В особенно темные ночи

Он гладил спинки котов и корешки книг, никогда не торопился в час пик: останавливался с краю тротуара скромно, смотрел на закат — его сердце стучало неровно, — а я — на него. Тоже сердце с ритма сбивалось: замирало, потом учащалось. Руки сжимали подкладку карманов, а на вечер не было планов. Были мы. Этого обычно хватало с лихвой, под руку шли мы по мостовой. Я болтал — от волнения много. Он следил — за мной и дорогой. А когда касался ладоней, будоражил весь пыл затаенный. Я отводил глаза — в землю иль небо — и мечтал целовать его слепо... Я бы простил, если б касался он невзначай каким-нибудь вежливым приглашеньем на чай, но в нем было слишком много подтекста, а в ресницах (надуманного ли мною?) — кокетства. Мимо ресторанов меня тянул, мы ныряли в забегаловок гул. Он потягивал медленно колу, испивая, скорей, мою волю. Я дотрагивался ногою лодыжки, не учился флирту по книжке — я едва ли его идеал, о котором он, читая, мечтал. Сочинял не стихи, а дурные песни, целовал не запястья, шептал ему лести, носил не костюмы — к приключениям тягу, начинал и заканчивал не одну драку. Смотрел он по-прежнему с нежной любовью, пропитывал плечи с ресниц своих солью, бездомного во мне видел кота (мне казалось так иногда). Или все же какой-то роман, пусть я полон был, скорей, эпиграмм. Как корешки, ласкал мою кожу: наедине голышом мы были больше похожи. Может, хотел он добраться до сути, которую не видят другие люди, когда изучал каждый мой шрам, когда льнул к груди и часто-часто дышал. Мы не знали стыда и стеснялись недолго; по утрам он будил меня кофемолкой. Майка моя не прикрывала следов, а вид его грешный лишал лихо слов. Я не знаю, чем его заслужил; я никогда никого не молил, но его просил тихо остаться. Он остался. Воспоминаньем и фоткой в разбитом экране. Я носил письмо в потайном кармане, не считал, сколько прошло стаканов, а на вечер не было планов. Был я. И этого, как обычно, не хватало. Я скучал, его мне болезненно не доставало. Он дарил мне часто цветы, теперь дарю их я, оставляя у могильной плиты.