366 на груди

Кто бы знал, что перед смертью ощущается лёгкость? Расслабление растёт с каждым днём, а каждый цветочек или бабочка радует сильнее, чем вчера. Кира с лёгкостью, как ей удаётся, вдыхает аромат древних улочек Рима. Лёгкие работают хуже с каждым днём, аппетит пропадает, появляется жуткое отвращение к еде. Как бы Дима не пытался помочь и ослабить страдания любимой, всё увенчалось провалом. Обезбаливающие не помогали, но девушка держалась стойко, даря улыбку своему парню. Она не слышит, как он делится переживаниями с Олегом по ночам, звоня ему или отправляя смски. Матвеев удивляется спокойствию Киры, хоть сам понимает : все мы когда-то умрём, это дело времени. Одна рука придерживает Вернину за талию, не давая ей упасть на дорогу. Девушка несёт пьяный бред, а Дима смеётся, глупо улыбаясь и умиляясь с Киры. В первый раз видит её пьяной. — Знаешь, я же умру девственницей. Ты ни разу ко мне не притронулся и даже сейчас упускаешь свой шанс, — икая, она тычет ему пальцем в оголённую часть груди, сводя брови к переносице. — Сейчас уже поздно, Кир. Мы с тобой не сможем это исправить, потому что секс принесёт тебе лишь дискомфорт, — притягивая Вернину к себе, целует в висок, тихо посмеиваясь. — Ты такое упускаешь в своей жизни, пупсик, — цокает и закатывает глаза, обиженно отворачиваясь. Он выпустил её из своей хватки уже в номере. Закрыв за собой дверь, усаживает Киру на пуфик, и снимает туфли на высоком каблуке. Удовлетворённый стон срывается с уст девушки, когда Дима массажирует её ступни. Вернина начинает кашлять, а парень быстро прикрывает рот салфеткой, поглаживая по волосам. Маленькая слеза скатывается вниз по щеке. — Нужно выпить таблетки. — Нахуй их, нихера не помогают. Я такими темпами сдохну не от рака, а от того, что выхаркаю лёгкие. Кира поплелась в спальню, придерживаясь за стены номера. Затуманенный разум не давал девушке здраво мыслить, и лишь всякая чушь вылетала из рта. Дима шёл сзади, снимая пиджак и взъерошивая волосы. Вернина пыталась расстегнуть платье, но, благодаря алкоголю в ней, она не могла дотянуться до молнии и, признав поражение, страдальчески вздохнула. — Я совсем ничего не могу... Такая бесполезная стала, — хохотнув, раскинулась на белоснежной простыни. — Не бесполезная. Просто пьяная, — Дима перевернул её на живот, хлопнув по заднице. — Нет.. Нужно сесть, я хочу сесть, — бубнит в простынь, интенсивно мотая головой. Он выполняет её просьбу, помогая подняться. Лицо девушки уже не было здоровым. Щёки почти исчезли, скулы стали чётче, но этот взгляд остался тем же. Со старыми огоньками, которые игриво бегают по радужке глаз, при виде Димы, с тем же прищуром смотрела на него, как и до их отношений, во время просмотра испытания первой тройки экстрасенсов. У Матвеева появилась привычка фотографировать каждый её шаг, чтобы она дольше оставалась с ним, после того, как её не станет. — Знаешь, Димочка, — заговорила та, когда тот самый Димочка смывал макияж с её лица. Он приподнял бровь, заинтересованно смотря на неё, лежавшую на его коленях. — Я верю в то, что после моей смерти, мы обязательно встретимся. Только вот, я буду в другом теле и совсем тебя не вспомню... Но! Можно придумать кодовое слово или фразу. — И какое же? — хмыкает парень. — «Хэй, 366-ой, тебе нравятся мои волосы?» Парень люто ржёт с этой фразы, на что девушка цокает, находя его смех неуместным. — Не ржи и признай, что ты без ума от моих волос. — Я и от тебя без ума, — звонкий чмок будто эхом разносится по номеру, а через несколько минут слышно сопение. *** « Плевать на всё, что будут говорить о тебе люди, будь счастлив, я обязательно встречусь с тобой, но в другом теле, совсем не помня о тебе. Ты же не забыл о кодовой фразе, мой 366-ой? Помни, я рядом с тобой в любой час, минуту, секунду твоей жизни. Я нарисую тебе самые лучшие картины на небе!(а ещё фак не забуду показать).» Держа маленькую помятую бумажку, он в сотый раз перечитывает и горько усмехается, убирая во внутренний карман пиджака, собираясь на съёмки в готзале. Прошло три месяца после смерти Киры, в тот день умерли сразу два человека. Парень был всё это время в дикой агонии, не пытаясь выбраться из этого состояния. Обряд за обрядом, но ни один раз Кира не пришла к нему. Ни разу после смерти он не видел её духа. Дима не видел девушку во сне, она не приходила. Шею чернокнижника обдувает холодный осенний ветер. Машина быстро обогревается, расслабляя каждую мышцу тела. Голова забита бытовухой, работой и музыкой. В его планах было посвящение нескольких песен Кире. Он никак не думал, что всё получится наоборот. Дима представлял себе, как они вдвоём сидят в окружении свеч, тишины и бутылки любимого вина. Он представлял удивление на её лице, когда она поймёт смысл слов, и парень умилялся ей в своих мыслях. Согревшись не только от обогревателя, но и от воспоминаний, Матвеев слабо улыбнулся, потирая переносицу. День будет тяжёлым, учитывая, что всю ночь он в очередной раз безуспешно пытался вызвать дух Киры. Чтобы поговорить и убедиться, что с ней всё более чем хорошо. Парень припарковался рядом с назначенным местом, видя вдалеке остальных экстрасенсов. Передёрнув плечами от осеннего холода, чернокнижник шёл к Шепсу, который встречал его с улыбкой и тёплым рукопожатием. Режиссёр даёт команду в громкоговоритель и камеры включаются. В готзале всё по-старому, кроме пустующего места Киры, которое заняла Марьяна. Матвеев, будто в трансе, совершенно не слушал Башарова, погружаясь в свои раздумья. — ... и Дмитрий Матвеев отправятся на следующее испытание. Услышав отрывок фразы, сразу напрягается, качая головой в знак согласия со словами ведущего. На выходе из готзала, его подхватывает администратор Людмила, объясняя, во сколько и когда будет испытание. — Я Вам позвоню утром, за час до времени отъезда, будьте готовы, — девушка вежливо улыбнулась и быстро скрылась в стенах здания. Дима был даже расстроен из-за будущего испытания, так как хотел на неделе съездить к своей семье. Они знали о Кире и её смерти, но лично никогда не были знакомы. Лишь Димины рассказы о ней могли описать её, как человека. Пряча лицо в воротнике куртки, парень топчется рядом с машиной, докуривая сигарету. Холод, пробирающий до мурашек, заставляет переминаться с ноги на ногу, чтобы разогнать кровь. — Почему же ты никак не выходишь со мной на контакт, — тихо шепчет, видя в темноте салона белый силуэт с очертаниями Киры. *** Одиночества боятся многие люди. Эту тему никогда не понимал Дима. Что страшного в том, чтобы стать одиноким? Парень редко к кому привязывался, кайфовал с самим собой и любил гулять по ночам в полном одиночестве. С появлением Киры в его жизни всё перевернулось вверх ногами. Она одним своим существованием изменила мнение парня в обратную сторону. Девушка показала, как прекрасно гулять по ночам вдвоём, переплетая их пальцы между собой, делясь своими мыслями и переживаниями. Вернина научила парня доверять людям, не боясь осуждений. Дима сидит со своей книгой у зеркала, освещая кромешную тьму в комнате свечой. Шёпотом читает очередную страницу своей книги, проводя кровавым пальцем по своему фото, вырисовывая символы рун. Надежда умирает последней, именно поэтому Матвеев не отступает от своих попыток призвать Киру. Он сидит так ебаный час. Глаза сами закрываются, парень чуть не падает лицом в открытую книгу. Смотрит на время в телефоне и громко цокает. Через три часа ему нужно будет вставать. Раздражает. Чуть ли не швыряя книгу, он встает с колен,собираясь задувать свечку. Вздрагивает, когда девушка касается своей холодной рукой его. Она по-старому ухмыляется, стреляя глазами из стороны в сторону. — Кира.. Парень теряет дар речи, проглатывая вязкую слюну. Вот это реальный нежданчик. — Садись, сейчас ругать тебя буду. Мило улыбнувшись, она опускается на пол, показывая на место рядом с собой для него. Дима заворожённо смотрит на неё, не веря тому, что она всё-таки пришла. Вернина объясняла, что её не нужно звать, она сама скоро явится к нему живым человеком, а своими ритуалами он только мешает. Долго общаясь с ней, парень совсем забыл, что она - дух, который не останется с ним надолго. — Вали спать. Не позволю, чтобы ты встретился со мной в виде кислого лимона. Подмигнув, она помахала ему рукой на прощание и растворилась в один миг. И чернокнижник снова остался один в тёмной и пустой квартире. *** Они снова собрались в готзале, чтобы оценить работу коллег на испытании. Все в прекрасном настроении, улыбаются. Матвеев надел на лицо эмоцию «покер фэйс» и стоял, выслушивая отзывы о его работе. Кивая на слова Вики, делая серьёзный вид, Дима в мыслях планировал, как приедет домой, приготовит пасту карбонару, выпьет бокал вина и ляжет спать. Такая планировка вечера идеальна подходит парню. Музыка уйдёт на второе место на несколько дней, ведь чернокнижник сейчас просто ходячая пустота с внешней оболочкой. — Эй, Димон, не хочешь сегодня приехать ко мне в гости? Соберёмся с кентами, посидим вместе, в какую-нибудь игру сыграем, — воодушевлённо упрашивал его Олег, подстраиваясь под быстрый шаг Димы. — Нет, не сегодня. У меня другие планы, — отвечает тот, а у самого слюни текут от одного упоминания о карбонаре. — Ну, окей. До встречи. Шепс махнул рукой на прощание. Матвеев потирает лицо рукой, шикает от раздражения и садиться в машину. Заводит машину и вспоминает, что ему нужно для ужина. Список совсем небольшой, в него также входят всякие продукты по мелочи. Светящаяся вывеска супермаркета с его названием резко бросалась в глаза. Само здание ничем не отличалось от остальных : обложено типичной белой плиткой, не привлекающей покупателя. Но, Диму на это абсолютно поебать. Ему лишь бы купить ветчину, сыр пармезан и съебаться в пустующую квартиру, иначе его желудок начнёт переваривать сам себя. При виде вкусной еды, желудок парня завывал песни китов во время брачного периода. Людей между стеллажами было мало, точнее вообще нихуя их не было. Такая тишина успокаивала и не.... Блять! — Ты что, не видишь, куда прёшь?! Разъярённая девушка появилась перед ним из не откуда. Она поднялась с пола, заправила волосы за уши, позволяя разглядеть её лицо. Матвеев а-ху-ел. Перед ним, злобно корча личико, стояла точная блондинистая копия Киры. Черты лица, голос, манера общения, блять, просто Кира, изменившая имидж. Парень обратил внимание на её волосы. Они были прямые, блестящие и не ниже груди. Это и было отличием Киры от неё. Стоп! Вдруг это всё кто-то придумал? Или решил пошутить, зная, что ему и так хуёво? Незнакомка, замечая интерес собеседника к своим волосам, стряхнула пряди с плеч лёгким движением рук, усмехаясь, спрашивает : — Хэй, 366-ой, тебе нравятся мои волосы? Девушка мило улыбается, а Матвеева будто током прошибает. — Подожди, как ты меня назвала? — да ну нахуй. Это не может быть Кира. Теории о перерождении душ - хуйня полная. — 366-ой. У тебя тату на груди такая. Мне понравилась, — хохотнув, она хотела застегнула куртку парня до конца, говоря о его безалаберности, раз он ходит в куртке нараспашку. — Как тебя вообще в это время в магазин занесло? Здесь нет никого, кроме работников, сдающих смену. — Продукты для карбонары купить хотел, — растерянно отвечал тот, всё ещё не веря, что перед ним Кира, но в другом теле. — Нет, пацан, я отведу тебя в ресторан, где готовят бомбезную карбонару, от которой тебе придётся свою нижнюю челюсть с пола отдирать, — отрицательно мотнув головой, девушка нежно взяла его руку и повела к выходу. — Ты не боишься, что я какой-нибудь маньяк? — в глубине души он смеялся над наивностью девушки, подходящей к каждому встречному в магазине. — Нет, чувствую, что ты мне ничего не сделаешь. Не знаю, как тебе объяснить это, но я уверенна в тебе и твоей адекватности. Наверное, ты подумаешь, что я идиотка, — она останавливается, чтобы повернуться и взглянуть на парня. Он смотрел очень серьёзно, показывая своим взглядом всю свою уверенность в её словах. — Я так не думаю. У меня есть точно такое же чувство... Так, как тебя зовут? — почёсывая затылок, Дима стыдливо улыбнулся, будто он подросток перед девочкой, которая ему нравится. — Ада, а тебя Дима, да? — чего, блять. Как она угадала? — Да.. — Ну, что, Дима Матвеев, не против поужинать карбонарой с Адой Вергелис? — Не против, — улыбается, зная, что они не последний раз ужинают карбонарой, мило общаются и шутят.