Если это он

За окном глубокая ночь. На небе не было видно ни одной звезды, мрак полностью окутал все пространство. Почти все, если быть точнее. Ярко светящая Луна величественно осталась сиять в этой темной, но от этого не менее прекрасной пустоте. Казалось, что именно сейчас все самые страшные кошмары выходили из глубин этой кромешной тьмы, мешая обычным, или не совсем людям, спокойно погрузиться в царство морфея. Например, молодому парню что уже битый час ворочается в смятых простынях в попытках заснуть так, чтобы кошмары его больше не беспокоили. Глаза его были закрыты, немного длинные волосы, такого же темно-черного цвета что и ночь за окном, разметались по белоснежной подушке создавая такой контраст, от которого глаза будет резать. Хорошо, что в темноте этого видно не будет, она скроет, спрячет, и унесет за собой, как делала всегда. Поначалу черноволосый парень все не мог улечься поудобнее, путался ногами в простынях, но в конце концов прекратил вертеться, и дыхание стало ровным. Странно. Он наконец-то смог заснуть? Без кошмаров? - прекрасный… - тихо прошептало что-то в бескрайней пустоте, а после последовало такое невероятно нежное прикосновение к темно-черным волосам, что во время волоченья по подушке, слегка налетели на бледное лицо. – спи спокойно. Пока я рядом, все эти кошмары не подступятся к тебе, я обещаю. А после последовал такой нежный и ласковый легкий поцелуй в висок, что старший невольно, во сне, теперь уже спокойном, расплылся в легкой улыбке, что так грела душу Шепса младшего. Он вернулся домой совсем недавно, буквально пять минут назад. Слишком много времени просидел у брата, немного не уследил, как оно пролетело за приятной компанией Шепса старшего. Безусловно, Олег любил своего брата, но он совсем позабыл о том, что его еще один любимый человек сейчас дома, без него, и скорее всего опять мучается от кошмаров, что налетают на него каждую ночь. Олег всегда был его рыцарем, готовым спасти от любой неприятности, иногда забывая, что его молодой человек не так уж и нуждался в его постоянной защите. Наоборот. Это Олегу была необходима его защита. Не физическая, нет. Психологическая. Его Дима всегда старался поддерживать младшего, успокаивать его во время эмоциональных качелей, во время агрессии. Дима знал, когда стоит промолчать, когда следует взять за руку, зная, что лишь одно его прикосновение успокаивает демонов внутри него. Иногда у младшего Шепса проскакивает мысль, что он уже зависим… нет, даже одержим чернокнижником. Возможно, это так и есть? Впрочем, сейчас для него это не так важно, как то, что сейчас на его груди спокойно спит его любовь, дыхание которого так приятно щекочет кожу, что просто до невозможности хочется поцеловать. Да, Олег до невозможности любил целовать эти прекрасные губы, а после переходить на изящную шею, покрытую темными татуировками. А после шеи обязательно нужно уделить внимание всему телу. Покрывать каждый миллиметр такой приятной и желанной кожи. Слышать до боли в голове и до звона в ушах приятные полу вздохи, полу стоны. Спуститься еще ниже, через одежду нащупывая уже возбужденный орган. Спустить домашние шорты чернокнижника, которые тот, еще когда-то давно забрал их у Олега. А тот и не против вовсе, ведь видеть эти невероятные ноги уже было до невозможности приятно… - Олег? – шепотом донеслось до его помутневшего сознания. – что ты… делаешь? Только сейчас медиум понял, что, поддавшись своим фантазиям начал воплощать их в жизнь. Его рука аккуратно спускалась вниз, к паху своего молодого человека. - знаешь, я, конечно, не против, но кошмары безумно вымотали меня, так что не думаю, что сейчас подходящее время. Медиум понимающе кивнул. Он просто не имеет права делать что-то против его слов. Просто нельзя. Иногда Олег чувствует себя цепным псом, готовым сорваться по желанию своего хозяина. Даже если это и действительно так, то медиум не против. Если это его Дима, то он никогда не будет против.