Запятнанная футболка

Хочу поведать Вам историю обо мне, когда я думала, что жизнь бывает беззаботной, лёгкой и слаженной. И что ещё долго ждать то время, когда всё мигом обвалится. И вот мне уже 14 лет...

***

А началось всё в пять утра, когда я улеглась между своими братом и сестрой, целуя каждого в щёку, и заснула, ничего впредь не ожидая. Но мои прекрасные сны в один момент потрескались, я споткнулась и начала падать вниз до бесконечности. Это длилось недолго, так как меня разбудила сестра. – Вика, уже 7:37! Мама сказала мне разбудить тебя! – Сердито выпалила Ксюша, стягивая с силой с меня одеяло. – Ну Ксе-еня( можно ещё... пару часиков? – Я легла на другой бок. – Чего? Вставай, говорю. Тебе ещё одеваться, умываться, есть- – Я не ем по утрам, ты помнишь? – Я перебила её, смотря с неодобрением. Она специально так, или она просто забывает как всегда? – Мне без разницы, лишь бы ты подняла уже свой ленивый зад и была готова к выходу. – Обидно... – в шутку протянула я и, чуть не свалившишь с постели, поплелась ополоснуть лицо да протереть глаза, чтобы окончательно проснуться и больше никогда не гореть желанием спать. Хотя, я всё равно засну на первом же уроке – биология. Но взбодриться надо было. Так что, спустя пару мгновений, я была в своих стандартных чёрных одеяниях: кофта, заправленная в облегающую юбку карандаш, и немного просвечиваемые капроновые колготки. Тёмные волосы, растрёпанные по всей своей длине до низа груди. Прихватив с собой чёрный шопер с рисунком аниме героя, я надела уличные ботинки. Следом я всегда смотрюсь в зеркало в коридоре, чтобы разглядеть все свои основные и мелочные плюсы и минусы, но мы опаздывали: на часах 8:03. Вскоре, наша семья оказалась в синей машине, покрытая серой матовой оболочкой, из-за чего автомобиль выглядел "дорого-богато". Точнее, так считала мать детей. Сегодня была очередь Саши – моего брата, сидеть спереди. Как бы он не хотел, но Ксюша, как найдёт время, упрекает его в том, что он также может сидеть на переднем кресле, но брат отказывался, пока она его насильно не заставит. Никогда не понимала её – нам же лучше, если мы с ней будем меняться через день. А тут всего 2-3 раза в неделю вместо желаемых 3-4. Разница небольшая, но зато того стоит. Ведь спереди сидеть прикольно. А если мы ещё заезжаем во двор школы, примерно в 8:15, и я выхожу с переднего сиденья с сумкой... м-м, вот что мне по душе. Но я не сильно отчаивалась сегодня, поскольку когда мы только начали путь от дома до школьного заведения, то время достигло отметки 8:10. И всё же, волноваться нечего. По крайней мере, потому что сегодня четверг, а значит и мало уроков. Зато КАКИХ уроков... биология с физикой за ручку встречают меня, затем приветствует издалека алгебра, всеми любимый обед, до жути обожаемый английский, до жути ненавистный русский, и провожает меня братец алгебры. Шикарный день, особенно, когда сегодня две самостоятельных и тест. Люблю такие дни. Я не могу жить без них. (Когда уже суббота...) Призадумалась я, подпирая рукой подбородок и кладя локоть на колено ноги, которую я закинула на другую ногу. Ведь суббота – единственный день, когда я прихожу со школы и даже не беспокоюсь о том, что будет завтра. Ну, потому что, я знаю, что после субботы идёт воскресенье. Это все знают, кому не лень. И вот, наша машина подъехала лишь ко въезду во двор, а не в сам двор, так как Саня учился в другой школе, и ему тоже нужно как бы не опоздать. Я вышла с Ксеней, сидящая справа от меня. Затем мы вдвоём с ней, обсуждая сегодняшние скучные уроки, поспешили в школу. Обе переоделись и надели сменную обувь. Я пошла в конец коридора первого этажа, а Ксюша пошла на четвёртый этаж – у неё была история. Порой мне кажется, что история в какой-то степени даже лучше, чем русский. Не из-за скучного или ненужного в нашей жизни материала, что нам дают, а из-за преподавателя. Русичка бывает сложным человеком, но на то она и русичка – все учителя русского "необычные". Ну, мне так казалось во время просмотра тик токов про учителей русского и то, какие они ужасные. Когда я забежала в класс, время было 8:27. Я успела до второго звонка, отлично. Я, разложив учебник, тетрадь, тпо и пенал в углу справа сверху на парту, улеглась, сжимаясь в скрещённых руках. Пролежала я так недолго, так как учительница объявила самостоятельную работу. (Блин, забыла... но ещё хуже то, что щас будет ср! Жесть какая) Мельком проплыло у меня в голове, всё так же нечёсонной. Нам раздали тетради. (Чё там вообще за тема была? Не по зверей, случайно?) Про зверей. Я её неплохо знала, так что, когда все написали работу и сдали учителю, а в конце урока поведали нам оценки, я получила 4. (Вау, я умная, оказывается...) Я восторгалась своим умом, хоть я на половину заданий отвечала рандомно. В любом случае, после уроков, я пошла одеваться, чтобы выйти на улицу, ведь меня заберёт мама и мы поедем мне за паспортом. – Ты подпись-то свою не забыла? Ты тренировалась? – Спросила мать, пока заводила машину. – Да-да, мам, помню, – ответила с безразличным лицом, не подавая виду ни для одной эмоции. А на вопрос "Какие за сегодня получила оценки?" я сказала, что нормальные, и что за биологии 4, не упоминая о точ, что за тест по алгебре у меня 2. Не хочу, чтобы мама волновалась. По крайней мере, сейчас. Мы приехали на место и зашли в здание. Я забрала мой паспорт, который благополучно подписала, и поехали, развернувшишь, в сторону театра. – Не волнуешься? – Вздохнула мама. – Немного. Но, спасибо за беспокойство, – протянула я. Мы ехали на моё первое занятие по театральному кружку. Я не была уверена, что мне понравится, но так же была не уверена, что я почувствую отвращение к этому делу. Внутри нас встретила восхитительная девушка, с рыжими волосами, нежно-голубыми глазами и в красном свободном платье. – Здравствуйте! Ты, должно быть, Виктория? – Поприветствовали меня. – Здрасьте, да. Можно просто Вика, – осмелилась я повернуть язык для этого. Я, обычно, не такая смелая, но сегодня я чувствую себя грозной львицей. Наверное. – Хорошо, Вика. Следуй за мной, в другой комнате находятся наша группа. Пошли) Я поддалась её упрёку и поплелась за ней в кабинет слева по коридору. Там меня окружили ребята. Кучу взглядов изучали меня снизу доверху. Меня было некомфортно в такой обстановке, лишь потому что я лютый социофоб, но когда-то ведь надо перебороть себя, всё-таки. – П-привет, я Вика... а Вас как? – Протараторила я, рассматривая всех с опаской. Все начали во весь голос кричать свои имена. Я не могла выдержать такой нагрузки, не могла. Поэтому я прошмыгнула сквозь толпу и сбежала в неизвестном направлении куда-то по мягко освещённому холлу. Добежав до конечной двери по середине, над которой висела табличка "Администрация", я, облокотившись на стену, отдышалась. Учительница тут же нашла меня, взяв за плечо и утащив меня обратно. – Всё в порядке, Вика? Тебе плохо? Может- – Нет, я нормально... то есть, всё суперски... и-извините... – я мямлила какую-то дичь, пока плелась вместе в девушкой. – Наверное, тебе сейчас не стоит заниматься. – Как скажете... – протянула я, тяжело вздыхая. Вместе мы вышли на улицу к магине, где меня ждала мама. Но ожидала она меня гораздо позже, когда закончится урок, но он ещё даже не начинался. – Здравствуйте... Вика? Что-то случилось? – Спросила она женщину, держащую меня. – Вашей девочке стало плохо. Думаю, сегодня её первое занятие отменяется. Это нормально, когда у ребят кружится голова, ведь им нужно выступать перед остальными. Отвезите её домой. – Хорошо, да. Она у нас слегка стеснительная... – Не в этом дело, – приговаривала рыжеволосая. – А в том, что другие дети морально надавили на неё, из-за чего случилась паническая атака. В этом ничего страшного нету. Нужно просто отдохнуть. – Она отдала моё тело в другие руки, уходя обратно в помещение. – Звоните, как ей станет лучше. – Да, обязательно, – мать перехватила меня, усадив на заднее кресло. Сама села за руль и поехала до нашего дома.

***

И так каждый день, шесть рабочих дней в неделю. Также хобби, которым я уделяю время: рисование, чтение, пение, танцы, анимирование, жонглирование и написание фанфиков. Зато никаких кружков. И в этом есть свои плюсы: всем этим я занимаюсь, сидя дома. На меня никто не смотрит. Я могу делать всё, что захочу и как захочу. Могу беседовать сама с собой о чём угодно. Да, иногда общение со своими мыслями доставляет удовольствие. Также я слушаю музыку, чтобы успокоиться либо побеситься. Неважно, какую – важно, чтобы она была мелодичной и нравилась мне. Во время домашнего задания, работы по дому, поездки и др. у меня в наушниках воспроизводятся случайные треки с вк, или мой плейлист. Но вернёмся к тому, как началась чёрная полоса в моей жизни – конец шестого класса. У нас тогда был экзамен по биологии, который я не сдала. В первый, во второй, и даже в третий раз. В четвёртый раз мне не хватило примерно балл и пару до проходного, так что меня пожалели и поставили мне эту тройку. Счастью не было предела, но я не подавала особого виду. Я не хотела оставаться на второй год. Но, если бы уж так и случилось, я бы, думаю, мало потеряла, так как моя сестра учится в шестом классе на данный момент. Ну да ладно. Следом прискочил и седьмой класс – подумаешь, плюсом ещё три урока, не считая разговор о важном по понедельникам и внеурочек. А также 5 штук впр и 4 обязательных экзамена. Нормас – сказала бы я. Но, меня только ждёт эта буря заданий, и я невольно-таки дрожу от того, что там такого будет. Окей, я знаю задания по английскому, по физике и по русскому, что уже неплохо. Осталось добыть информацию про математику и всё будет хорошо.

***

Я полностью открыла окно ночью, так как была ужасная жара, а я не переношу жар. "Не разжарит", – Так любит говорить моя мама. Но я тут же ей напоминаю, что меня ТОЧНО разжарит и я, может, упаду в обморок. Образно, хах. Мне просто становится тяжело дышать, так ещё и... хм, я не рассказала про свой диагноз по жизни, точно. Это не психология, не-не. Называется та фигня "Аномалия Эбштейна". Когда медсёстры болтали друг с другом, пока осматривали меня, то всё время поговаривали что-то непонятное мне. Так я ещё по жизни нихера не слышу. (Чо нафиг? Какой Энштейн...) Такое было моё первое впечатление. Сейчас же всё встало на свои места. Болезнь такая, по большей части, не у всех, и не у многих. Кратко – это редкий порок сердца, который – редкий. Он встречается с частотой в 1% у тех, кто родился с врождённым пороком. Да, это я) ну и вот. Я родилась с отзеркальными органами – сердце справа, желудок слева и т.п. И тогда у меня обнаружили порок сердца, который в год чудом исчез. Все недоумевали, и мама тоже, но затем выдохнули да забыли. Но, мне нельзя силньо напрягаться, когда речь идёт о беге, прыжках, танцах. На физре я, обычно, без формы, но, когда мне становиться плохо при беге, мне разрешают посидеть. Вообще физрук у нас мужик здоровский. Клёвый парень. Однако, танцевать я люблю, но стараюсь делать это аккуратно и без резких движений. Мне становится тошно и трудно дышать, когда, например, мне очень жарко, или я волнуюсь/на нервах, когда я перетрудилась и прочее и прочее. Нелёгкая жизнь сложного подростка.

***

Может, рассказать про случай с моей самой первой, и, пока что, последней любовью? Второй класс, зима. Я и ещё человек десять точно были со мной в школьном лагере. Тогда я не отличалась умом илм красотой. Я была простушкой, что только и делала, что липлась ко всем. Пацанам. Мы с подружками, что, кстати, всё ещё учатся со мной в одном классе, сидели в нашей комнатке да болтали. Пришёл Кен и сел на одну из наших кроватей. И кажется: стдит компашка мелких да болтает о фигне. Нет. Восьмилетняя я толкаю его, чтоб он лёг на кровать, стою на руках сверху него и – целую. Все в шоках типо, а он такой типо что и ушёл. С одной стороны я горжусь собой, с другой – нет, поскольку сейчас мы находимся, как на ножах. В сильной ссоре. Не будес об этом. Тогда он мне и понравился. До пятого клааса он особо не придавал мне прям такого значения, и я, кажется, знаю, почему. Тогда с нами учился Вадя, пока он не переехал в другой город в начале шестого класса. Я ему очень нравился и ему казалось, что мы встречаемся, хоть я и не давала согласия. Также один раз он меня лапал за зад. Окей, например, мы бы были одни, не знаю, в ванной там и т.д. В МАШИНЕ ДВУХ УЧИТЕЛЕЙ. Что, прости? У него папа работает полицейским, насколько я осведомлена, и он даже пару раз был у нас в школе. Думаю, он был оценил. Да, у нас классуха и физрук – супруги, которые ещё и напротив моего дома живут, найс. Переходим к сегодняшнему времени. Что же происходит на данный момент, сейчас? Что-нибудь изменилось? Кто знает. А, ну да, это знаю только я. Когда узнаю, конечно же.