Песнь о двух сердцах

— Фелииикс! — Парень отложил телефон и обернулся на голос. Увидев, бегущего к нему хена, сразу заулыбался. Его темно-русые волосы смешно подпрыгивали при беге, а пухлые щечки вкупе с теплым взглядом вызывали умиление. Ли младший сразу понял, что тот чем-то взволнован — на идеально выглаженных пиджаке и рубашке виднелись недавно появившиеся складки. — Поздравляю с выпуском песни! Ханни заключил его в объятия и радостно залепетал о том, какой тот талантливый и как быстро растут дети. Феликс на это лишь улыбался, кивал головой и обнимал в ответ. Они стали лучшими друзьями с того самого времени, как сформировалась группа «Stray Kids». Так что Ликс давно привык к таким заявлениям хена. — И название очень многообещающее — «Deep end». — Протянул Джисон. — Подожди подожди, — Феликс непонимающе посмотрел на друга. — Ты еще не слушал? — Ханни отрицательно махнул головой. — А о чем тогда ты заливал мне все эти пятнадцать минут? — Рассмеялся хубэ. — Ну, много о чем. О том какой ты молодец. — Хан начал перечислять все его комплименты, при этом загибая пальцы. — И о том, как ты повзрослел. — На этих словах хен сделал плачущий вид и обнял Ликса. — И вообще, как только я узнал, что песня вышла, сразу прибежал к тебе. — Так я вчера говорил тебе, что песня выходит сегодня. — Вновь рассмеялся Ли. Ханни надул губки. — Когда ты звонил, мы с Минхо уже спали, так что я был сонным и не запомнил. — В свое оправдание сказал хен. — Ладно, забудь. Если хочешь, можем сейчас вместе послушать. — Ханни радостно захлопал в ладоши и сел на мягкую кровать, постукивая рядом с собой. Феликс улыбнулся и сел рядом, попутно включая аудиозапись. Чуть ли не с первых секунд песни радостная улыбка сползла с лица Джи. Когда трек закончился Хан с сочувствием посмотрел на грустно улыбающегося Феликса. — Ликси, это про Хенджина? — Хубэ медленно кивнул и перевел взгляд на друга. — Очень красиво, но… — Нет, — Перебил Енбок. — Я знаю, Ханни. Знаю, что не нужно себя накручивать, не принимать все близко к сердцу и пора бы уже оставить мысли о нем, но… но я не могу, Ханни. — Хен взъерошил волосы на блондинистой макушке друга и утешающе улыбнулся. — Все верно, но я хотел сказать другое. — Феликс удивленно расширил глаза, на что Джисон усмехнулся. — Да да, я наконец-то перестал ворчать. Может стоит попытать удачу и признаться? — Феликс лишь отрицательно кивнул, все также грустно улыбаясь. — Почему, Ликс? Сколько ты уже сохнешь по нему? — Четыре года. — Шумно выдохнув, ответил Енбоки. — Пиздец. Четыре года, Ликси! Четыре! Ты издеваешься? — Завопил Хан. — Слушай, когда ты ебал мне мозги по поводу Минхо, я ничего тебе не говорил. Ты тоже не сразу признался. — Да, но я сох по нему меньше года, и он мне признался первым. — А если бы он не признался, Ханни? Ты бы сделал первый шаг? — Феликс поднял хрустальные, от слез, глаза. — Ликси… прости. — Джисон прижал его к себе и зашептал как в бреду. — Прости. Прости меня. Прошло столько времени, я и забыл как это больно. — Он отстранился и посмотрел в глаза напротив. Енбоки вытер слезы с щек и выдавил подобие улыбки. — Ничего, я не обижаюсь. Просто, мне сложно видеть его каждый день, обнимать при встрече и в тот же момент не иметь возможности прикоснуться. — Хан понимающе кивнул. — А самое обидное то, что он ведет себя так, будто я ему не безразличен. Всегда меня обнимает, кормит, поправляет волосы, — Феликс задумался, говоря об этом, а Джисон расширил глаза, надеясь на то, что его ребенок не тупой и наконец-то сможет сложить два и два. — Но, мои чувства не взаимны. — Ханни недовольно фыркнул, *Нет, все же тупой. Плохо воспитал. А вообще, Бан Чан виноват* подумал Квокка и, кивнув своим мыслям, сказал: — А что если нет? — Феликс в ту же минуту замолк. — Чего? мне послышалось, или ты сказал… — Нет, не послышалось. Что если ты нравишься Хенджину и твои чувства взаимны? — Чего?! Ханни?! — Крикнул Енбоки то ли от радости, то ли от злости на очередную «шутку» друга. — Да тише ты, — Шикнул хен. — Разорался на весь дом. Сынмин лег вздремнуть в комнате Чона, разбудишь — снова начнет тявкать, как самый злой чихуахуа в мире. — Феликс прыснул от подступающего смеха и закрыл рот рукой, дабы не разбудить соседа. — Что ты имел ввиду насчет Хвана? — Почти шепотом спросил хубэ. — Ты вообще за новостями не следишь? — Усмехнулся Джисон. Ликс лишь почесал затылок. — Понятно. Твой обожаемый Хван Хенджин сегодня тоже выпустил песню о неразделенной любви. — Джи пропел последние слова и сразу закрыл уши. — Серьезно?! — Ликс тут же поднес руку ко рту и шикнул от прилетевшего подзатыльника. — Харэ орать! — Послышалось из соседней комнаты. — Ну все, теперь весь день придется выслушивать его бухтение. — Ага, только расслышать бы их за твоими. — Рассмеялся Феликс, но получив еще один подзатыльник, замолк. — Так ты мне скажешь, что там с Джинни, или нет? — Вспомнил хубэ. — Что там с Джинни, — Передразнил его Хан. — С ним все в порядке, а ты лучше подбери слюни и дай мне телефон. — Ликс улыбнулся и протянул другу гаджет. Он что-то вбил в поисковике и протянул телефон обратно. — Вот, держи. — Спасибо, Ханни, ты лучший. — Парень коротко обнял хена и включил песню, внимательно вслушиваясь в слова. Прослушав до конца, Феликс непонимающе посмотрел на друга и надул губки. — Песня очень красивая и эмоциональная, но при чем здесь я? — За что мне это? — Хан закрыл лицо руками и притворился, что плачет. Убрав от лица руки, он посмотрел на Ли. — Ликс, ты правда не понимаешь, или притворяешься? — Феликс свел брови к переносице. — Понятно, — Махнул рукой Джисон. — Да он буквально говорит: «Ли Феликс, я люблю тебя. Выходи за меня и проживи со мной долгую, счастливую, семейную жизнь!» — Ханни, я, конечно, очень ценю твою поддержку, но ты перебарщиваешь. Даже я не настолько себя накручиваю. — Истерично хохотнул Енбоки. — Ну Ликсиии, — Протянул хен. — Не тупи, прошу. Ты разве не слышал строчки «Это последний день, когда я могу нарисовать тебя»? — Слышал, но насколько бы мне не хотелось в это верить, нет доказательств и даже намеков на то, то это про меня. — Ага, а у тебя в песне все прямым текстом? — Феликс грустно усмехнулся. — Нет. — Ну так почему тогда у Хвана не может быть так же? — Ли младший пожал плечами. — Не знаю, если честно, мне кажется, что ему нравится Сынмин. — Сынмин? Наш Сынмин, который щеночек? — Опешил Хан какой раз за этот час. — Ты шутишь, я надеюсь? — Нет, они в последнее время сблизились. Часто общаются, выставляют совместные фото, да и вообще… — Тебя послушать, так он в Минхо влюблен. — Усмехнулся Джисон. — Да ну тебя. — Отмахнулся Енбоки. — Может фильм посмотрим? — Феликс одобрительно кивнул и достал ноутбук.

*Тем временем в комнате Минхо*

— Хенджин, ты переслушиваешь ее уже седьмой раз, сколько можно? — Закатил глаза Минхо. — Тебе мешает? — Усмехнулся Хван. — Да нет, просто еще раза два и я смогу петь ее вместе с Феликсом. А если серьезно, что ты пытаешься там найти? Эти двое были лучшими друзьями, такими же как и Ликс с Ханни, поэтому Хенджин с утра пораньше прибежал к Ли старшему, дабы обсудить новую песню. Хван картинно откинул черную прядь волос со лба и перевел тяжелый взгляд на друга. Лино сидел у окна, подпирая щеку рукой. Его каштановые волосы поблескивали в лучах зимнего солнца, от чего казалось, будто они рыжие. — Пытаюсь понять, кому он ее посвятил, не видно? — Хван выключил телефон и показушно потряс им в воздухе. — По-моему это очевидно. — Увидев недоверчивый взгляд Джина, Минхо цокнул и, рассмеявшись, объяснил. — Тебе, придурок. — Да ну, вряд ли. — Печально ответил Джинни. — Мне кажется, он поет про Чона. — Про кого? — Минхо расширил глаза. — Про Чонина? Ты ведь шутишь? — Нет, они часто проводят время вместе. Смотрят фильмы, ходят поесть. И Ян всегда его обнимает. — Во-первых, не завидуй Чону, а во-вторых, по твоей логике можно сказать, что Ликси встречается с Ханни. — Увидев ошарашенный взгляд друга, Хо рассмеялся. — Вот-вот, я о том же. Так что не накручивай себя. — Легко сказать. — Ну, не мне ли об этом говорить. Вспомни сколько я бегал за Джисоном. — Хван медленно кивнул. — Но, не смотря на страхи и риски, я признался. Так что тебе мешает поступить так же? Признаешься и будешь со своим любимым Енбоки жить долго и счастливо. — В том то и дело, а если нет? — Хенджин запустил руку в волосы и промычал. — Если я признаюсь, и он не примет чувства? Как мне ему потом в глаза смотреть? Мы каждый день видимся и… — Хенджин, Хенджин остановись. — Лино посмотрел на друга. — Сколько ты уже по нему страдаешь? — Четыре года. — Мрачно ответил Хван. — И за все эти четыре года у тебя не было ни одной мысли о том, чтобы признаться? — Конечно были, и не раз. — И ты считаешь, что лучше еще четыре года пострадать, прежде чем рассказать ему о чувствах? — Я не знаю Ли. Не знаю. — Тише повторил парень. — Я очень боюсь упасть в его глазах. — Что за бред? Ты ведь знаешь Феликса, он никогда в тебе не разочаруется. Это ведь наш Ликси. — Да но… — Никаких но, — Перебил его Ли старший. — Просто подумай еще раз о моих словах и прими решение. — Хван грустно кивнул. — Может фильм посмотрим? Хоть настроение тебе поднимем. — Давай.