Где мы вместе

Время близилось к вечеру. Солнце уже давно ушло далеко от Зенита, медленно перекрашивать небо в ораньжевую палитру. Прозрачные облака больше походили на туман, поднявшийся слишком высоко. Ветер их совсем не трогал, будто у него силы закончились гонять всех по небу. Но облака все же плыли по небу, хоть и жидкости медленно, почти незаметно, меняя свой внешний вид. Эта картина действительно могла заворожить многих, но, к сожалению, мало кто обращал внимание на подобную обыденность. Никто, совершенно никто, не думал, что больше никогда не сможет увидеть таких фигур на небе. Ведь каждый день рисунки разные, неповторимые. Кем бы ни был этот художник, у него никогда не заканчиваються идеи. Осень потихоньку передавала бразды правления зиме, позволяя срывать последние пожелтевшие листья с деревьев. Начало декабря было довольно многообещающим. Легкий мороз уже был неотъемлемой частью каждого утра, заставляя всех прохожих поплотнее кататься в теплые шарфы и куртки. Теперь туман обязательно сопроваждался инеем, рисующим чудокаватые уборы на пожухлой траве и фонарный столбах. Пожалуй, их тоже можно часами рассматривать под лупой, выделяя каждый завиток. — И так, со следующей недели у нас всех начинаеться сессия, — кому вообще есть дело до облаков и узоров иния на траве, когда говорят такое? Никому. Вот и Даша недовольно поджала губы, услышав эту фразу от главы Совета. — В связи с этим, в среду будет последний выпуск нашего журнала в этом семестре. — Нужно добавить что-то новогоднее, — подала голос Алиса. Она занималась всеми иллюстрациями и была рада любой возможности нарисовать что-то интересное. — Чтобы хоть как-то всех подбодрить. А то больно много недовольных и невыспавшихся студентов. — А кто-то вообще будет сейчас тратить время на наш журнал? — вполне логичноый вопрос задала никто иная, как Лиза, что, впрочем, тоже выглядела весьма помято. Как члену совета с хорошей репутацией, больше половины зачетов и экзаменов девушка сдаст автоматом, но все остальное придется сдавать самой. По этому, перспектива засиживаться до поздна с этим выпуском журнало совершенно не хотелось. Лица всех остальных выражали абсолютно то же самое. Кроме, разве что, Иры и Алисы. — Будут, Лиза, будут, — кивнула на это глава, таким голосом, будто только что озвучила обвинительный приговор. Ей вторили обреченные вздохи всех присутствующих, на что девушка лишь улыбнулась. — Если не студенты, то профессора и преподаватели, а еще ректор и его замы, ну и профессора из Академии Наук. Или ты уже забыла, кто заинтересован в нашем проекте? — Угу, — Лиза обреченно застонала, стукнувшись лбом об стол. — Ира, у тебя же больше всех обязанностей и тоже подготовка к экзаменам, почему тебя так радует перспектива засиживаться тут и дома до поздна, пытаясь успеть к среде? — Лиза. — девушка выглядела разочарованно, смотря на подругу нахмурив темные густые брови. — Потому что наш журнал — это не просто бессмысленно тяжелая работа, как экзамен по психологии на 100 билетов на факультете хирургии. Это не попытка отнять у тебя свободное время. Лиза, это нечто большее. Этотим журналом мы занимались почти весь прошлой семестр. Я помню, как каждый из вас так и сверкал разными идеями и поправками. Помню ваши лица, когда преподаватели нас поддержали. Помню, как вы сами и оставались до поздна, так бушно обсуждая какой-то аспект, что охраннику приходилось нас выгонять. Я помню тебя, Лиза. Помню, как ты звонила мне чуть ли не в час ночи, чтобы я одобрила или наоборот раскритиковала твои наработки. Я все это помню, понимаешь? Да? А вот я нет. Я не понимаю, Лиза, почему сейчас, когда наш журнал стал настолько популярным, что им заинтересовались видущие ученые страны из Академии Наук. — на этом моменте девушка остановилась, чтобы набрать воздух в легкие. Ее глаза искрились чем-то смешанным, что и не разобрать, сколько всего эмоций сейчас испытавыла Ира. Обида, желание доказать, гнев и еще что-то совершенно не понятное тем, кото смотрит на нее в этот момент. Пауза не длилась долго, лишь пару мгновений, и девушка вновь разлепила губы: — Почему сейчас ты хочешь все бросить лишь из-за не такой большой нагрузки и лени. Неужели ты больше не чувствуешь гордости за наш проект. С каких пор тебя вообще ругает работа? — Я… — Лиза совсем растерялась, в шоке уставившись на пыхтящую от возмущения главу, сейчас она казалась совершенно другим человеком. Это одновременно пугало и восхищало. То, с каким остервенением Ира защищала журнал, заставило девушку почувствовать, как стыд заполняет все ее мысли. Глава ведь права, они столько вложили в это, что журнал перестал быть просто клачком бумаги и текста. Девушка стыдливо опустила глаза, чувствуя неприятное шевеление в груди. — Вот именно, ты не можешь сказать, — когда пауза длилась уже слишком долго, Ира наконец подала голос. — Потому что тебе не плевать на это. Потому что ты так же, как и я, как и все тут сидащие, горишь этим журналом, вкладываешь в него душу. Все, что ты сейчас сказала, это лишь твой строптивой характер, ты просто не хочешь показывать, что тебе не все равно, что тебе интересно. Вот только, я не понимаю, зачем ты это делаешь, Лиза, зачем? Похоже, Иру действительно задело поведение подруги. Она больше не выглядела как собранная и ответственная глава студенческого Совета. Сейчас девушка была похожа скорее на уставшего и искренне огорченного поэта, чью рукопись раскритиковали все, кому не лень. Темно карие глаза блистали, то ли от застрявших в них слез, то ли от яркого света вокруг, губы подрагивали, будто Ира собиралась сказать что-то еще, но все никак не решалась, брови свелись ближе друг к другу, желая подчеркнуть степень чувств, что бушевали внутри этой холодной обычно студентке. От этого вида Лиза почувствовала себя еще большей сукой, чем хотела казаться. Все слова попадали четко в цель, словно стрелок был самым опытным на всей планете. Наверно, так и было. Ира слишком хорошо знает Лизу, слишком хорошо. Ее не обманешь таким поведение, зато обидеть можно легко. Именно это девушка и сделала сейчас. Стыд и сожаление затопили все ее существо, стоило только взглянуть в эти глаза. — Прости… — после очередной затянувшейся паузы, девушка прокашлялась и проговорила тихим голосом. Ее глаза уперлись в переплетенные пальцы рук, лежащих на коленях. — Прощаю, — не стала долго томить Ира, чье лицо, впрочем, все еще выражало легкую обиду. Однако черты все же смягчились, почти возвращаясь в привычное состояние. Не уделив подруге больше ни секунды внимания, девушка быстро переключилась на «насущьную проблему», то ли действительно выбросив из головы случившееся, то ли просто желая обстрагироваться. В ее руках появилась не толстая папка, которую тут же открыли и передвинули примерно в центр стола, что бы всем было видно. — Итак, перейдем к той теме, которую мы и собирались обсудить, — Ира наклонилась над столом, чтобы иметь возможность показывать что-то в файликах папки. — Тут, в начале, план всего выпуска, что в конце, что в середине, какие примерно нужны картинки, разные насущные новости из мира науки и все остальное. А вот тут, — девушка пролистала 8 страниц вперед, не надолго замолчав, учитывая что в заголовок, — тут небольшое исследование, проведенное одной из студенток, которое мы поместим где-то между серединой и началом. Девушка просила подписать псевдонимом «КсиДжит», но если что, готова сотрудницать с нами или профессорами. Все так же наклонились над папкой, внимательно улавливаю каждое слово главы, примерно прикидывая объем и качество работы. Занимающаяся оформлением Алиса уже что-то намечала в планшете, не участвуя в общей суете. Ее никто и не отвлекал. Рома, как зам главы, больше всех внимание, делая какие-то пометки прямо в папке, что бы каждый их видел. Так всегда и происходило: Ира приносит план, сухой текст; затем ставит задачу, рассказывая свои примечания к каждому пункту; Рома все слушает, где-то поправляет, где-то дополняет или раздает обязанности. Тут и не скажешь, что парень все это впервые видит и слышит, как остальные. Их работа была слаженной, ничего лишнего ничего меньшего. Все шестеренки на месте. Лиза поджала губы, вновь уткнувшись в доверенных ей часть проекта. Что с ней сегодня? Бред полнейший. *** Наблюдая за тем, как слаженно и гармонично работают вместе все члены Совета, Даша чувствовала странный клубок вцепившись друг в друга эмоций. То ли зависть, то ли ревность, то ли обида или вообще ощущение ненужности — что бы это ни было, девушке оно не нравилось. Даша почувствовала это еще в самом начале, когда началась перепалка между Ирой и Лизой. Глава тогда сказала «Я помню, как мы…» И эти «мы» сейчас работали как единый сложный механизм: что-то убери или добавь — он сломается. А Даша как раз и была той самой лишней деталей, что пытаеться вставить свои зубчики хоть куда-то, но каждый раз слетает с орбиты. Девушка не была с ними в прошлом году, не прошла тот путь, что прошли они все, не стала такой уж и близкой подругой хоть для когото в этой компании. Даша старалась думать об этом как можно меньше, но такие ситуации были слишком показательными, чтобы их игнорировать. Вот и сейчас она просто сидела с краю, ожидая, пока все остальные распределят обязанности, оставив ей самую легкую и неприхотливую работу. Настроение, и так плохое из-за будущих экзаменов, упало еще ниже, пробивая тем самым ее предел. Плечи слегка поникли, выдавая девушку с головой. Глаза застыли, уперевшись в одну точку, казалось, что она даже не моргает. Даша полностью потеряла концентрацию на чем либо, все больше и больше погружаясь в это тонкое болото ненужности. Она ведь действительно нужна, что бы только избавить всех остальных от муторной и скучной работы, по типу пере проверки текста на опечатки или разложения документов по папкам, ну или проверки наличие печати на нужных местах. Ее не просили помогать с журналом, только давали какие-то простейшие задачи, словно боясь, что Даша не справится. Рука подперла щёку, грозясь к концу собрания оставить на коже краснеющий след. Но это было особо неважно, после все равно сразу в общагу, а там и поспать… — .а.ша. Даша! — девушка дернулась, когда кто-то потряс ее за плече, и с непониманием уставилась на стоящую рядом Юлю. — Что? — Я раз пять тебя позвала, ты о чем так задумалась? — то ли с волнением, то ли с беспокойством спросила девушка, все еще наклоняясь над младшей. Их лица были так близко, что Даша смогла рассмотреть бледную, почти невидимую, россыпь веснушек. Захотелось к нам прикоснуться, но девушка только сжала руки в кулак, чтобы уменьшить соблазн. — Я. Просто устала немного. — немного смущенно улыбнулась Даша, неосознанно наклонив голову чуть назад, чтобы оказаться еще ближе. Между девушками будто пробежал электрический разряд, заставляя их обоих одновременно резко отстраниться. Даша неловко улыбнулась, проворачивясь к старшей лицом к лицу. Та, впрочем, тоже быстро пришла в себя и только еле заметный румянец на щеках был сведетельством произошедшего. — Уже седьмой час, конечно ты устала, — сочувственно потрепал девушку по волосам, Юля села рядом. — Нам с тобой нужно разобраться с оформлением журнала. Примерно разместить, на каких страницах и в какой их части будут располагаться новости. Возможно, какие-то отрывки стоит сократить, чтобы не нагружать слишком большим количеством лишней информации. Сегодня и завтра это наша единственная работа. Ну, конечно, если деканат не подкинет тебе еще документов. — Это не так уж и сложно, — прикинув в голове план работы, Даша еле заметно поджала губы, — Но муторно. — Да, это не сложно, но и не легко. В самом начале должна располагаться сенсационная информацая, которая за влечет читателя не выбрасывать журнал сразу, как он его открыл. Она должна подаваться интересным способом, но не слишком сложно или просто. Между кусками текста будут ещё картинки, — нахмурилась Юля, заметив недовольство младшей. Кажеться, она поняла, о чем так сильно задумалась девушка, пока все остальные распределяли обязанности. — Это совсем не муторно, тем более, что мы с тобой вдвоем. И работа эта вовсе не скидываеться на тебя, как что-то, на что у остальных нет времени и желания. От наших днействий зависит, будут ли студенты читать нашь журнал, покупать его. Будут ли они заинтересованы им полностью, а не только отдельным разделом. Сможем ли мы при поднести чужой труд так, чтобы его оценили. Юля вошла в кураж, движемся одним единственным желанием — подбодрить девушку. Чтобы только больше не видеть на ее лице напряженно поджатые губы, опущенные глаза и сведкнные к переносице брови. Все это, в купе с поникшими плечами и сжатыми в кулак руками, заставляло Юлю испытывать неприятную тоску. Тоску по яркой улыбке и блестящим глазам, что с такой мягкостью смотрели прямо на нее. Слушая своеобразную террасу, Даша начала понимать, почему находиться в этой девушкой так приятно. Каждое ее слово сопровождалось жестом, мягкие на вид губы притягивали взгляд, а глаза чуть прищуривались, когда Юля вот так вот говорила, доказывая свою провату. По правде говоря, когда та смотрит на Даша именно так, девушка может согласиться с любым бредом, о чем бы не говорилось. Заметив, что Юля уже замолчала, теперь выжилающе уставившись на нее, Даша прокашлялась, возвращая связь с реальностью, и кивнула: — Да, ты права. Это очень важная работа, — пожалуй, в ее голосе было бы гораздо меньше уверенности, если бы всю эту речь произнес кто-то другой, кроме Юли. -С чего начнем? — Давай сегодня отредактируем текста, уберем воду и добавим красочности, а завтра уже подумаем над размещением и внешним видом, — не долго думая, ответила Юля. Черты ее лица чуть разгладились, когда Даша наконец перестала выглядеть как побитый щенок. — Как тебе идея? — Идея супер, — улыбнулась девушка, поднимаясь со своего места и одевая рюкзак на одно плечо. — Пойдем в библиотеку, там получиться сосредоточиться лучше, чем тут. — Да, это точно, — согласилась старшая, когда с другой стороны стола послышалось возмущенное «Эй!» и приглашенных хлопок с последующим болезненным шипением. Это явно не та отмасфера, при которой можно одекватно работать с текстом. *** Людей в библиотеке было не много, что не удивительно, ведь время было не ранним и все студенты спешили поскорее разойтись по домам и выпить теплый чай. Хотя некоторые столы были все же заняты теми, кто обычно до последнего сидел, облажившись книгами, и готовился к экзаменам. Библиотеку наполняла тишина, редкий шелест перелистываемых страниц, стук кнопак клавиатуры и тихие шаги, время от времени приближающиеся к полкам и обратно. В купе с запахом старых советских книг, все это создавало неповторимую и замкнутую атмосферу. Найти свободное место не составило труда. Девушки сели за стол, доставая все необходимое. Юля включала свой ноутбук, пока Даша выкладывала из портфеля флешки с документами, блокнот и ручки, чтобы делать заметки. Не смотря на разделение работы на два этапа, ее все равно оставалось не мало, а значит ближайшие часа три девушки точно остануться тут. Библиотекарь, пожилой мужчина с прямоугольными очками и лысой макушкой, любезно разрешил им оставаться столько, сколько понадобиться, сказав лишь, что по окончанию своей смены оставит ключи за столом. — Погоди, а он не будет нас выгонять? — с подозрением спросила Даша, поставив рядом с ноутбуком два стакана только что купленного в автомате кофе. — Нет, не будет, — благодарно кивнув девушке, Юля сразу сделала небольшой глоток горьковатого напитка, чтобы не обжечься. Взбодриться им точно не помешает. — Вадим Иванович очень добрый, в отличии от Юлии Иосифовны. Вот она точно бы нас выгнала, как только на часах было бы девять. А если понадобиться, то и веникам может прогнать. Она — женщина со странностями. Хотят слухи, что ее бояться все, даже ректор, по этому она и получает зарплату на 400 рублей больше, чем обычный библиотекарь. Хотя, это не особо большая прибавка. А вот Вадим Иванович просто душка. Он и остаться разрешит, если знает тебя, а я с ним с первого курса дружу. И печенье принесет, и чай вместе попьет и поможет, если что. Вообщем, он — лучшее, что есть в нашем универе, поверь мне. — Ого, а мне она показалась милой женщиной, — хмыкнула Даша, вспоминая, как библиотекарь похвалила ее блузку со словами " Вот осталось де в некоторых хоть что-то святое… " Даша, правда, так и не поняла, при чем тут ее одежда, но на своеобразный комплемент улыбнулась и ответила тем же. — Не верь первому впечатлению, все мы когда-то думали, что Юлия Иосифовна — ангел воплоти, — Юля вставила флешку в нужный проем и открыла вкладку Word. — Все, до первого косяка считали её милой. Но если ты совершишь хоть малейшую ошибке — все, пришли пропало. Вернуть ее хорошее отношение не выйдет никак. — Мда, жесть, — пораженно вздохнула девушка, подсаживаясь ближе. Между стульями не осталось даже малейшего просвета, их плечи соприкосались, как и колени. Это заставляло тело покрываться мурашками от смущения и счастья. Даша хотела приблизиться еще, обеими руками обхватить чужую шею, сесть прямо на ее колени, чтобы каждый сантиметр их кожи соприкосался, посылая электрические волны прямо в грудь. Девушка перестала себя обманывать, списывая это влечение на простую симпатию. Нет, это было что-то намного более жгучие и недосягаемое… — Ну ладно, хватит баек, у нас много работы, — привлекла к себе чужое внимание Юля, заставив вернуть взгляд к экрану ноутбука. Вечер длился незаметно. Работа кипела, прерываемая только походами в туалет и за очередным стаканам кофе. Хоть обе его особе не жаловали, но энергия быстро сходила на нет, а бросать все просто так никто не хотел. Шутки, смех, тишина, уставшие вздохи и знаки наполнили пространство библиотеки, которую покинули почти все. Вадим Иванович ушел, и теперь некому было шикнуть на двух девушек, что слишком расшумелись. Впрочем, в этом не было особой необходимости. Обе они настолько устали, что чуть ли не остались спать в универе. Спасла их уборщица, что закрывала свою смену отходом по этажу. Женщина недовольно бурчала, но проводила студенток к выходу, взяв с них обещание больше так не делать. — Удачи тебе добраться домой, — сквозь зевок проговорила Даша, потирая покрасневшие глаза. — Тебе тоже, будь аккуратна, — Юля выглядела не лучше, кутоясь в свой легкий осенний шарф. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи…