Сынмин был один, второго нет.

Хван сидит возле окна и высчитывает каждую окурку сигарет, что выкурил за день. Двадцать пять. Ровно двадцать пять окурок он высчитал. Окунув руку в свой большой карман кардигана, Хенджин достал пачку сигарет. Он зависим. Сигареты были его всем. его успокоением, его едой. - Ты не забыл выпить хлорпромазин? - донёсся голос из другой комнаты. Хван разделяет квартиру с Сынмином. Небольшая каморка была наполнена сигаретами Хенджина. А Сынмин не обращает на это внимания, он давно уже привык к такой атмосфере. - Нет, я не собираюсь пить эту гадость. - хриплым голосом, выкуривая сигарету. - А свои сигареты ты не против и целыми днями употреблять? Да? - Да, - вздыхая. - Что мне с тобой сделать, чтобы ты начал употреблять их? Скажи, пожалуйста... - Просто не исчезай, когда я глотаю их. Этого хватает. Сынмин был и будет сиянием его прозябальной жизни. Улыбка Кима, похожая на собачью, при которой виднеются его брекеты, розоватые губы, немного пухлые. Так и хочется смотреть на него. Сынмин был всем для Хенджина. Такой прелестный, лилейный, ласковый, искренний, распрекрасный. - Не сходи с ума. Я реален, не мертв. - Смешно. - Я не шучу. - Я ведь знаю, что болею шизофренией. Ты нереален. "Хёнджин никогда не забудет их первое знакомство. Хван сидит и ожидает начало представления в театре. Опера. Он очень любил оперу. Возле него сел паренек в черном бархатном костюме, а снизу тёмно-красная лёгонькая водолазка. - Добрый день, - Хёнджин улыбаясь, поправляет свой костюм. - Добрый день. Вы это мне? - Именно вам. Хочется познакомиться с вами. Я Хван Хёнджин. - Я Ким Сынмин. Приятно познакомиться , - улыбаясь, Ким пожимает руку Хвану. - Вы пришли в театр, чтобы просто понаблюдать за представлениями и послушать оперу? - Да, а что? - Да так, не значительно. Просто хотелось продолжить наш с вами диалог. У них было много общего. Ким также любил классику, литературу и поговорить о жизни, прикуривая сигарету. Они проводили долгое время вместе. Семь лет. Семь лет незабываемых моментов. Было бы больше, если бы Хван смог спасти его. Но даже если бы попытался он бы не смог. У Кима была смертельная болезнь - сердечная недостаточность. Хван понял вопрос Сынмина только после его смерти. Под "Вы пришли в театр, чтобы просто понаблюдать за представлениями и послушать оперу?" он имел ввиду то, что сценки были о смертельных болезнях, о депрессии." - Да, ты шизофреник, но я ведь реален. Я Сынмин, но не тот, которого ты представляешь. - Не ври. Сынмин был один, второго нет. На утро Хёнджина не стало. Он не смог продержаться. Суицид решил за него все проблемы. Он обрел успокоение.