Толпа душ на двоих

— Вы уверены? — тихо спросила ведущая. — Иначе было бы странно спрашивать про него. Он падает. Это я вижу чётко. Просто выдох, как "хха"... И улетает вниз. Падает. Истерика. Не видно ничего внизу. Слёзы глаза застилают. Девочка плачет. Пытается успокоить. Он улыбается. Смешит её. Шутку какую-то рассказывает. Похороны. Слишком запутано всё. Вы думаете обо всём подряд, но, в любом случае, спасибо. Вы многое прояснили. — под конец обратилась к беременной девушке ведьма. — Rezvendas. Это всё, что я могу сказать о нём на данный момент. Вы хотели бы узнать что-то ещё? — Лекси повернулась в сторону Веры. — Расскажите нам, как он умер. — Упал. Падение с высоты. Однако, если Вы хотите, чтобы я покопалась глубже, я могу это сделать. — Да, мы хотим этого. — за двоих ответила ведущая, переглянувшись с девушкой. — Здесь нет кровных родственников этого человека? — Нет. — Тогда призвать его я не смогу. Пускай разговоры с мёртвыми останутся в истории как кредо Олега. На некоторое время девушка затихла и стала искать нужное заклинание в гримуаре. Найдя же более-менее подходящее, Лекси обратилась к Вере. — В любом другом случае я бы попросила у Вас частичку умершего, однако мне повезло. Здесь находится его дитя. Ведьма замолкла и перевела взгляд на героиню испытания. — Только я буду работать лишь после Вашего согласия. — Это не опасно для него? — Конечно нет. Он мне нужен лишь для того, чтобы связаться с Сергеем. Считайте, что это то же самое, что и брать анализ ДНК. Фигурально выражаясь, я всего лишь проведу ватной палочкой по внутренней части щеки. Ничего страшного. Могу подписать бумагу о том, что полностью согласна нести ответственность за свои действия. — улыбнулась Лекси, стараясь приободрить мамочку. — Ладно. Делайте, что надо. Ведьма достала из своего рюкзака баночку из прозрачного пластика, в котором находилась соль. Лекси принялась сыпать её, рисуя пентаграмму, призванную защитить от проникновения в этот мир озлобленных духов или, что ещё страшнее, демонов. Закончив узор, Александра расставила по углам звезды свечи. Оставалось лишь зажечь огонь, и именно в этот момент ведьму чуть не подвела привычка. Она уже подняла руку над свечами, как резко одёрнула себя и потянулась за зажигалкой в карман кожанки. Огонь заплясал на фитилях, а значит, можно было начинать ритуал. — Можете подойти ближе? — Да. Девушка встала с дивана и уже было направилась к Лекси, как организаторы принесли стул для беременной. Она опустилась на предложенное место и с тревогой стала смотреть на ведьму. — Могу я прикоснуться к Вашему животу? Это абсолютно безопасно, уверяю Вас. — Хорошо. — Операторы, снимайте кого и что угодно, но только не пентаграмму со свечами. Поняли меня? — по комнате прокатилась волна согласия. — И если я в выпуске увижу, что кто-нибудь из Вас снимал хотя бы издалека или даже размыто... — тут ведьма замолчала, обводя взглядом каждого оператора. — Наказание последует незамедлительно. Только после того, как все согласились с озвученным приказом, Лекси принялась за работу. Ведьма аккуратно разместила свою ладонь на животе девушки и стала прощупывать магией малыша. В том, что это мальчик, Александра не сомневалась. Обычно для использования заклинания приобретения памяти умершего требовалось тело этого самого умершего. Чаще всего это заклинание использовали стражи, которые занимались расследованием убийств. Магия помогала увидеть воспоминания убитого. И пускай полученную информацию было невозможно использовать в суде, увиденное позволяло выйти на убийцу. А найти доказательства и улики, зная преступника, становилось делом времени. Так как заклинание считывало память мёртвого человека, через родных было невозможно увидеть воспоминания мертвеца. Живые имели свои воспоминания и на них не действовала магия, направленная на мёртвых. Однако ещё не осознающий себя плод мог помочь дотронуться до его отца. — Acti vase da cona. Первое произнесение заклинания лишь слегка размыло восприятие реальности. Поэтому ведьма повторила их ещё раз. — Acti vase da cona. Реальность расплылась окончательно, помещая разум в темноту. Отовсюду доносились какие-то звуки, отдалённо напоминающие человеческие голоса. — Acti vase da cona. Лекси этого не видела, но от глаз находящихся с ней в одной комнате не скрылось странное поведение свечей. Огонь на них то практически потухал, то вновь возгорался. Пламя так и норовило подняться выше. — Acti vase da cona. Огонь резко взметнулся вверх, вызвав у присутствующих неподдельный шок. Видение, которое ведьма только-только начинала улавливать, прервалось удивлёнными и даже отчасти испуганными вздохами. Следом, стараясь, чтобы Александра ничего не услышала, присутствующие стали шёпотом обсуждать происходящее. Однако Лекси всё слышала. — Тихо! Все разом замолчали, и ведьма принялась усиливать действие магии. — Acti vase da cona. Acti vase da cona. Acti vase da cona. Трижды подряд повторив слова заклинания, Лекси наконец смогла поймать нужные воспоминания. Огонь всё это время так и оставался стремящимся к потолку. — Опять те же картинки. Они частично повторяются, только уже с его стороны. Я постараюсь покопаться ещё глубже. Acti vase da cona. Ведьма старательно пробиралась всё дальше и дальше по коридорам воспоминаний мужчины. Слишком много разных картин, звуки, набатом бьющие по ушам. Сознание Лекси окончательно запуталось в памяти умершего, не сумев разделить одно воспоминание от другого. Они разом хлынули, будто почувствовали, что кто-то интересуется ими. Вот то же самое падение, но только теперь от его лица. Ощущение удара. Резко выбиваются остатки воздуха из лёгких. Секундная боль. Конец. Всё было логично и повторяло воспоминания его жены, которые она мысленно транслировала всего несколько минут назад. Однако увиденное насторожило ведьму. Редко бывает такое, что самоубийца не помнит свою смерть. Обычно такие мгновения чётко отпечатываются в памяти людей. В этом же случае Лекси совершенно не могла найти воспоминание из самого начала и середины произошедшего. Ни момента самого "прыжка", ни момента полёта практически не было. Будто он только что смотрел на испуганную жену, и вот уже долетает до земли и ударяется об неё. И больше ничего. Складывалось ощущение, что прыгал не он. Мужчина осознал себя лишь перед самым ударом. И это настораживало. Пока ведьма пребывала в воспоминаниях мертвеца, вокруг все шептались. Лекси не открывала глаза, зная, что они покрылись белой пеленой. А уж общественности подобное лучше было не видеть. Однако шёпот уже не имел никакого негативного воздействия на ритуал, поэтому она решила не одёргивать остальных. Ведьма ещё несколько раз "пересматривала" момент самоубийства, но так и не нашла нужных ей кадров. Значит, прыгал не он, хоть и со стороны его жены это выглядело относительно естественно. Недолго думая, ведьма принялась искать в памяти Сергея, а именно так его и называли люди из воспоминаний, схожие моменты, когда мужчина "пропускал" какие-то эпизоды жизни. И таковых нашлось ещё несколько. Вот он смеётся над чьей-то шуткой в компании друзей, а в следующую секунду эти же друзья интересуются его состоянием, явно переживая за Сергея. Однако тот лишь отмахивается от них, мол ничего, всё нормально. И снова похожая ситуация. Он сидит за столиком, напоминающем туалетный столик с кучей лампочек по ободку зеркала. Наверное, это он и был. Сергей пишет что-то в тетради, а через миг перед его глазами предстаёт... Оля? Ольга? Та самая девушка, на животе которой сейчас лежала рука ведьмы. В глазах его жены страх вперемешку с непониманием. Покопавшись ещё, Лекси нашла с десяток таких случаев. Подобное автоматически рождало версию контроля разума. Только вот из одних воспоминаний было невозможно узнать, что или кто именно контролировал его. Единственным вариантом являлся более силозатратный ритуал. И Лекси была намерена его провести.