мир.

стоит тихо. нервничает, коленки подрагивают. проходит в зал, даже не разувшись, готовясь если что атаковать преступника. выглядывает аккуратно, и выдыхает. ее родная мать вернулась домой. «спит, устала наверно», проносится у индиго в голове. а после замечает пустую бутылку дорогого вина. осознает сразу. напивалась ее мама только тогда, когда становилась совершенно пустой, выматывая себя тяжёлой работой. но как бы Лиза маму не любила, она никогда её не понимала. и не поймёт вовсе. ведь алкоголь в ее понимании, только способ убежать от реального мира, чего она никогда не понимала. индиго сидит в комнате, почти без звуков. ведь ей так не хочется что бы мама проснулась и начала свой уже обыденный концерт. из детства девушка помнила, что когда мать возвращалась домой в нетрезвом виде, то начинала обвинять маленькую девочку в том, что она родилась. в том, что именно из-за того, что она когда-то не сделала аборт, от неё ушел мужчина, хотя женщина подсознательно понимала, что от мужа ушла сама, когда Лизе было всего три года. сначала было очень больно. обидно, плохо. так, что даже плакать сил не хватает. но со временем свыкаешься, и становится не так горько. ее мама всегда просила прощения за то, что говорила под алкоголем. на самом деле, дочку она любила больше жизни, и хотела просто обеспечить ее всем. так и получилось. Андрющенко может позволить себе все. все, кроме одного. она не знает что такое любовь. вроде такое простое слово, но сколько значит. индиго не умеет любить, и быть любимой. и иногда так грустно становится, будто кошки скребут, разрывая все внутри. *** около шести часов прошло, как индиго вернулась домой. все это время, она мирно читала книгу, только лишь иногда отвлекаясь на свои мысли. мать, видимо, начала просыпаться, потому что из зала шли странные, непонятные звуки. Лиза громко вздохнула, уже идя на кухню за таблеткой от головы. поставив стакан с водой и таблетку на тумбочку, девушка принялась понемногу будить мать. она не хотела этого делать, но руки сами тянулись к родному до боли телу. женщина, открыв полностью глаза, видимо ещё не отошла от опьянение до конца, потому что начала говорить вслух. — Лизонька, солнце моё, я тебя так люблю, несмотря на все, слышишь? — женщина, будто сопела, ее голос был больше похож на один протяжный хрип. — даже несмотря на то, что жизни у меня личной нет, из-за тебя, доченька. — смотрела грустно, прямо в бездонные глаза дочери. а индиго молчала. лишь протянула яркую капсулу и пододвинула стакан с кристально прозрачной водой. женщина покорно приняла лекарство, все еще что-то бубня себе под нос. Лиза слышать этого не могла, внутри все разрывалось от слов мамы, поэтому она протянула ей шелковистый персиковый плед и быстро покинула комнату. взяв только самое необходимое, она подумала, что кажется, сегодня ей придётся ночевать на улице. благо, завтра выходной и вставать в школу не придётся. *** на улице заходили последнии лучи солнца. гуляя по району, редко освещонному уличными фонарями она ощущала внутреннее умиротворение. Лизу даже не пугало то, что сейчас на неё может напасть какой нибудь маньяк, разорвав ее на куски. она лишь обходила старые панельки, которые выглядели до безумия одинаковыми, одну за другой, пока спустя полчаса не добрела до какого-то пустыря. странно, но он был больше похож на ухоженную поляну. еще зеленая трава, редкие цветочки. ее притянуло это место, здесь чуствовалась своя атмосфера. Андрющенко уселась поудобнее, утыкаясь в экран мобильного. по ощущениям прошло минут пятнадцать, прежде чем резкий толчок в плечо до жути напугал Лизу. в мыслях пронеслось лишь мимолетное «вот и все, последняя прогулка». повернувшись, она даже сначала не поняла, кто стоит перед ней, но увидев длинные, светлые волосы, которые под светом луны казались невероятно красивыми, индиго поняла. перед ней стояла Кристина. странно, сердце стало биться чаще, во рту пересохло. — ты чего тут сидишь? — Крис спрашивает, а сама рядом подсаживается. — не хочу домой идти, — с грустью говорит Лиза. блондинка хмыкает, с долей понимания что-ли. — а ты откуда тут? — пытаясь оторваться от бездонных голубых глаз, произносит. — место мое любимое, спокойно тут, на звезды смотреть классно. — тянет тихо, смотря в небо при этом. -ложись, — подталкивая за плечо Кристина заставляет лечь индиго. — блять, да зачем? — фыркает себе под нос, но блондинку слушается. — боже, просто сделай как я сказала. -смотри, там полярная звезда, — тыкает пальцем в небо, указывая на самую яркую, — я часто сбегаю сюда от отца и брата, а когда ее вижу, понимаю, что еще не все потеряно, что выход есть всегда. -а что, если однажды ее не будет? — рассуждает вслух, смотрит, уже не стесняясь в бездонные глаза. — тогда, — опускает глаза на траву, при этом в мыслях копошится. — тогда, я полюблю тебя. — на выдохе произносит, и сама же столбенеет от своего ответа. а индиго лишь хмыкает, протягивая ладонь для рукопожатия, произнося тихое «договорись», и разбивает руки, будто назначая для них своеобразный спор. -да, и кстати, индиго, — обращая на себя внимание начинает Крис, — прости, за то, — мнется. при этом наблюдая за реакцией Лизы, но та лишь смотрит вопросительно. — за то, что я тебя избила тогда. — и смотрит глупо, улыбаясь уголками губ. Андрющенко в свою очередь только задирает худи до груди, а там живого места нет, все в гематомах, синяках, кажется будто избивали толпой, но никак не одна хрупкая девушка. — если это стоит того, что бы потешить твою агрессию, то ничего. — острит, улыбаясь при этом во все тридцать два, но уже беззлобно, а только что бы увидеть возмущённое лицо Захаровой. — индиго блин, я же серьёзно, я тогда перегнула палку. — голову наклоняет на бок, и губы поджимает. — все нормально, правда, было не больно, почти. а если серьёзно, то я просто привыкла. в прошлой школе с меня синяки сходить не успевали, как одноклассники новые ставили, — губу закусывает, поворачивая голову на Кристину, а та смотрит со сожалением, не в глаза, в душу будто. *** вот они уже битый час лежат, наблюдая за звездами. и обоим комфортно так, что хочется поделиться всеми переживаниями. говорят обо всём, как будто и не было никаких недопониманий, конфликтов, перепалок. через пару часов рассвет, так что девушки принимают решение потихоньку собираться домой. -мы же соседи получается с тобой, хах. на каком ты этаже? -оттряхивая штаны от травы, Андрющенко ненароком интересуется. Захарова кидает только краткое «пятый», от чего Лиза впадает в ступор на пару секунд, а после выдает — еще и соседи по лестничной клетке получается. — Крис переводит взгляд с кроссовок на девушку и сыпется буквально. хохот разрезает едкую тишину квартала, а индиго лишь улыбается, как бы поддерживая подругу. -ну все, индиго, буду на чай к тебе приходить, жди. -выдаёт блондинка, всё ещё не отойдя от смеха. Лиза на это только довольно кивает. *** открывая дверь подъезда своим запасным ключом, Лиза запускает Захарову первую, а после заходит сама. лифт не работает уже который день, и видимо, не заработает вовсе, поэтому им ничего не остаётся как подниматься пешком. все запыхавшиеся, девушки доходят до нужного этажа. а когда блондинка подходит к двери, которая находится совершенно рядом с квартирой индиго, Лиза охает, ведь думала что возможно они и живут на одном этаже, но то что находятся в квартирах, отделенной стенкой, она не думала. Кристина тоже пребывает в шоке, но машет новой подруге прощальным жестом и скрывается за дверью квартиры. Андрющенко медлит, настраивается, не хочет заходить. все же пересиливая себя, переступает порог. в доме тихо, лишь томное сопение ее мамы доноситься из зала. заходя в свою комнату, она понимает что с ног валится от усталости. еле натянув на себя домашнюю одежду она легла, и тут же провалилась в сон. *** утро началось с телефона, который разрывался от звонков. подсознательно Лиза понимала, что уже давно заполдень, и звонит ей, скорее всего, злая Виолетта. с трудом она разлепляет веки, и приподнимается на локти, тянется за телефоном. не с первого раза получается взять трубку, но индиго все же берет трубку, протягивая томное «ммм». на другом конце телефона действительно Вилка, готовая сама придти к подруге о облить ее ледяной водой, лишь бы та проснулась. но этого делать не пришлось, громкий голос Ви буквально оглушил Лизу. — Андрющенко блять, какого хера трубку не берешь? — она кричала так, что барабанные перепонки вот вот лопнут. — я думала что всё, нет у меня подруги больше. тебя вообще, разбудить возможно? — девушка бубнила ещё что-то под нос, возмущалась, но Лиза уже не слушала. она перебивает виолетту -прости я сегодня гулять не смогу, плохо себя чувствую, завтра идём? — голос у девушки действительно был чуть осипший, возможно вчерашний ветер сыграл не в ее пользу. — Лиза, ты как так? может тебе лекарств принести? какие таблетки тебе нужны? — уже тревожным голосом, будто извиняясь, скулила Виолетта. — нет, правда, ничего не нужно. завтра буду как новенькая. — утешает подругу, и та успокаивается. -хорошо. но завтра, если плохо будет, я все равно приду, ладно? индиго дала одобрительный ответ и отключилась от звонка. первым делом, взяв чистое полотенце, девушка пошла в душ. все-таки вчера она валялась на земле, а сил на то, что бы помыться не хватило. мамы дома уже не было, видимо она уже полностью отрезвела, и рано утром ушла на работу. уже по привычке, Андрющенко включает прохладную воду, которая с первых секунд приводит ее в сознание. мурашки вновь и вновь бегут по телу толпами, заставляя ежиться. проводя мочалкой с гелем для душа, Лиза окончательно смывает вчерашнюю грязь. уже под тёплой водой она гладит свое тело ладонями, просто хочет почувствовать хоть что то на теле, кроме одежды. руки сами тянутся к той самой зоне. сначала легонько прикасается, будто на пробу. а после, уже раскрепостившись сама с собой, движения становятся более интенсивными, более сильными. она только массирует, не заходя внутрь, но удовольствия доставляет столько, что сладкие стоны так и вылетают из уст девушки. она выключает воду, так и не дойдя до пика. так было всегда. ей просто страшно. страшно чувствовать что-то новое, поэтому она вылезает из ванны закутываясь в полотенце, и выходит, вдыхая прохладный воздух квартиры. принявшись за завтрак, она то и дело ковыряется в еде, которую сама же приготовила. а в голове мысли крутятся вокруг только одной особы. странно, да, она ведь раньше никогда не чувствовала ничего подобного. из транса девушку выводит удар чего-то тяжелоко о стену, видимо соседи опять что-то не поделили. и только тут до индиго доходит, что Кристина живет за той самой стенкой. страх так и нахлынул на девушку, она сама не понимая того, до жути переживала за Захарову. с подъезда слышится громкий хлопок двери, а через несколько секунд стук в дверь. три раза, по косяку, не громко, но панельки на то и панельки что слышимость тут невообразимая.