Невыбранные

Это всегда происходит неожиданно. И некстати. Карл сдержал невольный смешок, зная, что Луиджи чувствует пробежавшую по его телу дрожь, и может быть, даже пару мурашек, проступивших сейчас чуть не под самыми жаркими настойчивыми губами, ласкающими плечи, пересчитывающими рассыпанные на них веснушки. Луиджи уже знает их наперечет, легко находит каждую даже вот так, в темной спальне, где не горит ни одна свеча. - Карл? - жаркое дыхание обдало кожу плеч, глаза Луиджи агатами блестели в темноте. - Что случилось? - Прости, - смешок всё-таки вырвался. - Прости, Лу. Я просто опять вспомнил Лаик. Помнишь, стоило тебе попытаться меня поцеловать, всегда кто-нибудь... - Еще бы не помнить! - Луиджи качнул головой, черные кудри щекотнули обнаженную кожу. - Эти проклятые мыши, когда нужны, их никогда нет на месте, а тут - лезли изо всех щелей! - Если бы только мыши, - вздохнул Карл, припоминая унарские парочки, искавшие уединения в стылых закоулках Лаик. - Помнишь, мы наткнулись на Альберто и Паоло? Я тогда просто одеревенел. Испугался, что завтра весь Лаик будет трезвонить... - Я же тебе сказал, я всем закрою рты, помнишь? - глаза Луиджи снова блеснули. - Помню. Я не за себя опасался, Лу. Я уже привык, что надо мной все смеются. И на уроках фехтования, и вообще... Я боялся, что тебя поднимут на смех, когда узнают, что ты и самый никчемный унар... - Карл выразительно хлопнул себя ладонями по бокам. - Никогда, - тонкие, но сильные руки вдруг обхватили эти самые бока, вжались в них так, что Карл едва не забыл, как дышать, - никогда не говори о себе так, Карл, слышишь? Мне в Лаик повезло так, как я и мечтать не смел. Я нашел не просто поцелуйчики по углам. А если кто-то думал иначе, - Луиджи фыркнул, - что с них взять? Да я и не думаю, что о нас особо болтали, господам унарам вполне хватало Арно и Валентина. Наверное, Луиджи прав, подумал Карл. Все унары перешептывались, когда Валентин и Арно шли мимо чуть ли не под ручку. Свои отношения они скрывать даже не пытались, сам Арамона не в силах был растащить эту парочку (после каждой попытки неизменно следовал ответный удар Сузы-Музы). Конечно, эта мистерия была куда интереснее того, что самого толстого унара кто-то попытался поцеловать. - Я завидовал им, - тихо произнес Карл. - Почему? - в голосе Луиджи было искреннее удивление. Карл мотнул головой. - Тому, что они оба красивы, что Арно такой веселый и не боится насмешек, а Валентин, если надо, легко скроет свои чувства, и... - Карл слегка вздрогнул, когда Луиджи коснулся пальцами его щек, чувствуя нахлынувший румянец. - Тому что у них, кажется, всё случилось уже тогда, понимаешь? А нам всё время кто-то мешал! - Поверь мне, сейчас я об этом не жалею, - Луиджи легко гладил его щеки. - Именно из-за этого я и понял, что хочу, чтобы у нас всё было по-настоящему. Не несколько раз, в углу, второпях. Я хочу знать тебя всего, изучить... - пальцы скользнули вниз, обрисовывая подбородок. - Так, чтобы ты сам понял, что в тебе мне нравится всё. Твоё лицо, твои губы, - Луиджи быстро припал к его губам, слегка прихватывая нижнюю. - У них земляничный вкус, ты знаешь? - Лу.. - И ты весь - такой мягкий, желанный, хочу касаться тебя, ласкать тебя бесконечно... Там где достану, - губы Луиджи скользнули по шее, - а достану я везде. Карл вздохнул. Что и говорить, Луиджи в Лаик тоже перепала своя доля шуточек из-а его маленького роста. Но в самом деле, зачем вспоминать об этом сейчас, когда Луиджи и правда дотягивается всюду, поглаживает дразнит, справляется с ослабевшими завязками, ныряет под ткань пытливыми ласковыми пальцами - и от этого жарко, и не охладят ни лаикские сквозняки, ни внезапные чужие взгляды. Не здесь, в их собственном мире, пахнущем сдобными булочками, шоколадом и любовью. - Я люблю тебя, - Луиджи шепчет горячо и пряно. - И у нас всегда будет только вот так. Вот так, Карл! - По-настоящему, - подхватывает Карл Тротта-ур-Форшенбах, чувствуя, что по телу снова бегут мурашки. Не от сквозняка, и не от воспоминаний. И Карл знает точно, что они не последние, далеко не последние в эту жаркую ночь.