Сон по ту сторону ледяного озера

Холод. Ужаснейший холод, распространяющийся по каждой частичке его тела, охватывающий каждую клеточку, пробирающий до мозга и костей и сдавливающий его голову и лёгкие до минимума. Он не мог дышать. В любую минуту у него закончится воздух, и тогда он погибнет. Погибнет? Нет. Он не может умереть, даже если окажется на самом дне ледяного озера. Откуда он это знает? Кто он такой? Он - тот, кто побывал там так много раз, что дно казалось ему слишком знакомым. Он знал его даже лучше, чем дом. Дом? Что такое дом? Кто он такой, чтобы у него был дом? Посмешище всех трех миров, не имеющий право на место, которое он мог бы назвать домом. Что-то холодное и твёрдое не давало ему посмотреть в какую часть мира его занесло течением. Это был лёд. Снова. Тысячи раз проваливаясь под лёд, он никак не мог отделаться от ужасного ощущения, которое возникало у него от осознания того, что он опять окажется без воздуха, но снова не сможет просто умереть. Это было слишком мучительно. В голове у Се Ляня происходил полный бардак, не дававший ему возможности понять в каком промежутке времени он находился. Ему казалось, что он забыл в этот раз что-то очень важное для него, но приглушённые крики с поверхности никак не могли до него дойти, чтобы он мог вспомнить. Лёд стал толще, а его всё дальше уносило течением. Однако для вечного странника это не было чем-то необычным: он уже множество раз проваливался под лёд и даже использовал это, как некую возможность испытать судьбу. Хотя, если подумать об этом чуть подольше, такое испытание казалось крайне смешным. Его судьба определённо не заведёт куда надо. Се Лянь пошарил руками по льду, пытаясь нащупать трещины или слабые места, однако куда бы он не ткнул, везде лёд был неправдоподобно крепким, и из-за течения он не мог сконцентрироваться, чтобы пробить такую толщину. В конце концов, Наследный принц опустил руки и оставил все как есть, отдавшись воле случая. Он никуда не спешил, ведь впереди оставалась в запасе ещё целая вечность. Пытаясь вспомнить куда он шёл до того, как упал под воду, Се Лянь пришёл к выводу, что, видимо, после того как лёд проломился под его ногами, удача Наследного принца Сяньлэ снова помогла ему усугубить положение, и он ударился об лёд головой, что послужило причиной его забвения касательно недавних событий. Куда же он направлялся? Подумав об этом тщательнее, он решил не вспоминать. Каждый день, который он проводил в одиночестве, наполнялся новыми событиями, не всегда хорошими, но и не всегда плохими. Уже как сотни лет он следовал по своему собственному пути, не имея возможности от него отказаться. А что он чувствовал? В голове Се Ляня действительно не находилось остаточных чувств, которые он испытывал до попадания в воду, но это также не было чем-то необычным. После всех этих лет он забыл, что значит чувствовать по-настоящему. Но что-то не давало ему покоя. Он забыл что-то очень важное. На самом деле, Се Лянь хотел бы забыть очень многое из своего путешествия, но, несмотря на это, желал, чтобы хорошие люди, которых он встретил, оставались в его памяти навечно. Благодаря воспоминаниям об их доброй воле, он точно знал, что мир все еще наполнен искренними сердцами, и не жалел ни об одной неудаче, какую бы не преподносила ему судьба. Может быть, он забыл хорошего человека, который ему помог? В таком случае, Се Лянь бы ещё долго пытался его вспомнить. Мир наполнен тысячами людей, сердца которых кипят от злобы, но даже в самом испорченном ненавистью обществе будет лучик света. Важно только, чтобы он не погас. Поддавшись ностальгии, Наследный принц забыл о цели своих размышлений, закрыв глаза, и позволил течению взять над собой верх. Подстраиваясь под все извилины подводных сил, перекатываясь из стороны в сторону и не забывая держаться ближе к поверхности, Се Лянь вдруг ударился всем телом об лёд с такой силой, что на нём появились мелкие трещины. Это заставило его приподнять веки, чтобы увидеть перед собой ужасающую темноту чёрной ледяной воды, режущей глаза. А вдруг он не случайно провалился под лёд? Возможно ли, что он что-то искал? Или кого-то?.. Треск. Он не мог забыть что-то настолько важное! Ему срочно нужно было выбраться отсюда! Он не будет поддаваться воспоминаниям! Это лишь кусочки прошлого, которые навсегда останутся в прошлом, бессмысленно поддаваться своим внутренним демонам, если он не может помочь даже одному человеку, попавшему в беду! Он изо всех сил вцепился онемевшими пальцами в ледяную гладь и приложил усилия для того, чтобы пробить толстый слой. Онемевшие конечности плохо слушались, но он упорно продолжал добиваться своего, оставляя на толстом льду все больше и больше повреждений, при этом не меньше доставляя их и своим рукам, не чувствовавшим боли. Ему надо было выбраться! Он обязан был выбраться! Иначе он будет тратить время впустую или потеряет сознание раньше того момента, когда сможет добраться до сути! Треск. Кто-то сверху пытался разбить лёд! Се Лянь противился течению, упорно продолжая ждать своего спасителя. От чего-то его сердце сильно сжалось. Треск. Казалось, что с этим треском разламывается что-то гораздо большее, чем лёд. Ему казалось, что если он выглянет на поверхность, вся его жизнь изменится. Треск. Его впервые пугала неизвестность... Треск. Проломилось время и пространство. Треск. Жадно глотая ртом воздух, Наследный принц затрясся в приступе кашля, отхаркивая воду, которую он проглотил. Как только его голова оказалась на поверхности, ему в лицо ударил ледяной ветер, глаза ослепил ярчайший свет, отличный от мрачной темноты подводного мира, а в ушах зазвенело. Казалось, он преодолел расстояние в сотни лет одним прыжком. Чьи-то сильные руки схватили его, вытаскивая из воды. Послышались беспорядочные крики со всех сторон. Но он не мог разобрать ни слова, так как слышал только ветер и звон. - Гэгэ! - Ваше высочество! *** Это была самая умиротворённая обстановка, которую, казалось бы, невозможно было разрушить никакими бедствиями. Небожители и демоны не враждовали и не смотрели друг на друга с опаской. Ши Цинсюань весело катался по льду вместе с Хэ Сюанем, успевшим откуда-то достать хлеб, который он и жевал во время катания, в то время как Фенцины опять соревновались друг с другом, словно маленькие дети для того, чтобы, в конце концов, свалиться друг на друга в сугробе и больше не рисковать, аккуратно катаясь рука об руку, смущённо смотря в разные стороны. Се Лянь с Хуа Ченом катались, держась за ручки, несмотря на то что оба на льду чувствовали себя в своей стихии. Все было как нельзя прекрасно. В один момент, после вопроса Ши Цинсюаня Се Лянь решил показать один из трюков, которым он овладел в совершенстве, но кто бы мог подумать, что его удача способна сломить столь крепкий лёд, специально проверенный на прочность Инь Юем? Как только он оказался под водой, течение подхватило его бессознательное от удара об лёд тело. Увидя кровь вокруг проруби, в которую провалился Наследный принц все были ошеломлены. Каждый из присутствующих на протяжении получаса обыскивал все обширное пространство озера, в надежде на то, что Се Ляня не унесло слишком далеко течением. Все были как на иголках, но не озвучивали свои опасения, боясь гнева того, кто казался темнее тучи. Хуа Чен не находил себе места, подняв на уши весь призрачный город для поисков. В один из таких моментов между Фенцинами снова возникла перепалка. - Я уже здесь смотрел, зачем ты снова пришёл сюда? - Какая тебе разница, он может снова сюда приплыл. - Тут лёд толще, его невозможно пробить изнутри, даже если он поплывёт мимо он не остановится тут, его унесёт течением. - Он может хотя бы постучать снизу, чтобы дать понять, где он, почему ты так уверен, что он этого не сделает? Или ты надеешься, что он уже не в состоянии двигаться? - Да ты, я погляжу, у нас самый умный. Он с огромной вероятностью без сознания, или, по-твоему, течение само постучит им по льду, чтоб ты мог услышать это? - Может быть и так! - Да ну! В тот момент оба уловили стук прямо на том месте, где они стояли, словно что-то крупное ударилось об лёд снизу. Оба сразу замолчали и приникли к ледяной глади ушами в надежде уловить ещё хоть какое-то движение. Спустя несколько секунд снизу раздались ещё несколько ударов, только более яростных и сильных, отчего на льду появились мелкие трещинки. - Эй, демон! Его Высочество здесь! Хуа Чену не нужно было это говорить, так как он появился рядом в ту же секунду, когда раздался стук. Красная нить на его пальце нашла своё продолжение и теперь тянулась к Наследному принцу ничуть не меньше, чем её владелец, разбивающий лёд. Все, независимо от вида и цвета, с замиранием сердца ждали, пока небожители и демоны пробьют толстый слой льда, и обнаружат Се Ляня. Треск. Из образовавшейся проруби показалась голова человека! Однако счастье длилось не более секунды, ведь вид Наследного принца, показавшегося из-под воды, больше напоминал утопленника, чем человека. В то время как его укутывали в одеяло и вели к дому, чтобы отогреть, его остекленевшие глаза метались из стороны в сторону, не понимая что тут происходит, но при этом сам человек оставался слишком спокойным, словно не обращая внимание на лютейший холод, мгновенно создавший иней на его мокрых волосах и ресницах. - Гэгэ!!! - Ваше Высочество! - Его скорее надо отогреть! - Ну вы, конечно, даёте, пробить такой лёд одним прыжком! Вы как? - ...! Се Лянь в недоумении смотрел на их лица, на каждом из которых было явное беспокойство за его жизнь. Он не мог разглядеть ни единого из присутствующих или то, куда его вели, но голоса, которые были отдалённо слышны сквозь шум, точно звали его, и определённо были озабочены его состоянием. - Почему вы так заботитесь о моей жизни?... Кому-то здесь нужна моя помощь? Его голос звучал сдавленно и тихо, а каждое слово давалось с трудом, из-за чего его слова могли услышать только те, кто стоял ближе всего. Эта речь прозвучала как гром среди ясного неба. - Да у него бред! - Гэгэ... - Ты же мог погибнуть! От всего негодования, которое было вызвано после его слов, Се Лянь впал в ступор. - Не стоит беспокоиться! Я все равно не могу умереть! Это было сказано с такой лёгкостью, словно он говорил о том, что он сегодня ел на завтрак, и не до всех сразу дошёл ужасный смысл. - Не говори так! -... - Ваше Высочество... Почему все эти люди так о нём заботились? Он что-то не так сделал? Они что-то от него хотят? Почему они сразу не скажут об этом? Се Лянь почувствовал, как его ноги подкосились, а звон в ушах стал громче. Кажется у него что-то с головой... Он уже не раз с таким встречался, ему просто нужно найти уединённое место и там отдохнуть...он один...все в порядке... Но руки, укрывающие его ещё одним тёплым одеялом, его разубеждали, как бы он не хотел от этого сбежать. В одно мгновение в его голове пробежали тысячи образов и воспоминаний, накатившие огромной волной и не дававшие ему и капельки кислорода. Теперь он по-настоящему стал задыхаться, даже находясь на воздухе, не в воде и не подо льдом. Насколько бы сильной не была бы рана на его голове или обморожение, он бы ничего не почувствовал и даже не обратил бы на это внимание, если бы это не препятствовало его передвижению. Но...почему сейчас, и только сейчас, будучи окружённым заботой, больше не в одиночестве, ему стало так плохо? Больше не в силах держаться на ногах его тело готово было вновь столкнуться со льдом, но прежде этого было подхвачено теми же сильными руками, вытащившими его из воды. Хуа Чен бережно нёс его, как можно быстрее направляясь к хижине, в которой они остановились, оставив остальных позади. В доме он стал как можно скорее отогревать Наследного принца, укутывая его в одеяло, разжигая огонь, высушивая его мокрые волосы и переодевая его в сухую одежду. Пододвинув Се Ляня прямо к камину, он накрыл его ещё одним пледом и набрал воду для растирания его обмороженных участков тела, после чего в хижину вбежали запыхавшиеся Фенцины, а за ними и Цинсюань с Хэ Сюанем. - Как он? - Нормально. Му Цин, как человек знающий, сразу оглядел помещения, проверяя, чтоб все условия были соблюдены правильно. - Что ты сделал? - Оказал первую помощь. Получив такой ответ Му Цин закатил глаза. - Ты что собираешься растереть его? - Не твоё дело. - Нашёлся тут знаток! Пусть не моё, но мне что смотреть как ты погубишь Его Высочество?! - Не мешайся под ногами. - Пока он без сознания не надо его растирать! Потом надо растереть его конечности, пока это поможет ему только ещё больше охладиться! И почему ты добавил так мало грелок? - Да правильно говорит, я тоже как-то под лёд провалился и... - Пошли вон! - А может дать ему выпить, чтоб изнутри согреться? Ши Цинсюань пытался помочь, как мог, но после его слов, его встретили лишь три пары глаз, наполненных убийственным намерением, из-за чего он пожалел о том, что не родился немым. - Не знаешь, не говори!!! Но благодаря ему, эти трое сошлись во мнениях. Наблюдая со стороны даже Хэ Сюаню стало жаль Ши Цинсюаня, на которого накричали, и он, в качестве утешения, преподнёс ему свой хлеб в знак искреннего сочувствия. - Хэ-сюн! Они такие злые! -...особенно одноглазый. Се Лянь находился в бреду, не воспринимая реальность должным образом. Его слишком потряс тот контраст между прошлым и настоящим, в котором он больше не был одинок. Так странно. Обычно людям становится страшно, когда они остаются в полном одиночестве, а ему хочется сбежать от малейшего проявления заботы со стороны других. В одиночестве преследуют мысли, от которых можно отделаться, думая о том, как заработать на хлеб и сколько людей он повстречает на пути. Но бывают ситуации, когда никто не найдёт его как бы он не старался, тогда внутренние демоны будут пытаться съесть его живьём, при том измываясь над его неспособностью к упокоению. Как правило, он их не слушает и просто уходит глубже в себя, пытаясь заснуть и больше не просыпаться, но с каждым разом эти демоны становятся всё хитрее и хитрее, делая все возможное для того, чтобы Се Лянь поддался их чарам, что было бы самым ужасным исходом. Как-то раз поддавшись их красивому сну, он окунулся в умиротворение и счастье, в одном из случаев, во время которого ему снились мирные будни в Сяньлэ, когда он смог признать своё невежество сразу, и поступить как мудрый правитель, даруя не разочаровавшимся в нем людям мир и покой. Никто его не ненавидел. Рядом были Му Цин и Фен Синь. Рядом были родители, которые им гордились. Он был счастлив, достигнув полного просветления своими рассуждениями и доводами, когда он здраво оценивал свои силы и не старался спасти весь мир. Это было действительно слишком хорошо, чтобы быть правдой, но именно из-за осознания этого факта ему хотелось оставаться в этом идеальном мире все дольше и дольше. Сложно представить какого же было его отчаяние, когда он пробуждался от этого сладкого сна и снова оказывался в полнейшей темноте, не имеющий возможности позвать на помощь и с воспоминаниями о том, как всё то, что он только что видел и любил мгновенно разрушилось по его вине. В тот момент он так сильно ненавидел себя, что хотел, чтобы его пронзили ещё тысячу раз, и, в конце концов, чтобы он умер от этого, но вот опять приходили демоны и напоминали о том, что он не может умереть. Это было слишком жестоко. В этот раз демоны снова показали ему светлый мир. Там не было государства Сяньлэ, там были люди, которые о нём заботились и любили его. Он не хотел снова поддаваться забвению и хотеть остаться тут вечно, потому что, чем больше он привяжется к этой иллюзии, тем больнее ему будет снова проснуться в кромешной тьме с проткнутым телом, закованным в цепи, в гробу под землёй. Он боялся чувствовать что-либо, ведь в любой момент всё это может оказаться всего лишь сном, самым прекрасным в его жизни сном. В бреду он видел всю свою жизнь глазами постороннего. Он видел перед собой родителей, он сильно перед ними извинялся, кланяясь и разбивая лоб об землю, но они не слышали его извинений и снова дарили жизнь той, кто служила его единственным спутником по жизни. Он видел, как его государство пало и переживал сцену на алтаре снова и снова. Он видел кричащий призрачный огонёк и извинялся перед ним. Он видел отчаянных людей и извинялся и перед ними. Он видел того, кто не стал идти на роковой шаг против него и, в конце концов, погиб, и стал благодарить его и извиняться. Он видел перед собой Му Цина, который растирал его руки и тоже очень сильно перед ним извинялся за то, что тогда накричал. Му Цин выглядел потрясенным, но ничего не сказал. Се Ляню казалось, что он видел едва заметные слезы в уголках его глаз, но подумав еще, он решил, что ему просто показалось. Он видел Фен Синя и извинялся за то, что из-за него он не мог по-настоящему жить и прогнал его. Фен Синь выглядел очень грустным и ничего ему не сказал. Он видел тех людей, на которых он хотел наслать проклятье и извинялся перед ними. Он видел У Мина и то, как он умер за него, и бесконечно извинялся за его бессмысленную жертву, ведь он заслужил, чтобы его тогда проткнули. Он извинялся перед всеми теми, кому он доставил неприятности на протяжении всего своего путешествия и, в конце концов, дошёл до реальных событий, когда он получил искреннюю любовь, и бесконечно извинялся перед Сань Ланом за то, что полюбил его, и за то, что тот полюбил именно его, хотя в мире столько людей. Его Сань Лану было больно это слышать, и он извинился за то, что сделал ему больно. Он извинился перед всем миром за свое существование, но поблагодарил мир за то, что он все ещё жив и не может умереть. Даже если вся его любовь была всего лишь его выдумкой, а любви всей его жизни никогда не существовало, он был бесконечно благодарен за шанс прикоснуться к этой любви и узнать истинный вкус счастья. Дальше перед ним предстал он сам. Се Лянь не нашёл слов, чтобы извиниться, но нашёл в своём сердце силы для пощёчины самому себе за эти извинения, после чего извинился и за неё тоже. После всего этого, наконец настал тихий и покойный сон, в котором ему больше не надо было не перед кем извиняться. *** Когда Се Лянь проснулся, он обнаружил Сань Лана, спящего перед кроватью, на которой он лежал, с его рукой в обнимку. Он ласково погладил его по голове, из-за чего его сердце наполнилось бесконечной любовью и нежностью. Наследный принц прикоснулся к кольцу на своей груди и счастливо вздохнул. Он дома. - Гэгэ? - Да, Сань Лан, спасибо тебе за всё. Нежный поцелуй подтверждал реальность происходящего. - Спасибо, что ты жив. Ты ни в чём не виноват и ничего никому не должен. Я всегда буду рядом. Каждое предложение рассеивало все туманы в его сознании и отпирало все замки его сердца. - Спасибо... К ним заглянул Ши Цинсюань. - Ваше Высочество, вы проснулись! Искреннее счастье появилось на его лице от радости за друга. Этот человек был таким искренним, что невозможно было не улыбнуться его простоте души. - Вы проспали целых пять дней! Все это время мы все оставались тут, а вы были в бреду и все время перед кем-то извинялись! Я даже услышал там своё имя, вам снилось что-то плохое? - Нет, все было хорошо. - Тогда это просто замечательно! - Ваше Высочество!! Фен Синь с Му Цином подоспели как раз вовремя, чтобы застать эту душевную минуту. - Как вы себя чувствуете? - Теперь всё хорошо, спасибо всем вам за вашу заботу, которую вы все ко мне проявляли все это время, я этого не забуду. - Хватит попросту трепаться, лучше просто будь осторожнее, чтобы нам не приходилось о тебе беспокоится. Се Лянь все ещё помнил, какими были глаза этого человека в тот момент, и просто ласково ему улыбнулся. - Хорошо, я постараюсь. - Ваше Высочество больше не пугайте так! Фен Синь был, как всегда, Фен Синем, чему Се Лянь был несказанно рад. - Буду осторожней. Хэ Сюань, стоявший в дверном проёме, ничего не говорил, лишь смотрел издалека на эту душевную картину. - Спасибо и тебе, Хэ Сюань, за беспокойство, я это очень ценю. Черновод удивлённо расширил глаза, после чего кивнул головой, сохраняя некоторую дистанцию, но войдя в комнату, словно присоединяясь ко всеобщей радости. - Давайте все обнимемся! - Нет! - Ни за что! - Хэ-сюн, ну ты чего? идём я хоть тебя обниму! - Нет. Се Лянь звонко рассмеялся, чем приковал к себе всеобщее внимание. Он никогда не смеялся подобным образом. - Ваше Высочество, у вас точно всё хорошо? Удивительно, но это спросил Черновод, что удивило всех ещё больше. Оглядев все их лица, и остановившись на лице того, кто всё ещё сжимал его руку, Се Лянь счастливо ответил: - Да. Теперь всё точно в порядке.