальте. — Вау, я здесь раньше не была! — удивляется Щербакова и оглядывается по сторонам, чтобы насладиться красотой осеннего пейзажа. — Я сюда часто прихожу, когда хочется отдохнуть от всего. Об этом парке почему-то мало кто знает, хотя очень зря. — пояснила Трусова, присаживаясь на одну из лавочек, глядя не на манящую картину природы, а на Аннушку с глуповатой улыбкой на лице. Было бы всегда так — Саша бы не захотела прощаться с жизнью никогда. — Присаживайся, — Предложила Саша и похлопала рядом с собой по деревянной поверхности. Щербакова широко улыбнулась и в одно мгновение приземлилась рядом с Трусовой, кладя голову ей на плечо, прикрыв глаза. Так можно было сидеть бесконечность. Наслаждаться размеренным шелестом листьев, успокаивающим подвыванием ветра и друг другом. Вдруг взгляд Трусовой упал на острый предмет, который был на земле. Она нагнулась и с улыбкой стала выцарапывать на спинке лавочки какие-то символы, похожие на буквы. Аня с интересом наклонила голову в бок, чтобы разглядеть, что же такое снова удумала Трусова. Вскоре Саша оторвалась от этого занятия, а на деревянной поверхности уже ясно гласило: «А+С=❤️». Аннушка слегка смутилась и улыбнулась, а после прижалась к Трусовой. — И что это значит? — с интересом спросила Щербакова, не поднимая взгляда на собеседницу. — Что ты теперь от меня не денешься, принцесса, я заколдовала эту надпись, смотри, — Саша рассмеялась и стала что-то шаманить руками, делая вид, что обладает сверхъестественными силами. — Эй, Трусова, не надо заколдовывать меня! — тоже смеётся Щербакова и наигранно дует губы, ударяя Сашу в плечо, на котором только что лежала её голова. — Поздно! — Саша довольно усмехнулась и утихомирила руки Ани, беря их в свои. Щербакова тут же успокоилась и закатила глаза, а после снова обняла Сашу. — А почему ты привела меня сюда? — с интересом спросила Аня, заглядывая в зелёные глаза. — Потому что ты также меня успокаиваешь и помогаешь найти себя. — немного поразмыслив, ответила Саша и провела подушечками пальцев по волосам Аннушки.

***

У Саши был единственный вопрос: «почему?». Почему она думает о ней даже тогда, когда после Олимпиады прошло больше года? Почему эта несносная Щербакова всё ещё не выходит у неё из головы? Трусова тяжело выдохнула и встала с лавочки. — Далеко уходишь? — спросил позади знакомый голос от которого холодная дрожь прошлась по телу. Саша молилась всему на свете, чтобы это была какая-нибудь галлюцинация, вызванная воспоминаниями. — Я к кому обращаюсь, Трусова? Сомнений не было — это не галлюцинация. Саша неспешно обернулась и, не веря своим же глазам, увидела Аню. Трусова нахмурилась. — Аня? — она так давно не произносило это имя, что голос немного дрогнул. — что ты тут делаешь? Щербакова хмыкнула и подошла к Саше. — Это разве тебя волнует? — спросила Аннушка. — Нет, — соврала Трусова, закусив нижнюю губу. — Ну тогда не буду тебя больше тревожить. — тяжело выдохнув, сказала Щербакова и направилась в противоположную сторону. глаза Трусовой стали метаться из стороны в сторону, в попытках наконец принять решение. И тут девушка быстро схватила Аню за запястье. — Ну что ещё, Трусова? Что ты хочешь ещё сказать?! — только сейчас Саша заметила, что по щекам Аннушки текут слёзы, а рука уже с силой вырвалась из хватки. — Ань… — начала было Саша. — Что Аня?! Что?! — перебила девушку Щербакова с криком. — я уже слышала, что я тебе не нужна! Слышала, что я испортила тебе всю жизнь и проиграла ты эту чёртову Олимпиаду только из-за меня, но вспомни как ты сама, как только я пришла в группу, сказала, что лёд — моё призвание, что только там моё место. Я поверила, Саш. — горько усмехнулась Щербакова. Трусова поджала губы и опустила голову.

***

Конец Олимпиады. Вроде должно быть радостно, верно? Но только не для Ани и Саши. Вторая из них, заливаясь истерикой, быстрым шагом дошла до номера в гостиной и открыла дверь, врываясь в помещение, словно вихрь. Сидящая на соседней кровати Щербакова сильно вздрогнула. — Сашуль… — робко произнесла Аня, боясь сделать хоть какое-то наверное движение. Трусова ничего не ответила. Её разум был как в тумане. Девушка подошла к своей тумбочки, где была кровать, и скинула оттуда стеклянную вазу, которая тут же с грохотом разбилась. Щербакова вновь вздрогнула. — Саш.. — Аня осмелилась и встала с кровати, подходя к Трусовой в попытках обнять её. — Не трогай меня! — крикнула Саша, отталкивая Аню, — это всё из-за тебя! — выпалила девушка, а из зелёных глаз текли слёзы. — Что? — она надеялась, что ей послышалось. — Что слышала, это всё из-за тебя, всё ты! — голос уже явно устал, как и Трусова, поэтому стал сиплым. Ответа она не услышала и стала ходить по комнате туда сюда. В конечном итоге Саша не выдержала и ушла из помещения, чтобы снова, в тысячный раз, не сорваться на Аню. Вернулась она, когда уже Щербаковой не было в номере, а на тумбочке была записка: «Прости, я не хотела, чтобы всё так получилось. Сегодня вечером у меня рейс в Россию. Не скучай. Твоя Анюта.». После этого они не разговаривали и старались не пересекаться…

***

Трусова слегка потрясла головой, дабы отогнать эти воспоминания и посмотрела на Аню, коря себя за всё, что сделала и сказала. — У тебя есть право злится на меня. — признала Саша. — И это всё, что ты скажешь? — истерический смешок вышел из губ Щербаковой. — А что ты хочешь услышать? — вопросом на вопрос. Умно. — От тебя уже ничего. — Аня опустила голову и зашагала прочь от Трусовой, прочь от всего, что с ней связано. В этот момент в голове Саши промелькнула мысль, что нельзя повторять старых ошибок. И она послушалась этого мимолётного предчувствия и аккуратно сжала плечи Щербаковой, как раньше, и притянула к себе, втягивая в поцелуй, на который Аня сначала не отвечает, отбивается, но после сдаётся под чарующими чувствами к несносному рыжику. — Я пойму, если… — отстранившись, начала было Трусова, но её заткнули очередным поцелуем. Видимо, действительно заколдовала.