Где мы вместе

Провести рукой по бедру. Сжать. Переложить руку выше. Пройтись языком по ключицам. Укусить. Поймать вышивавшийся стон и поцеловать. Юля всегда знала, что ей делать. Всегда могла одними только пальцами заставить Дашу забыть собственное имя. Она ловила каждый звук, стон, дрожь — каждую реакцию, запоминала и применяла все это в следующий раз. И в следующий. Даша чувствовала, что тело плавиться, мозг вырубается. Перед глазами расплывался белый потолок, как бы она не пыталась сфокусироваться, увидеть хоть что-то, ей не удавалось. Резкое движение — ноги напряглись. Но Юля только сильнее сжала бедра, не позволяя их свести. Пальцы скомкали несчастное одеяло сильнее, но это практически не помогало. Юля прикусила нежную кожу внутренней стороны бедра — и мышцы снова напряглись. Язык прошелся по укусу, как бы успокаивая, но лучше не стало. Жар, сковавший тело, просто сводил с ума. Рука вновь прошлась по бедру выше и оторвалась от ноги. Там, где ощущалось горячее дыхание, оказались пальцы. Только в такие моменты Даша полностью понимала, насколько же они черт возьми длинные. Вторая рука все еще покоилась на бедре, но уже лишь успокаивающе поглаживало. Девушке пришлось прикусить собственный кулак, когда палец внутри двинулся, находя нужную точку в считанные секунды. Движения были мягкими, но чертовски уверенными. Бляять… Мысли… Что вообще такое мысли? Они когда-то были в голове? Голова откинулась на подушку. Глаза закрылись сами по себе. Даша выгнулась, когда ощущения стали невыносимыми. Как будто все нервы в теле сосредоточились только в одном месте, и его настойчиво не оставляют в покое. Даша не слышала себя, не слышала ничего, кроме сумасшедшего стука сердца. Оно остановиться к чертям тогда, когда пальцы остановятся. Волосы липли ко лбу, но дрожащими руками не выходило их смахнуть. Ну же. Сделай что-нибудь, или сойдешь с ума! Но Даша не могла. Все ее тело будто принадлежала другому человеку, и от этого ощущения срывало башку. Лучше уже не будет. Никогда… Наверное… Когда к пальцам внутри присоединился язык снаружи, девушка услышала, как сердце действительно остановилось. Перед глазами кроме темноты и блёсток больше не было ничего. Ощущения не прекратились, а стали только сильнее. Юля будто ничего и не заметила, продолжая двигать уже тремя пальцами по немного опухшей точке внутри дрожащего тела. Хотя язык снова принялся вылизывать внутреннюю сторону бедра, исследуя еще один засос. Дрожащие ноги попытались сомкнуться, но им не дали такой возможности. Даша дернулась, то ли уходя от слишком сильных ощущений, то ли пытаясь выпросить больше. Голова гудела и одновременно с этим ужасно наполнялась зудящей пустотой. Происходило что-то странное. Необычное. Почему не останавливается? Почему все такое ужасно чувствительное. По ощущением, внутренняя сторона будра была практически такой же чувствительной, как и то место, которое сейчас нещадно трут. Слишком сильно. Слишком много. Слишком быстро. Пальцы, казалось, были везде. Гладили, щипали, сжимали, двигались. Все повторялось по кругу, словно закольцованный алгоритм. Оргазм подступил к сознанию незаметно быстро и накрыл с головой, как цунами. Наверное, Даша слишком сильно прикусила губу, чтобы сдержать вскрик хоть немного. Отдышаться ей не дали… — Хватит! — пальцы двигались чуть медленнее, но и не думали останавливаться. Круговые движения превратились во что-то хаотичное, непонятное. Даша чувствовала, как ноги практически сводило судорогой. Тело еще не отошло от двух оргазмов, но к горлу уже подкатывал третий. Свободная рука бесстыжей садистки оказалась на животе и поползла выше. Она вела по мокрому телу, пытаясь то ли отвлечь, то ли наоборот заставить расслабиться. Даша не могла успокоить дрожь, не могла подавить стоны, не чувствовала пальцев рук, которые отчаянно сжимали покрывало. Будь это человек, она бы сломала ему кости. На этот раз было слишком быстро. Словно вспышкой в темноте. В глазах померкло. Все прекратилось. Наконец-то… ~OOO~ — Даш, — рука легла на плечо, но ее тут же сбросили и молча отошли подальше. Юля тяжело вздохнула и новь подошла. Они словно в салки играли и так продолжалось с самого утра. Не то, чтобы девушка жалела о своем поступке, но спина уже зудела от злостных взглядов. — Даш, ну хватит дуться, скажи хоть слово! Даша медленно обернулась, смерила старшую совершенно холодным взглядом, отвернулась обратно. — Слон, — прозвучало тихо, и девушка сорвалась с места и, чеканя шаг, демонстративно уселась с одиночное кресло перед телевизором. — Что? — Юля ненадолго застыла, не понимая смысла, но ей и не подумали отвечать. Собрав в кулак все свое мужество, она снова подошла к невозмутимой совершенно ее игнорирующей девушке и уселась на пол у ее ног, чтобы привлечь наконец ее внимание. Ее удостоили скептическим взглядом и снова отвернулись. — Даша, пожалуйста, прекрати на меня злиться. Обещаю, в следующий раз я предупрежу, если захочу сделать что-то необычное, — она чеканила каждое слово и в итоге смогла заставить мисс неприступность наконец посмотреть ей в глаза. От Юли не укрылось, как покраснели в этот момент чужие уши. Не что ж, с этим можно работать. — А с чего ты взяла, что следующий раз будет? — Даша театрально подняла брови. В голове все еще было свежим воспоминание, как мозг почти взорвался на третий раз. А еще ноги жутко белели, а конкретно бедра. Походе она их слишком сильно напрягла. Оставлять это все просто так не было никакого желания… Даже если ей понравилось. Совсем немного. Чуть-чуть… Ну или не чуть-чуть… Так! Сейчас важно не это, а совершенно невинная морда, смотрящая сейчас на нее снизу вверх. Так бы и пнуть. — Только не говори, что тебе не понравилось! — Юля возмущенно нахмурилась и попыталась встать, но ее пригвоздили к месту тяжелым взглядом. Пылу поубавилось. — Ну, то есть…эээ… В общем, что мне сделать, чтобы ты перестала придумывать способы моей казни? Даша задумалась. Вся эта ситуация была абсурдной, но никто не мешал извлечь из этого выгоду. Ей понравилось, безусловно, хотя бы себе можно и не врать, но это не значит, что она уже все простила. Юля всегда была собранной, всегда знала, что делать. Хотелось увидеть другую ее сторону. Хотелось, чтобы ее глаза бегали, щеки горели, волосы растрепались, а грудь вздымалась от прерывистого дыхания. Хотелось заставить ее ощутить то же самое. А может и чуть больше. Даша хмыкнула, отличная возможность немного попрактиковаться. Встав, она пошла в сторону своей комнаты, но, не услышав чужих шагов, обернулась, с укором смотря на опешившую девушку, — Идем, чего расселась? В комнате Даша молча кивнула на кровать, а сама залезла в шкаф. Нужный предмет нашелся невообразимо быстро, а гаденькая предвкушающая ухмылка никак не сходила с губ. Девушка повернулась и показала своей жертве то, что достала. — Это что? — в голосе было слишком много замешательства. Юля прекрасно заняла ЧТО это, но тупой вопрос обычно срывается с губ раньше, чем успеваешь его обдумать. — Как что, это сувенир, — Даша двинулась к кровати, как довольный тигренок, у которого наконец получилось застать мамин хвост врасплох. — Из полицейского участка? — невесело хмыкнула Юля, начиная догадываться, что происходит. Но надежда обычно умирает последней, так что она судорожно путалась придумать, зачем Даше ВДРУГ понадобились эти чертовы наручники. — От куда они у тебя вообще? — Секрет фирмы, — не обращая внимания на чужое удивление, Даша резко залезла на кровать и села на чужие бедра, придавливая жертву, чтобы та не вздумала шевелиться. — Ручки ваши попрошу. Руки прикованы к кровати, а ноги придавил мучитель — а как начинается ваш день? Юля не знала, радоваться ей, что Даша наконец проявляет весьма интригующую инициативу, или все же плакать. Когда шорты с трусами отлетели куда-то в сторону, а ноги снова придавили, немного их раздвигая, она начала склоняться ко второму варианту. По крайней мере мысленно, так как внизу практически моментально стало жарко. Даша уже делала это. Конечно, ей всегда хотелось ответить Юле тем же, сделать приятно. Но она никогда не была вот так вот полностью у власти. Обычно ее направляли руки, голос, ей помогали и хвалили. Но сейчас ощущения были совершенно другие. Чувство вседозволенности было не хуже любой похвалы. Пальцами она практически не действовала, предпочитая ими лишь дразнить. Чувствительные бока начали подрагивать под прикосновениями и поглаживаниями, а Юля стала как-то протестующе мычать. Но это не имело сейчас никакого значения. Она тоже протестовала, а ее проигнорировали. Вот и пусть даже не пытается. Даша облизнулась и склонилась над своей жертвой еще ниже. Обычно в таки моменты она стояла на коленях на полу, а сейчас угол обзора кардинально изменился. Девушка намеренно избегала самой чувствительной точки, желая сначала вернуть немного другой должок — почти все ее бедра покрывали красные пятна. А мы тут за равноправие, так что скоро с десяток свежих засосов покрывали напрягшийся живот и почти столько же — бедра. Кивнув себе в одобрение, Даша все же удовлетворила немые мольбы и пустила в ход язык. О она была очень выносливой, а язык так и вовсе почти никогда не уставал. Месть будет просто невероятно сладкой. Юля в мыслях пожалела, что научила Дашу быть настолько хорошей в этом. Слишком хорошей. Она забылась в ощущениях. Потеряла нить событий, когда спина выгнулась во второй раз. Голова металась по подушке, а от звона наручников болели уши. Или это было по другой причине. Юля не знала. Забыла. Или нет. Черт, все смешалось, превратилось в яркие вспышки и темнеющий мир. Даша слишком быстро учится. Слишком хорошо запоминает все. Слишком злопамятная… Боже, за что ей такое ахуенное счастье? ~OOO~ — Все ясно, — Маша еще раз обвела глазами двух совершенно невозмутимых особ и глубоко вздохнула. У обоих были перевязаны запястья, а одежда совершенно не прикрывала ярко красные отметены на шее, руках, ногах…на всем мать его теле. Даша сидела в кресле, склонившись над Юлей, что уселась на полу, и усердно плела ей косички, стараясь даже не поднимать глаза на подругу. А Юля просто выглядела донельзя самодовольной, аж бесит. — Значит пока я весь день тут пытаюсь занять Соню всем, чем только можно, выполняю вашу сердечную просьбу, а вы веселитесь? — в голосе сквозила строгость и обида, но если бы кто-нибудь соизволил поднять глаза, то увидел бы во взгляде девушки озорные искры и одобряющую улыбку. — С вами можно? — НЕТ! — одновременно вскрикнули обе девушки и с возмущением уставились на хохочущую Машу, что свалилась на диван и не могла нормально сделать вздох. На это оставалось только закатить глаза и вернуться к своим делам. Быть может, как-нибудь позже им удастся повторить этот ужасно извращенный марафон. А для этого им еще нужна живая, и желательно целая няня, для жутко любопытной девочки, что сейчас, не зная причины, принялась так же смеяться вместе с Машей на диване. Даша вздохнула и взяла пальцами очередную прядь светлых волос, умело вплетая их в косу. Она их вытерпит. Все получится.