I kissed a girl and I liked it

Конец апреля, воскресенье. Нежно-зелёная трава успела прорости в земле, снег, что не мудрено, уже везде растаял, а на ярко-голубом небе возвышалось огромное солнце, согревающее все своими теплыми лучами. В общем, не погода, а мечта, учитывая то, что обычно апрель у них весьма холодный и пасмурный. Тусовка у Той Фредди проходила просто замечательно. У шатена довольно большой и богатый дом с разнообразными интересными плюшками, да к тому же в этот день его родители уехали на несколько дней по делам, и теперь вся огромная квартира была в распоряжении его и его друзей. Хотя, тусовкой-то это и не особо можно назвать. Просто веселые дружеские посиделки, ничем не примечательные, проведенные за просмотром фильмов, всякими играми и просто болтовней и житейскими обсуждениями — когда следующая репетиция их новой песни, чья очередь помогать Балуну и Джей-Джей с домашкой, и тому подобное. По крайней мере, все так и было до поры до времени, пока владелец дома не предложил друзьям выпить. Парни налегли на дорогущий вискарь, даже не удосужившись разбавить его колой, просто прикола ради, а девушки спокойно попили текилы и джина со швепсом. Нет, на удивление, ребята не напились ни в хлам, ни в дрова, слава Скотту, меру они знали. Просто… если бы не алкоголь, этой истории, возможно, и не случилось бы. Тогда уже наступил вечер, хотя сами посиделки начались еще днем. Чутка похолодало, по городу начал шастать ветер — не прямо уж сильно холодный, напротив, приятный и освежающий, но довольно-таки мощный. Даже солнце успело пропасть почти полностью. Девушки были в большой просторной кухне вдвоем, у открытого окна, наслаждались прохладным бодрящим ветерком. По какой-то неизвестной им причине Той Фредди попросил их выйти буквально на полчаса, а Той Бонни — остаться с ним наедине. Обеим оставалось лишь гадать, в чем дело. — Чем там парни занимаются? — заинтересованно и даже как-то мечтательно вопросила Чи, сидящая за столом и беззаботно болтающая ногами, подпирая подбородок ладонью, помешивая второй рукой чай с бергамотом. Ее голубые, слегка пьяные расслабленные глаза то и дело любопытно бегали по сторонам, а иногда напротив — устранялись прямо в белую фарфоровую чашку. На ней был ее белый топик с надписью «Давайте веселиться!», розовые шорты чуть выше колен, желтые носки и веселые радужные кроссовки. Заплетенные в небольшой озорной хвостик золотистые волосы слегка растрепались. Внутри глаз Той Чики отчетливо отражались два розовых огонька — это перед ней мельтешила около буфета Мангл. — Да без понятия… Может, в игру какую-то суровую мужскую гамают, посчитали нас немного лишними, — улыбчиво ответила та, разводя руками в разные стороны, на секунду повернув голову к подруге, продолжая что-то искать в ящичках. Длинные бело-розовые волосы были заплетены в высокую и большую, немного дерзкую косичку, желтые глаза выражали куда больше трезвости, чем у остальных трех ребят — Мангл сама не поняла, почему выпила так мало (а может, она просто с трудом пьянеет). На ней была в тот день ее любимая белая футболка с большим розовым сердцем, темно-розовые летние брюки до щиколоток и простые белоснежно-чистые белые кеды. Носков под кедами не наблюдалось. — А что ты ищешь? — вдруг с любопытством вопросила блондинка, ставя чашку на стол, в ее глазах возник интерес, и она даже слегка привстала. — Все так же… — слегка раздраженно начала Мангл, стискивая зубы, — ты что, забыла, что ли? Когда мы уже напились, Той Фредди нам едва ли не клялся, что у него дофигища самых разных сортов чая, — она сделала свой голос притворно восторженным, — и с вишней тоже. Ты же знаешь, как я с вишней люблю… — последнее она произнесла с заметным разочарованием. Устало выдохнув, слегка размяв плечи, она подбоченилась и оглядела долгим строгим взглядом все ограбленные ею ящички буфета. Поиски пока, увы, не увенчались никаким успехом, и у Мангл начало закрадываться подозрение, что ее надули. — А ой, да, точно, вспомнила… — Чика неловко опустила пьяный взгляд вниз, рассматривая цветастую скатерть и свои шорты, — а давай я тебе помогу? — с этими словами она приподнялась, запнулась ногой о другую ногу и с тихим возмущенным оханьем чуть не упала. — Ой, аккуратнее! — розововолосая вновь улыбнулась, готовясь уже в случае чего подстраховать весьма не трезвую подругу, — да ладно тебе, сиди. Спасибо, ты уж больно пьяная. — Ну, как хочешь, твой выбор — только твой, — девушка притворно виновато развела руками, делая вид, что обиженна, и даже надула губы и опустила взгляд вниз, садясь обратно за стол. Мангл умиленно улыбнулась, смотря на Той Чику. Что не говори, как бы плохо она не была настроена, как бы ей все не надоело, а эта девушка всегда может ее развеселить и поднять ей настроение. Обычно в меру скромная, иногда даже робкая, под воздействием алкоголя она словно веселеет и набирается уверенности — куда больше шутит, чаще обнимается, намного реже опускает взгляд от смущения… И этот небольшой контраст между двумя ее состояниями тоже весьма умиляет. Мангл словно проснулась после продолжительного сна, осознав, что пялится на лучшую подругу уже около минуты. Это сильно смутило обеих, и, поскорее отворачиваясь обратно к буфету, девушка заметила, как порозовели щечки Той Чики. — Да где же чай этот?! — как ни в чем не бывало, уже слегка раздраженно и устало воскликнула первая, вновь разводя руками, изумленно таращась на «ограбленный» ею ящик буфета, — все уже обыскала! — Может, он наврал нам? — шутливо вопросила Чика, прикрывая рот ладонью, будто пытаясь скрыть улыбку, — мы же тогда уже пили, ему наверняка захотелось просто повыпендриваться, и сам не понял, что сказал, хи-хи… — она негромко хихикнула, но ее щеки по-прежнему горели ярким розовым румянцем. — Все возможно, — куда более серьезно согласилась Мангл, отходя к столу и скрещивая руки на груди, продолжая рассматривать ящички, — так, Чи, я больше не могу… Пойду и спрошу у него! — и она уверенно направилась к выходу из кухни. — Вот и молодец, давай, — коротко ответила Той Чика, смотря вслед Мангл, покидающей кухню. Ее голос был тихим и почему-то немного взволнованным, а по глазам блондинки можно было понять, что на самом деле она думает о чем-то своем. Розововолосая вышла из кухни, оказавшись в таком же большом и просторном коридоре. У стен были множество дверей, ведущих в другие комнаты, а в самом конце коридора — лестница на второй этаж, куда Мангл и направлялась прямо сейчас. Оказавшись около нужной комнаты, девушка уж хотела было войти, однако, сама не зная зачем, решила интереса ради подслушать разговор друзей или хотя бы его обрывки. Но… к ее величайшему удивлению, она не услышала оттуда ни единого звука — ни голосов друзей, ни музыки, ни, может быть, каких-то звуков из телевизора. Только сплошную тишину. Создавалось ощущение, если честно, что эти двое просто взяли и уснули пьяные… Мозг хоть и трезвой, но все же подвыпившей и уже немного сонной Мангл не всегда в этот вечер желал адекватно работать и думать, когда это необходимо, поэтому она коротко постучалась и аккуратно приоткрыла дверь. — Фред, я зайду? — так же аккуратно вопросила она, заглядывая внутрь. Увиденная ей картина ее, прямо скажем, поразила. На стоящей в углу кровати, около самой стены, сидели и целовались два парня — худощавый голубоволосый и полноватый шатен. Девушка застыла в дверях, молча вытаращив глаза на сие необычное явление. К счастью, долго ей наблюдать за этим не пришлось — острый слух Тонни уловил ее приход, и он отстранился от Фредди уже через пару секунд. Однако… Этого Мангл хватило, чтобы увидеть то, что она, судя по всему, не должна была увидеть. — М-Мангл… — как в шоке, начал Той Фредди, и его голос, обычно собранный и властный, сейчас был очень смущен, — вот черт. Розововолосая сама не поняла, сколько времени она простояла в дверях, таращась на смущенных красных друзей — может, пару секунд, а может, целую минуту или даже больше. В любом случае, кое-как придя в себя, она начала умиленно и весело улыбаться: — Это я удачно зашла, по-другому и не скажешь… И что здесь происходит, позвольте поинтересоваться? — в ее голосе не было никакого презрения или недовольства, только смешинки, будто бы ей даже стало немного весело от столь внезапного поворота сюжета. Действительно — «выгнал» девушек, а друга попросил остаться, чтобы в результате сидеть и целоваться с ним… А друга ли?.. Шатен нахмурился, опуская взгляд вниз, после чего глянул на парня рядом, как бы молча спрашивая у него помощи или совета. Той Бонни выглядел очень нервным и только лишь почесал свои торчащие уши, залитые краской. — М-мы… мы… Ты ничего не подумай! — начал наконец он, тоже опуская взгляд на пару мгновений. — Да… — тут же подхватил Фред, — мы не… мы не… Мы не это самое! Мангл продолжала умиленно улыбаться, после чего весело рассмеялась, а ее бледные щеки и острые скулы стали розоватыми, почти под цвет волос. — Тогда как вы это объясните, голубки? — вопросила она, кое-как успокоившись, но с трудом сдерживая еще один прилив смеха с собственной реплики. Той Бонни надул губы и обиженно выдохнул, как ребенок, а Той Фредди начал смущенно блуждать глазами по сторонам, то и дело ерзая на одном месте и заламывая пальцы. — Сама ты..! — рявкнул первый, хватая подушку и целясь в подругу. Та опять засмеялась и хотела поскорее спрятаться за дверью, но шатен вовремя придержал голубоволосого, взглядом и жестами упрашивая его, чтобы был спокоен. — Мангл, мы все объясним, — уже более-менее спокойно произнес он, но во взгляде его читалась мольба. — Давайте-ка, — кивнула головой девушка, скрещивая руки на груди, действительно готовясь с интересом все выслушать. Фредди замер на некоторое время, молча пялясь куда-то в пустоту, явно размышляя над ответом, после чего начал быстро и невнятно бормотать, как в бреду: — Между н-нами… ничего такого нет, мы не геи, ничего не подумай, ничего не было, НИЧЕГО!.. — Ммм? Да что вы? — с неким сарказмом вопросила розововолосая, испепеляя своим взглядом обоих красных друзей, конечно же, явно не очень веря такому ответу. — Да! — с жаром подтвердил полноватый парниша, яростно кивая головой, кажется, даже и не смутившись сарказму в ее голосе: — просто… Мне стало интересно, каково это — целоваться с парнем… Хоть я и с девушкой-то никогда не целовался. Поэтому я его и отозвал. Ну, вот так как-то… Он говорил безумно смущенно, вновь невольно опустив взгляд вниз, и то и дело посматривал в сторону Той Бонни. Тот уже перестал выглядеть нервно и агрессивно, но тоже приобрел очень смущенный вид, и тоже опустил взгляд, делая вид, что его интересуют только и исключительно его голубые носки. — А, вон оно что, — уже куда серьезнее произнесла Мангл, которой стало даже немного жалко обоих парней, — ну хорошо, поверю. Она и правда пыталась в это поверить, понимая, что, учитывая то, какой Той Фредди пьяный, ему бы что угодно пришло в голову. Однако… Где-то в глубине души у нее поселились странные мысли и сомнения насчет того, что это правда. Чересчур уж смущенными они выглядели… Кажется, будь этот поцелуй и в правду чисто интереса ради, они бы смутились куда меньше. — А чего ты пришла? — уже немного строго осведомился шатен, который хотел уже поскорее сменить тему разговора. — Я хотела поинтересоваться, где чай с вишней, — чутка недовольно сообщила девушка, слегка хмуря брови, продолжая держать руки скрещенными на груди. Как бы она не была удивлена случившимся, а чая-то вишневого все равно хотелось… — или ты наврал про него, а? Фредди словно полностью перестал смущаться и вновь задумчиво уставился в стену, только вот теперь уже не смущенно, а сосредоточенно и серьезно. Той Бонни вроде бы тоже успокоился и с интересом слушал разговор про чай. — А! Я забыл совсем! — внезапно воскликнул шатен и хлопнул себя по лбу широкой ладонью, а на его лица расцвела смешливая, едва ли не истерическая улыбка, — мама его позавчера допила! Окна в комнате чуть не треснули от громогласного хохота обоих парней. Тонни согнулся пополам от смеха и закрыл себе рот ладонью, а Фредди так хохотал, что упал на кровать. Розововолосая пребывала в шоке. — Блин, ну прекрасно просто! — раздосадованно рявкнула она, аж ногой топнув. — Прости, Мангл. Фух… — Той Бонни кое-как успокоился и сейчас пытался привести дыхание в порядок. Той Фредди неуклюже поднялся и, тяжело дыша, облокотился на его тощее плечо всем своим огромным телом. Мангл сама была удивлена тому, что не особо злится из-за этого. Очевидно, ее мысли были по-прежнему заняты тем, что она недавно лицезрела, и ни о чем другом думать она не могла… — Ладно, что уж поделать, — уже спокойно продолжила она, сдаваясь, прекращая наконец держать руки скрещенными на груди, — ну, чего, пойду обратно на кухню, что ли, чего-нибудь другого попью, — и она взялась за дверную ручку. — Давай, мать, — с некой странной хитринкой в голосе ответил шатен, разглядывая голубоволосого с легким прищуром на лице, будто что-то задумал, — попробуй с ананасом, кстати. Ну, если хочешь. В ответ последовала кислая неохотная улыбка, и Мангл поскорее покинула комнату, оставив этих двух наедине (а то, знаете ли, взгляд Той Фредди ей не очень понравился), и направилась обратно на кухню, к Той Чике. Она пробовала занять себя мыслями о том, чей заняться сейчас, что попить, однако недавняя картина не желала давать ей покоя… Да и не только картина. Так же в ее голове почему-то вертелось именно это глупое Той Фреддино оправдание (которое вряд ли является правдой): «Мне стало интересно, каково это — целоваться с парнем… Хоть я и с девушкой-то никогда не целовался. Поэтому я его и отозвал. Ну, вот так как-то…» Девушка сама не понимала, почему ей в память так впечаталась эта фраза. Как будто бы… ее саму одолел изнутри какой-то необычный интерес и любопытство, только вот к чему именно — она не поняла… Она вдруг вспомнила почему-то, что сама никогда не целовалась. Конечно, когда-то она была влюблена в Фокси и сумела даже как-то поцеловать его в щеку, но тот так и не ответил ей взаимностью, ни о каких серьезных поцелуях с ним и речи идти не могло. «Интересно, а в чем различия поцелуев с девушкой и поцелуев с парнем? — вдруг все с тем же искрометным любопытством подумала Мангл, уже почти дойдя до кухни, — не, реально не представляю, как их сравнивают… Разве что только помада». Мысль о помаде — ярко-красной, насыщенной, как и у нее самой, с каким-нибудь интересным вкусом как раз-таки по типу вишни или клубники — почему-то доставила Мангл несказанное удовольствие. Сама она пользуется обычной помадой — такой же ярко-красной, но без какого-либо вкуса. А не зря ли? Хотя стоп, почему она об этом вообще думает? Ей же не с кем целоваться… Ну, по крайней мере на данный-то момент. Задумавшись об этом, она и не сразу заметила, как наконец пришла на кухню, чуть не ударившись при этом головой о дверь (рост почти под 180 другого и не оставлял). Той Чика по-прежнему сидела за столом у открытого окна, только вот уже допила свой чай, и румянец почти полностью пропал с ее лица. Заметив подругу, она устремила на нее вопросительный и слегка взволнованный взгляд: — Ну, что? Как там с чаем? Что-то ты долго. Розововолосая чуть было не спросила: «С каким чаем?» (слишком уж сильно погрузилась в размышления о поцелуях), но вовремя пришла немного в себя и, с недовольным видом разведя руками и закатывая глаза, заговорила: — Оказывается, никакого чая ни с какой вишней и нет! Его мама позавчера все выпила! Блондинка даже подскочила и глаза распахнула: — ОЙ! — как-то чересчур тоненько пискнула она и, подобно Фредди и Бонни, зашлась веселым смехом. Мангл не стала дуться в этот раз и даже напротив улыбнулась. До нее только сейчас начало доходить — подумаешь, чай какой-то! О каком чае может идти речь, когда она опять вместе с этой прекрасной девушкой, наслаждается ее улыбкой и смехом? Так-так, подождите, что за мысли??? — Все хорошо? — аккуратно спросила Чи, уже с неким беспокойством поглядывая на улыбающуюся замершую собеседницу, — ты уж больно нервная какая-то. Все так же из-за чая, что ли? — Ч-что? — розововолосой потребовалась, слава Скотту, всего пара секунд, чтобы собраться с мыслями и отбросить в сторону ненужные, — а, ой… Да нет. — Кстати, точно! — вдруг заулыбалась девушка, значительно поднимая указательный палец вверх, словно бы что-то вспомнила, — чем мальчики-то занимались??? Мангл вздрогнула. Она как-то умудрилась забыть, что и Чике было интересно, почему их «выгнали» на кухню. Только вот… После того, что она увидела, да и после своих весьма смущающих мыслей, ей было немного трудно сказать правду. — Ну, короче… — наконец начала она, выделывая какие-то непонятные жесты руками, смотря от неловкости себе под ноги, — как бы тебе объяснить… Я зашла в комнату и увидела, как они целуются. Блондинка распахнула глаза по новой, конечно же, не ожидая такого: — Чего?! — и, как и у подруги, на ее лице возникла веселая умиленная улыбка — да настолько широкая, словно бы ей уже хоть сейчас хотелось рассмеяться. — Да, я тоже обалдела! — с жаром рассказывала девушка, тоже невольно улыбнувшись, и села за стол, боком к подруге, — а потом Фред сказал мне, что целовал его только потому, что ему было интересно, каково это — целоваться с парнем! Поэтому-то он и уговорил его с ним наедине остаться! Той Чика еще около пары секунд просто продолжала таращиться на Мангл с широкой улыбкой, после чего опять засмеялась, а с ней засмеялась и розововолосая. — Господи, я в шоке просто… — вытирая слезы указательным пальцем, сообщила Чи, чье лицо аж покраснело от смеха, кое-как находя в себе силы успокоиться. — Я тоже, — тихо согласилась Мангл, зачем-то устремляя взгляд куда-то в стену — как Той Фредди несколько минут назад, когда очень сильно смущался. Повисла небольшая тишина. Девушки постепенно перестали смеяться и улыбаться, погрузившись каждая в свои мысли. Обе поняли, что резко чему-то засмущались, только вот… чему именно? Или из-за чего? — Мангл… — внезапно начала наконец блондинка, всего лишь на пару мгновений смотря ей в глаза, и ее голос был очень смущенным, — а ты… ты знаешь… — Да? — тут же отозвалась розововолосая, поднимая взгляд, машинально слегка склоняя голову вправо. Щеки девушки напротив вновь стали розоватыми. — Я никогда не целовалась… — будто бы предупреждающе сообщила Той Чика, уже чуть увереннее и намного дольше смотря в желтые глаза Мангл, — а ты? — И я, — произнесла та как можно непринужденнее, кивнув головой в знак подтверждения своих слов, не понимая, почему так смущается такому вроде бы простому и житейскому, хоть и личному вопросу, — ты же знаешь, с Фокси у меня ничего не вышло… — Угу, — коротко и тихо пробормотала блондинка, вновь опустив взгляд. По ее выражению лица, по ее мимике можно было понять, что она как будто бы хочет сказать что-то еще, только вот очень стесняется. — А почему ты спросила? — поинтересовалась тогда Мангл, не в силах держать этот вопрос в себе. В этот момент она думала, что Той Чика ответит ей что-то вроде «Да так, интересно стало», однако та ответила совсем не то, что она ожидала. — Я… мне бы… — опять начала мямлить она, рассматривая свои кроссовки под столом, явно избегая смотреть подруге в глаза, — мне бы тоже хотелось попробовать поцеловаться, узнать, каково это вообще. И… поэтому я хочу тебе кое-что предложить… Сердце Мангл аж пропустило пару ударов. Только она хотела задуматься, правильно ли она все поняла, как Чи слегка подвинулась к ней на своем стуле и… положила свою ладонь на ее. В этот момент обе девушки, взволнованные и немного дрожащие, поняли, что безумно этого хотят. Нет, они не просто этого хотят — они мечтали об этом всю свою жизнь. — Да. Давай… — на удивление решительно согласилась Мангл, сама пододвинувшись поближе, отчего между их лицами почти не осталось расстояния. Благодаря то ли выпитому алкоголю, то ли чему-то другому, но все смущение мигом испарилось, а на его место пришла самая что ни на есть уверенность. Лишь около пары секунд подруги смотрели друг другу в глаза, после чего аккуратно соприкоснулись губами. Время словно остановилось для обеих, а сердца начали то стучать чаще, то напротив — то и дело пропускать удары, как до этого. Обе достаточно неумело, но все-таки нежно и любяще, безумно аккуратно двигали губами, наслаждаясь поцелуем в полной мере. Розововолосая не верила в то, что это происходит, что она целуется со своей лучшей подругой просто потому, что им стало интересно, каково это. Но еще больше она недоумевала с того… что весь процесс приносит ей такое колоссальное наслаждение. У блондинки оказалась еще более мягкая и нежная кожа, чем Мангл себе представляла. Когда они едва-едва касались щеками, от этого нещадно приятного, сладкого ощущения разом путались все мысли, а низ живота сводило. Но самое главное — это, конечно, ее губы. Мангл хотелось хоть вечно их целовать — мягкие, с легким привкусом вишни… И зачем ей этот дурацкий вишневый чай, когда есть эти прекрасные губы, от которых не оторваться, да еще и с любимым вкусом… Мангл нервно дышала, заодно слыша частое взволнованное дыхание Чи. Она чувствовала счастье, безграничное, всепоглощающее счастье, от которого хотелось хоть взлететь до небес. Она была рада, так рада, что наконец целует эту прекрасную девушку, которую обожает больше всего на свете, о которой всегда мечтала! Они не поняли, сколько продлился поцелуй. Может, пару минут от силы, а может — около получаса. В любом случае, отстранились друг от друга девушки с явной неохотой — никому из них не хотелось останавливать это блаженство. Обе начали переводить дыхание, в очередной раз опустив взгляд вниз, а их щеки вновь порозовели. Мангл вдруг снова почувствовала сильное смущение, словно бы только-только осознала, что сделала, и теперь не знала, что и сказать. Все мысли так же были запутаны и непонятны, девушка понимала лишь то, что безумна смущена. Зато вот Той Чика, которая напротив сильно смущалась и робела несколько минут назад, сейчас радостно и удовлетворенно улыбалась, а ее глаза весело блестели. — Ну и как тебе, понравилось? — бодро вопросила она таким тоном, словно бы интересовалась у подруги, как ей какой-нибудь новый фильм или сериал. Та не сразу смогла ответить — смущение нещадно жгло щеки и отнимало дар речи. Однако… несмотря на все это, розововолосая по-прежнему была безгранично счастлива, не в силах и описать свое счастье простыми словами. — Да… — наконец тихо согласилась Мангл, смотря в окно, однако уже ничего там не различала — перед глазами стояло лишь это прекрасное, улыбающееся личико. — Вот и отлично, — та продолжала улыбаться и говорить с совсем непринужденным тоном, — а как тебе моя помада? — вдруг поинтересовалась она уже любопытнее и даже серьезнее, словно бы этот ответ на этот вопрос интересовал ее больше предыдущего. Высокая девушка опять умолкла, пытаясь как-нибудь собраться и ответить хоть что-нибудь адекватное. Да уж, этот вкус и эти ощущения она запомнит навсегда… — Она… прекрасна, — наконец смогла заговорить Мангл, смотря любимой девушке в глаза. Что-то ей подсказывало, что после этого она должна что-нибудь добавить… — как и ты сама, — выдала она, чувствуя, как покрываются приятной дрожью и мурашками ее руки, и добавила: — ты просто прекрасна, Чи. Блондинка улыбнулась шире и милее. — Спасибо… Мангл не успела ни что-либо ответить, ни как-то иначе отреагировать, как ее уже затянули во второй поцелуй. Этот был куда увереннее и можно сказать даже страстнее, и обе девушки поняли, что смущаться им больше ровным счетом нечего. Руки Мангл легли на плечи Той Чики, а та в свою очередь нежно обняла талию явно уже больше, чем подруги, вновь даря ей блаженство своими вкусными, сладкими вишневыми губами. — Эй, Мангл, Чи, вы тут? — вдруг послышался в коридоре знакомый, почему-то немного усталый голос, — я тут вспомнил, у меня нет чая с вишней, но есть чай с мали… ОЙ! Дверь на кухню распахнулась, и Той Фредди пораженно уставился на целующихся подруг, аж прикрыв рот ладонью. Те вновь отстранились друг от друга и уставились на него совершенно невинными взглядами, вот уже в который раз испытывая желание расхохотаться. — Ты что-то хотел, Фредди? — легко вопросила Той Чика, в притворной задумчивости потирая подбородок большим и указательным пальцами. — Да… — кивнул тот, переводя взгляд с одной на другую, — поинтересоваться, в чем дело и почему! — такой ответ прозвучал бы непонятно, но, конечно же, девушки сразу поняли, что он хотел. — А что такого? — с хитрой ухмылкой продолжала Чи и вновь положила свою ладонь поверх ладони Мангл, — мы решили последовать вашему с Тонни примеру и тоже поцеловаться чисто интереса ради! Обе засмеялись, с любовью смотря друг на друга, даже не заметив распахнутые глаза парня.