тысячи порезов

Он мог часами смотреть в окно на спешащих неизменно прохожих. С горьким мнением смирился уже давно, все что обычно им, сделать он не сможет. Не сможет выбежать за дверь к людям и вместе с толпой смешаться. Никогда. Все изменилось. Появились в мире раньше неизведанные, яркие цвета, и сердце билось о грудь в волнении, казались мгновениями в разговорах вечера... Все изменилось. Встретился с любовью. Впервые с трепетом и страхом узнавал это чувство – такое прекрасное и одновременно такое горькое. Он так боялся. Чувствовал: с ним общаться дальше не захочет, когда узнает его настоящего. Аль Хайтам знал, знал что Кавех страдал, запивая боль алкоголем, теряя близких и нося маску "само совершенство". Знал что хочет помочь. Знал что хочет, но не может. Ровно как и сегодня. Видел Кавеха на кухне, с покрасневшими и сонными глазами. Значит плакал. Долго, может даже всю ночь. Слышал его приглушённые всхлипы, и шуршание одеяла. Аль-Хайтам заметил шрамы на руках Кавеха в тот момент, когда он ставил что-то на полку. Они были обнажены и резки, как будто их сделали с таким непреодолимым усилием, что всё, что Кавех мог сделать, - это зажать в ладони нож. Они были знаком боли, которую он испытал, боли, которую он скрывал от всех, даже от самого себя. Они были мрачным напоминанием о тьме, с которой он столкнулся, и о том, на что он пошел, чтобы выжить. Эти шрамы, самое последнее,что он надеялся увидеть. Тем более на теле Кавеха. Ещё больнее видеть новые, хотелось успокоить, зажать в объятиях и не отпускать, но мог ли он себе это позволить? Не сделает ли хуже, не сделает ли больнее своим хладнокровным поведением? Этого он боялся изо дня в день. Каждый раз видеть Кавеха в таком состоянии себе больнее, но он не может ничего сделать, они же просто соседи. Да. Просто. Раньше, были близки во времена академии, но сейчас их даже друзьями назвать сложно. Просто соседи, ничего большего ничего меньшего, так почему же ему сейчас так больно? Стоит ли ему задуматься что он чувствует к нему на самом деле? Открыв дверь секретарь вошëл в прихожую дома после очередного дня работы. В руке он держал папку с бумагами которые следовало бы позже заполнить. Скучная рутина секретаря, но сейчас его волновало другое. Дома стояла гробовая тишина. Он бы подумал что дома никого нет, если бы не всхлипы с соседней комнаты. Осторожно пройдя в комнату он увидел вполне ожидаемую картину. Кавех сидел на полу обняв колени и зажимая в руках бутылку с алкоголем так, будто она его единственное спасение. Его тело немного подрагивало, а по щекам катились безудержные слëзы, глаза покрасневшие как и щëки, оттуда возникает встречный вопрос, даже не вопрос, а скорее утверждение « он снова пил » . Хайтам ожидал увидеть архитектора, но сердце всë равно пропустило удар, никогда он ещё не видел Кавеха плачущим и таким разбитым, но судя по всему, Кавех даже и не увидел зашедшего секретаря, продолжая так усердно плакать себе в колени пока секретарь задумчиво смотрел в пустоту, словно перебирая все возможные варианты развития событий. Что он должен сделать? Должен как-то утешить? Или уйти, оставив его наедине, с бутылкой алкоголя. Отогнав эти мысли секретарь сделал другой вывод. Нет, это не его дело, они просто соседи и не должны влезать в личную жизнь друг друга. Да даже если бы они и были ближе, он всë равно не смог бы по достоинству поддержать Кавеха так, как он этого достоин. Секретарь никогда не был мастером в красноречивых словах, он это знал и понимал, но может они ему и не нужны? просто чтобы кто-то побыл рядом? Хайтам аккуратно присел рядом и положил руку на плечо архитектора, тем самым привлекая внимания плачущего. Он тут же вздрогнул и с неким страхом посмотрел на своего соседа. Их взгляды сомкнулись буквально на несколько секунд, но секунды длились словно вечность, потом будто возвращаясь в реальность Кавех отвернулся и судорожно вытер слëзы с щëк рукавом который уже насквозь был пропитан солëными слезами. Хайтаму остаëтся только вздохнуть, опять хочет казаться идеальным скрывая собственные эмоции, хоть они и не особо контактируют, но секретарь знал архитектора как никто другой, подмечая все малейшие детали он мог понять его даже без слов. — я не думал, что ты вернёшься раньше - проговорил архитектор слегка подрагивающим голосом в-то время как свободной рукой всë ещё вытирая слëзы которые появлялись всë вновь и вовсе не хотели покидать лицо. — хм..раньше? - взгляд секретаря коснулся настенных часов которые стрелками показывали семь вечера. — я пришёл как всегда. — аа..я наверное не заметил как время начало идти быстрее, прости? - последние слова Кавех промолвил тише, снова пряча лицо в коленях. — не извиняйся. - чуть подумав Хайтам приобнял тело архитектора, тот вздрогнул от неожиданных касаний. В теории это должно успокоить и утешить человека, но правильно ли он делает? что подпускает себя так близко к нему. — что ты делаешь? — м? обнимаю, не стоило? - как и ожидалось..ему не стоило этого делать, мы никто друг другу, но он ведь не мог просто развернуться и уйти? — а..нет всë хорошо тогда..можно и мне тебя обнять? - голос хриплый, усталый, и такой сломленный? задумавшись что ответить секретарь лишь кивнул. он не находил правильных слов для этой ситуации, его немногословная натура как всегда всë портит, да и казалось что слова здесь будут лишними. Архитектор робко обнимает мускулистое тело соседа, а голову кладет на грудь, слëзы всë так же безвучно лились по щекам. Хайтам же, одной рукой приобнял плачущего в ответ, а вторую положил на светлую макушку и поглаживал еë перебирая между кончиков пальцев светлые локоны. Наверное это меньшее что он может сделать для него. Станет ли он более открытым перед ним после этого? Или же застесняется и будет избегать делая вид что ничего не случилось. Время и вправду двигалось незаметно в этой комнате. Солнце уже полностью скрылось за небосводом, и начало темнеть, а звëзды уже начали потихоньку укрывать небо. Прохладный ветер за окном так нежно колыхал листву деревьев. Огонь в камине приятно потрескивал и согревал, создавая приятную атмосферу. Тем временем взгляд Кавеха был устемлëн в пустоту, было трудно понять о чëм он думает, слëзы подсохли и больше не доставляли такого дискомфорта. Сейчас он был тише воды ниже травы, такое спокойное поведение архитектора немного удивляло секретаря, но он мог лишь списать на эмоциональное выгорания после такого всплеска эмоций, сделал ли он лучше? Помог ли чем-то? Размышлял Хайтам, одновременно с тем, поглаживал по голове соседа. Как же иронично, секретарь академии который решает тысячи экономических задач сложнее этих, переживает что не может чем-то помочь своему соседу. Может проблема в этом и заключалась? Кавех живой человек, на понятие его чувств могло уйти уйма времени, что уж там говорить про решение его проблем которые он хранит в себе не первый год. В это время архитектор думал, это были не какие-то размышления о морали, а о прошлом архитектора чего он добился в этой жизни, а добился ли вообще? В стране Сумеру, которая изобилует талантами он даже и не выделялся. Здесь проживает множество деятелей искусства которые лучше его в тысячи раз. Однако, когда речь заходит об архитекторах, первым на ум приходит имя Кавеха. почему бы это? Кавех ведь выпускник академии Кшахревара, который уже много лет остается из самых известных архитекторов современного времени. Многие называют его Светочем Кшахревара. Хотя Кавех не очень серьезно относится к похвалам, которые получает, не может не чувствовать их серьезность. Слава известности может быть тяжким бременем особенно когда думаешь что не достоин этого. Архитектор с малых лет унаследовал от своих родителей любовь к архитектуре, и строительству. Он всегда с интересом наблюдал за тем, как родители, сидели вместе за столом в гостиной, пока он играл в кубики. В те времена его родители могли разговаривать и понимать друг друга даже без слов, оставаясь настоящей семьей. Тогда Кавех и понял, что такое семья и дом. Но счастливые времена скоро закончились. Отец принял решение о приеме Кавеха в Академию, и поддался уговорам сына принять участие в Турнире даршанов. Несмотря на то, задания были не слишком сложными, отец Кавеха считался предпочтительным претендентом на победу, но, к сожалению, он занял второе место. Вскоре Кавеху пришла ужасная весть о том, что отец погиб в пустыне. Это был сильный удар для всей семьи. Мать архитектора страдала, но она знала что еë сыну было не легче, и пыталась поддерживать и продолжать быть для него хорошей матерью, хотя и выходило это у неë скверно. Сложно поддерживать человека когда и сама страдаешь не меньше. В один момент она поняла что больше так не может. Ей нужно было срочно развеяться, хоть на секунду, перестать думать о своëм покойном муже. Тогда она сможет как ни в чëм не бывало, приступить к повседневной жизни. Без особых раздумий она собрала вещи и отправилась в Фонтейн, Кавех был рад за неë, что она не останавливается на одном месте, а пытается двигаться вперёд, ведь она была намного сильнее него. Но она так и не вернулась. Найдя новую любовь в окрестностях города, она обвенчалась и поселилась там. Со своей новой семьёй. Оставив после себя только наследство его отца. Может она не хотела, чтобы хоть что-то связывало еë с прошлым. Даже с такой горькой правдой Кавех был рад, она больше не страдает, она счастлива. Он ведь рад да? Почему же тогда так грустно от воспоминаний о ней. От таких размышлений архитектор вовсе и забыл, что находится в объятиях соседа. Стрелки часов незаметно шли. « Восемь часов » прозвучало в мыслях Хайтама, всë же бумажную работу придётся отложить. Намного важнее сейчас разобраться что на душе у его соседа. — Кави - окликнул соседа секретарь. - что с тобой в последнее время творится? — Какое тебе дело? Тебе всë равно на меня, лучше не влезай в это. - Грубо..но он боялся открыться, он и так показал слабую свою сторону, просто ничтожен. — Всë равно? извини что заставил тебя так думать, но мне никогда не было всë равно. Да, мы не особо близки, но меня волнует твоë состояние. Поделишься ли ты со мной? — Поделюсь ли..- как-будто сам себе задал вопрос Кавех. закусив губу он осторожно начал. — Сегодня ровно четыре года как умер мой отец. - Посмотрев в глаза соседа и не увидев в них осуждений он продолжил. — Знаю что прошло уже не мало времени, и я наверное дурак что до сих пор не могу отпустить его, но после его смерти всë пошло наперекосяк. Скучаю ли я по нему? Или же за временами когда наша семья ещё не распалась? Я-я..- продолжил рассказывать архитектор, но голос предательски дрогнул, а щëки снова начала покрывать влага от нахлынувших воспоминаний. — Мне просто больно терять людей, я и от прошлой потери не до конца отошёл...Когда все узнают какой я на самом деле то непременно бросят меня. — Поэтому изо дня в день ты скрываешь эмоции за фальшивой улыбкой? - Кавех будто не в силах больше что-то говорить, лишь кивнул в знак согласия. — Тебе ведь самому больно от этого, что приходится притворяться, посмотри на себя, у тебя есть близкие друзья, коллеги, но от этого тебе не легче. Если ты поделишься с ними, я не думаю что они откажутся от тебя. Да, может удивятся, но они помогут. Слышал в психологии говорят, чтобы забыть человека, надо переключиться на другого. Проводи больше времени с ними. — Но вдруг всë же бросят? будет больно... — Я ведь не бросил. И не собираюсь этого делать. Кавех замер, что он только сказал? Не бросит? Даже если он не тот кем казался? Почему-то в это не верилось до конца, но хотелось проверить, хотелось чтобы у него был человек который был бы с ним во что бы то не стало. — Почему я должен тебе верить? - и всë же довериться так просто ему сложно. — Поверишь ли ты, если я скажу просто доверься мне? - в глазах стояла полная уверенность в своих словах. Хоть эмоции секретаря и трудно читать но Кавех знал, знал что сейчас он точно не врëт. Слëзы не переставая градом катились по щекам, он и сам не понимал, от грусти ли это? или же от радости и облегчения, что он смог найти человека который поймëт его даже без слов, и он ответил. — Да, я верю.