soulmate

Зайдя в дом, в первую очередь девушки сняли свою обувь и молча направились в комнату Мины. Девушка шла спереди, а сама Чеён покорно шла позади, молча следуя за той, засматриваясь на мелкие детали во всех комнатах, что они миновали. Дом был очень большим и просторным, мебель - разработана известными дизайнерами, а полы - сделаны под белый мрамор. На стенах висели дорогие картины выдающихся художников, а в зале висела большой семейный портрет, который был сделан слишком роскошно для обычных семейных домов. Светловолосой было немного неловко находиться дома у Мёи, ведь Сон никогда не была в подобных дорогих жилищах, как у Мины. Она боялась, что нечаянно споткнётся обо что-то диковинное для неё и благополучно разобьет это, например, ту большую вазу в углу прихожей, сделанную в традиционном японском стиле ещё в девятнадцатом веке. Мина, открыв дверь своей комнаты, первая заходит вовнутрь, а сама Сон зашла следом за ней. Кинув свой рюкзак на пол, темноволосая девушка мигом села на край своей кровати, после чего приступила к "безумно интересному" занятию - молчаливому глядению в потолок. Сон всё так же безмолвно наблюдала за действиями Минари и продолжала стоять на одном месте, держа холст в своих маленьких руках. Мина бросила взгляд на художницу, что всё ещё стояла на входе в спальню и без единого звука непоспешно рассматривала все крохотные детали комнаты Мёи. Сама спальня сильно отличалась от всех других комнат этого дома. Она была выполнена в светлых тонах, мебель была простой и при этом эстетически приятной для глаз, а возле окна стоял небольшой балетный станок, рядом с которым расположились потрепанные пуанты Мины. Кровать Мёи была просторной, на ней расположилась целая куча абсолютно разных мягких игрушек девушки, а на туалетном столике аккуратно лежала косметика от известных брендов: Диор, Шанель, и много чего другого. Возле кровати стояла небольшая прикроватная тумба. На неё Мина кинула какую-то книжку, написанную японским писателем, о котором Ченг, если быть честной, слышала впервые, и винтажный настольный ночник. Чеён продолжала рассматривать комнату хозяйки, что самой Минари совсем не нравилось. Она резко встала со своей кровати, направляясь в сторону девушки. Подойдя ближе к художнице, Мина аккуратно забрала из рук девушки холст и положила его на пол. Туда отправился и тяжелый рюкзак Сон, который она, кстати, разрисовала и украсила собственноручно. Темноволосую не устроила медлительность младшей, так что она всё взяла в свои руки. — Давай сначала пообедаем, ты наберешься сил, и тогда мы доделаем твою работу, — спокойно объяснила японка. — Аээ, я не против, только давай по-быстрому, не хочу тебя задерживать, — сказала Чеён. — Хорошо, и ты меня совсем не задерживаешь, мне всё равно скучно одной дома, — ответила Мина. Девушки в неловкой тишине спускались на первый этаж, направляясь в сторону кухни. Уже там Мина открыла холодильник и достала оттуда несколько яиц, некоторые овощи и бутылку холодного дорогого красного вина. — Прости, но дома нет ничего такого поесть, так что я сейчас быстро сделаю нам омлет с овощами, если ты не против, — не глядя на девушку, к которой обращалась, сказала Мина, попутно доставая последние ингредиенты для их трапезы. — Я совсем не против. А зачем тебе вино из холодильника? — Аккуратно спросила светловолосая. — Как зачем? Мы будем его пить, или ты не пьешь алкоголь? — Озадаченно спросила Мёи. Чеён слегка задумалась над своим последующим ответом, пытаясь понять, что ей будет лучше сказать, ведь девушка никогда ещё не пила алкоголь - она никогда не понимала, почему людям это приносит такое большое удовольствие. Сон подумала, что возможно это прозвучит странно, она ведь даже не умеет его пить, и поэтому быстро согласилась выпить вместе с девушкой. Она была слишком нервной, и пока Мина молча готовила их обед, облокотясь о стол, Чеён глубоко задумалась над своим ответом. Правильно ли она поступила, что наврала девушке только лишь для того, чтобы в глазах Мины она была классной и интересной личностью? Она не знала, но портить отношения с Миной ей точно не хотелось. Чуть позже Мина всё же заметила страннось в поведении Сон, она и правда была уж слишком напряжена, поэтому Мёи уточнила, всё ли в порядке у девушки, на что та, конечно же соврала. Услышав ответ, она с лёгким недоверием сказала, чтобы та расслабилась и не нервничала. Было видно, что у девушки сейчас далеко не всё в порядке. Светловолосая посмотрела в глаза Мины, чтобы убедится, что слова той были по-настоящему искренними. Их взгляды встретились. Мина смотрела на Чеён так, будто и правда очень сильно переживает за её состояние, поэтому младшая всё же смогла прислушаться к ней, молча наблюдая за действиями хозяйки. Та, в свою очередь, выключила плиту с уже готовым омлетом, доставая из верхнего шкафа два бокала для вина. Она положила каждой по половинке овощного омлета и разлила кроваво-красный напиток по бокалам. — Теперь можно кушать, — облегченно вздохнув, сказала темноволосая и выпила глоток вина. — Приятного аппетита, — тихо вымолвила Ченг, глядя на тарелку с омлетом. — И спасибо большое за то, что приготовила покушать, а то я реально сейчас ужасно голодна. — И тебе приятного, — ответила Мёи, слегка улыбнувшись той, отрезая кусочек от своего только приготовленного омлета. Доев свою порцию, Чеён, слегка зажмуря свои глаза, дрожащими руками взялась за свой бокал. Быстро набравшись храбрости, маленькими, но быстрыми глотками, она выпила почти всё содержимое, чему Мина была сильно удивлена, ведь она даже и не подозревала, что Чеён в итоге всё же коснётся своего вина. Схватившись за переносицу и поставив свой стакан на стол, Ченг ещё долго не могла открыть глаза. Минари начала подозревать, что та совсем не умеет пить, и возможно даже делает это первый раз в своей жизни. Девушка всё таки решилась вновь спросить, всё ли в порядке у той, на что Сон лишь безмолвно кивает и просит Мину уже приступить к работе и не тратить время впустую, на что Мёи спокойно соглашается.

***

Прошло полчаса, как Чеён рисует Мину. Она удобно расположилась в позе лотоса на краю кровати девушки, а сама Мёи стояла напротив Сон. За всё это время девушки не проронили ни слова, но в один момент неожиданно для обеих Чеён всё же решается нарушить эту неловкую тишину. — Когда у тебя день рождения? — Очень резко спрашивает Сон. — Мне просто интересно узнать нашу разницу в возрасте. — Мне восемнадцать, но в марте, двадцать четвертого числа, будет уже девятнадцать. А тебе? — спрашивает Мина, переводя свой взгляд теперь на художницу. — Мне тоже пока восемнадцать, а девятнадцать исполниться двадцать третьего апреля, — спокойно отвечает Чеён, продолжая всё также водить тонкой кистью по своему холсту, на котором уже вырисовывался портрет балерины. — Я люблю весну. Такое чувство, будто я вместе с природой начинаю потихоньку расцветать и пытаться снова ожить после сложной депрессивной зимы. — Могу понять, — со вздохом ответила Мина и снова отвела свой взгляд от Сон. Чеён уже доделывала почти последние штрихи в своей работе, снова увлёкшись мелкими деталями на ней. Она смотрела то на свою уже завершенную картину, то на саму девушку, сравнивая свою работу с живым образцом, но в итоге её глаза остановились на лице Мины. Девушка долго не могла оторвать свой взгляд от той, всматриваясь в её обворожительные черты лица. Почему-то Мина так притягивала Чеён, а возможно это всё - дело алкоголя, попавшего в её организм. — Ты такая красивая, — медленно произнесла Чеён на свою слегка трезвую голову, и всё так же продолжила смотреть на ту. — Чеён, ты что ли пьяна? — Спросила Мина, на что следовал игнор. — Ты уже закончила? — Спокойно спрашивает Мёи, уже сама смотря на Ченг. Мине было сильно неловко от того, что девушка так долго пялилась на неё, даже не держа кисти в руках. Она уже давно не рисует Мину, но всё таким же взглядом продолжает осматривать лицо той. — Да, всё готово, можешь смотреть, — сказала светловолосая и опустила свой взгляд на холст с портретом Минари, который она держала в своей руке. — Сойдет, зачёт точно будет. Спасибо больше тебе, — еле проговаривала младшая. Мина с облегчением села на свою кровать рядом с художницей и начала рассматривать рисунок той. Она была в неком шоке от того, как красиво вышла работа Ченг. Поначалу она думала, что девушка рисует хуже всех, так как в классе светловолосая никак не могла даже притронуться к кисти, а здесь она рисовала очень ловко и быстро, возможно алкоголь сыграл в этом большую роль. Поэтому японка так сильно удивилась, увидев, что рисунок Сон был идеально-аккуратным, и так схожим на саму неё. — Ты издеваешься?! Это выглядит даже лучше, чем я себе представляла! — Воскликнула Мина, продолжая рассматривать рисунок Чеён. — Ты представляла как я тебя нарисую? — пьяная девушка с большим интересом спросила у той, ещё ближе подвигаясь к её телу. Мина, не ожидав такого резкого вопроса, аккуратно отодвинулась от Ченг, начав "долгую игру в молчанку", игнорируя вопрос Сон. Чеён была пьяна, поэтому даже и не подозревала о том, что задала очень неловкий вопрос для обеих. Младшая снова потянулась к Мине, но на этот раз ещё ближе, почти касаясь её коленом, и всё также долго рассматривала лицо девушки. На лице Мины аккуратно вырисовывались её привлекательные черты: идеально тонкий носик, те же самые родинки, которые хаотично расположились на её бледном лице, они напоминали какое-то созвездие; её завораживающие карие глаза, которые казались очень мягкими и добрыми, а внизу располагались её тонкие розовые губы; также у старшей был сделан очень аккуратный и нежный макияж, который очень нравился Чеён. — Ты так красиво красишься, — вымолвила пьяная Сон. — У меня никогда не выходило нормально накрасить себя, всё время получалось размыто и грязно, а у тебя макияж выглядит так привлекательно и очень аккуратно сделан. Темноволосая тоже опустила свой взгляд на девушку, чтобы хорошенько рассмотреть лицо той. Оказалось, что Чеён была совсем без макияжа. Первым делом, на лице девушки на взгляд бросаются её большие выраженные тёмные глаза, чем-то похожие на тапиоку, которую кладут в баббл ти; кожа была непривычно жёлтой, а её губы были на редкость пухлыми; рядом с нижней губой, на правой стороне лица кореянки, располагалась большая родинка. Она придавала лицу девушки некую изюминку, а в общих чертах лицо Сон было естественно красивым и в каком-то смысле комфортным. — Хочешь я попробую тебя накрасить? — Аккуратно спросила старшая, смотря куда угодно, но только не на Сон. — Если хочешь, — коротко ответила Чеён Мине, продолжая пялится на ту с непонятной пьяной улыбке на лице. Мёи сползая с кровати, направилась к туалетному столику за своей небольшой косметичкой, где хранилась вся необходимая косметика для её повседневных макияжей. Найдя косметичку, она резко задумалась: «Почему мне приспичило её накрасить сейчас? Зачем мне это?» Девушка ещё пару секунд делала вид как будто ищет косметичку, оттягивая всё больше времени, но вдруг Чеён перебивает внутренние тревожные мысли старшей. — Ты нашла что нужно? — Нашла, — ответила Мина. Взяв косметичку, она не торопясь близко подсела на край своей кровати к девушке. Открыв косметичку, Мина первым делом положила перед собой всю самую необходимую косметику для будущего макияжа для той. Она аккуратно разложила возле себя чёрную туш, карандаш для бровей, жидкие блёстки и розовую матовую помаду. — Это не займёт много времени, поэтому я быстро справлюсь, — тихо сказала Мина. Девушки сидели настолько близко друг к другу, что можно было услышать дыхание обеих. — Мне без разницы сколько времени это займёт, — сказала Чеён своим обычным голосом смотря в глаза той. Мина приступила молча делать макияж на лице у той, когда как сама Чеён только как и делала, что пялилась на старшую. Когда японка почти заканчила, Ченг почему-то резко начала смеяться. Мёи совсем не поняла почему та начала заваливаться смехом, но точно знала, что Сон пьяна. — Почему ты смеёшься? — Озадачена спросила Мина. — Ты была такой серьёзной, когда делала мне макияж, — ответила Ченг, смотря куда-то в бок и всё также продолжая смеяться. После ответа младшей, Мина ещё сильнее начала злиться на Сон, но всё же она смогла успокоится и снова спокойно красить ту. Она уже заканчивала с последним штрихом в макияже для той и ею являлись губы. Своей любимой помадой Мина красила сухие губы Сон и как вдруг художница снова начинает хихикать и в то же время резко шататься из стороны в сторону из-за чего губная помада на лице у той была слегка размазана на правом уголку её губ. — Эй, сейчас же успокойся! Из-за тебя размазалась моя помада на твоих чёртовых губах! — Воскликнула тёмноволосая, ставя в ровное положение ту. Из-за громкого голоса Мины, Чеён резко успокоилась и снова начала смотреть на ту. Девушка лишь вздохнула и молча начала поправлять макияж младшей. Своей правой ладонью она нежно схватилась за щеку Сон и своим же большим пальцам аккуратно начала поправлять помаду. Сосредоточенно смотря на губы Сон, она продолжала пытаться убрать размазанную помаду на губах у той. На секунду Мина захотела убедиться, что та совсем не против подпускать её к своему лицу, но когда девушка посмотрела на Чеён, то заметила, что та безразрывно смотрит на губы старшей. Мина всё ещё смотрела на Сон, пытаясь найти хоть каплю трезвости в её глазах, при этом всё ещё держа свой большой палец на нижней губе Чеён, но уже остановясь вытирать её размазанную помаду. После того, как Мина остановилась, Чеён перешла с губ Минари на её глаза, из-за чего обе девушки поймали друг друга взгляд. Мина и Чеён находились настолько близко к друг другу, что обеим стала тяжело дышать, но при этом хорошо слыша дыхание обеих. Светловолосая снова поймала свой взгляд на губы той, а в свою очередь Мина продолжила вытирать размазанную помаду Сон. Вдруг Чеён накрывает своей ладонью правую руку Мины, а своей свободной левой рукой убрала палец Мины с её губ и сама уже беря ту за её губы, протягивая Мину в страстный поцелуй, на что та взаимно ответила. Когда их поцелуи начали ускорять темп и тем самым углубляться, то Мина вдруг оттолкнула ту от себя. — Это всё ненормально, прекрати.