Он зависим. И не только он

Олег никогда не мог подумать, что он будет так зависим от этого чернокнижника. Дима был красив и значительно интереснее, чем могло показаться изначально. Но совсем не это пленило Шепса. Конечно, это тоже играло роль, однако что-то другое манило его, что-то неизвестное и неизведанное. Точно сам бес сидел в Матвееве и зло смеялся над всеми стараниями Олега игнорировать притяжение между ними. С Димой было действительно приятно даже просто находиться рядом, к нему тянуло, к нему хотелось прикоснуться и никогда не отпускать. С Димой можно было быть самим собой. С Димой можно было всё, он был похож на бездонный омут, в который тянуло прыгнуть, даже не раздумывая. В Диме можно было утонуть, погибнуть. И Олег был бы рад такой гибели. Сейчас Матвеев находился совсем рядом. На небольшой кухне, расположившись на подоконнике и крутя в руках остаток недокуренной сигареты, он смотрел в окно, выдыхая едкий дым. Табачный аромат быстро заполнил всю комнату, открытая форточка совсем не помогала, но ни один из парней не был против этого. Это был особый ритуал после съёмочного дня, полного различными ритуалами и скандалами. Даже не переодевшись и не переведя дух, они спешили сюда. Это мгновение было островком спокойствия, когда они могли насладиться тишиной и компанией друг друга. Шепс был готов поспорить, что Дима краем глаза следил за ним, за тем, как он оставил недопитый и остывший кофе на столе и приблизился к парню. Олег перехватил руку Матвеева с сигаретой и сделал затяжку, другой рукой обняв парня за талию, мягко прижав к себе. На губах чернокнижника расцвела теплая и еле заметная улыбка. — Вымотался? — прошептал Олег, обжигая горячим дыханием ушную раковину Матвеева. — Я не настолько слабак, — ухмыльнулся Дима, повернувшись лицом к собеседнику. — Кто сказал, что ты слабак? — он удивленно приподнял бровь, но не смог сдержать усмешку. А через мгновение голос Олега стал ниже и тише. — Но я бы смог тебя вымотать. Дима полностью развернулся к Шепсу, который расположился между его коленок. Матвеев затушил сигарету и, проведя по отросшим тёмным волосам парня, прошептал почти в губы: — Проверим? Олег подался вперёд и впился в любимые губы. Реакция последовала незамедлительно, Дима сцепил руки в замке за шеей Шепса и придвинул его ещё плотнее к себе, хотя казалось, что ближе некуда. Поцелуй вышел смазанным, горячим и безумно желанным. Однако Дима быстро отстранился, тяжело дыша. Подняв глаза и встретившись с непонимающим и затуманенным взглядом, он лишь улыбнулся. — Хочешь вымотать меня? А может я вымотаю тебя? — пытаясь отдышаться, сказал Матвеев. — Что? — Узнаешь, — парень выбрался из крепкой хватки Шепса, который успел расположить свои руки на талии и бедрах, и спрыгнул на пол. — Давай, я жду, — он подмигнул и, проведя языком по своим губам, скрылся в дверном проёме. Проводив парня взглядом, Олег вдохнул, почти забыв, что такое дыхание. Какое-то время он простоял в оцепенении, осмысливая произошедшее, и, наконец сообразив, выругался: — Настоящий бес. Но покорно направился на поиски парня. Если Дима что-то задумал, то его не остановить, а если Дима что-то задумал в таком положении, то Олег явно не хотел его останавливать. Шепс не знал, что тот хотел, но одна мысль о Матвееве будоражила и безумно возбуждала. Чем ближе Олег подходил к спальне, тем лучше слышал какую-то мелодию. Из приоткрытой двери комнаты был виден приглушенный свет. — Ты там изгонять кого-то собираешься? — не смог удержаться от комментария Олег. Войдя в комнату, комментарии кончились. А может и сам Олег кончился. Дима стоял спиной к парню, медленно двигаясь в такт музыки. От пиджака на его плечах не осталось и следа, теперь на Матвееве были лишь брюки и массивная цепь. У Шепса закружилась голова от образа худого, но накаченного тела, где на светлой коже расцветали черные, как смоль, татуировки. — Изгонять я вроде никого не собирался, — Дима через плечо посмотрел на собеседника и хитро прищурил глаза, — А вот призвать у меня, кажется, уже получилось. Он плавно повернулся и подошёл к Олегу, всё ещё двигаясь в ритм мелодии. Дима провёл рукой по щеке парня, остановившись на подбородке, и, быстро придвинув к себе, провёл языком по его губам. — Присядешь? Олег дошёл до кровати в забытье, ни на секунду не отрывая глаз от Матвеева. Дима пошёл следом и, легко надавив на плечи парня, посадил его. Одним коленом он встал на кровать, чтобы быть как можно ближе к уху Шепса, и промурлыкал: — Наслаждайся, но руками не трогай. Медиум посмотрел в тёмные, почти чёрные от похоти глаза, и, будучи уверенным, что выглядит точно также, кивнул. Даже поспорить не смог. Дима улыбнулся и отошёл на несколько шагов назад, прибавляя музыку. Мелодия окутала всё, и было видно, что Матвеев полностью отдался ей. Он плавно двигался, поочередно поднимая руки, и касался собственного тела, татуировок, ярко контрастирующих с бледной кожей. Он поддевал цепь и немного оттягивал, а после отпускал так, что она со звоном билась о грудь. Он проводил по брюкам, будто специально обтягивая бедра. Он наслаждался музыкой и ещё больше наслаждался реакцией Олега. Шепс задыхался, ему явно не хватало воздуха. Он тонул в этом человеке. Олег им любовался. Любовался полуприкрытыми глазами, которые не сводили с него взгляд из-под ресниц. Любовался распахнутыми губами, с которых иногда слетали слова песни. Любовался татуировками, той ненавистной «‎366», с которой никогда не мог отвести глаз. Любовался силуэтом в полутьме и его расслабленными движениями. Любовался Димой. Олег хотел прикоснуться, хотел обладать им. Но держался, держался из последних сил. Он знал, что если Дима сказал, то настроен он серьезно. Касаться нельзя было его, но про себя он ничего не говорил. Неотрывно следя за чернокнижником, Шепс быстро трясущимися руками расстегнул ширинку собственных джинс, освобождая неприятно давящее возбуждение. Он быстро наклонился к тумбочке за смазкой, но его руку быстро перехватили и возвратили на место. Дима стоял уже перед ним, смотря сверху вниз. Матвеев приподнял голову Олега за подбородок и приблизился, выдохнув ему в губы. Финиш. Шепс улыбнулся и подался вперёд. И, чёрт возьми, это срывало все тормоза, Олег кажется никогда не чувствовал себя лучше, чем сейчас. Он целовал мягко, осторожно кусая и толкаясь языком в чужой горячий рот. Чувствовал, как Дима сминал его футболку, притягивая ещё ближе. Дима отдавался полностью, послушно размыкая губы и оглаживая чужой язык. Они сводили друг друга с ума одними лишь поцелуями. Футболка Шепса скоро оказалась вовсе снята, а на его шее уже изучающе скользили губы Димы. Парень оказался на бёдрах другого. Олег шумно выдохнул, когда чернокнижник задел эрогенную зону возле ключиц. Шепс блуждал ладонями по украшенному татуировками телу, и Дима таял на глазах. Он не успел даже охнуть, как оказался прижатым крепким телом к мягкой кровати. И Дима был готов отдать многое за такие моменты. Этот момент их, только их. Дима обнял Шепса за шею, выгибаясь и поддаваясь ласкам. Олег прижимался к каждому разрисованному участку кожи своими губами, обводя языком каждый изгиб и завиток темных линий. Дима сходил с ума. Олега было много, он был повсюду. Его губы спускались ниже к животу, а руки скользили по изящной талии и тянулись к бёдрам, спрятанными под ненавистными брюками. Он следил за каждым вздохом и исследовал все особо чувственные места. Это было прекрасно. Тепло разливалось везде, куда прикасался Шепс. — Всё же позволишь мне взять смазку? — прошептал Олег и облизнул ушную раковину Димы. — Она тут, — быстро прошептал он и похлопал по карману своих брюк. Одобрительно хмыкнув, Олег ещё раз поцеловал Матвеева в губы. Мокро, жарко и чувственно. Он прижался телом к телу так, что их члены соприкоснулись. Дима рвано выдохнул. Шепс оторвался от губ и мокрой дорожкой провёл до низа живота чернокнижника, наблюдая за тем, как вздымается грудь парня. Олег быстро достал из кармана маленький тюбик и кинул его рядом. Быстро расстегнув брюки Димы, он стянул их вместе с нижним бельём. На мгновение он застыл, наслаждаясь представшей перед ним картиной. Полностью обнажённый чернокнижник, только лишь с цепью на шее. Весь разгорячённый и раскрасневшийся, смотревший на него глазами полными желания и обожания. — Чего застыл? — выдохнул Дима. — Наслаждаюсь моментом, — самозабвенно произнёс Олег. — Ты такой прекрасный. Он поцеловал парня в бедро и почувствовал, как по телу Матвеева пробежали мурашки. Олег быстро выдавил на руку смазку и снова начал целовать, гладить, кусать и шептать что-то на ухо. Дима подался как кот навстречу ласкам. Выгибался в спине навстречу теплым поцелуям и блуждающим рукам. Вплёлся рукой в темные отросшие волосы и несдержанно простонал, когда Шепс коснулся губами головки члена. Дима не убирал руку из волос, когда Олег начал целовать его бёдра, иногда кусая их и тут же зализывая покрасневшие следы. Смазка в руках Шепса достаточно разогрелась, чтобы Дима начал ощущать предвкушение. — Расслабься, — Олег говорил откуда-то снизу, жадно оглядывая его обнажённое тело. Шепс улыбнулся и медленно начал вводить пальцы в худое и податливое тело. Дима под ним метался, скулил и пытался ухватиться хоть за что-то, под руками оказалась откинутая ранее футболка Олега и Матвеев ухватился за неё, сжимая её в руках. — Олег, пожалуйста, — жалостливо просил Дима. Дима стонал протяжно. Практически музыкально. Олег готов был поклясться, что это один из самых приятных звуков, которые он когда-либо слышал. Шепс смотрел томно и точно похабно, пожирая взглядом и чуть резче двигая пальцами внутри. При ещё одном движение Дима простонал ещё громче, выгибаясь в спине практически до хруста. Перед глазами Матвеева были не то что искры — сами бесы. — Пожалуйста, — проскулил чернокнижник, тяжело дыша. Олег входил медленно. Трепетно. Он навис сверху и вновь стал покрывать грудь поцелуями. Оглаживая бока и обнимая нежно, боясь причинить боль. Шепс толкался осторожно, неспеша. Дима наслаждался, наслаждался до дрожи в коленях. Олег двигался быстрее и улыбался, запоминая каждый стон, каждый вздох и каждое движение. Видел, что Дима себя отпустил. Отпустил и теперь стонал в полный голос, царапал короткими ногтями плечи Шепса, оставляя красные полосы. Он сходил с ума от каждого прикосновения, каждого взгляда. Дышать становилось тяжелее. Олег задыхался в своих ощущениях, задыхался в присутствии Димы. Он сделал несколько лёгких движений по члену, чувствуя как по телу Матвеева вновь пробежали мурашки, а громкий и протяжный всхлип стал тому подтверждением. — Ты так красив, — прошептал Шепс куда-то в живот Димы. Ещё пару рваных движений и Матвеев простонал в разы громче, выгнувшись в спине и излившись прямо на длинные и аккуратные пальцы Шепса. Перед глазами Димы всё помутилось, оргазм был настолько бурным, что на мгновение он выпал из реальности, слыша только своё тяжелое дыхание. Олег сделал ещё несколько толчков и, выйдя из обмякшего тела, довёл себя до разрядки рукой. Он упал рядом с Димой и ещё раз жадно поцеловал любимые губы. Сейчас это было буквально необходимо. Дима ответил незамедлительно, весь уставший, но безумно счастливый. — Я люблю тебя, — отдышавшись, еле слышно произнёс Олег. — Я знаю, — улыбнулся Дима, положив свою голову на парня и оставив короткий поцелуй на груди. — И всё же я смог тебя вымотать, — придвинув парня ближе, обнимая, сказал Шепс. — Или я тебя, — засмеялся Дима. Олег никогда не мог подумать, что он будет так зависим от этого чернокнижника. Однако зависим был не только он, зависимы были они оба.