взаимно

ревность кислит желчью в горле. разъедает глотку и всё тело изнутри. каждый взгляд, не направленный на него, отдаёт отвратным запахом в носу. хочется вырвать эти рыжие волосы. рвать и рвать тело нила, пока тот не захлебнется собственной кровью и не исчезнет из жизни миньярдов. немыслимо переносить эти их многозначительные разговоры. каждый раз вязкая слюна обволакивает больное горло. это даже не простуда, тупая психосоматика. не высказал всё что хотел? уебись с больным горлом. аарон прекрасно это понимает, различает боль реальную и нет. поэтому только больше курит, чтобы яд затягивал всё его тело, делал ещё больнее. — у вас всё же одинаковые вкусы на парней? — а ведь никки, сука, всё знает, но строит из себя дурака так профессионально, что иногда хочется разбить его лицо об стену. выплесков гнева становится всё больше, а разум кричит, чтобы аарон уже осознал, что в постели эндрю каждую неделю ему нечего ловить. но ведётся на драку, на «примирение» после. не может остановится глазеть на такое же лицо, только с окончательно потухшими глазами, что странно, потому что каждый взгляд в зеркало на себя заканчивается блевотой в унитазе.

и аарон даже не догадывается, что эндрю тоже рвёт изнутри от каждого взгляда кевина на близнеца.