любовь на грани возможного

«Что случилось однажды, может никогда больше не случиться. Но то, что случилось два раза, непременно случится и в третий.»

─────« • ❁ • »─────

Люди часто не ручаются за свои поступки в той мере и степени, в которой это требуется, что почти всегда приводит к тем последствиям, которые мы имеем сейчас. Устраивает нас это или нет: такова действительность. —Боже… - Чонвон, еще не до конца осознавая, что прямо сейчас происходит перед его глазами из-за действия алкоголя внутри его организма, стал судорожно искать свой телефон в кармане его атласных черных брюк в надежде набрать в полицию и скорую, чтобы все что здесь происходит обошлось без смертей, но одно мгновение и разблокированный телефон с номером «112» выхватили прямо из рук парня, ведь сделать это было проще пареной репы. Мало того, что у Яна просто-напросто не хватило бы сил дать кому-то отпор в его положении, хоть он и до сих пор владел техникой тхэквондо с самого детства, так и тот, кто отобрал устройство был довольно силен, а мускулистые жилистые руки незнакомца резко сжали запястья Чонвона и выкрутили кисти за его же спиной, прижимая бедра к раковине и поворачивая корпус тела прямо напротив зеркала, подсвечивающегося той же неоновой фиолетовой лампой, что прокладывала путь сюда, до входа в это место. -Думаю не стоит этого делать… - слегка невнятно произнес схвативший Яна парень, а если быть точнее, Пак Чонсон. -Тебе ведь не нужны лишние проблемы в университете? -Какого хрена тут происходит? Твою мать, это незаконно, - злясь то ли на себя, оказавшегося не в ту минуту и не в том месте, то ли на того, кто стоит прямо позади него с властным выражением лица и ухмылкой, знакомой до жути, почти во весь голос сказал Чонвон. Возле мраморных стен, отражающихся в зеркале, в состоянии эйфории лежали пара человек. Они были явно дизориентированы во времени и пространстве, что очень пугало Вонни. -Неужели ты непонимаешь, ха-ха, я просто хочу получить удовольствие, -медленно теряя рассудок шепчет на ухо Джей. Его действия были непонятны и бесцельны. Хотя, думаю всем известно, что цель, как он сказал ранее, была известна всем. Вряд-ли он понимал и осознавал, что перед ним стоит не какая-то игрушка или девушка на ночь, а его сосед по комнате, которому было тошно одно слово о Пак Чонсоне. -Ублюдок, отпусти меня, ты неаддекватен, - в приказном тоне, чувствуя приближающуюся опасность для самого же себя, уже не совсем уверенно, но с должной злостью сквозь зубы цедит Чонвон. -Не-а, - одной рукой держа руки парня, а другой медленно спуская с плеча ткань той самой белоснежной блузы, что так сомневался надевать для выхода Ян, и, наверное, он был прав. Рука того, кто выше, медленно сползает к талии Чонвона, что вызывает лишь мурашки, но не от наслаждения, а от пугающих действий человека в наркотическом опьянении. -Какой же ты мудак, - уже с катящимися по щекам, с легким румянцем из-за выпитого сегодня, слезами лишь молвит Ян. Но в ответ лишь молчание и полное игнорирование слов помощи. Беспомощный в этой ситуации, Чонвон отчаянно пытался вырваться из крепкой хватки парня, что был значительно выше, но все попытки оказались напрасными. В то время, как Джей обжигал своим дыханием фарфорувую белоснежную кожу Яна, и никто не знает что могло произойти в тот момент тем самым поздним вечером, если бы не внезапное появления Сонхуна в дверях уборной, что было огромным спасением для Яна. -Пак Чонсон, ты что нахуй делаешь!? - пару шагов в направлении происходящего, и старший дал тому крепкую и звонкую пощечину, дабы привести друга в чувства, но, вероятнее всего, это не помогло. Хун оттолкнул Пака к стене, чтобы тот держался от младшего подальше. Неизвестно, каковы были его намерения на самом деле, но было понятно кому угодно, что привело бы это к худшим последствиям. -Ты в порядке? - для перестраховки спросил старший Пак, на что последовало кроткое «Да» Чонвона. Руки Яна сильно покраснели, а на глазах выступили слезы, еще не до конца осознавая произошедшее с ним. Это было похоже на его состояние в последние школьные годы в его первом учебном заведении. Тогда он тоже чувствовал себя беспомощным на фоне других одноклассников и тех подонков из компании Чонсона. И он резко сорвался с места, чтобы выбежать из бара и найти тихое место, а после хоть немного привести себя в чувства. Посетителям заведения было буквально плевать, все они выглядели беззаботно веселыми под дествием алкогольных напитков из бара, кто-то целовался прямо на глазах у посетителей, кто-то просто танцевал, маня своими пластичными движениями, от которых самому Яну становилось тошно и душно, в баре действительно нехватало воздуха. Взглядом Чонвон пытался найти своего друга, но людей было настолько много, что было почти невозможно найти хоть пару знакомых лиц. Ему хотелось рыдать от сложившейся ситуации. Воздух пропитан запахом пота, алкоголя и дыма от сигарет. Хотелось поскорее выбежать отсюда. Яркое и мигающее освещение в клубе вызывало лишь раздражение, но не как прежде, желание отдохнуть и расслабиться. С каждой секундой в глазах парня темнело, а в сознании ничего не оставалось кроме паники и алкоголя. Благо инголятор находился в его сумочке, иначе бы это кончилось куда хуже. Парень выбежал из переполненного ночного клуба и мгновенно ощутил облегчение. Его легкие будто вдохнули свежий воздух, все еще заполненный пылью от машин и самого Сеула, а его тело сразу же почувствовало освобождение от жары и тесноты, которые царили внутри. Сердце Чонвона продолжало биться быстро от волнения и от пережитых эмоций во время пребывания в клубе, а его горло пересохло от стоящей в воздухе смеси неприятного запаха. За углом бара, где все так же светились неоновые вывески, царило безлюдие и тишина, лишь пара официантов бара отошли, чтобы перекурить и обсудить никому непонравившееся начальство. Ян облокотился спиной на кирпичную стену, заполненную плакатами и объявлениями о поиске барменов и рабочих в клуб, зарываясь своими тонкими худыми пальцами в свои темные волосы, спустился ниже, чтобы хоть ненадолго присесть и перевести дыхание. Тот вечер надолго останется в памяти Яна.

─────« • ❁ • »─────

Через пару часов благодаря такси он оказался уже в общежитии. Его ноги не слушались, а пальцы еле сжимали перила лестниц, ведущих вверх, в его пока еще пустующую, вероятнее всего, комнату. Лифт ко всему прочему ремонтировали, так что возможности подняться на свой этаж не было. Желание было лишь одно - принять холодный душ и освободить тело от грязи и касаний Чонсона. Спустя долгих пятнадцать минут парню удалось подняться и сбросить с себя всю одежду, пропитанную запахом алкоголя вперемешку с запахом самого клуба. Блуза перестала сковывать движения Яна, а в комнате было все также пусто. Оставалось надеяться, что его сосед вовсе не изъявит желания появиться сегодня ночью, ведь это последнее что хотел Ян Чонвон сегодня. -Думаю он остановится в квартирке своего папаши, если его еще не повязали, - с неприязнью проронил Ян. После долгого и тяжелого дня, есть нечто освежающее и особенное в принятии душа. Шагая в ванную комнату, ощущение усталости и зажатости начинает медленно отступать, когда вода, струей лишающей Чонвона всех следов ночного «веселья», начинает окутывать его тело. Первая капля, упавшая на кожу, заставляет его вздрогнуть от ощущения прохлады. Она приносит чувство облегчения и освобождения. Струя воды, медленно переходящая в поток бодрящего дождя, проникает в каждый уголок тела парня. С каждым мгновением ощущается, как стресс и напряжение остаются вместе с мыльными пузырями, которые нежно скользят по коже Яна, освежая и очищая. Весь этот процесс - смешение ароматов, звуков струи воды и прикосновение массажных частичек - привносит гармонию и спокойствие, позволяя Чонвону хоть немного отдохнуть. С каждой минутой тело и душа находят свое прежнее равновесие и вода, окутывая тело, снимает все остатки и следы прошедшего дня. Парень выключает воду и открывает душевую кабину, вздыхая с облегчением. Ян достает полотенце, в то же время продолжая наслаждаться приятной прохладой после душа. Недолго думая, Чонвон еле-слышно проходит в спальню, дабы выбрать себе толстовку, но сперва замечает записку у себя на столе, какую не видел ранее. Это не было похоже на его стикеры для заметок важных дел на день. Да и почерк был другой, с именем «Ким Сону» снизу, помечая автора послания. У Кима действительно были ключи от комнаты Яна, они сделали их почти сразу, чтобы всегда иметь возможность прийти друг к другу. «Напиши мне срочно где ты, я переживаю. После того как ты ушел в туалет, я думал ты ушел в общежитие, но здесь тебя нет. Я действительно волнуюсь» -Ох, Сону, знал бы ты, что произошло сегодня… - с усталостью, но уже со смирением на лице сказал сам себе Чонвон, оставив короткое сообщение в KakaoTalk своему другу о том, что все хорошо и он добрался в общежитие.

─────« • ❁ • »─────

Классическое худи серого цвета на пару размеров больше размера одежды Яна с логотипом его любимой группы создает ощущение комфорта и уюта. Это худи, как и его старый рюкзак, напоминает ему о приятном времяпровождении с семьей и навевает лишь теплые воспоминания. Перед зеркалом он аккуратно надевает его, приводит в порядок свои еще влажные волосы и натягивает слабую улыбку, убеждая самого себя, что сейчас все хорошо. Закрыв за собой дверь комнаты, парень направляется к выходу из общежития. К слову было около одиннадцати вечера. Шагая по коридору, он слышит шум толпы студентов, торопящихся на встречу с друзьями, а некоторые напротив, в свои комнаты, чтобы подготовиться к предстоящему зачету и погрузиться в материал. Но Чонвона интересует другое - спокойствие, которое можно найти только у моря перед сном. Как только парень выбирается из общежития, его лицо ощущает легкий соленый бриз, который встречает его на этой тихой ночной улице, ведущей к тем самым качелям, слабо заметным с этого места. Фонари на улице создают нежный голубой свет, и звуки прибоя становятся все более отчетливыми. Ян глубоко вдыхает свежий морской воздух, ощущая, как напряжение покидает его тело. Он начинает идти, направляясь к набережной, где едва слышными шагами достигает песчаного пляжа. Оказавшись на берегу, парень обнимает самого себя, наслаждаясь теплотой своей толстовки и приятным прохладным ветерком, обдувающим открытые участки его кожи. Он поднимает глаза к небу, наблюдая за звездами, которые сверкают ярче и чище в этом удаленном уголке. Звуки прибоя становятся все более интенсивными, волнуя его мысли, но успокаивая его душу. Чонвон закатывает глаза, отдаваясь этому моменту и гармонии с окружающим миром. Наконец, парень останавливается и садится на широкие двухместные качели, которые всегда служили ему одноместыми и он спокойно мог вытянуть ноги во весь его невысокий рост. Парень наблюдает за морским горизонтом, где стыкуются небо и океан, а также его мысли между собой, словно они были частью бесконечного прилива и отлива. Не сказать, что алкоголь к тому моменту до конца выветрился из ума Чонвона, что придавало ему некоторую смелость, незнакомую ему ранее. Но спустя какое то время тишина все же нарушается, и виной этому стал силуэт, неожиданно появившийся из глубин ночи слева от плеча Яна. Его лицо было скрыто капюшоном черной толстовки с графичным принтом рок-звезд девяностых и гитар, добавляя загадочности его облику. -Красивое зрелище, не правда ли? - его голос медленно, но уверенно разносился в воздухе и резонировал, словно тихий гром. -Эм… Что? - удивленно и озадаченно спросил Чонвон, явно не ожидая встретить кого-то в позднее время здесь. -Хочу перекурить, не против моей компании? - на что Ян лишь упрямо цыкнул, убирая ноги со второго места на качелях, но все же соглашаясь на предложение. Он вовсе не желал видеть лицо собеседника, ему нехватало анонимных разговоров, чтобы излить душу хоть кому-то, кому совершенно неинтересна его история жизни, его положение в обществе и его характер. -Ты живешь поблизости или здесь учишься? - поинтересовался с совершенно спокойным выражением лица Чонвон. -А это имеет значение? - выдохнул сквозь зубы дым от сигарет незнакомец и, решив не отвечать на поставленный вопрос, перекинул стрелку на собеседника. -Да нет, просто интересуюсь. -Я уже видел тебя пару раз здесь, не знал стоит ли подходить, - невзначай начал собеседник. -Не стоит, - с таким же отверженным ответом продолжил диалог Чонвон, с каким ответил на прошлый его вопрос незнакомец. После чего безудержанное молчание длилось около десяти минут. Так не могло продолжаться, а дым от сигарет незнакомца с каждой секундой отсутствия разговора становился лишь гуще. Яну ничего не оставалось кроме того, что начать разговор вновь. -Знаешь, кем бы ты ни был, хоть я и не думаю, что откровения с незнакомцем у берега моря - лучшая идея, но, буду говорить честно, я не хочу жаловаться и выдавать себя как слабого человека, но с самого, мать его, детства, с малых лет, мне было чертовски тяжело, - с вновь выступившими на глазах слезами продолжил Ян. -Моя мать тяжело больна, мой отец умер, а сестра пашет на нескольких работах, успевая при этом держать свое положение среди работников месяца. С самого детства мои конченые одноклассники, если их можно ими назвать, издевались надо мной, вышвыривали вещи из кабинета, да даже заставляли носить им ланч, чтобы усмирить их голод. Они вели себя не лучше диких зверей. Но только я не понимаю, почему их добычей был именно я. -Мне действительно жаль, но, по-моему, сейчас ты жалуешься. -Да даже если так, наверняка ты даже и представить себе не можешь такой жизни. По виду не скажешь, что ты из проблемной семьи. -По тебе тоже не скажешь, и что же мне остается? Судить людей по внешнему виду? -Я вовсе не это имел ввиду… Но… -Да будь я даже и не из проблемной семьи, у меня есть куча проблем, которые представить другим будет сложно. Да, у меня есть куча вредных привычек, начиная от курения и баловства травкой, заканчивая ежедневными походами в бар с друзьями, но не людям решать где и в какой семье рождаться. Моя семья может и имеет деньги, но это не значит, что все в моем детстве было мирно. -Эм… Ясно. -Это все что ты ответишь? Так я хочу сказать, что мой отец любил выпивать и любит по сей день. А после этого под горячую руку попадался лишь его сын, то есть я, ничего не умеющий семилетний ребенок, что еще ничего не смыслил в жизни, но получавший достаточное количество синяков на немриметных местах, чтобы окружающие люди, черт возьми, не заметили побоев на моем теле. А моя мамаша благополучно свалила после развода с отцом, оставив меня одного и не соизволила забрать меня с собой. Он мог меня обеспечивать, переводить во все школы Кореи, да и других стран, но не все было так прекрасно, как казалось людям, - на эмоциях, неожиданно сам для себя выпалил парень, будто почувствовал свободу слова лишь на несколько минут. -Но, ладно, это не так важно. -Извини, я не знал этого, мне правда очень жаль, - чувствуя вину после своих холодных ответов, стал резко извиняться Ян. -Все нормально, я тоже не люблю жаловаться, но думаю это можно иногда позволить, хах, мне тоже жаль, что тебе пришлось через это пройти. Смерть родителей это чертовски больно, не буду говорить, что знаю какого это, ведь это будет неправильно, - уже с поникшим голосом произнес на эмоциях собеседник. Каждая фраза, каждое произнесенное слово, словно капли дождя, тихо падает на покрытый песком путь. Теплый морской ветер разносит эти слова в ночь, где они звучат словно музыкаю сливающаяся с журчанием волн. Они разговаривают в спокойной обатановке, не торопясь, словно время останавливается в этом месте. Лица парней скрыты в сумраке, что вовсе не мешает продолжению диалога. Их взгляды не пересекаются, но этого и не требуется. В этом мире тишины они находят свой особенный и незнакомый никому кроме этих двоих общий язык. Спустя время незнакомец все же решает пойти домой, ограничиваясь кивком и самым простым: -До встречи, мне действительно пора… -Да… Пока, - с чувством смирения и преобретенного от бесконечных разговоров спокойствием еле-слышно произнес Ян. Парень остался на качелях совсем один, глядя на темноту моря, и слышал отдаленный звук шагов. Так незнакомец уходит, оставляя за собой воспоминания, которые к новому дню станут невероятной историей.