Это не мой дом

День. Прошел день с битвы Нарнии против тельмаринцев. Битвы, в которой обе стороны опять потеряли многих отважных войнов, друзей и товарищей. - Лу, ты идёшь? - спросила, вошедшая в покои, Сьюзан, - Все уже собрались. Я, опомнившись, кивнула, возвращая свой взор в собственное отражение. Девятилетняя девочка в милом розовом платьице и серебряной короне, схожей с прелестным венком лесных цветов, покрытых серебряной краской. Та самая корона, что украсила голову юной королевы больше тысяча трёхсот лет назад в Кэр-Паравеле... Та самая корона, которую одел на восьмилетнюю девочку её близкий друг - мистер Тумнус... Но это всё осталось в, казалось бы, далёком и в то же время в недавнем прошлом. На глазах стали наворачиваться слёзы, которые я преждевременно вытерла шёлковым рукавом. И, постаравшись избавиться от непрошеных печальных мыслей, я вышла вслед за сестрой.

***

Прекрасный летний день. Вероятно, по воле Аслана яркие лучи солнца греют всех своим теплом, а на небе лишь изредка можно встретить белоснежные пушистые облака, от чего праздник в честь объединения народов Нарнии и Тельмарии и коронации уже короля Каспиана Десятого становится всё ярче и красочнее. Я всместе с братьями, сестрой, как законные короли и королевы, следуем по объединенным территориям к новому замку за Каспианом в шествии, за которым следует весь народ. Множество людей и различных существ, с некоторыми из которых мне уже довелось познакомиться за эти дни с момента возвращения в Нарнию. Но среди них нельзя уже встретить знакомые лица бобров, мистера Тумнуса и лиса. Эдмунду больше не доведётся ехать верхом на его старом приятеле Филиппе. А многие кентавры лишь небольшими чертами схожи с их древними предками, что сражались с нами бок о бок против Белой Колдуньи. Единственными людьми в золотом веке Нарнии являлись лишь мы с сестрой и братьями... Дочерьми Евы и сыновьями Адама... А сейчас человеком является каждый второй житель нашей страны. А может уже и не нашей... Я взглянула на Каспиана, возглавляющего нашим шествием. Глядя на него, я понимаю: новый король сможет сохранить порядок в Нарнии и привнести в него покой и радость, которые исчезли вместе с нами.

***

Пятеро королей и королев сидят в одном из залов нового дворца. Слишком большое количество людей и мнений, имеющих примерно равные голоса, как по мне. Когда-то давно, в прошлом для этого мира и чуть больше года назад для меня, мы четверо так же собирались в нашей общей комнате Кэр-Паравеля, наполненному уютными диванами, камином и гобеленами, некоторые из которых мы со Сьюзан вышивали сами. Но сейчас всё происходит в тронном зале, сером помещении, в котором нет ничего помимо царственных кресел, принадлежавших лордам Тельмарии. Но кое-что не изменно даже за больше тысячи лет. Я, вполуха прислушивающаяся к обсуждению, не предполагаю попытку привнести свой голос в разговор. Обычно я в конце консилиума принимаю выбор большинства, лишь в редкие моменты, когда я считаю необходимым, соглашаюсь с кем-то из братьев или сестры, чьё мнение я считаю более правильным, но которое по каким-то причинам не считается предпочтительным. Но даже этому было суждено измениться, поскольку с появлением Каспиана количество голосов увеличилось и сейчас моё мнение оказалось решающим. - Так что ты думаешь, Лу? - этот вопрос заставил меня обратить внимание на Питера. Суть сегодняшнего собрания заключался в появлении недовольных жителей, что оказались возмущены новообретённым союзом двух народов. Они не предпринимали никаких решительных действий, но одно их существование является опасной причиной национального конфликта. Питер, уже имевший предрассудки касаемо тельмаринцев, решил сохранить хорошие взаимоотношения на расстоянии, отстроив новый город в отдалении, с чем, разумеется согласился Эдмунд. Каспиан, при поддержке Сьюзан, считал, что это решение может стать бо́льшим поводом для раздора, чем предполагалось изначально. Он считал, что все недовольства пройдут со временем, когда оба народа свыкнуться с новыми устоиями и сдружаться. Как по мне, эта идея звучала слишком идеализировано. Подобное уже случалось, когда после битвы с Белой Колдуньей некоторые её последователи отказывались сожительствовать с нарнийцами. Тогда мы лишь при помощи Аслана и долгих упорных лет переговоров смогли добиться мира. Но сейчас всё куда сложнее... За прошедшую тысячу лет конфликтов все существа стали более суровее и жёстче... Но в чем Каспиан действительно прав: обособившись, люди и нарнийцы продолжат разделять себя на два народа, от чего им будет сложнее сдружиться друг с другом. И, как по мне, легче отгородить недовольствующих тельмаринцев от остальных, давая тем возможность сдружиться без влияния посторонних предубеждений... И, судя по взглядам направленных на меня, эту мысль я умудрилась произнести вслух... - И как мы по твоему должны это сделать, Лу? Ты понимаешь, что это с нашей стороны будет выглядеть негуманно и жестоко. И куда мы по твоему должны их отправить? И... - Могу предложить свою помощь в этом вопросе, - перебил гневную тираду Питера Аслан, вошедший в зал. Как обычно мягкой и бесшумной поступью он вошёл в тронный зал, остановившись возле моего места. Он провел своим взглядом по всем присутствующим, остановив его на мне. Что-то разглядев во мне, он более печально согласился с моей идеей предложив завтра в полдень собрать всех жителей по такому поводу. И какие бы у королей и королевы не было бы сомнений, никто не стал спорить со мнением Аслана.

***

В полдень, когда все собрались, Каспиан начал произносить речь перед народами. Его четкие при этом мягкие слова заставляли не только нарнийцев и тельмаринцев довериться ему, но и меня. Я действительно смогла доверить ему свою страну, зная, что он будет с такой же уверенностью держать свой меч за каждого жителя, как это делал в своё время Питер, охранять порядок внутри страны, как это делал Эдмунд, решать важные проблемы, как Сьюзен и оберегать Нарнию, как когда-то делала я сама. И как бы не было обидно так скоро уходить, когда об этом сообщил Питер, и осознавать, что двоим из нас будет закрыт проход обратно, один лишь теплый львиный взгляд помог мне принять это. И как бы не было больно прощаться с новыми знакомыми и друзьями, вроде МД, я спокойно ушла, ведь это был уже не мой дом.