королева

В квартире светло, хоть и за окном давно село солнце. Электрический свет зажжён в каждой комнате, где есть хотя бы маленький намек на шкаф, комод или тумбу с одеждой. Чонгук страдальчески стонет, выкапываясь из кучи барахла, и оглядывает весь беспорядок, что он устроил в своей комнате. Завтра важный день, а подходящего наряда до сих пор нет. – Блядство, – Чонгук поднимает какую-то жёлтую кофточку и кидает в сторону в отвращении. – Ну какого хуя то, а... В расстройстве он выныривает из кучи и, перелезая через гору раскопанных вещей, падает на кровать, чудом оставшуюся пустой. Эти поиски до того долгие, противные и безрезультатные, что Чонгук хочет убиться об стенку и откровенно послать нахуй систему их университета. Но нет. Он же хотел пойти, хотел покрасоваться. С очередным обречённым стоном Чонгук встаёт с мягкой нагретой постели и подходит к свалке вещей, которую надо бы разобрать и вернуть всё на свои места. Время уже за полночь, а он устроил настоящий бедлам. Расправляя и складывая очередную блузку, Чонгук хмурится, потому что появляются непонятные складки, хотя до этого всё вроде лежало ровно. – Ну что такое, – злобно встряхивает вещь и ойкает, когда на ноги падает изумрудный топ. – Я бы тебя придушил, да не за что. На самом деле Чонгук выдыхает с облегчением и мыслью, что все было не напрасно. Он искал именно этот топ, чтобы завтра пойти на ежегодный весенний бал. Вообще в этом университете Чонгук учится с начала марта, а уже свои пасхальные яйца подкатывает апрель. Пришлось полностью утонуть в учебниках, потому что по программе его бывший универ знатно так отставал. Времени вливаться в коллектив особо не было, точнее, его не было вообще, потому что деканат решил по полной испытать переведенного студента-отличника, спрашивая с него курсовые, зачёты и научные работы. Чонгук заебался ходить в этот деканат, а лицо проректора он уже готов разбить кулаком. Поэтому сейчас он сидит на очередной скучной паре, листая ленту любимого онлайн магазина. Корзина наполнена различными вещами от браслетов до пуховиков, но Чонгук ими может пока только любоваться. Стипендию ему до сих пор не выдают и наверное не будут до следующего учебного года. Он отвлекается от затягивающего, но бессмысленного листания всевозможных моделей одежды, потому что в кабинет с громким шумом влетает не безызвестный Ким Тэхен и его лучший друг – Чонсок. Чонгук закатывает глаза, не желая слушать очередные байки ни о чем. – Студенты, что за дела? Уже прошло полчаса от начала пары, – профессор Кан смотрит на них поверх своих очков. Мужчина добрый и понимающий, как Чонгук бы сказал, но строгий и не терпит непунктуальных студентов. – Я жду устное объясниние и письмо директору. – Простите, профессор Кан, мы задержались из-за деканата, – начинается давно известная всем песнь. – На этот раз из-за весеннего бала, – что-то новенькое, на что Чонгук отрывается от телефона. – Понимаете, нас попросили помочь с организацией всего этого добра, поэтому мы решали кое-какие вопросы, – Тэхен явно лукавит, Чонгук смотрит на него и пытается понять, что хочет сделать больше – задушить его или сесть на это смазливое лицо. – Кстати, дево-о-онки, – ловелас оборачивается к группе, – у нас будут король и королева, так что оденьтесь красиво и тогда сможете потанцевать с королём, – и подмигивает, зараза такая. Чонгук снова закатывает глаза, когда слышит восхищённые поросячьи визги, и обиженно хмурит брови. Может, он тоже хочет стать королевой. – Ладно, проходите, – с укором в голосе говорит профессор и пропускает студентов. Те с шумом проходят на свободные места, как назло оставшиеся позади Чонгука. – Слышь, Ким, все так пищали от тебя, думаешь, станешь королём? – Чонсок локтем пихает друга, пока достает тетради. – Кто, если не я? А королевой будет... Ну например Сонми, она красотка, – Тэхен на секунду задумывается, а потом со вздохом, как Чонгуку послышалось, обращается к нему, наклонившись вперед. – Эй, Чон, дашь конспекты? – Не дам, – Чонгук хотел сразу нахуй послать, но сдержал себя. – У Сонми спроси. Кто-то скажет – ревнует. Ну может самую капельку. Тяжело было ему – зелёному мальчику из Пусана – не влюбиться в звёздочку из Сеула. Очень сложно. Особенно когда у звёздочки улыбка на пол хари и голос до костей пробирает. Чонгук себе не признается, что влюбился, хотя все признаки на лицо. – Бука, – Тэхен фыркает и откидывается на стул. Чонгук сжимает ручку и продолжает записывать, стараясь успеть за речью профессора. И так каждый день. Лишь изредка Тэхен может прийти без опозданий, но тогда вероятнее всего случается какой-нибудь катаклизм, по типу отключения электричества, воды или отопления. Чонгуку нравится, когда пары отменяют, но не нравится, что у Кима такое отношение к учебе. Это сразу говорит о том, что им не по пути. И не то, чтобы Чонгук до переезда в Сеул только и делал, что дрочил на учебники, нет. У него много увлечений: танцы, пилатес, воздушная йога, силовые тренировки... Да, он спортоман, и что вы сделаете? Помимо этого Чонгук регулярно смотрит сериалы или фильмы, сделав какую-нибудь увлажняющую маску. Благодаря всем этим стараниям у него приятная фигура, которая полностью устраивает парня, и нежная кожа на всем теле. А до чего классно наряжаться, когда чувство реально красивого себя пробивает допустимые пределы. Хочется надевать все, до чего дотягивается рука. Даже если нет «особого» повода, чтобы надеть какую-нибудь вычурную блузку, короткие шорты или даже юбку. Чонгуку нравится всё. Вечером он делает классический клубный мейк под свой наряд: темно-зеленые тени, игривые стрелки, гранатовые губы. Волосы слегка завиты и почти касаются плеч. Подмигнув отражению, Чонгук надевает довольно массивные сережки с камнями и идёт одеваться дальше. Топ-полоску он уже надел, она приятно облепила грудь, открыв вид на аккуратные ключицы и шею. Красота. На низ Чонгук хотел что-то не от мира сего, яркое, но чтобы элегантное и сексуальное. Поэтому он надевает серебристые брюки в пайетках, готовые отражать каждый лучик света прямо в глаза. На ноги тонкие изумрудные шпильки, под руку клатч, пара серебряных браслетов. Можно покорять Сеул! Добирается он на такси и чувствует себя королевой, своей жизни как минимум. И, видимо, ещё и таксиста: – Куда такая прелесть направляется? – Чонгук видит в зеркале лукавое лицо водителя. – Спасибо, на работу еду, – нагло язвит. – Какую работу в семь часов вечера? – а мужчина этот, похоже, не понимает намеков. – Да вот, заказ у меня. Какой-то жирный миллионер со своим маленьким членом выложил крупную сумму, – Чонгук знает, стоит только водителю посмотреть на навигатор, как он все поймет. Но не сегодня. – Оу... Сочувствую, – мужчина сразу отводит взгляд и сосредотачивается на работе. Чонгук отворачивается к окну и глубоко задумывается. Наебал мужика ни за что называется. Даже стыдно как-то. – Извините, на вечеринку я еду, – он решил сказать правду. Не хотелось так сильно обижать водителя, который хотел сделать ему обычный комплимент. – Да я уже понял. Будьте осторожны, щас такие пошли извращенцы, ужас просто, – мужчина показательно кривится. Чонгук улыбается и кивает. Всё-таки первое впечатление обманчиво. Чонгук волнуется, когда заходит в университет. Студенты, которые не успели ещё уйти на дискотеку, пораженно смотрят на него. К нему подбегает староста – Чонхи. Первая, с кем он смог наладить контакт и не опозориться. Они иногда общались вне стен университета, могли даже сходить погулять. Для Чонгука она стала первой подругой здесь. – Гуки! Божечки, прям принцесса. Такой красивый, – сама Чонхи была в аккуратном розовом платье под стать ее характеру. – Спасибо, тебе очень идёт это платье, зефирка прям. Они хихикают и под стук каблуков поднимаются на третий этаж. Чонгук уже чувствует, что привлекает внимание. Он знает, что чертовски красив: пропорциональное тело с пышными бёдрами, узкой талией, длинными ногами и небольшой грудью. Чонгук знает и умело пользуется. На третьем этаже народу уже побольше. Многие девушки, по скромному мнению Чонгука, выглядят не просто на титул «королева бала», а как минимум на «мисс Корея». На них оборачиваются, провожают взглядами, иногда не очень лестными и приятными, даже осуждающими. Понятное дело, что кто-то ревнует, завидует, ненавидит. Но были и восхищённые взгляды: от искренних обожателей, хороших знакомых, одногруппников, от ботаников, которым очень хочется коснуться столь идеального тела. Чонгук с Чонхи гордо проходит мимо, покачивая блестящими бёдрами. Ему все равно на эти взгляды. В актовом зале сделали перестановку: убрали сиденья, развешали плакаты, гирлянды. Поставили пару столов с напитками и лёгкими закусками. Не очень громко играет музыка. Сцена освещена, по ней уже ходят так называемые ведущие, которые будут руководить весенним балом. На танцполе ребята разогреваются, покачиваясь с бокалами пунша. Чонхи тянет Чонгука к стене, но он сопротивляется и отводит подругу прямо в центр. – Хи, там твой Джэхён, давай поздороваемся, – Чонгук улыбается игриво, знает, как Чонхи стесняется своей влюбленности. И знает, что Джэхёну она тоже нравится. – Гуки, нет, я не хочу, – румянец сразу проступает на ее щеках, а глаза начинают блестеть. – Я не... – Привет. Чонгук, шедший до этого спиной вперёд, оборачивается через плечо. Сережки покачиваются в ушах, а волосы от резкого движения подпрыгивают. Перед ними стоит тот самый Джэхен, улыбается открыто так и держит поднос с тремя бокалами пунша. – Позвольте вас угостить, – он протягивает напитки. Чонгук видит, что Чонхи уже хочет слиться, поэтому берет два бокала за ножки и впихивает один подруге. – Спасибо большое, – Чонгук улыбается и пробует, поглядывая на Чонхи. – С-спасибо, – подруга покраснела почти полностью, ее рука слегка дрожит. – О, дарова, Ромео. Чонгук морщится и недобро косится за спину Дэхена. Потому что из-за нее появляется Тэхен. На нем ярко-желтый костюм-тройка, синяя атласная рубашка и розовый галстук. Волосы прилизаны, а туфли начищены. Ну прям местный Денди. Он наваливается на Джэхена, из-за чего тот едва ли не падает. Тэхен подмигивает другу и наконец оборачивается на них. О, это выражение лица Чонгук с собой в могилу унесет. Абсолютно обескураженный его внешним видом Ким, который не может даже слова вымолвить, раскрыв рот. – Хлеборезку прикрой, – Чонгук не будет собой, если хорошенько не съязвит. Он бы ещё с удовольствием шпилькой на дорогие тяги наступил, но каблук жалко. – Что... – Тэхен еле смог прийти в себя, и то, об этом можно говорить с тяжёлой натяжкой. Чонхи смеётся и переглядывается с Джэхеном, от чего смущается и берет Чонгука за руку. – Пойдем погуляем ещё, у нас минут двадцать есть, – она тянет друга в сторону выхода. – Реально прикрой, а то муха залетит, – Джэхен щёлкает друга по подбородку. – Сгинь, – Тэхен чуть ли не рычит. И не то, чтобы Чонгук не почувствовал испепеляющий взгляд на свой ахуенной заднице. – Хотя тут скорее слюна потечёт, – Джэхен свистит и улыбается нагло, будто нарочно злит. Хотя, почему "будто"? – Ты все ещё здесь? – Тэхен не на шутку разозлился. – Пей свой пунш и пошли всё ещё раз проверим. Они остановились у окна, вид из которого открывается на стадион. Чонхи уселась на подоконник. Чонгук опёрся на него предплечьями и немного прогнулся. – Мальчики такие забавные, – Чонгук непонимающе смотрит на подругу. – У них на лице прямо все написано. Особенно у Тэхена. – Что? – хмурится. – Хи, перестань говорить загадками. – Ну так же неинтересно будет, – она склоняет голову к плечу и болтает ногами. Чонгук сразу понимает, что больше она ему об этом ничего не скажет, и вздыхает. Они вернулись в зал через десять минут. На улице темно, хоть фонари и горят, смотреть на пустой стадион то ещё удовольствие. Людей значительно прибавилось, музыка стала громче, но торжественного объявления начала ещё не было. Чонгук ставит пустые бокалы на стол и возвращается на танцпол. Он обошел почти весь зал, но так и не увидел Чонхи. Она как сквозь землю провалилась. Джэхена кстати видно тоже не было. Чонгук сложил два и два и решил просто спокойно потусить со всеми. Он приклеился к компании одногруппниц и потихоньку стал покачиваться в такт музыке. – Дорогие студенты! – из динамиков послышался голос ведущего. – Рады вас видеть на весеннем бале. Надеемся, вы хорошо проведёте время. Не забудьте, что в группе университета скоро появится два опроса: на короля и королеву бала! Чонгук полностью обратился к говорящим, слушая по большей части пустую речь. После этого начинаются танцы. Музыку врубают на полную, свет начинает играть и мелькать перед глазами. В зале становится душновато. Чонгук первое время не может себя отпустить, боясь упасть на кого-нибудь или опозориться, но потом начинает более открыто двигаться в ритм. Чонхи появляется так же неожиданно, как тогда пропала, и тянет его к центру. Разморенный танцами Чонгук совсем не сопротивляется и смеётся. Они начинают танцевать вместе, держась за руки. Становится жарко. Чонгук чувствует, что на них смотрят, как минимум Джэхен из-за Чонхи, но он не единственный. Тот самый взгляд на округлую попу кажется знакомым, Чонгук оборачивается и тут же жалеет об этом. Тэхен смотрит, нет, пилит его взглядом, стоя у стены и попивая пунш. Чонгук находит это интересным и, чтобы поиздеваться, начинает ещё сексуальнее выгибаться, гладит себя по бёдрам и талии, дразнит. Но за терпение вознаграждать Кима он точно не собирается. Где-то через полтора часа Чонхи вытягивает его в коридор под предлогом «сходить припудриться», но Чонгук уверен – причина в другом. – Давай, Хи, я слушаю, – в туалете он опирается на раковину и смотрит, не потекла ли тушь. – Ты в курсе, что твоя кандидатура есть в опросе «королева бала»? – Чонхи подкрашивает губы и смотрит на подругу через зеркало. А Чонгук просто пялит на себя в зеркало и не может понять, что только что услышал. – Ты хотела сказать «король бала»? – в голосе звучит какая-то надежда. – Нет. И я знаю, что ты рад, – она игриво косится на друга. – Не благодари. – Хи! Что ты сделала? – Чонгук крайне не доволен. – Гуки, – расчётливо начинает Чонхи и подходит к нему за спину, хватая за оголённые плечи, – посмотри на себя в зеркало. Ты видишь то же, что и я? Чонгук не на шутку пугается такой настойчивости подруги. Он смотрит на себя и на него в ответ смотрит слегка измученный парень с намеком на девушку лёгкого поведения с чуть поплывшим макияжем. Топ немного сполз вниз, оголив верхнюю часть груди, Чонгук спешит его поправить. В зеркале он ловит взгляд Чонхи. – Себя? – неуверенно. – Да. Ты достоин носить корону. Как бы ужасно это не звучало, не суди меня, – она улыбается. – А ещё, я хочу, чтобы ты утер этим курицам нос. Чонгук улыбается и поворачивается к Чонхи, обнимая. – Спасибо. Возвращаются они только минут через двадцать, потому что гуляли по корпусу, чтобы освежить голову. В зале стало очень душно, что свидетельствовало о том, что студенты скоро начнут разбредаться по клубам, а значит в интересах самоуправления сейчас объявить короля и королеву и включить медленный танец. Чонгук имел представление, что может выиграть этот титул. Это будет первый в истории университета бал, на котором парой вечера станут два парня. Но кто знает... – Голосование закончится через пять минут! – слышится голос из-за сцены. Все девочки начинают шептаться. Чонгук чувствует нарастающее волнение. Он понимает, что Чонхи опять пропала, когда сжимает руку, которой держал подругу. Оглянувшись, Чонгук замирает, когда видит Тэхена, смотрящего на него. И во взгляде нет ничего похабного, наглого и даже альфонского. Они буравят друг друга глазами, пока Чонгук не вздергивает подбородком и не уходит к появившейся на горизонте Чонхи. Она как настоящая кошка – появляется, когда хочет, и гуляет, где хочет. – Гуки, пойдем к сцене поближе, давай! – Чонхи прорывается сквозь толпу возбужденных студентов. Чонгук чуть не наступает кому-то на ноги. – Ай! – он спотыкается из-за того, что ему наступили на край брюк. Слышится треск ткани, она натягивается и рвется по шву на бедре. Чонгук с ужасом смотрит, как брючина рвется почти до самого верха. – Боже мой, прости пожалуйста, – парень суматошно извиняется. Они оба краснеют, Чонгук в частности из-за оголенной ноги. – Давай стриптиз! – кричит кто-то в толпе, Чонгук с ужасом хватается за взвинченную Чонхи и уходит вместе с ней наружу. В коридоре темно, но свежо и спокойно. Чонгук чуть не встречается носом с плиткой на полу из-за трясущихся ног. Чонхи доводит его до окна, откуда льется пусть и тусклый, но хоть какой-то свет. – Черт, прям сильно порвалось, я не уверена, что смогу сейчас зашить, Гуки, – Чонхи держит в руках пострадавшую брючину. Края растрепались, нитки вылезли. Чонгук с сожалением смотрит на любимые брюки. У него нет желания заплакать, только вернуться домой, осторожно починить штаны и лечь спать, сделав какую-нибудь маску. Можно было бы позвать Чонхи на ночёвку, но что-то ему подсказывает, что она сегодня уйдет не одна. – Гуки, не расстраивайся, – Чонхи обнимает его. Из зала слышатся крики, а потом голос ведущего. Через стены он звучал тише и глуше, но слова разборчивы. Они оба вслушиваются в речь, вот только Чонгук больше не находит для себя это интересным. Непонятно, что за перемена произошла, что в момент изменило его отношение к ситуации. – Королём традиционного весеннего бала становится... – повисает пауза ожидания, – Ким Тэхен! Зал взрывается аплодисментами, это слышно очень хорошо. Чонгук кривится и вздыхает, облокачиваясь на холодное стекло. Чонхи поглаживает его по бедру и внимательно слушает. – Ну и пожалуй то, что является самым интересным для наших дам, это титул Королевы бала. Борьба была ожесточенная, я бы даже сказал, что эта конкуренция практически вылилась в ничью. За титул в равном бою встретились Чон Чонгук и Ли Сонми. Однако корона достанется только одному, – ведущий вновь остановился, – и это Ли Сонми! Зал снова гудит, на этот раз громче. Чонгук окончательно разочаровывается в себе, пусть и понимает, что это временно. Завтра он снова в уже полюбившемся образе ботана придет на пары и будет слушать вызубренную речь профессора о механизмах и реальной физике. Но сейчас он как в сопливом американском сериале будет сидеть и с сожалением и тоской смотреть в окно. Потому что обидно. Потому что хотел победить и прилюдно бросить эту корону на пол. Но, наверное, он переоценил себя. И есть люди, заслуживающие этого титула, заслуживающие всеобщего признания. И Чонгук к ним не относится. – Гуки, я схожу за пуншом, ладно? Ты совсем раскис, – он вымученно улыбается подруге и кивает, мол, да, конечно, я буду ждать. Чонхи довольно быстро скрывается из виду за дверью зала. Чонгук снова окунается в свои мысли, отвернувшись к окну. Что же и кому он хотел сегодня доказать?... Что он тоже может? А что может? Опозориться? Показать свою незрелость, ревность, глупость? Может, самоуверенность? Ей тут и не пахло. Он обычный зазнавшийся ублюдок, которому нужно прописать хорошего пенделя, чтобы не раздувал из каждой мухи слона. Возможно, Чонгук самокритичен, что иногда бывает полезно по его мнению. Он жует губу и смотрит на пустой темный стадион, где одиноко бегает какой-то поджарый мужчина. Сила есть, ума не надо, видимо. – Эй, ты чего тут киснешь как молоко в теплом месте, – от неожиданности Чонгук подпрыгивает на месте и с большими глазами оборачивается на появившегося словно из-под земли Тэхена. – И не смотри на меня так, будто призрака увидел. Чонгук хмурится и непроизвольно надувается, когда видит корону на его голове. – А кого? Его Величество Король шлюх и целок? – обиженный Чонгук за языком вообще не следит. Предупреждает, что его лучше не трогать сейчас. – Ну почему... – Тэхен складывает руки в карманы и молчит пару секунд, словно о чем-то думая. – Давно ты здесь? После коронации пошел тебя искать, а не нашел. Ни тебя, ни Чонхи. Ее увидел, уже когда уходить собирался. Чонгук ведёт плечом. – Я-то тебе зачем? Медленный танец вроде с королевой танцуют. Вот и иди. Хотел же, чтобы Сонми Королевой стала. Мысли материальны, – в словах отчётливо слышится и ревность, и зависть, однако Чонгук всеми силами показывает свою колючесть, которая Киму на один зубок. – Потанцевать может хотел, – Тэхен опирается на стену рядом и с прищуром на один глаз смотрит на Чонгука. – И все ещё хочу. – Кринжуешь, Ким, – он усмехается и кидает на него взгляд. – Титула у меня, как целых брюк, как и желания танцевать после трёх часов хождения на таких шпильках, нет. Так что откажусь от предложения короля. – Ты же понимаешь, что титул из тебя королеву не делает? – Тэхен неожиданно оказывается слишком близко. Чонгук считает, что катастрофически близко. Он буквально чувствует его дыхание своей кожей, от чего становится немного не по себе. Но чувство какой-то безопасности притупляет колючесть. – Ей можно быть и без дурацкого титула в университете. Настоящей королеве достаточно признания двух людей, – Чонгук внимательно смотрит на него, затаив дыхание, – себя и любимого человека. Он пытается отрезвить свои навязчивые романтичные мысли, что Тэхен так неоднозначно намекает на то, что является тем самым вторым человеком, но сердце бьётся быстрее, когда Ким продолжает смотреть на него и прижимать к окну. Чонгук молчит, поджав губы. – И я думаю, ты успешно с этим справился, – Тэхен находит его руку, лежащую на подоконнике, и подносит к губам, аккуратно целуя, – моя Королева. Чонгук вспыхивает, и от его былой дерзости остаётся клочок белой шерсти. Он двигает пальцами и берет Тэхена за руку. – Но... Почему? – тихо. – Потому что. Возможно, тебе не казалось, что я мог испытывать симпатию к переведенному отличнику-задроту, но это было не так. Я ходил в универ буквально по той причине, что мог увидеть тебя. Вечно недовольного, заваленного непосильной работой. И мне хотелось тебе помочь. И с каждым разом это желание росло, пока я просто не осознал, что это не желание помочь, а стремление разделить с тобой не только студенческое бремя, но и все последующие. Можешь назвать меня безнадежным, потому что всё, что я делал, это раздражал тебя, бесил, выводил на конфликты. А настоящие любовники так не поступают, – Тэхен делает паузу, подбирая слова. – И на балу я решил, что признаюсь. Но когда я тебя увидел...я потерял просто все слова. Настолько прекрасный, утонченный, хрупкий на вид, но невозможно крепкий, острый, знающий себе цену, что я только и мог, что смотреть. В тот момент я подумал, что не подхожу тебе. Но твои вызывающие, мягко говоря, танцы и взгляды дали мне яркий зеленый. И даже когда ты не стал королевой, не получил эту тиару... Мне уже было всё равно. Весь монолог Чонгук внимательно слушал и следил, как меняется лицо Тэхена. Его не перекашивало, он говорил уверенно и стойко, словно отрепетированную речь, пусть Чонгук и знает – это живые слова, исходящие от сердца. – А я... Я как в самой банальной истории влюбился в плохиша. Думал, что это судьба большей части девчонок, долго отрицал все. И наверное из-за этого стал тебя ненавидеть. Мне хотелось жёстко ударить тебя, размазать улыбку по лицу, но в эту же секунду хотелось растечься лужей и плакать, создавая океан слез. Я знал, что у меня нет шансов перед той же Сонми, которую ты неоднократно упоминаешь. Я знал, что такой, как ты, не будет с таким, как я. – «Таким» это каким? – Тэхен перебивает его. – Ну... Наглым, неконтролируемым, диким в какие-то моменты, зашуганным, замкнутым, рычащим. Одним сплошным противоречием. – Это в тебе и потрясающе. Неординарная личность, пусть и не до конца сформированная. Ты уникален, и это здорово. Это я списанный под копирку малыш-плохиш, – Тэхен хмыкает. – Говнюк, – Чонгук цокает. – Уж ни тебе ли говорить о человеческой уникальности, лаборант профессора Со по философии. Козел горный. Где ты ещё видел умного, интеллегентного мужчину без комплексов, который и язык в узел собеседнику завяжет и диплом за две минуты защитит. Талантливый до пизды и не стыдишься же, – и снова режим недовольной сучки. Чонгук не контролирует свои гормональные всплески, происходящие неожиданно. Однако Тэхен только улыбается и хитро щурится. – Мы танцевать будем или нет? – Всё, что прикажете, Ваше Величество, – Чонгук уже собирается слезать, как Ким опускается на корточки и смотрит на его обувь. – Неудобно же. Как их расстегнуть? – Просто из бляжки ремень достань и всё, – Чонгук подставляет ногу. Одна, а затем и другая босоножка летят на керамический пол. Тэхен помогает ему спуститься под возгласы «я и сам могу». На полу, без малейшей платформы Чонгук достает ему едва ли до кончика носа. – Гамадрил, – снова цокает, пока Тэхен ставит их в позицию и с удовольствием кладёт руки на талию. Они ловят такт в приглушенной музыке и начинает покачиваться. Чонгук постепенно входит в спокойный ритм, сцепив руки у Тэхена за шеей. Становится как-то по-особому тепло и приятно, навязчивые противные мысли быстро опустошают голову, оставляя место новым чувствам, заставляющих сердце трепетать. Кто знает, сколько они так танцуют, одну песню, две или пять. Ноги колет от холода плитки, но Чонгу не жалуется, когда есть на кого опереться. Заканчивают они под милую мелодию без слов. – Будем встречаться? – Тэхен спрашивает, подбирая каблуки Чонгука. – Спрашиваешь, держа мои туфли. Это угроза? – щурится. – Хотя меня плевать, у меня теперь такой мужик, все курицы по яйцу снесут от зависти. – Ты такой добрый. Они вместе смеются, спускаясь вниз. На следующий день Чонгук, согласовав выбор одежды со своим молодым человеком, надевает леопардовую рубашку на запа́х и черные брюки-клеш, идеально сидящие на бедрах. На ноги прелестные лодочки, золотые украшения в уши и цепочка на шею. – Моя королева, – Тэхен прилюдно целует его в щеку, получая в ответ такую же милость. Сам Ким в черной футболке, поверх которой леопардовая безрукавая рубашка. Брюки в облипку и те же тяги, на которые Чонгук уже без зазрения совести наступает каблуком. – Ай, за что? – Тэхен жмурится от боли. – Чтобы не забыл, с какой бомбой имеешь дело, – и подмигивает, уходя к кабинету. Тэхен скрывает влюбленный вздох и в пару шагов догоняет свою капризулю, закидывая на плечо. – Тэхен! – Чтобы не забыл, с каким качком имеешь дело, – и шлёпает по ягодице, – а это для профилактики. – Свою простату профилактировать будешь. С этого момента весь университет поднялся с ног на голову. Стали вечными шумы, шепотки в закоулках насчёт новой, нелатентной парочки. Многие, последовав их примеру, признались и зажили счастливо, перестав отсрочивать неизбежное. Кто-то грыз ногти от зависти. Но знаете, что самое важное? Что титул королевы Чонгук всё-таки взял.