Теория измен

Проснулся он рано. Хмурое утро ещё только-только тронуло оконные стёкла, разбавляя непроглядность ночи. Он плохо спал - по всей видимости, сказывалось выпитое накануне. Аккуратно поднявшись с кровати, чтобы не потревожить спящую рядом, он сел в кресло и принялся разглядывать это юное создание. Чем она его вчера пленила? Молодостью и красотой, несомненно. Длинные ноги, обутые в изящные туфельки на высоких каблуках с тонкой шнуровкой до колен с ямочками. Почти ничего не скрывающая мини-юбка. Высокая, по-девичьи упругая грудь под тонким шёлком нескромного топика. Нежные гладкие плечи. Длинная благородная шея. Кукольная головка с правильными чертами. Кудряшки бордового цвета... Вчера он представил её в своих объятьях, обнимающую его нежными тонкими ручками за шею, прикасающуюся яркими губами к его коже, запускающую наманикюренные пальчики в его шевелюру. Прохлада её тела, способная остудить жар снедающей его страсти, манила, заставляя забыть обо всём на свете. Он хотел эту юную кокетку и получил бы, чего бы ему это ни стоило. Но, ни на какие жертвы идти не пришлось - прирождённый женский любимчик никогда не терпел поражений на личном фронте. Он провёл у неё эту ночь... А теперь? Разочарование. Он желал этой капризной развратности, как и прошлый раз невинной стыдливости с мечтательной молоденькой блондинкой. И опять так же видел, как безжалостной восходной реальностью уничтожаются ночные иллюзии. Игривые кудряшки случайной подружки на ощупь оказались жёсткими и липкими, макияж после бурной ночи размазался, обнажая блеклость и несовершенность «куколки». Да и жеманность и капризность наскучили уже после первого раза... Он тихо оделся и навсегда исчез из её жизни... Жена пришла гораздо позже, чем он ушёл. Пока она спала, в ней можно было признать обыкновенную, ничем не примечательную женщину. Не столь юную, уставшую, не накрашенную. Новый синяк на предплечье. Похоже, опять на работе пыталась помочь одновременно всем. Она тихо похрапывала, положив по-мужски большой кулак под пухлую щёку. По широким плечам разметались отросшие за годы совместной жизни волосы. Они скрывали россыпи смешных детских веснушек. Когда-то большая грудь была уже не первой молодости - выкормленный ребёнок оставил свои следы на ней. Но для него не существовало ни растяжек, ни обвислости. Невысокого роста, ни худая и ни толстая, она, тем не менее, была идеальна. Это была женщина, с которой никогда не было скучно. Она сочетала в себе все качества, которые только есть в женщинах. Но в настолько правильной пропорции, что невозможно было в неё не влюбиться, узнав поближе. Из утончённой леди она могла превратиться в своего парня, и словарный запас окружающих пополнялся новыми нехорошими словами, а пива в магазинах заметно убавлялось; из наивной девочки, трогательно прижимающейся к груди перевоплотиться в развратную женщину со снисходительным взглядом из-под приопущенных век. Не было ни одной темы, на которую с ней нельзя было пообщаться. И, помимо эстетического, физического наслаждения, она дарила удовольствие от общения с эрудированным, умным и ненавязчивым человеком. Он любил её настолько, что становилось страшно - как он от неё зависел. Чтобы быть с ней, он ушёл от первой жены и общих детей. Она не тянула его за собой. Сама судьба влекла его к ней. Почему же он изменяет ей? Первая жена его предупреждала, что он не создан для верности. Но почему?.. Нынешняя глубоко вздохнула и улыбнулась во сне. Может, по привычке? Может, боясь слишком сильной привязанности к ней? Может, чтобы в очередной раз убедиться, что лучше неё нет никого? А может, чтобы удостовериться, что он ей всё ещё интересен, ведь если он ещё кому-то нравиться, то и ей - не исключено. Правда, она никогда и не давала повода ему так думать, но время-то идёт, а он гораздо старше её. Он определённо не знал, зачем это делает. Такова его сущность. И она не пыталась его изменить, вполне вероятно подозревая об его редких ночных похождениях, прекрасно зная, на что он способен. Но никогда, даже под пытками он не расскажет об этом своей единственной, желанной и любимой. Конечно, она простила бы, как прощает ему всё остальное, но к чему вся эта шелуха, если есть настоящее чувство, занявшее всю жизнь?! Он пошёл в ванную, чтобы смыть все следы приключений и забыть до того, как она откроет свои небесно-голубые глаза и взглянет на него. -Малыш, пиво будешь? Она потянулась и облизала пересохшие губы. -Вернулся, гуляка? Из-под одеяла выглянул розовый сосок, потом второй. Словно забавные лисички, они потянулись мордочками к его груди... Кто ему ещё нужен?! Он поцеловал её. Она опустила глаза, многозначительно их сощурила и улыбнулась, вытаскивая из пачки сигарету. Курить она так и не бросила. К счастью, она - не совершенство. Иначе бы ему не было места рядом с ней.