Слезы уснувшей вечности

       Проснувшись, Чонгук опутал свою шею пальцами. Он отправился в ванную, чтоб помыть свое тело от водянистой крови, которая прекратила вытекать. Опять придется поменять белье для постели.       Чонгук залез в душевую кабину. Он начал тереть ладонями раны. Силой трет, стараясь стереть, но ведь этого не случится. Чонгук во мраке облокотился локтями о плитку стены и уперся лбом. Он зажмурился, заставляя себя не выливать воды.        Тэхен… я до безумия люблю тебя. За что ты так со мной? Я никогда не брошу тебя. Я хочу тебя любить, я хочу тебя обожать, я хочу тебя всего, хочу тебя… Зачем заставляешь меня страдать? Что я такого совершил во зло тебе, что не могу заслужить и шанса твоей любви? Дай мне веру, прошу тебя, умоляю…       Чонгук сел на холодный пол и обнял свои колени. Горячая вода из душа сильным напором льется на спрятанную в коленях голову. Юноша, обессиленный любить только одного человека — даже не человека, а демона, обязанного убить, — извивается в отчаянии.       Вечером приехала Лиру. Они не общались уже пару дней.       Не сказать, что Чонгук был счастлив видеть ее в этот день. Он желал побыть наедине с собой.       Они сели в гостиной. Лиру заметила по гримасе Чонгука, что ему не очень хорошо. — Что-то не так? Ты какой-то смуглый. — Помнишь… я говорил тебе о Тэхене?       Она сдержанно кивнула. — Мне кажется, что я правда люблю его и не могу жить без него. — Чонгук, забудь. Послушай меня, — Лиру вложила мужскую ладонь в свою. Крепко сжала пальцы. — Если ему все равно на твои чувства, то забудь навсегда. Ты встретишь человека намного интереснее, который не будет видеть в тебе ужасного парня. Он будет заботиться, оберегать тебя от всех невзгод. — Прости, что заставляю выслушивать мои капризы. — Что ты, я всегда поддержу тебя. Не хочу, чтобы наша дружба распалась. Я дорожу тобой. Ты мне как старший брат. Я хочу любить и оберегать тебя. А если тебя обидит кто-то, я ему нос сломаю. Даю слово. — Ну нос я сам в состоянии сломать, — он посмеялся. — Оберегать меня незачем, это мое занятие.       Лиру расправила руки в разные стороны, намекая парню, чтобы тот лег в объятия. Чонгук прижался к женскому телу, чувствуя дружескую любовь.       Ей было даже все равно на царапины на шее. Она обратила на это внимание, но промолчала.       Спасибо.       Ночь Чонгук провел в размышлениях о своей жизни. Если запамятовать Тэхена, то ему почти все предстоит совершить до своей погибели. К примеру, уехать в другую страну, чего никогда не делал. Либо разбить голову Чимина об асфальт.       Без сна юноша выезжает в компанию. Сегодня предстоит встреча с Чимином. Какая-то внезапная, срочная. Неважно какая.       Чонгук сел в танцевальном зале у зеркал и начал ждать одноклассника. Обычно по средам Чимин танцует, расслабляя свое тело. А так как они в хороших отношениях, следует не третировать этот факт, чтобы ближе узнать все секреты этого парня.       В зал заходит Чимин, и он с улыбкой здоровается. — Чего здесь сидишь? Разве работы нет? — У меня отпуск. — А, вот так? Так почему не отдыхаешь в таком случае? — он открыл бутылку воды и глотнул бесцветной жидкости. — С тобой хотел побыть. — Не влюбился? — Чимин хохотнул.       Еще чего. Не хватало только в тебя влюбиться, урод. — Я шучу, не напрягайся ты так. Знаю, что не любишь, ведь ненавидишь меня все еще.       Чимин поставил бутылку возле Чонгука. Он отошел на пару метров, чтобы начать разогревать свои связки. — Почему вы расстались с Лиру? — Потому что, по правде говоря, я был с ней ради секса. Она охуенная в постели. Ты бы знал. — Ты разве не по парням? — Что? Нет, конечно. Никогда, боже.       Хватит врать, я вижу тебя насквозь.       Чимин быстро растянул свои мышцы и предложил Чонгуку станцевать что-нибудь. Чон пожал плечами и поднялся с пола. Он снял с себя черный бомбер с вкладышами и бросил у зеркала. Очки в темно-каштановой оправе прямоугольные с плавными линиями положил поверх куртки. — Я думал, кстати, что ты перестал носить очки. — Нет. Редко их надеваю. Что танцуем?       Парни выдохлись. И Чонгук не добыл информацию про Тэхена. Никаких намеков. Да и расскажет ли он? Естественно нет. Придется идти по-другому пути: появиться во сне Чимина. Вот тогда он все расскажет.       Чонгук спустился в лифте в столовую. Жутко проголодался. Обычно он заказывает еду, но живот сейчас разорвется.       Юноша купил себе рамен и сел вдали ото всех. Он открыл крышку и почуял чудный запах лапши с приправами. Взял палочки, Чонгук приступил к трапезе, как его в ту же секунду отвлекают. — Это же ты, Чон Чонгук? — подойдя к столу, узнает с насмешками знакомый парень. — Я, и что? Какие-то неприятности? — Неприятности сейчас будут у тебя. Помнишь же Ко Ино? Да как ты вообще бы его забыл. Ты же убил его. — Ты кто такой? С чего вдруг начал обвинять меня в том, что не совершал? И я ем вообще-то. Это неприлично.       Незнакомец взмахнул рукой, и тарелка с лапшой полетела на пол. Чонгук вскочил с места, отодвигая ногами стул. — Ты что творишь, бестолочь? — А ты что, начал резать себя? — смотря на шею, саркастически задает он вопрос.       Чонгук наклонил голову параллельно полу. — Лучше сгинь, пока я не вызвал охрану. — А может, убьешь меня так же, как поступил с Ино?       Кулаки сжались. — Что такое? Почему дрожишь? Затронул твое эго?       В один момент незнакомец шарахнулся в сторону. Он чуть ли не свалился с ног. Его глаза дребезжали от страха. Прибежала охрана и вывела парня из столовой. — Что случилось? — подбегает встревоженный Чимин. — А он что здесь забыл? — смотря за уходящим под руку охраны, задается вопросом бесцветный.       Чонгук повернул голову на одноклассника. — Ты его знаешь?       Чимин бросил взор на Чона. — Так это Шинрэ. Ты не узнал его?       Чонгук помотал головой. — Что он хотел?       Я чувствовал присутствие демона. В тот момент, когда Шинрэ отскочил. Тэхен защитил меня: радоваться или огорчаться мне? Но я не просил о помощи. — Ничего. Просто поздоровался, — Чонгук поднял уголок губ.       Чимин сузил глаза, и согласился. Ему было плевать, это видно по его выражению лица.       Чонгук заново купил себе еды и пересел за другой стол. Без происшествий юноша смог насладиться лапшой. А после его потянуло в сон. Он разлегся на столе.       Я пришел в дом. Ищу Тэхена, а его нет. Возможно, у Сатаны? Он ведь говорил, что утром спускается в ад. Но буквально пятнадцать минут назад демон был со мной рядом.       Я остаюсь ждать в опочивальне. Жду долго.       Проходит, наверно, пять минут.       Потом еще пять минут.       Уже десять прошло.       Я наверняка скоро проснусь, а демона все нет и нет.       Ладно.       Плевать.       Тэхен заходит в спальню, когда я уже расслабился в одиночестве.       Он молча садится на кровать возле меня. Я слежу за демоном. Озаряюсь прямо в его белые орбиты. — Ты был у Него? — Да. Я солгал. Ему. Ну, как всегда. — Про что солгал? — Что не уберег тебя. А он же всевидящий. Он видит каждый твой шаг. Когда я нахожусь с тобой, он чувствует. — Зачем ты помог? Я не просил. Шинрэ уже уходил ведь. — Он хотел избить тебя до смерти. У него за пазухой был боевой пистолет.       Я усмехнулся, не доверяя своим ушам. — Тебе реально плевать на свою жизнь? — демон глазком посмотрел на меня.       Я не дорожу ею, ведь в ней нет тебя.       Тэхен отворотился от моих глаз. Стеснялся смотреть? Да что уж там: боялся. — Тебе хорошо с Чимином? — Не надо тут начинать. Я и так все сам прекрасно вижу. Он тот еще подонок. Лучше позаботься о себе.       Чонгук открывает глазные яблоки.       Кареглазый потер глаза.       Это все должно кончиться. Я не могу бегать из мира в мир, чтобы выяснять, зачем Чимину мой демон.       Чонгук долго ждал ночи. Просидел несколько часов подряд перед черным экраном телевизора. Однако ночь пришла, а сон нет.       До самого утра юноша сидел и не смыкал глаз. Они никак не задремали.       Утром Чонгук приготовил себе завтрак: тосты да чай. Подкрепившись, хотя жуть как не хотелось есть, парень лег на диване, сложив руки на животе. Он, не моргая глядел на белый потолок, словно пытаясь увидеть пылинку. Чонгук перевернулся на бок, и он посмотрел на задвинутые шторы перед окном.       Складывается ощущение, что я скоро свихнусь. Честно. Несколько часов подряд исследовать свои апартаменты. Причем детально. Проще закладку найти.       Чонгук плотно закрыл глаза в надежде, что сон пробудится в нем.       Нет. Сон пришел к нему.       Кто-то садится в ноги Чона и откидывается на спинку. Чонгук приоткрывает орбиты. — Тебе нельзя здесь быть же, — монохромно и с ноткой злости напоминает Чон. — Ты не пришел. — И что с того? Занят был. — Да, да, знаю я твои «занят». Почему не спишь? — Какая тебе разница? — Что за тон? У тебя что, месячные? — Какие еще месячные? — Или беременен?       Сощурившийся парень взглянул на демона. — Ой, отвали. — Лежишь как ободранная шавка после бурной ночи.       В ногах стало легче: Тэхен поднялся с дивана и отошел за него. Чонгук никак не реагировал.       В моменте демон беззвучно обращается к кареглазому с непустым стаканом, тыкая прямо перед носом. Чонгук опять отворил очи от заточения и привстал на локте. Он неуклюже принял стакан, интересующее и пренебрегающее рассматривая содержимую белую жидкость. — Это успокоительные. — Зачем они мне? — юноша поднял подбородок на стоящего рядом с собой демона. — Ты плохо спишь уже много дней. — Не дней, а лет. — Неважно. Пей.       Чон залпом влил в себя лекарство. Тэхен забрал стакан и отнес в раковину, находящуюся в кухне. — Ты же побудешь со мной, пока я не засну? — Да.       Демон сел на пол перед лицом парня. Чонгук криво улыбнулся, озаряясь в темно-зеленые радужки. Без слов и так ясно, как ему комфортно, уютно, безопасно.