366 на груди

Вечерняя Москва, свет в окнах домов и машина Матвеева. Кира смотрела на его профиль, облокотившись о дверцу. На дороге было намного меньше машин, чем днём. — Как насчёт прогулки? Или у тебя были другие планы? — спросил Дима. — Это можно. Я сегодня планировала пройтись вечерком, — улыбнулась Вернина. Предложение парня ей безусловно нравилось. Матвеев оставил машину на парковке какого-то супермаркета. Они шли по улице, вглядываясь в прилавки маленьких забегаловок. — Хочешь покажу кое - что? — хитро спросил Дима, и его глаза сверкнули каким-то дьявольским огоньком. — Надеюсь, ты не тот самый мужик в плаще на голое тело, который своё достоинство показывает в парке, — поржала Вернина. — Как ты раскусила меня? Я специально такой ахуенный плащ взял! — они начали смеяться на всю улицу. — Там не мои половые органы, поверь. Тебе понравится. Парень взял её под руку и повёл в неизвестное для Киры место. Стоя у двери, Дима похлопал по карманам в поиске ключей. — Блять, в машине забыл, — сказал он и нагнулся к коврику у двери. Подняв его, он схватил запасные ключи и открыл дверь, показывая рукой в коридор.— Вэлком нахуй. — Какой джентельмен, — наигранно удивилась девушка и закрыла рот ладонью. Дима улыбнулся и пропустил её вперёд. В коридоре ярко горел белый свет, прям как в больнице. Дима всё-таки вышел вперёд, чтобы Кира шла за ним. Парень остановился у двери, подобрал к ней ключ и тоже открыл её. Он прошёл в комнату, а Вернина заглянула и увидела хуеву тучу музыкальных инструментов, микрофоны и всё такое. Глаза на лоб полезли. — Ты музыкой занимаешься? — тихо спросила девушка. Дима лишь поднял бровь и застенчиво кивал. Кира прошла к парню. У девушки чуть шея не сломалась, пока она с любопытством всё разглядывала. — Понравилось? — спросил Дима. — Получше, чем твои достоинства ниже пояса, — улыбнулась Вернина Парень с лицом полным ахуя сел на стул к барабанам и ударил по ним несколько раз. Вернину это рассмешило, и она ржала на всю студию. Её всю дорогу не отпускало чувство тревоги, взявшееся из неоткуда, а теперь она чувствует себя под защитой. Под Диминой защитой. Кира подошла к Матвееву и села рядом. — Давай.. — Защиту попрактикуем? — перебил её Дима. Кира кивнула. Они встали на ноги, сцепились руками, и девушка закрыла глаза. Она пыталась думать о квартире, дедушке, но всё перебивали мысли о Диме. Дима, Дима, Дима, Дима. Кира начала хмуриться. Да какого хуя Матвеев там?! Дима притронулся своим лбом ко лбу Верниной. — Не бесись, — тихо прошептал он. — Если твоему разуму приятно думать обо мне, то не запрещай это делать. В голове появился лишь Дима. Его руки, лицо, губы, шея, тату и воспоминая двадцатой битвы. По телу тепло и приятная дрожь пробижали. Сразу стало спокойно. — Открывай глаза, — всё так же шёпотом сказал парень. Кира увидела перед собой лицо Димы, сердце от чего-то заколотилось. И не хватало той дибильной музыки на фоне, которую вставляют в романтические сцены. Руки парня перешли на талию Киры, он прижал её ближе к себе так, что их носы дотронулись друг до друга. — Ты сейчас реально похож на того чувака в плаще, — шепнула Вернина. — Умеешь ты такие моменты портить, — закатил глаза Матвеев и прильнул к губам девушки. Вернина отстранилась. — Нет, Дим. Я не могу так, понимаешь? Мне с тобой комфортно, прям пиздец. Я чувствую себя под защитой, не знаю, влияет ли на это то, что мы пытались сделать, но получается,—девушка до сих пор была в его руках и не вырывалась. Ей правда очень комфортно, но рано для всего этого. — Просто знай, что для меня ты намного больше, чем друг,— шепнул на ухо Дима. У Верниной мурашки по всему телу пошли. — Знала бы, как ты для меня важна. — С каких пор ты стал зависим мной? — саркастично спросила Кира. — Уже год. Нуждаюсь в тебе, как в воздухе. — Не нужно так торопиться. Давай всё делать постепенно, — они смотрели друг другу в глаза. Это самый первый разговор, который заставил Вернину трястись всем телом. — Дай мне месяц. Один. Если не получится, и ты не будешь чувствовать ко мне хотя бы что-то, то я уйду. Просто исчезну, Кир. Один месяц, прошу, — он умоляюще смотрел ей в глаза, а в них такая растерянность. — А если я уже начинаю что-то чувствовать? — Ещё лучше, — улыбнулся Матвеев. — Можно поцеловать? — Да, но не перебарщивай. Дима нежно поцеловал её в лоб, держа щёки руками. Кира улыбнулась уголком губ и уже смотрела на шею Димы. — Продолжение тату хочется увидеть, — провела девушка рукой по шее и месту, где находится солнечное сплетение. Матвеев прыснул и обнял Киру. — Пойдём, домой тебя отвезу, —кивнул он на выход. — Ко мне? — Ко мне, — ухмыляясь, он повёл её за руку на улицу. Ночью стало намного холоднее, курточка плохо грела, и они буквально бежали к машине. Рука Димы была тёплой, а у Верниной, как кусок льда. В машине стало тепло. Уставшая от съёмок Кира сразу немного откинула сиденье и прикрыла глаза. Спать хотелось сильно. Глаза слипались, а тело становилось ватным. Парень иногда поглядывал на Вернину. Хотелось уберечь её от всего. Ему было стыдно за произошедшее в студии. Дима не подумал, что Кира просто могла послать его нахуй и больше никогда не общаться. Он и не надеялся на то, что она согласится проводить время с ним,а раз согласилась, значит не один Дима что-то чувствует. Не думал парень, что так быстро отойдёт от расставания с Астрид. Матвеев вообще боялся, что до конца не забыл предыдущие отношения, и он просто может разбить сердце Кире. А её не ломать надо, а заново склеить, да так, чтобы не разбилась заново. Машина подъехала к многоэтажному дому. Вместо того, чтобы будить Киру, парень откинул сиденье на такой же уровень, как у девушки и просто смотрел на неё. Он немного притянулся к Верниной и поцеловал кончик носа. Та сразу зашевелилась и открыла глаза. — Приехали? - хрипло спросила она. — Приехали, - спародировал он её голос. — Я буду спать на полу, мне похуй, — серьёзно заявила Вернина.