Барышня+крестьянин

Звонок дребезжит, как вспугнутая синичка. На самом деле я и без него прекрасно обошёлся бы: Её тихое кысканье я слышу практически в любой точке дома, и звонок нужен скорее для Её уверенности в том, что я приду. Я захожу в ванную. Гладкие блестящие колени изящными холмами воздымались над облаком белоснежной пены. Лицо Её скрыто за ширмой цвета сакуры, и только по мило-нелепой природной картавости будто утомлённого голоса, прикрываемой нарочито французским произношением, и крутым склонам колен я могу знать, что это Она. ГГ: что угодно, Госпожа? Госпожа: бросьте это, Ганс. Для Вас я Вивьен. Вопреки своему имени, Госпожа никогда не была оживлённой, как крепостные девицы и дворянки-сердцеедки. В Её глазах - притаившаяся печаль, которая вкупе с застенчивой картавостью и утончёнными манерами заставляет меня безудержно краснеть при любом упоминании о Ней. Госпожа: возьмите, пожалуйста, вон ту коробочку и подите сюда. К крепостным не обращаются на "Вы". Не просят учтиво. Судьба благословила меня на... Дружбу с Ней. Я не посмею опорочить Её чистое имя, назвав это чем-то другим... - смотрите, а у меня лапки как у Вас! - говорит Госпожа, высовывая из ванны покрытые пушистой пеной руки, и смех с переливами спелой вишни наполняет комнату. Госпожа: мяу :) Зайдя за ширму, я наконец могу видеть Её лицо: стеклянно-карамельные глаза цвета утренней свежести, лоб, увенчанный ниспадающими кудрями, выбившимися из-под кружевной купальной шапочки, и уставшую улыбку с немного выдвинутыми вперёд клыками, придающими Ей сходство с кошкодевушкой. - раздевайтесь, - шепчет Госпожа, взяв из моих лап коробку, перевязанную алой лентой. Жарко. Я торопливо стягиваю с себя одежду, боясь, что Она передумает. Чёрт бы побрал эти портки, цепляющиеся за.. кхм.. Госпожа: залезайте. Холодно? Отчего мурашки по коже? Она же под пеной без одежды... Совсем г... Сглатываю, хотя во рту сухо. Аккуратно шагаю в ванну. Конечно, кошколюдям вода требуется только для питья и полива господских цветов, но какая разница, будь там хоть лава, если Она лежит в этой жидкости и разрешает залезть... Госпожа: садитесь. Сажусь. Интересно, как бы выглядел детёныш кошколюда и человека?.. О Господи, о чём я думаю! Госпожа: интересно, как бы выглядел ребёнок человека и кошколюда?.. Чему Вы так удивились? Ганс: Г-го.. Вивьен, Вы читаете мысли? - нет, - отвечает Она, смеясь, и несильно прикусывает свои клубничные губы. Госпожа встаёт на колени, возвышаясь надо мной, и перья пены томно лобзают Её шею, плечи и грудь, медленно обнажая их... Она похожа на преображающуюся Царевну-Лебедь из сказки, которую некогда сама мне читала. Госпожа наклоняется... Наверно, так выглядит ангел, ведущий праведника к вечной жизни... Ганс: А! Я вздрогнул от неожиданного прикосновения к члену. Она хотела найти мою руку под водой, но ошибл... Что Она делает... Нет, Госпожа определённо не ошиблась. Осторожно схватив его, Она несмело скользит мягкой ладонью. Боже, как Она аккуратна... Сев сбоку от меня, Госпожа прижимается мокрой грудью, уже свободной от пены и покрытой мелкими мурашками и каплями воды, и ритмично покачивается в такт движениям запястья. Её кожа похожа на зефир, который Она покупает в кондитерской на Невском проспекте. Госпожа целует меня в щёку, затем, спустившись губами по шее, кошачьими клыками кусает плечо.. лижет мои ребра, постепенно спускаясь всё ниже и ниже... Встаёт передо мной, притягивает моё лицо к своей груди и кладёт на неё мои лапы, не выпуская из руки член. Гладит мою голову, пока я целую и лижу тяжёлую округлую грудь с невинно-розовыми сосками. Нащупав языком один из них, обхватываю его губами и слабо сжимаю, поигрывая языком. Я съем Её! Как барчата, вгрызающиеся в кусок торта на дне рождения, я погружаюсь в её тело всем своим существом. Обхватив Вивьен обеими руками, прижимаю к себе и трусь об Неё носом, вдыхая лавандовый аромат гладкой юности. Подняв взгляд, вижу её тающую улыбку. Ганс (шёпотом): ложись. Она послушно ложится, а я наваливаюсь на Неё и впиваюсь в шею, всасывая вкус тёплой Госпожи Ганс: ррррррьь - мой тигрёнок, - говорит Она, поглаживая мою спину. - ваш! - отвечаю я, подняв голову и глядя Ей в глаза. Нестерпимая жажда поцеловать Её в губы берет верх. Бережно прикоснувшись к ним, я вонзаю язык, ощупываю её клыки, дёсны и мягко ворочающийся язык. Вкусная... Таким крепостных не кормят. Промелькнула мысль, что первый поцелуй вряд ли должен быть таким резким и глубоким, но.. Она же первая меня за член схватила! Ещё и до всякого поцелуя. Язык ползёт внутрь черепа как змей-искуситель в сердцевину запретного плода. Я растекаюсь, как древние "мыслью по древу", по телу, и Она, как дорогая восковая свеча, пластично поддаётся всем моим движениям и желаниям... Мой стояк же, напротив, стал каменным, как холодный чизбургер, выдуманный за границей и недавно пришедший в империю с гордым титулом экзотического блюда, которое я пробовал лишь однажды в качестве остывших объедков, принесённых кухаркой после господского пира. Член трётся об её ноги, так и норовя заскочить... Но честь Госпожи удерживает меня от животной подлости. Ганс: Госпожа, простите мне мою дерзость... Можно я.. простите... Госпожа (шёпотом): я хочу Вас. Ганс: но.. это небезоагх.. Она кладёт палец мне в рот и продвигает его за щёку. Госпожа: я. хочу. Вас. Я не в силах сдерживаться. Она разрешает. Отыскав под водой киску, я запускаю пальцы и медленно вожу ими вокруг клитора. Госпожа глубоко дышит... Я облизываю её ухо, одновременно вставляя кончик языка и члена. Пена растворилась, и я вижу грудь Вивьен, всплывшую на поверхность. Госпожа стискивает зубы и мои бока. Ганс: всё в порядке? Вивьен: да... Ганс: Вам больно? Вивьен: да... Ганс: выйти? Вивьен: нет... - выйти - войти ___ Лавсторирут - выйти У меня резко темнеет в глазах от мысли о том, что я могу быть причиной её боли. Ганс: простите, Госпожа. Я не могу опорочить Вашу честь и измучить Ваше тело, причинив боль. Я отказываюсь быть источником Вашего страдания. Сказав это, я ложусь рядом с Ней. Член больше не стоит. Вивьен: давайте на "ты"? Ганс, ты ни в чём не виноват. Она обнимает меня и целует в лоб. Она не обижена на боль... Истинный ангел... Ганс: я благодарен за вашу доброту, Госпожа. Вивьен: не расстраивайся, всё нормально. Ах да, у меня для тебя подарок. Госпожа достает коробку, которую я ей подал прежде чем залезть и которая теперь лежала на столике рядом с ванной. Внутри были игрушечные конфеты и сладости. Вивьен: это французское фигурное мыло. Я думала о подарке для тебя, но ничего дельного так и не нашла... Мыло в виде пирожных выглядело довольно мило... Она подаёт мне поддельный кусок торта. Довольно приятный и гладкий на ощупь, он блестит и манит яркими цветами. Почему-то хочется его лизнуть. Наверно, так и должно быть с искусственной едой. Я пробую языком. Довольно неплохо на самом деле, и пахнет фруктами. Кусаю. По сути вкусно. Вивьен: что ты делаешь?? Ганс: ем мыло. Мне нравится. Вивьен: оно же несъедобное! Ганс: но выглядит и пахнет аппетитно. Вивьен: ну ладно. Я рада, что тебе нравится. Но много не ешь на всякий случай. Ганс: хорошо. Вряд ли я где-то в деревне смогу достать много французского мыла, а Ваш подарок мне дорог, я буду расходовать его аккуратно. Спасибо. Я целую её руку, Она - мой лоб. Мы молча лежим в обнимку в ванне с остывшей водой, совершенно нагие и мокрые, греясь теплом наших тел. Я ем французское мыло, а Она только что чуть не лишилась девственности. Ганс: я счастлив. Вивьен: я тоже. Да, именно так выглядит счастье. Кто бы мог подумать. Дворянка и крепостной кошколюдин. Вивьен: я люблю тебя. Ганс: я.. я тебя тоже.. люблю. А я ведь не соврал. Только сейчас понял это, но я люблю Её. И она любит.. Не дружба никакая. Я должен быть честным с собой. Ганс: я люблю тебя, Вивьен. Вивьен: и я тебя, мой котик Ганс. Ганс: *мурчит* ___ Порнорут - войти Просьба Госпожи для меня превыше всего. Медленно, но верно я вхожу в Неё. Она упирается руками в мои бока, на лице её гримаса боли, преодолеваемой.. ради меня? Или ради последующего удовольствия? Наконец руки расслабляются, лицо тянется в сонную улыбку. На секунду мне кажется, что Она теряет сознание, но всё в порядке. Прикрыв глаза, Вивьен меланхолично гладит меня по спине, покусывая плечо, и я плавно двигаюсь взад и вперёд, целуя её лоб, лицо и шею. Её обмякшее тело полностью принадлежит мне. Это заводит. Я крепче прижимаю Её к себе, просовывая лапы под спину и голову. Чувствую Госпожу каждой клеточкой. Тепло назревает внутри меня, я соединяюсь с Ней языком. Сейчас наши мокрые тела склеятся слюной и водой в один тёплый комочек и мы будем вместе всегда... Мы уже слипаемся.. это не вода! Ганс: я кончаю... Вивьен: давай.. кончи в меня, кошечка... Она кусает меня за ухо и шлёпает по заду, я теряю контроль над собой, выплескивая в Неё всё, что во мне накопилось... Нет сил думать о том, что я наделал, поэтому просто сваливаюсь на Неё и глубоко дышу. Госпожа: я благодарна тебе, Ганс... Давай на "ты"... Ганс: я Вам тоже благодарен, Госпожа... Целую Её в мокрый солёный лоб и слушаю спокойное, как трава после дождя, дыхание. Госпожа: Ах да, у меня для тебя подарок. Она достает коробку, которую я ей подал прежде чем залезть и которая теперь лежала на столике рядом с ванной. Внутри были игрушечные конфеты и сладости. Вивьен: это французское фигурное мыло. Я думала о подарке для тебя, но ничего дельного так и не нашла... Мыло в виде пирожных выглядело довольно мило... Она подаёт мне поддельный кусок торта. Довольно приятный и гладкий на ощупь, он блестит и манит яркими цветами. Почему-то хочется его лизнуть. Наверно, так и должно быть с искусственной едой. Я пробую языком. Довольно неплохо на самом деле, и пахнет фруктами. Кусаю. По сути вкусно. Вивьен: что ты делаешь?? Ганс: ем мыло. Мне нравится. Вивьен: оно же несъедобное! Ганс: но выглядит и пахнет аппетитно. Вивьен: ну ладно. Я рада, что тебе нравится. Но много не ешь на всякий случай. Ганс: хорошо. Вряд ли я где-то в деревне смогу достать много французского мыла, а Ваш подарок мне дорог, я буду расходовать его аккуратно. Спасибо. Я целую её руку, Она - мой лоб. Мы молча лежим в обнимку в ванне с остывшей водой, совершенно нагие и мокрые, греясь теплом наших тел. Я ем французское мыло, а Она только что лишилась девственности. Ганс: я счастлив. Вивьен: я тоже. Да, именно так выглядит счастье. Кто бы мог подумать. Дворянка и крепостной кошколюдин. Вивьен: я люблю тебя. Ганс: я.. я тебя тоже.. люблю. А я ведь не соврал. Только сейчас понял это, но я люблю Её. И она любит.. Не дружба никакая. Я должен быть честным с собой. Ганс: я люблю тебя, Вивьен. Вивьен: и я тебя, мой котик Ганс. Ганс: *мурчит* ___ Ложась спать, думаю о произошедшем. Конечно, наш случай не единственный, не первый и, вероятно, не последний. Я слышал от нашей доярки, что есть, мол, некий барин Кискин.. нет, как бишь его.. Киса.. Кисянов, да. Так вот этот самый Кисянов прекрасно живёт со своей крестьянкой-фенеком и имеет от неё ребёнка. Пару месяцев назад Князь Пусин проиграл в карты несколько десятков крепостных своему другу Месятину. Господин Месятин был охотником до карт, но не до добычи. Своей прислуги ему было вполне достаточно, и выигрыш он подарил дочери. Так я стал принадлежать Ей. На следующее утро после нашего прибытия барыня решила познакомиться с отцовскими "подарками". Она здоровалась с нами с крыльца, но даже издалека я был пленён её очаровательным станом, укутанным в звериную шубу, и приветливым голосом, звеневшим как жемчуг на кристальном морозе... Но я ни за что не думал, что смогу касаться её тела и держать Её в руках... Я счастлив при мысли об этом... Волей судьбы так вышло, что я стал одним из её ближайших слуг. Я одевал Её по утрам, гулял с Ней и подавал кофий в постель, когда Она занемогла. Иногда Вивьен так смотрела на меня, и мне казалось, что глаза у Ней из диковинного лабрадорова камня. Вживую я такого камня не видел, но почему-то подумал, что он должен выглядеть именно так. И ещё мне казалось в такие моменты, что я ей не слуга, а муж... Ради таких взглядов я готов был заботиться о Ней всю жизнь. И я буду заботиться. Вивьен читала мне вслух любовные стихи (в том числе свои) из альбома. Теперь я понимаю, что Она писала обо мне... Для меня... Вот это я пень конечно, не замечать такой любви... Но я искуплю всё. Я буду любить Вивьен всегда. ___ Господь услышал наши молитвы! 19 дня февраля месяца 1861 года, сегодня то есть, отменили наконец крепостное право! Я смогу жениться на Вивьен. Она согласна!