Демон или хранитель?

Куинн открыл глаза и, оглянувшись, понял, что остался в комнате один. В груди тут же поселилось темное и удушающее чувство полного одиночества. Голова понимала, что старший демон мог выйти на несколько минут куда-то по своим делам, но в сердце все равно скреблась тревога смешанная с одиночеством. — По крайней мере ты здесь, правда, Винсент? Тишина. — Винсент?- Куинн начал беспокоится. Почему тот не отвечал? Он открыл систему и все было в норме. Как же так? Почему он не слышал его голос? Молодой вампир хотел было уже встать, однако в этот момент отворились двери, до чёртиков напугав находящегося в ней юношу. — Так ты и правда очнулся,- в дверях показался незнакомый ему ангел. Откуда здесь он? И вообще, почему комната резко перестала быть похожей на ту, в которой он находился когда впервые открыл глаза? Что здесь, черт возьми, приисходит?! — Извините, но кто вы и где я?- вежливо спросил молодой вампир. — Как где? В Анберрле, столице ангелов,- ответил старший так, как будто он задал самый глупый вопрос в мире. Вращающиеся глаза цвета пшеничного поля смотрели на него с...презрением? Брезгливостью? Отвращением? Ненавистью? Безразличием? Холодной расчётливостью? Высокомерием? Может, со всем вместе? Тогда-то к нему дошел смысл сказанных слов. — Как это в столице ангелов? Почему я здесь?- беспокойство хлынуло в сердце, ещё больше затягивая невидимую другим удавку на шее. В горле же медленно, но уверенно рос комок. — Тц, действительно глуп,- пробормотал себе под нос ангел,- Почему? Потому что ты не нужен демонам. Они от тебя отказались. У тебя ведь даже крылья не такие, как у них. Ведь у вампиров хоть и есть перья, даже те созданные из чешуек, а у тебя самые настоящие перья, как у нас. Только цвет черный. Да и рога у тебя слишком маленькие, чтобы ты мог пойти за демона. Такие рога даже не у всех детей бывают. Лишь хвост более-менее сойдёт за часть тела, что есть у демонов. Насмешливый голос все больше и больше заставлял мир молодого вампира рушиться. Все, во что он верил – ложь? Все слова, которые ему говорили были ложью? Но…а как же Окриэль? Он ведь не мог его бросить! — А как же..? — Семья Кромлиз? Так ты им больше не нужен. От тебя хлопот больше, нежели от маленького ребенка. И ты нам нужен только из-за силы Хранителя. В голове Талена стало пусто и, он был уверен, во взгляде не отразилось ни грамма эмоций. Лишь пустые стекляшки. Разбитое стекло, которые больно вписалось в и так израненное сердце и сгоревшую до тла душу. — Почему?- тихое бормотание сорвалось с его уст, а на щеках появились теплые дорожки от слёз. — Мерзость,- теперь во взгляде старшего ангела ясно виднелось презрение и отвращение, а он сам вышел прочь. Однако последние слова вампир услышал слишком четко, несмотря на непонятный гул в ушах:- Теперь ясно, почему он него отказались. Бесполезное существо. В горле застрял ком, а из глаз лились бесконечные слёзы, которые, сколько он бы не утирал, не переставали течь. Почему? За что с ним так поступили? Что он сделал не так? Был ли он слишком навязчивым? Или же они сразу его не любили? Может, это из-за его плаксивости? Или же в другом причина? Может, он недостаточно тренировался? Не вкладывал все, что у него есть, чтобы показать насколько он благодарен им за свое спасение? Или же это из-за проблем, которые словно привязанные следуют за ним, стаскивая за собой в бездну и его, и других? Где найти ответ? А есть ли он? Почему его снова оставили позади? Потому что он был слаб? Но он ведь старался! И если его бросили, тогда зачем он здесь? Жаль, что Мекки не допустит его смерти. Или же ей тоже плевать? Есть много существ лучше его, так что Смерть легко найдет ему замену. — Я пытался,- плечи молодого Талена задрожали и он, склонившись вперёд, спрятал свои слёзы в руках, не издавая больше ни звука. *** — Не ожидал таких приключений от нашего визита сюда,- пробормотал Ворден, оглядываясь вокруг. На них было направлено тысячи взглядов людей, которые пытались понять почему их позвал к себе их лидер. «Чем же они так отличились, чтобы удостоится такой чести?» Именно это читалось в глазах подростков. Глаза у старших были более скрытыми, поэтому их мысли остались с ними, не давая возможности прочитать их другим. — Ну, мы вечно попадали в неприятности, так что нам не привыкать,- беспечно пожал плечами Фекс, из-за чего заработал недобрый взгляд от Лейлы. — Что?- бровь вампира подскочила вверх, а в глазах был вопрос, обращённый к девушке. — Сам подумай,- фыркнула девушка и, отвернувшись от парня, направилась быстрым шагом вперёд – к началу небольшой толпы, которая следовала за экскурсоводом. — А? Почему она так себя ведёт?- он непонимающе посмотрел на своих друзей. Сия лишь буркнула что-то на подобии:«как можно не понять» и направилась к своей подруге, оставив троих друзей лишь молча недоумевать и гадать что стало причиной такого поведения. — Что вы так стоите? Идите сюда, а то заблудитесь!- крикнул мужчина, заметив, что несколько подростков, которые остались в конце группы, не идя вперёд. Те тут же встрепенулись и подошли поближе. — Нет, ну что за дети,- бормотал себе под нос сердитый мужчина. Нет, ну серьёзно, ему ввоей работы по горло хватает, а он вынужден таскать этих детей за собой, показывая что где и как. Вот ведь. Реформа! Если бы дети хотели присойдениться к этой семье после окончания военной подготовки, то милости просим. Если же нет – их решение и проблемы. Так зачем делать такую тупость пож названием «стажировка»? Военная школа для чего? Для игры или как? «Сидел бы тихонько на той планете, меня бы и не вспомнили. Нет, на подвиги меня потянуло! Вот же ш», — с грустью подумал мужчина, однако даже виду не подал, насколько сильно расстроен этой ситуацией. Вообще всем и вся. «После этого я точно спрячусь на какой-нибудь другой планете. Это только первая группа, а сколько их ещё будет?» Но как только он подумал о том, сколько ещё будет детей, его внутренне передёрнуло. Нет, он точно убежит отсюда подальше. Подальше от этих маленьких монстриков, под названием «дети». Оглянувшись, он заметил, как другие смотрят на него с...жалостью? Почему это? Вдруг ему пришло сообщение, в котором говорилось, чтобы он подменил одну девушку, которая также была занята тем, что водила группу монстров детей, рассказывая что и как. Мужчина замер на месте, не веря своим глазам. — Ещё?- тихо пробормотал человек и, оглянувшись на подростков, которые выжидательно смотрели на него, ощутил настоящий ужас, когда понял, что их будет вдвое больше. «Спасите!» *** Кардекинель устало обвел глазами горы документов, которые лишь умножались. Он не спал нормально уже несколько ночей подряд, из-за чего у него появились побочные эффекты от такого долгого бодрствования. Ломота в суставах, мутность зрения и пульсирующая боль в висках – это лишь цветочки. То, что он выглядит не лучше трупа его уже не удивляет. Хорошо ещё, что от него не шугаются слуги. По крайней мере, некоторые. Демон оторвался от своих размышлений, посмотрев на свои дрожащие руки. Ещё один побочный эффект от недосыпания. Такими темпами он действительно может заболеть. А этого никак нельзя допустить. Кто ж ещё будет разгребать весь этот ужас кроме него? Идею о том, что можно отдать эти документы своей жене и старшему сыну он тут же выбросил в окно. У тех и так работы полно. Не нужно загружать их ещё большим количеством. К тому же, это его работа как Императора, так что нечего перебрасывать её на других. Тут дверь в его кабинет резко распахнулась, из-за чего Кардекинель подскочил бы на месте, если бы не усталость, что сковала на нем свои цепы. Однако не вздрогнуть он не мог. — Карния?- Император удивлённо посмотрел на ту, которую недавно вспоминал. «Помяни чёрта, и он тут как тут.» — Ч-что ты здесь делаешь?- что-то в глазах демоницы ему совсем не нравилось. Императрица же проигнорировала все его слова, подошёв поближе, схватила за ухо и потащила в сторону их покой. — Ой! Карния, постой-постой! Больно! Я не знаю за что, но прости! Я больше так не буду, честно!- взвыл Кардекинель, вцепившись мертвой хваткой в руку своей жены и, согнувшись, пошел за ней, на разных ладах повторяя свою просьбу. А она лишь яростно кинула на него мимолётный взгляд, в котором горе-Император прочитал обещание, что она сдерет с него шкуру, а не только уши оторвёт, и пошла дальше, таща за собой мужа. Тот замолчал, так как понял, что бесполезно взывать к милосердию его жены. Оно сейчас было надёжно похороненно под накопленной несколькими днями злостью. Придворных и слуг сейчас в коридоре не было, так как была глубокая ночь. На улице бушевала гроза, которая на миг ослепляла живых существ, а после оглушала их. В коридорах были только рыцари, которые несли свою службу по защите императорской крови. Да и те, как только видели взбешённую Императрицу, из-за которой влетело даже Императору, попытались притвориться предметом мебели, или же вовсе раствориться в воздухе, чтобы гнев Младшей Луны не упал и на них. А та выглядела ещё более жуткой, когда из окон было видно молнии, которые позволяли другим увидеть улыбающиеся лицо женщины. А улыбка была далеко не добродушной. В глазах рыцарей Кардекинель прочитал лишь жалость и молчаливую поддержку к себе. Однако он не заострял на этом внимания, так как ухо, за которое ухватилась его вампирша, уже горело от боли, а на глаза чуть ли не наворачивались слёзы. Все же уши – также чувствительная часть тела демонов, как и хвост с крыльями. Конечно, не у всех они такие же чувствительны как у него, но все равно было бы очень больно, если бы их также не очень-то аккуратно схватили за уши. Хорошо ещё, что Карния не скрутила его ухо, а то он точно заплакал бы от боли. Он больше никогда не будет так делать. Ни-ког-да. Карния отпустила его, только когда они вошли в ванную, чем он поспешил воспользоваться, отступив на несколько шагов от демоницы, аккуратно потирая красное и немного опухшее ухо. — Раздевайся,- не терпящим возражений тоном приказала Императрица. — Ч-что?- почему его голос стал таким высоким и почему он заикается? — Мне повторить?- улыбка на лице его жены стала ещё более пугающей, а в гетерохромных глазах разгорался бешеный огонь. Голос же был абсолютно ровный и лишенный будь каких эмоций, что ещё больше пугало мечтавшего оказаться в другом мире демона. — Н-не надо,- заикаясь, ответил Император, дрожащими руками снимая рубашку. — Даю тебе десять минут,- Карния обернулась и бесшумно вышла из комнаты, после чего Кардекинель смог выдохнуть с облегчением. Если бы его ещё облили ледяной водой, было бы ой как не сладко. Все же он ненавидит холод. «Больше никогда не буду её злить», — повторял сам себе Император, даже не удосужившись посчитать, какой это был бы раз, когда он сам себе обещает такое. Сам он тем временем наспех приводил себя в порядок. А то, не дай бог (в такие моменты он становился верующим), Карния ещё больше разозлиться. Тогда можно смело идти прятаться под землёй в Кровавом Лесу. Хотя она и там его найдет. Её даже звери пропустят. Кардекинель, вдохнув побольше воздуха, вышел из ванной и направился к спальне. Там, сидя на кровати, его ожидала его жена, со своей неизмененной пугающей улыбкой. — Милый, ты чего застыл в дверях? Проходи, уже поздно,- спокойно и с любовью посмотрела на его демоница. В голосе также чувствовалась теплота. И где же она была несколько минут назад? — А..да…,- Кардекинель, не сопротивляясь, подошёл к кровати и лег, дожидаясь, когда Карния поступит также. Она потушила свет и, забравшись следом за ним, обняла его своими холодными руками, из-за чего по спине пробежали мурашки. — Спокойной ночи, любимый. — Спокойной, любимая, — пробормотал Император. Он-то уже знал, что вампирша специально сделала свои руки более холодными, чем обычно, так как знала, что он ненавидит хоолод. Своеобразная месть, да? Он попытался пошевелиться, однако спина тут же ощутила удлинившиеся когти вампира и замер, не смея даже дышать слишком глубоко. «Женщины — страшные создания.»