Возрождение Водоворота

— По результатам действий страны Молний, и подстегивающего их к этому селения Облака, нам придется в ближайшее время пересмотреть наши торговые пути вдоль их берегов. — С крайне раздраженной миной на лице произнес Изао, который, после своей миссии в стране Воды, тянет на себе почти всю внешнюю торговлю клана и того, что в будущем станет страной. Причем, что удивительно, он очень «к месту» на данной должности. — Если ничего не делать, мы можем потерять контроль над ситуацией, особенно учитывая то, что нас уже пытаются прощупать на возможность перехвата основного пакета ценных бумаг транспортной компании. После того, как я вернулся со значительным усилением для клана и кое-какими редкими материалами, статус клана резко поднялся. Точнее мне просто физически нужно было его поднять на «официальный» уровень. И если раньше нас как бы и не было, мы существовали, что называется, только для тех, кто в теме, то вот теперь… Теперь вышли в большую политику и на мировую арену шиноби, так сказать, официально. Благо тот фундамент, что я успел хоть как-то сварганить из всего, что было под руками, выдержал этот крайне преждевременный шаг. Но больше я ждать просто не мог, не после того, как фактически в открытую собрал выжившую часть клана. Причем не просто пару отщепенцев и ничего не знающих детей, а полноценных членов клана, которые знали свое ремесло и были соответственно воспитаны в клановых традициях. Что позволило заодно и решить проблему правильного воспитания детей. Тот факт, что в клане много пришлых детей, был принят приезжими как необходимость и данность, особенно когда те узнали о судьбе тех, кто отправился на другой материк. В конце концов, их тоже могло не стать, все шиноби прекрасно знают, что такое смерть и в той или иной мере к ней готовы, а клан возрождать было нужно и смерть здесь, как говориться, не оправдание. Так что воспитывались и готовились дети как члены клана, пусть и из побочной ветви, но у Узумаки никогда не было столь жесткой традиции чистоты крови. Точнее была, но столь мягко и тонко подавалась, что ее почти не чувствовали. Вместе с этим началась подготовка к общественному показу того, что Узумаки все еще сильны. Я бы, если честно, еще пяток лет не высовывался, но политика требовала экстенсивного развития вне зависимости от того, переживет ли ее клан. Поскольку если ждать, то мы точно могли бы потерять очень многое. И в первую очередь было необходимо восстановить скрытую деревню. Благо, на это понадобилось значительно меньше времени и ресурсов, чем я изначально полагал. Естественно то, что один гордый островной клан шиноби вернулся из небытия, понравилось не всем. Далеко не всем, однако все те, кому не нравилось, были вынуждены просто проглотить этот факт. Жили бы мы где-то на материке, нас бы уже давно атаковала группа зачистки, возможно даже не от одного селения и по «джентльменским» договоренностям разорвали нас на части, но, увы, мы на острове Водоворота. Вотчине Узумаки. А лезть в дом к Узумаки, которые к тому же еще и заранее знают о скорой атаке… Мир стекловатой тем дебилам, которые на это решаться, как говориться. А старшее поколение, которое еще застало сильный клан Узумаки, прекрасно знало, что значит Узумаки в обороне и посылать свой молодняк на убой не дадут. Что же, пример убившихся об нас двух армий шиноби весьма показателен. И неважно здесь, что это стоило Узумаки практически всего, и было еще во время войны, сейчас операция тоже будет стоить соответственно дорого, пусть и по ценам, что называется, мирного времени. Вот только в это уравнение вмешиваюсь я, как обладатель титула Ками, и тот факт, что остальные оторвут от тебя самого кусочек, пока будешь убиваться об Узушио. У Конохи в этом деле особенно много опыта. Так что Узушио сейчас живет в относительном мире по двум причинам: из-за существования меня и благодаря существованию нескольких полюсов силы, ни один из которых не желает усиления конкурента. Ни от нашего присоединения, ни от нашего разграбления. Собственно, поэтому нас пока что всего лишь покусывают, а не рвут на части крупными кусками. — Прямые доказательства, что это Облако? — С некоторой надеждой спросил я, хотя прекрасно все и так понимал. — Никаких, работают чисто. — И услышал именно то, что, собственно, и ожидал услышать. — Проблемы у торговцев, с которыми мы работаем в Молнии, попытки экономически влиять на наших людей в малых странах, пару раз пираты действовали по явной наводке. Все улики косвенные. — Нда, Эй хоть и вспыльчивый, но не идиот. Знаешь что, подними-ка цены на нашу продукцию для Облака процентов на двадцать пять. И посредникам доходчиво объясни, что нас лучше не злить. Думаю, все заинтересованные быстро прочухают ситуацию и тоже с Облака поимеют свой маленький гешефт. Так что при любых раскладах цена поднимется не ниже чем на пятнадцать-двадцать процентов. — Торговая война с Облаком? — Полувопросительно-полуутвердительно произнес Изао, о чем-то на пару минут задумавшись. Скорее всего, прикидывал все риски и возможные последствия. Такими темпами мне придется его официально казначеем клана ставить, а это может не всем понравиться… хотя, он джоунин, учитывая наше положение, его силы, и авторитета как моего личного ученика, должно хватить. — А если они продолжат или усилят давление? Не уверен, что мы сможем полностью перекрыть поставки, да и лишимся рынка сбыта. — А ничего перекрывать и не надо, просто подними цены еще на двадцать пять процентов. И… — Я на пару минут задумался, после чего мысленно щелкнул пальцами от пришедшей в голову древней как сам мир идее. — И перекрой поставки наших элитных товаров знати в стране Молнии. Не полностью, но так, чтобы цены подлетели на порядки. Для райкаге бурчание денежных мешков и зажравшихся благородных не будет серьезной проблемой, но вот текучки ему точно прибавит. Особенно если намекнуть нужным людям, кто виноват в том, что, несомненно, сиятельные и благородные господа остаются без того, чем могут хвастаться друг перед другом. — Думаете, это что-то серьезно изменит? — Крайне скептически посмотрел на меня тот, однако особых возражений проявлять не стал, приняв указания. — Да нет, ничего серьезного. — Отмахнулся я, заодно промачивая горло черным чаем. — Они все же великая деревня шиноби, а не мелкий клан. Но вот головной боли секретариату райкаге добавят будь здоров, это да. А то ты не знаешь, какими крикливыми бывают эти напыщенные петухи? Почему-то все местные считают этот сорт босятским и не особо одобрительно на меня смотрят. Хотя на чайных церемониях я себя к своему удивлению, показал на неплохом уровне. Только старики ворчали про то, что у меня времени нет уделять и этому моменту внимания. Но не более того, все же они шиноби и прекрасно понимают, что сила и безопасность клана важнее моего образования в светской среде. Чай не чванливая и беззаботная аристократия, а элитные убийцы в хрен знает каком поколении. Натаскать меня в этикете всегда можно, если понадобиться. Если выживу, если точнее. — Это уж точно. — С легкой усмешкой сказал тот, забирая у меня заверенную папку с документами по экономике клана. Да, идея назначить его казначеем мне нравится все больше и больше… — Все будет в лучшем виде. Раньше были свитки, но я настоял на нормальной бумаге формата А-4. Хотя Изао все равно оставляет одного-двух клонов переписывать в свитки и сдает в архив. Привыкли местные к данному способу хранения информации, и у меня пока нет возможности что-то изменить. Нет, я могу, конечно, в ультимативной форме потребовать, сломав об колено все привычки и традиции, но не хочу это делать из-за подобной мелочи. — Это хорошо, что-то важное есть еще? — Нет, только всякая текучка, но ее я сам разберу и передам на подпись. — Доверительно сообщил тот, прекрасно знающий, как я ненавижу копаться в макулатуре. Прав был… Кхм. Не помню кто, но прав — Кадры решают все! — Что по строительству? — Ничего нового, разве что пришлось потратить больше средств на материалы для восстановления некоторых печатей внешней стены. — Поморщился на данном месте Изао, который после того, как погрузился в финансы клана, стал стремительно преображаться в типичного прапорщика. Прижимистого, конечно, как же без этого, но зато при должном желании могущего найти все, что можно. А если сильно приспичит, и что нельзя. — Но эти траты были ожидаемы, поэтому резерв трогать не стали. Однако возможно, что скоро понадобиться снять оттуда некоторую сумму на новые непредвиденные расходы. — Не скупись, нам нужна мощная защитная линия из восстановленных амулетов и контуров стационарных печатей. В Конохе, между прочим, в кладке стены встроен целый закрытый контур с внешним управлением. Причем еще и с регенераторами и резервными накопителями. — Но нам же ставить периметр не вокруг, точнее не только вокруг, селения, но и по всей территории острова. — Буркнул тот в ответ тихо, но продолжать не стал, сам понимал, что я и сам с ног сбиваюсь в попытках найти нам еще какой-нибудь источник дохода. — Да и еще это строительство и заселение острова за наш счет… — Власть над островом должна быть в руках у клана. И это не обсуждается. — Жестко отчеканил я, на что Изао слегка вздрогнул, но после только горестно вздохнул. Еще чего, я не собираюсь выпускать власть над землями клана. Да и финансы, которые мы сможем потом заколачивать за счет налогов и производств, которые будем полностью контролировать, я не собираюсь бросать на ветер. — Лучше расскажи мне о том, что у нас происходит на побережье страны Огня и в южной части страны Ветра, поступления наших фирм из этих регионов начали постепенно сокращаться. Рабочий день еще был в самом разгаре, как и грядущая рабочая ночь, которую я планировал потратить на расчеты и составление печати, которая раньше стояла под деревней. Гигантская регенерационная печать, добывающая чакру со всего острова по чуть-чуть, чтобы не портить экологию, зато охватывающая огромное пространство, за счет чего приносящее колоссальное количество чакры, которая и использовалась на запитку охранных контуров целого острова. Наследие предков кто-то очень сильно постарался уничтожить.

* * *

— Ну, вот так как-то. — Закончив вытачивать из камня скульптурную композицию, проговорил я, в качестве последнего штриха выводя надпись на табличке. «Это нужно не мертвым, это нужно живым» — Гласила эпитафия на созданном мной памятнике. Да, я решил все же лично создать что-то такое. И мой внутренний голос и я сам были согласны с тем, что это нужно сделать. За основу был взят один из виденных мной когда-то памятников героям Великой Отечественной. Спиной к спине стояло пять человек отбивались в полном окружении. Мне оставалось только немного изменить внешний вид, чтобы имели вид шиноби Узушио того времени. Саму композицию я сделал в небольшом парке, который появился за счет того, что одичавшую полосу деревьев привели в порядок. Застраивать его я не стал, мне понравилось, как утопает в зелени Коноха. Ну а рядом с самой скульптурой установил пару чаш с горящим огнем. Горел он с помощью печатей, а постаменты для чаш я превратил в сборщики чакры. Мощности там мизер, но и нужно только поддерживать огонь. Саму же статуя я напитал чакрой и вложил скрытые внутренние фуин-структуры, которые делали ее практически неуничтожимой. Что-то подобное используется в оборонительной стене вокруг нашего селения в пока нерабочем виде, и вполне рабочем вокруг Конохи, только моя разработка куда сложнее и прочнее. Правда и дороже в исполнении, из-за чего использовать подобный метод на больших объектах физически невозможно. Если ты не обладаешь резервом чакры на уровне биджу, конечно. Теперь, чтобы уничтожить эту скульптуру, нужно очень сильно постараться. Тем более, что вокруг нее еще и скрытый неактивный барьер стоит, который в случае необходимости прикроет. Честно говоря, не знаю, было ли это уместно, тем более что я потратил почти целые сутки на это, но… Что-то мне подсказывает, что так действительно нужно. Правильно. А учитывая то, что мой внутренний голос на самом деле не совсем мой… Нда, дела. Такими темпами я и до мысли, что психотерапевты это нужная профессия, докатиться могу. Что-то нужно делать. Вот только как это сделать? Уничтожать свою псевдо-разумную вторую личность я не хочу, пусть я уже и давно выкачал из нее все знания и навыки. И даже, несмотря на то, что я перестал так смотреть на факт убийства… и даже пыток… людей, я все еще не могу решиться убить… Кого? Настоящую Узумаки Акане? Собственную шизофрению? Маленький новый разум, который сложился из моей личности и знаний Акане? Не знаю, но убить не могу и все тут! Но и проблема того, что моя вторая личность постепенно становится все более разумной и… материальной? После моего последнего серьезного ранения я это начал особенно остро чувствовать. Особенно когда мне кажется, что я теряю контроль над своими мыслями. Нет, ничего серьезного, вроде как, и нет. Если я успеваю это заметить и возвращаю контроль, то мне не мешают, даже помогают, но… То чувство, что ты не один в собственном теле это… Очень своеобразное ощущение. И это еще мягко сказано. Несмотря на все те плюсы, что может принести подобный… симбиоз, скажем так, все равно нужно избавляться от подобного. Вот только опять все тот же вопрос — Как? Здесь нужна консультация с опытным менталистом, вот только учитывая мое текущее положение я не могу доверять никому, кроме своих соклановцев. А Узумаки-менталист это была большая редкость даже во времена расцвета клана, про современное его положение и говорить нечего. Нет у меня достаточно надежных людей для того, чтобы доверить им свое психическое здоровье. Ведь во время лечения мне нужно будет пустить чужака через все щиты и то, что не удалось бывшему мизукаге и многим до него, получится сделать уже мозголомам. Есть конечно одна мысль… безумная, правда, но все же… Теоретически, если мне удастся все правильно организовать и исполнить, то получится все провернуть в лучшем виде и все будут довольны. Да и еще некоторые свои задачи получится решить заодно, но… Пока не понятно, как все же это можно сделать и кто может с этим помочь. Да, собственно из всех шиноби, да и просто людей, с кем я знаком и кого удастся относительно быстро найти, я знаю только одного, кто сможет помочь с решением данного вопроса. Ну, или как минимум с консультацией по общему проекту. Можно было бы, конечно, пообщаться и с Тсунаде, но… Коноха. Слишком велик шанс, что об этом узнают там. А значит выбор у меня невелик. — Орочимару… Что же, нужно будет поднять сеть Посредника, чтобы обновить данные по тебе.

* * *

— Ну как, что скажешь по этому поводу? — Подходя вместе со своей женой к недавно построенному главой клана монументу, спросил бывший Учиха. — Впечатляет, да… — Несколько ошеломленно произнесла та, гораздо больше понимая в том, какую систему защиты на этот монумент поставила глава. — Даже специальный раздел библиотеки, с особо важными свитками, в убежище защищен как бы не слабее. — Присмотрись не только к системе защиты, но и самому монументу. — Тихо произнес Кен, с удовлетворением замечая расширяющиеся зрачки супруги. — Да, полностью ручная работа с помощью дотона. В Конохе лица хокаге делают схожим образом, но заметь, даже там их делают только общими чертами, а остальное работа скульпторов. — Невероятный уровень контроля, и это при том, что она уже не первый раз собиралась буквально по кускам. — С придыханием произнесла та, всматриваясь в материал более тщательно, прекрасно ощущая, что видит далеко не все. — Я не то, что понять, поверить не могу тому, что вижу. — Из того, что мне говорил Изао, он лично наблюдал за ее манипуляциями с райтоном и суйтоном на подобном уровне. И это если не брать в расчет ту технику, с помощью которой она создавала физически воплощенный каркас из стихийной чакры. Причем состоящий из всех пяти элементов… — Как я слышала, у нее особый подход к освоению стихийной чакры. Может в этом все дело? — Не слишком уверенно сказала Мирухи, перебирая в мыслях все то, что сама знала и слышала по этой теме. — Да и Изао она тренировала по своей программе, а он, несмотря на то, что еще молод, уже сейчас сильный пользователь суйтона и все активнее осваивает дотон. — Может быть, может быть… — Задумчиво произнес ее муж, смотря словно сквозь пространство куда-то далеко. Однако на долго тот не выпал из мира, продолжив обсуждение. — Тебе так и не удалось узнать о ней что-то новое? Сейчас клан существенно возрос, как и число стариков в нем. — Нет, почти ничего. — Покачала девушка головой в отрицательном жесте. Ей, несмотря на все старания, так и не удалось узнать ничего того, что касалась прошлого главы клана. — Даже ветераны войны, кто помнят старую деревню, не знают ее. Но если исходить из возраста, то предполагают, что она была одной из старшего поколения генинов, кого во время финального штурма деревни бросили в бои как последний резерв, чтобы дать время для бегства совсем еще детей и стариков. — Так же, как и мы сами. — На эти новости мужчина только хмыкнул. Факт того, что Узумаки Акане прошло горнило войны, и возможно даже не одной, и так был очевиден. — А что по поводу родословной главной ветви? — Тоже ничего, ее как будто… — Вычеркнули из истории. — Закончил за жену Кен, почесывая подбородок. — Очень похоже, что либо она сама, либо кто-то еще, провел огромную работу по вырезанию ее из всех исторических хроник. А шиноби ее уровня, или скорее на тот момент просто потенциала, не могла в них не засветиться. Вопросы, связанные с главой клана, росли и множились с каждым днем. Нет, никто из них не собирался ее предавать или использовать, но… У обоих супругов был весьма неприятный опыт общения с власть имущими людьми. Как простыми гражданскими, так и шиноби. Причем если первые мало что из себя представляли, за редким исключением, то вот вторые… на вершине общества шиноби не оказаться только благодаря деньгам или родословной. Смерть и кровь, вот из чего состоит пирамида силы, а, следовательно, и власти, в мире шиноби. И если за себя Мирухи не переживала, все же она Узумаки по крови, то вот муж и сын… Они были носителями нового для клана, и очень перспективного, генома. Клан Учиха уходил корнями в такую же седую древность, как и сами Узумаки. Такие древние кланы редко роднились между собой, да и те браки были в основном политические. Никто не хотел того, чтобы секреты или особо ценный геном уходили за пределы своего родного клана. Она очень не хотела, чтобы ее сын или муж стали разменной монетой или племенными бычками. Клан выходит на свет, постепенно укрепляя свои позиции. Уже сейчас, как слышала Мирухи, существует множество точек пересечения интересов с чужими селениями и группировками шиноби. А в будущем их будет становиться только больше и больше. Клану жизненно необходимо восстановить свои позиции, а это, в свою очередь, значит, что нужно выбить других из области своего влияния. И вот здесь уже без политики не обойтись. Мирухи прекрасно понимала, что благополучие всего клана действительно хорошая цель, которая стоит всего нескольких жизней. Вот только мириться с тем, что этими жизнями могут стать ее близкие, она не хотела. Именно поэтому искала хоть какие-то возможности, при необходимости, повлиять на решения главы клана. Несмотря на то, что та всеми силами стремиться достичь лучшего для клана, но при этом не опускаться до низости и подлости, но… В жизни бывает всякое. И тут не важно, что Акане готова ради клана и соклановцев, в буквальном смысле, броситься к биджу в пасть. Мирухи сама, при необходимости, готова пойти даже на верную смерть, но в том-то и дело, что ситуации бывают разные. И порой жизни шиноби имеют вполне конкретную стоимость. — Ты считаешь, что она… — Нарушила образовавшуюся на несколько мгновений тишину девушка, смотря на мужа. — Я ничего не считаю. До сих пор, она нам ни разу не солгала и делает все для людей, которых считает своими. — Тихо ответил ей муж, невольно сживая кулаки до побелевших костяшек. Ему было физически противно подозревать в чем-то главу клана, но здоровый рационализм был сильнее чувств. — К тому же, присмотрись к людям на этой статуе. Она не просто так сделала ее такой детальной, еще и защитив на высшем уровне при этом. — Ты прав, я слишком увлеклась. — Откинула прядь своих кроваво-красных волос с лица Узумаки, прислонившись к плечу мужа. — Вроде бы моя родственница она, но доверяешь ей больше ты. Даже странно звучит для меня. Пожалуй, знаешь что, я возьму перерыв и отдохну. А монумент… — Дай намек нашему сыну, заодно и пройдется по клановой библиотеке. Ему это будет полезно вне зависимости от того, найдет он что-то про эту пятерку, или нет. Да и… — Он на мгновение замолчал, после чего указал взглядом на табличку под статуей. — Это хорошие слова, правильные. Да и ощущение у меня по этому поводу есть. — Ее команда времен войны? — Правильно интерпретировала его слова жена, стараясь разглядеть в этой пятерке молодую главу. — И их последняя битва. — Такое нужно помнить. Правильно она написала, это нужно не мертвым, это нужно живым.