Где мы вместе

— Ты хотел украсть сигареты, — держа в руках отобранную пачку, Миша в неверии уставился на растерянного младшего брата. — Я…я — Слава судорожно пытался придумать хоть что-то, но в голове было совершенно пусто. Он никогда не умел врать брату прямо в лицо, а сейчас, когда он неимоверно злой, это было сделать просто невозможно. Сделав глубокий вдох, Слава виновато опустил голову и продолжил: — Да…я хотел взять одну чтобы…чтобы попробовать. — Не ври мне, — с нажимом произнес Миша, нависая над братом. Он не хотел быть таким грубым, но желание добиться правды и уберечь Славика от всего плохого заставляло запихнуть жалость куда подальше. Он должен разобраться. — Тебя почти выворачивает от одного только запаха сигарет, а тут ты вдруг решил их попробовать. Что происходит, Слав? — Я…Миш, я…- в голове мысли метались с такой скоростью, что нельзя было уловить хоть одну, чтобы ответить. Слава так и стоял там, виновато склонив голову перед братом, который не отводил от него жёсткого взгляда. — Это не мне… — А кому? — Миша догадался, что Слава не просто так в последнее время ведет себя странно. Конечно, должен быть кто-то, кто на него влияет. И догадка неприятной болью отдавалась в груди. Нет, это просто не может быть правдой. — Скажи мне правду прямо сейчас и я не расскажу родителям. — Это… — Слава замялся, он прекрасно знал, какие натянутые отношения между Мишей и Артуром. Прекрасно знал, что если он сейчас расскажет про него, то это будет практически предательством. Однако желания разговаривать с родителями на такую тему не хотелось от слова совсем. Слава молчал, сжав кулаки так сильно, что руки начали дрожать от напряжения. — Это Артур? — не дождавшись ответа от брата, Миша сам выдвинул свое предположение, надеясь, что ошибся. Слава резко поднял голову, в шоке уставившись на старшего, и то открывал рот, то закрывал, будто желая что-то сказать, но никак не решаясь. Миша тяжело вздохнул. — Ясно… — Нет! — вскрикнул Слава, тут же зажимая себе рот в надежде, что мама ничего не услышала. Не дождавшись никаких звуков из зала, парень немного расслабился и вновь перевел взгляд на Мишу. — Это не он, это, это точно не он. Ты не прав! — Слава, — Миша чувствовал, как разочарование наполняет грудь. Хотя брат и отрицал, но его реакция была слишком красноречивой. Мише хотелось ударить себя по лбу, как он мог не замечать этой беготни за одноклассником, этих взглядов, этих…этих смешков со стороны Артура. Это месть такая извращенная? Почему именно Слава? — Послушай, то, что между вами происходит только вредит тебе. Ты прогуливаешь уроки, сбегаешь с кружков, у тебя ухудшились оценки, тебя почти не бывает дома и ты воруешь сигареты. Тебе самому не кажется, что твое поведение так сильно изменилось? А ведь вы знакомы от силы месяц. Слава, Артур использует тебя, я не знаю зачем, но твои чувства явно не взаимны. Если ты думаешь, что подружился с бедным, забитым парнем из неблагополучной семьи — ты ошибаешься. Очень сильно ошибаешься. Арткр не такой, каким кажется на первый взгляд, он гораздо хуже. — Да что ты знаешь? — парень поджал губы, сдерживая слезы. Он не хотел слышать этих слов, не хотел и не станет. Слава устал слушаться брата, это глупо, он же не ребенок. — Артур ничего плохого не сделал, я сам решил изменится, ясно? Он меня не заставлял и его чувства такие же искрение, как и мои! — Подожди… — Миша нахмурился, глядя прямо в глаза младшему брату и не узнавая его. Что-то в его глазах блестело так ярко, что это вызывало тревогу. Догадка пришла самам по себе и от этого по спине прошелся холодный пот. — Только не говори, что ты…что ты влюбился в него… — Что? — Слава в шоке уставился на брата. Когда смысол сказанных им слов дошел до парня, его щеки стали красными, как помидоры. Он отвел глаза в сторону и весь сжался, словно заяц перед удавам. — Н…нет, это…н…не так… — Блять, — Миша выронил из рук пачку сигарет и рухнул на диван, спрятав лицо в руках. Он не мог поверить, это было ужасно. Как Артур смог настолько сильно повлиять на его брата? Слепить из него невесть что и влюбить самым ужасным способом. — Слава, прошу, умоляю забудь его. Не ведись, ты не видишь, как он себя ведет в твое отсутствие. Как ехидно ухмыляется, когда я подхожу с очередной просьбой. Я не знаю, что он сказал тебе, не знаю, что вы делаете. Но я знаю одно, он тебя не любит, он тебя даже другом своим не считает. Ты воруешь для него сигареты у собственного отца. Я прошу тебя, задумайся хорошенько, кем для тебя является Артур. Не дожидаясь ответа, Миша встал и вышел из комноты, закрыв за собой дверь. Слава остался совсем один в темной комнате и не знал, что ему делать, что чувствовать. Он привык верить брату, Миша всегда оказывался прав, в любой ситуации. Даже, когда эта правда всплывала позже, когда все уже и забыли из-за чего была ссора. А что ему делать сейчас? Кому верить? Кому можно доверять?

***

Сава хотел поговорить с Артуром. Он искал его по всей школе, спрашивал у учителей и даже у Миши. Брат на этот вопрос лишь пожал плечами и отвернулся, будто не желая даже смотреть на парня. От этого стало так больно, что Славик почти заплакал, но смог сдеражаться. Артура не было нигда и никогда. Даже на крыше, где Славик сидел прямо сейчас, не пытаясь заглушить всхлипы. Ему был так нужен этот разговор. Чтобы не сказал Артур, он бы поверил, простил и больше не позволил бы себе сомневаться, но старшего не было в школе. Он просто прогуливал. Славик поймал себя на мысли, что он без понятия, где искать Артура. Он не знает ни одного места, которые тот любит быть вне стен школы. Не знает даже приблизительный адрес, номер телефона. Не знает ничего. Артур постоянно уводил тему в сторону Славика, а он и радовался, что был интересен парню. Глупо, как же глупо. — Я думаю, Артур не просто так прогуливает, — Славик резко поднял глаза, сталкиваясь со спокойными глазами девушки, что подошла слишком тихо. — О чем ты? — вытирая от слез красные глаза, спросил Славик, когда девушка села рядом. — Он в последнее время очень угрюмый, даже если учесть всю его обычную угрюмость, — хмыкнула Юля, ободряюще похлопав младшего по плечу. Артур ей совсем не импонировал, но она была не из тех, кто судят о людях толком их не узнав. А Артура было очень сложно узнать. По этому, раз Славик настолько был к нему привязан, значит не такой уж это и плохой парень, не смотря на все слова Миши. Юле хотелось помочь младшему, который всегда светился, как фонарик, а сейчас был похож на увядший цветок. — Думаю, раз он даже тебе ничего не сказал, то это что-то очень серьезное. Просто подожди немного и все узнаешь. Слова успокаивали и Славик позволил себе уложить тяжелую голову на плечо девушки. Он действительно реагирует слишком резко. Нужно подождать, дать Артуру время и доверие. Внутри все понемногу успокаивалось. Славик запихал все свои подозрения, навеянные разговором с братом, глубоко и далеко, не желая допускать и каплю сомнения. — Тебе нужно на урок, Миша очень переживает, — погладив парня по голове, Юля улыбнулась ему, видя, как просветлели его глаза. — Мы с ним поругались, — Славик поджал губы и нахмурился, став очень напоминать старшего брата. Юля еле сдержала смешок. — Может это и так, но Миша все равно твой брат. Он очень волнуется, что ты попал под дурное влияние, что тебе будет от это плохо. Ну сам подумай, ты уроки прогуливаешь, даже сейчас, когда Артура даже нет тут. Что, по твоему, должен был еще подумать Миша, раз ты так изменился. — Наверное, ты права, — немного задумавшись, Слава оттаял к брату. Юля была права, нужно было вернуться на уроки и доказать Мише, что Артур никак на него не повлиял. — Спасибо!

***

Прошла неделя, прежде, чем Артур вновь вернулся на уроки. Его почти сразу забрали на серьезный разговор с завучем, но придуманная заранее слезливая история про мать, попавшую в больницу с сотрясением, как и ожидалась, растрогала старую женщину и та отпустила его на уроки, пригрозив пальчиком. Артур почти рассмеялся ей в лицо. Наверное, узнай они почему именно его мать получила сотрясение, все были бы в шоке, но им это знать не было надобности. Артур с неохотой поплелся в кабинет. Его впустили и под грозный взгляд Миши он сел на свое место. Хотелось побыстрее свалить на крышу, но он заставил себя высидеть четыре урока. Нужно же имидж восстановить. Дальше была физкультура и технология, что автоматически говорило об отсутствии уроков. Хотелось увидеть Славика. Миша достал уже с самого начала, испортив всякое хорошее настроение, которое у него осталось после недели наблюдений за матерью. Пора было сделать что-то такое, что заставит старосту взорваться от гнева. А то слишком уж он сегодня борзый. Бесит. По пути на крышу Артур заглядывал в открытые кабинеты, остановившись у одного из них, когда увидел там Славика. — Привет, мелкий! — изобразив радость, Артур вошел в кабинет, в мгновение оказавшись рядом с парнем. — Так рад тебя видеть, ты не поверишь. — Что у тебя случилось? Ты так резко пропал, — немного волнительно произнес Славик, стараясь скрыть радость от встречи с Артуром. Сначала нужно поговорить. — Проблемы дома, — размыто ответил Артур, немного нахмурившись, как-то Славик странно выглядел. — Ты на меня обиделся? — Я…нет, я расстроился, что ты просто так пропал, — отведя взгляд в сторону, ответил Славик, вжавшись поясницей в парту. — Никто не знал, что с тобой и я такого навоображал себе, что очень испугался, все ли с тобой в порядке. — Ох, Славик, маленький ты параноик, все со мной хорошо, — притворно нежно улыбнулся Артур, притягивая парня в свои объятия, как любил делать очень часто. Вот только его руки больше не покоились лишь на чужих плечах, сначала ненавязчиво, а потом настойчиво спускались ниже, поглаживая спину. Славик напрягся, его пальцы сжались в кулаки, скомкав футболку на спине Артура, но быстро расслабился, ощущая приятные мурашки, что пробежались по спине. Он уткнулся носом в ключицу, дыхание стало чаще, а сердце будто следовало по всему телу за руками старшего. Славик решил, что не может просто стоять и наслаждаться, став так же поглаживать плечи Артура. Тот на это ухмыльнулся, чуть отстранив парня от себя. Секунду всматриваясь в глаза младшего, он впился в его губы, сминая их настойчивыми и совсем не нежными движениями. Славик протестующе замычал, не готовый к такой грубости, но отстраниться не смог. Артур не обращал внимание на чужое, пока еще слабое сопротивление. Хотелось избавится от всего напряжения, которые накопилось за это время внутри. Он целовал этого парня так долго, что воздух заканчивался, а голова кружилась. Славик думал, что упадет в обморок. Голова кружилась, а ноги подкашивались. Хотелось вцепиться к чужие плечи так сильно, чтобы только удержаться на ногах, но Славик продолжал попытки сбросить с себя руки и отстраниться. Это был его первый поцелуй, он понятия не имел, каким он должен быть. Однако в голове набатом била тревога: он должен быть не таким!!! — Пусти! — как только чужие губы отпустили его, позволив заглотнуть кислорода, Славик стал брыкаться еще сильнее, однако попытки были слишком жалкими. — Тише-тише, — не обращая никакого внимания на брыкания парня, Артур продолжал поглаживать его тело. Это было…необычно и так весело. Веселье переполняло изнутри, заставляло действовать напористее, грубее. Вот Славик уже лежит спиной на парте, а Артур склонился над ним, покусывая его шею и оглаживая бока. Внутри нарастало возбуждение и парень не понимал, что послужило его причиной. Славику хотелось кричать, но его губы снова захватили в грубый поцелуй. Паника наполняло сознание, все внутри кричало, просило о помощи, вот только ждать ее было не от кого. Никто ведь и не знает, что они тут, а сейчас урок. Стало так до боли обидно, он столько времени ждал этой встречи, придумал столько оправданий и отговорок, лишь бы только не утратить ту радость, что он испытывал от мысли о прикосновениях Артура. Сейчас эти самый руки, что недавно были так нежны, доставляли лишь боль, сжимали его бока и бодра, были везде, по всему телу. — Х…хватит… — когда воздух снова наполнил легкие, парень попытался воззвать к чужой совести. Руки уже слабели, дыхание сбилось, а голова кружилась. Сейчас он был таким же беспомощным, как котенок, которого собираются топить. Услышав за дверью пустого кабинета странные звуки Юля насторожилась. А когда эти же звуки превратились в шуршание и жалобный скулеж, внутри все сжалось. Она резко открыла дверь, радуясь, что та не была заперта, и в шоке застыла на пороге. Юля встретилась взглядом с Артуром, а затем и со Славиком, который явно вот-вот расплакался бы. — Отпусти меня! — воспользовавшись своим, как он думал, единственным шансом, Славик собрал все силы и оттолкнул старшего. Оказавшись свободным, парень подхватил вещи и выбежал из кабинета, задев плачем девушку, что все еще стояла на пороге. Слезы лились непрерывно, хотелось взреветь, закричать, но Славик прикусил губу до крови. Нечего было привлекать внимание, он сейчас не в том состоянии, чтобы что-то рассказать. — Тварь, — тихо выплюнула девушка, срываясь с места, пока ее саму не схватили. Она порывалась побежать на поиски Славика, но сейчас стоило рассказать все это Мише. Внутри все сдавило чувство вины. Это ведь она посоветовала Славику поговорить с Артуром наедине. Хотелось вернуть тот момент и сказать парню не приближаться к старшему. Но это было не возможно. — Миша! — забежав в класс, Юля быстро нашла глазами старосту и схватила его за руку, потащив на выход. — Артур…он…ха…он только что пытался… Славика…блять… — Что случилось? — паника наполняла парня, пока он слушал сбивчивое объяснение Юли. Как только знакомое имя влетело в голову, Миша сразу понял, что дело дрянь. Он догадывался, что брат не бросил это дело, а продолжил ждать, пока Артур вновь появится. Беспокойство поутихло, когда Славик вновь стал исправно ходить на уроки и оценки вернулись в норму. Как оказалось — зря расслабился. — Артур, — немного восстановив дыхание, Юля наконец смогла сформулировать эту страшную, даже в мыслях, фразу: — Он пытался изнасиловать Славика. Голова мгновенно опустела. Сердце замерло и встало, будто желая сделать тишину еще более мертвой. Миша в шоке уставился на Юлю, которая что-то продолжала говорить, но он ее не слышал. Осознание всего приходило так медленно, словно кто-то не желал этого. Староста почувствовал, как легкие сжало: он задыхается. В глазах темнело от злости, но внутренности наполнялись лишь страхом. Страхом за Славика. За его любимого младшего брата, который со всей, свойственной лишь ему одному, наивностью смотрел на мир, видел только хорошее, всех пытался оправдать, найти причину. Не выносил запах сигарет. И кто-то осмелился вот так вот взять и растоптать все его доверие, его любовь. Так отвратительно. Глаза метнулись в сторону, как только Миша заметил движение там. Как же сильно он ликовал внутри, когда из-за поворота вышел сам Артур. Совершенно расслабленный ублюдок, он медленно плелся к кабинету с сигаретой в зубах, явно расстроенный неудавшееся затеей. Миша не сдержался. Не хотел сдерживаться. Ноги сорвались с места сами, как и руки, что уже были сжаты в твердые кулики. Он никогда раньше не дрался, призирал тех, кто опускается до насилия, вместо разговора. Однако, как же было хорошо, когда его кулак с гулким звуком впечатался прямо в челюсть удивленному Артуру. Тот отшатнулся, в шоке уставившись на старосту. Он явно хотел сказать что-то еще, что-то грубое, но к нему уже летел следующий удар. Все было так быстро и одновременно медленно, что Миша не успел толком ничего понять, как они уже валялись на полу, набивая друг другу лицо. Вот только, Артур как будто сдерживался, позволяя старосте оказаться сверху и бить, бить, бить… Мише было плевать, даже если Артур сейчас подставляет его, даже если его попрут с этой школы с позором. Он хотел избить его. Хотел, чтобы Артуру было больно, так же больно, как и его младшему брату. Где-то вокруг уже собирались испуганные школьники и взволнованные учителя. Кто-то хватал Мишу за руки, пытался оттащить его в сторону. Но парень рвался назад, ему не хотелось останавливаться. Сейчас было плевать, убьет ли он Артура или покалечит слишком сильно. В груди пылала ярость. Не было боли от разбитой губы и скулы, его не волновала текущая из носа кровь и разодранные костяшки. Было плевать на то, что на ребрах точно останутся синяки от ответных ударов. На драку прибежал физрук и, не став особо разбираться, рывком откинул Мишу в сторону от Артура, обхватив его так крепко, что стало трудно дышать. Он что-то орал в ухо парню, но тот не слушал, понемногу приходя в себя. Ему было хорошо от того, что лицо этого ублюдка было в крови. Однако возмущение вернулось, когда все остальные обступили Артура, принявшись обеспокоенно над ним хлопотать. — Нет! Не нужно спасать его, он ублюдок! — но его слова, казалось, не слышал никто, кроме физрука, который потащил парня в кабинет директора. Юля побежала за ними, пытаясь привести Мишу в чувства.

***

Миша мало что запомнил с того дня. Смазанные силуэты учителей, директора, его родителей. То, как они в молчаливом шоке слышали сбивчивый рассказ Юли, что всеми силами старалась смягчить наказание для друга. Помнил, как в кабинет зашел Артур с обработанными ранами и пластырями по всему лицу. Как он снова почти сорвался на него, но его крепко держал физрук. Помнил, как Артура исключили из школы, а его поставили на учет и выгнали с должности старосты. Но больше всего запомнился померкший взгляд Славика, которого они обнаружили сидящим под дверью квартиры. Его опухшие от слез глаза и холодное молчание. Слава молчал неделю, отказывался есть и куда-то ходить. Родители плакали, пытались как-то отвлечь его, но тщетно. Слава ходил к психологу три месяца, прежде, чем стал понемногу приходить в норму. В школе об этом случае никто не распространялся. Миша временами вспоминал эту наглую улыбку, желая вновь сбить ее с лица кулаками. Однако как же он был счастлив, когда узнал, что Артур с матерью уехали из города, как только женщину выписали из больницы. Наконец-то все будет как прежде. Все будет хорошо. Слава больше никогда не улыбался так же искренне и счастливо, как во время их разговоров с Артуром.

***

— Вот же уебок! — крикнула Ася, сжав кулаки. — Почему его еще никто его убил? — Успокойся, Ась, — положив руку на плечо подруги, Даша пыталась сдержаться сама. Ей очень хотелось взять ту биту, которую она заприметила в баре Руслана. — Как только он придет, я разрешаю нам всем немного повеселиться…