Любимый брат.

Первое воспоминание из детства Чана - это большой живот мамы, который исчез, когда в дом принесли маленькое существо больше напомнившее на первый взгляд куклу. Первое воспоминание - это Хенджин. Любимый младший брат, который не давал спать по ночам, ломал игрушки и перенимал всё внимание родителей на себя. Логично было бы испытать банальную детскую ревность, но Чан лишь сильно полюбил этого маленького нарушителя спокойствия. Он не обижался, когда мама уделяла брату больше времени, ведь она объяснила ему, что это потому, что Хенджин пока не может многое делать сам. Поэтому Чан начал помогать маме в заботе о малыше, так как он считал себя уже достаточно взрослым для этого. Чан помогал брату учиться ходить, поддерживая того, обожал наблюдать, как тот отплевывается от невкусной еды, подкармливая иногда младшего вкусняшками, за что периодически попадало от мамы. Чан гордо ходил на прогулку вместе с крошечным Хенджином, защищая того как хороший старший брат. Обрабатывал сбитые коленки зеленкой, когда они подросли и начали постигать более активные игры. Читал Хенджину сказки на ночь, когда научился читать, учил младшего брата читать самостоятельно, когда поступил в школу и стало меньше свободного времени. Брат был для Чана лучшим другом, самым близким человеком, даже ближе родителей, хотя ребятам с ними и повезло. Когда Чан пошел в школу, он узнал много неприятных сторон жизни гибридов в этом обществе, и от того хотел защищать брата ещё больше. На уроках истории немного рассказывали о борьбе за права гибридов, о которой периодически говорили родители, когда думали, что он их не слышит, и которая ведется до сих пор. То, что Чан, являясь гибридом, мог ходить в одну школу с обычными людьми, говорило о том, что его сородичи немалого смогли добиться. Чан не был единственным гибридом в школе, но не у всех было хорошее отношение к ним. Поначалу было обидно, но со временем Чан понял, что сможет изменить отношение к себе только своими действиями показывая, что он не хуже, не лучше, а просто такой же ребенок, как и все. К окончанию начальной школы Чан смог показать свои сильные стороны и добиться хорошего отношения, продемонстрировав успехи в учебе и, главное, в спорте, благодаря чему его пригласили в очень престижную школу. Первую школу, где гибриды и люди не только учились, но и жили вместе, обучение в которой открывало массу возможностей, особенно для гибридов. Когда Чан уговаривает родителей отпустить его в эту школу, которая находится почти на другом конце страны, им двигает не только желание добиться личного успеха, но и возможность сделать что-то для развития равноправия гибридов и людей, а значит и помочь Хенджину в его дальнейшей жизни, ведь быть рядом с братом всё время Чан не сможет, как бы этого не хотелось. Мама сквозь слёзы соглашается, что это хорошая возможность, отец как и всегда соглашается с ней, но Чан замечает, как тот плачет в ту ночь в ванной. А вот Хенджин... сначала долго плачет, не желая отпускать любимого брата, а потом обижается, обзывается, говорит, что он ему больше не брат, и даже не выходит попрощаться, когда Чан уезжает. Первые месяцы находиться далеко от любимой семьи, особенно от Хенджина, непросто, но во многом ради них Чан это и делает, так что продолжает свою личную борьбу. Поначалу Чан приезжает домой как можно чаще на каникулах или выходных, но Хенджин с ним по прежнему не разговаривает, не звонит, не пишет, всячески игнорирует. Родители пытаются их помирить, но Чан просит их остановиться и не портить отношения с младшим сыном. В конечном счете он смиряется с тем фактом, что тех отношений, что у них были, уже не вернуть, и обещает себе разобраться со всем, когда окончит школу и вернется домой. События развиваются стремительно, Чан не только вполне успешно учится, но и оказывается в юношеской сборной страны по плаванью, добиваясь заметных успехов. Домой он приезжает редко, от силы пару-тройку раз в год, так как времени из-за учебы, спортивных сборов и соревнований практически нет. Родители иногда приезжают в школу, постоянно звонят и пишут, интересуясь и поздравляя с успехами, несколько раз выбираются на соревнования, поддерживая Чана с трибун. Хенджин лишь иногда присылает стандартные поздравительные сообщения, Чан почти уверен, что с подачи мамы. Было глупо надеяться, что Хенджин сменит свой "гнев" на милость хотя бы ради выпускного, но Чан надеялся. С тех пор как проснулась животная сущность Хенджина, он стал иногда писать явно не по наставлению отца или мамы, но, видимо, чести личного общения Чан пока не заслужил. Что ж, альфа приложит все усилия, чтобы вернуть расположение любимого брата, пока у него есть небольшие каникулы. - Поздравляю с окончанием школы, мальчик мой. - обнимая Чана произносит мама, чуть тише добавляя. - Хенджин не приехал, нехорошо себя чувствует. - Что-то серьезное? Не надо было его оставлять одного ради меня. - обеспокоенно лепечет Чан. - Надеюсь, не течка? То есть... извините. О таком неприлично спрашивать. - Не волнуйся. - успокаивающе похлопывает Чана по плечу отец. - Он скорее всего просто не хотел ехать, как обычно. А течка у этого капризного омеги закончилась пару недель назад. - Тэян. - со смущенной улыбкой шипит мама, шлепая отца по руке. - Давайте всё же не будем обсуждать это. Хотя бы при всех. - добавляет она, оглядываясь по сторонам на людей вокруг. - Как скажешь, любимая. - тут же улыбается отец, притягивая жену к себе и чмокая в висок, заставляя её тем самым ещё больше смутиться, вот только довольная улыбка выдает маму с потрохами. Чан рад видеть, что даже спустя много лет родители всё так же любят друг друга. - Ладно, давайте тогда просто поедем к нему домой. - с невольной улыбкой глядя на родителей, предлагает Чан. - Отличная идея, сын. - не раздумывая соглашается отец, похлопывая Чана по плечу, пока мама кивает в согласие. Домой они приезжают поздно ночью, когда Хенджин уже спит, что Чан мельком замечает из-за головы мамы, заглянувшей в комнату омеги, чтобы проверить сына. Дома уютно, но немного непривычно, так как их старая детская комната, уже давно всецело принадлежит Хенджину, а ту, которую хотели отдать Чану до его переезда в школу, по итогу стала скорее гостевой спальней, в которой просто хранятся вещи Чана, альфа спал здесь за последние годы раз двадцать-тридцать от силы. Но рядом с родителями всегда комфортно, они остаются любимой семьей, не смотря ни на время, ни на расстояние. Утром Чан по привычке поднимается рано, поэтому помогает маме с приготовлением завтрака и провожает её на работу. У отца сегодня выходной, и потому он продолжает отсыпаться в родительской спальне, так что завтракает младший из альф в одиночестве. Когда Чан уже допивает свой чай, последний глоток буквально встает поперек горла, когда на кухню заходит Хенджин, и альфа залипает. На длинных стройных ногах, которые не скрывают короткие шорты, на тонкой талии, которую сложно не заметить в глубоких вырезах явно самодельной безрукавки, на очаровательно заспанном личике, что с годами не потеряло кукольные черты, лишь обрело не только детское очарование. - Твою ж.... - испуганно вырывается из Хенджина, когда он поворачивается и замечает Чана. - Чего сидишь здесь истуканом? Дел больше нет? Хватит на меня пялиться. - Извини. - прокашливается Чан, пристыженно опуская на секунду взгляд, но не смотреть на Хенджина не получается, он притягивает взгляд словно магнитом, поэтому, снова глядя на брата, Чан с улыбкой продолжает. - Не хотел тебя напугать. - А кто тут испугался? - гордо вздергивая подбородок, отзывается Хенджин, при этом слишком очевидно нервничая. - Было бы кого. Чан уже собирается что-то ответить, как замечает очаровательные светлые ушки на голове омеги, которые делают Хенджина ещё милее. Чуть больше полугода назад у Хеджина проявилась животная сущность. От мамы он унаследовал гены хорька, и очень переживал из-за того, что оказался омегой, ведь парни-омеги редкость. Как рассказала мама, он до последнего надеялся, что как и Чан с отцом окажется альфой, но природа распорядилась иначе. Уши и хвост появляются впервые в подростковом возрасте, когда полностью созревает животная сущность, и проявляется вторичный пол, который до этого не всегда можно точно определить, но в случае с Хенджином в надежду на то, что он будет альфой, говорил только высокий рост, доставшийся от отца. - Милые ушки. - не думая выдает Чан, заставляя тем самым лицо Хенджина вытянутся от удивления. - Не пялься на них. - быстро прикрывая их ладонями, рычит омега, после чего стремительно выбегает из кухни, напоследок вильнув пушистым хвостом, показавшемся из штанины свободных шорт. Чан продолжает сидеть, умиляясь с такой реакции Хенджина. Кажется, омега всё ещё плохо контролирует их появление. Видимо, это у них семейное. Чан долго учился скрывать свои уши и хвост. Впервые они появились на занятии самого вредного из преподавателей мистера Ли. У этого старикашки был какой-то особый "пунктик" по поводу появления ушей и тем более хвостов, так что он всегда заставлял их прятать, хотя большинство учителей, понимая гормональный бунт молодых организмов, относились к этому более лояльно. Но не мистер Ли. Когда на его занятиях у кого-то неожиданно вылезали уши или хвост, он всегда прерывал лекцию и заставлял их убирать. Чаще всего это происходило от волнения или страха, а не от возбуждения, но строгому преподавателю до этого не было ни какого дела. Успокоиться и перестать волноваться, когда на тебя пялится весь класс, та ещё задачка. Чан всегда мысленно материл вредного старикашку, но в этот момент он впервые ему благодарен. Лишь выработанная годами выдержка помогли сдержать себя в узде, ведь при одном взгляде на милые ушки Хенджина, собственные уши грозились вылезти в любой момент, и тем самым показать, что Чан почувствовал то, что не должен чувствовать к своему брату, пусть тот и омега. Вот только внутренний зверь так и рвется с поводка, впервые ТАК реагируя на кого-то в принципе.