Бог Мироходцев

Спустя пол часа Кексик поднялся ввысь и приземлился рядом с Видомнией. Когда пассажиры слезли, дракон сделал вираж и уменьшается, приземлившись на плечо Лололошка. — Думаю, у нас у каждого свои дела, так что до встречи, — произнёс Эо. — Думаю, вам о многом придётся поразмыслить, — согласился Лололошка, — так что встретимся завтра. — Лололошка, могу я с тобой поговорить? — спросила Ашра. — Да, — коротко ответил Лололошка. После чего пара отправилась в пещеру Лололошки. — Так о чём ты хотела поговорить? — спросил Лололошка. — Я знаю, что, возможно, в нынешней ситуации это немного много, но не мог ты поговорить со Змеем? У тебя хорошая репутация у воров, а я помимо своей гильдией другими не занималась. В общем в биографии Шрама говориться, что у него был питомец-ящерица, но я думаю, что просто тот, кто писал книгу, делал это по старым записям. Раньше Шрам и Змей тесно дружили, так что он может знать, кто моя мама. А вдруг это богатая пряносница? Тогда я могу показать, какой я стала взрослой и самостоятельной! Так ты поможешь мне Лололошка? Я знаю что у тебя и так много дел… — Помогу, но лучше не радоваться раньше времени, возможно… — Лололошка осёкся, перед ним не бессмертный мироходец, что прошёл не мало битв, а обычная девушка, пусть и убивающая различных тварей. — Я знаю, но просто надеюсь, что Шрам и правда мой отец и что я смогу найти свою маму, узнать кто мои родители… Разве я многого прошу? — по лицу Ашры начали течь солёные капельки. — Балда, обними её или лучше поцелуй, — вскрикнул один из наблюдателей. Лололошка последовал совету и прижал Ашру к себе. Он не собирался с ней целоваться, но девушка сделала всё сама. Они слились в поцелую, не долгом, но таком сладком для обоих. — Прости Лололошка, наверное это слишком… Лололошка не дал договорить Ашре, утянув её в ещё один поцелуй, в этот раз более долгий. Но всё же организмам требовался кислород, и они отстранились. — Лололошка, постой, — Ашра смущенно опустила глаза. — Извини за это. Просто… — Я понял, тебе надо подумать, — кивнул Лололошка. — Да, точно, просто… — Ладненько, тогда увидимся. — Лололошка ты точно не расстроен и не злишься на меня? — уточнила она. — Да ладно тебе, за несколько миллионов лет я уже многое понял, — ответил Лололошка. — Несколько миллионов? А сколько тебе вообще лет Лололошка? — удивленно спросила Ашра. — Точно не знаю, но вроде около 15 миллионов, так я ещё и помолодел к тому же. Ладно, увидимся, Ашра, — Лололошка помахал рукой и вышел из пещеры, оставив Ашру наедине со своими мыслями. Вернулся Лололошка в Поэну быстро. Первым делом он пошёл к кварталу убийц, где и встретил Матильду. — Пирожочек, идём за мной, мне нужна кое-какая помощь, — даже не поприветствовав, Матильда взяла Лололошку за руку и повела его в квартал воров. — Ну, как тебе моя комната? — со свойственным ехидством спросила Матильда. — Неплохо, она очень хорошо подходит в стиль квартала, — ответил Лололошка. — Я знаю. Так, а теперь по поводу твоего задания, держи, — Матильда передала Лололошке золотой гребень для усов, на котором была гравировка «Вито» и пуговицу. — С Вито всё было просто, но с Грумраком другая история, у него нет какого-либо предмета, которое указывало бы на него, но можно будет просто проверить куртку и всё. — Спасибо, Матильда. Вот, держи, считай это за благодарность, — Лололошка передал Матильде своё магнитное кольцо. — Вай, какая прелесть, но это не означает что ты ещё мне не должен желание, — напомнила Матильда, после чего подошла к Лололошке и поцеловала его в губы, — считай это благодарность за кольцо. Лицо Лололошки тут же окрасил румянец, как при поцелуе с Ашрой, но сильнее. — Хехе, Пирожочек, хотя лучше Помидорка, — хихикнула Матильда, умиляясь. — Я пойду, — пытался сбежать Лололошка, чтобы его ещё больше не засмущали. — Увидимся, Пирожочек, — попрощалась Матильда. — Пока, — ответил Лололошка и вылетел из комнаты пулей. Успокоившись, он решил зайти к Трайну. Едва он зашёл, его тут же сделали моделью, попутно гном рассказывал про своё становление модельером, попадание в другой мир и становление там главным модельером бренда «Мироходец». По итогу Лололошка получил футболку на выбор, естественно выбор пал на футболку с логотипом контрабандистов. После ухода из магазинчика Трайна, Лололошка направился к Кхаини, лучше уже закончить дела с убийцами. Разговора не состоялось, Лололошка передал вещи коту, а тот ключи от комнаты в квартале пряностиков. Было решено обследовать комнату на наличие разных безделушек от старых посетителей. По итогу в командах Лололошки теперь была монета, которая заменило магнитное кольцо, пару фрагментов скинта с осколками, ну и бесполезной золото, которого у Лололошки столько, хоть расплавляй и целый квартал заливай. А ведь это идея, конечно не весь квартал, но Вито и Грумрак должны понести наказание, Грумрак уж точно. Дело в том, что кровавая искра может показывать преступление любого мироходца, при условии, что смотрящий сильнее того, за кем смотрит. Преступление что совершил Грумрак… педофилия. — Думаю, залить его раскалённом золотом это вообще божья милость для него, — сказал один из наблюдателей. — Предлагаю сделать его бессмертным, чтобы он умирал постоянно, — выступила с предложением наблюдательница. — Это будет сложно. Если они хотят золота, то они его получат, — злобно усмехнулся Лололошка. Он не был каким-то маньяком, хотя были разные периоды в жизни, но всё же даже уничтожение мира не сравниться с преступлением Грумрака по тяжести, как минимум в понимание Лололошки. В детстве Вивилку схватил один такой ублюдок, вроде Грумрака. Хорошо ещё эта тварь не успела ничего сделать — подоспел Лололошка. По итогу Лололошка вспорол ему брюхо, переломал всё его кости и превратил его плоть в фарш, при этом делая это так, чтобы он был жив. С тех пор Лололошка и убивает таких ублюдков, даже однажды разрушил мир, предварительно эвакуировов тех, кто не был в этом ебаном культе педофилов. Пока Лололошка размышлял, он и не заметил как прибрёл обратно в квартал воров. — Ну, раз оказался здесь, почему бы не купить футболки всех гильдий, как-никак эксклюзив, — попытался оправдать свою задумчивость Лололошка, только перед кем он оправдывался? — Вау, Трайн, ткань просто фантастическая! — услышал Лололошка при входе в магазинчик. В магазине было два вора, один мерил футболку, а другой просто стоял в сторонке — Хехе, самая лучшая ткань во всей мультивселенной, — ответил на похвалу Трайн. — И как только такие маленькие ручки, делают такие чудесные вещи? — ответил отстраненный вор. — Это ты на что намекаешь? — мгновенно озлобился Трайн. — Эй, Трайн, ты чего? Не кипятись, — попытался успокоить гнома другой вор. — Не кипятись? Сейчас я покажу, что значит кипятиться, — Трайн достал гигантский топор, что испугал воров и они быстро смылись. — А тебе чего? Тоже пришёл издеваться над мной? — Я не понимаю, как можно быть такими. Так хвалить вещи и при этом не говорить ни слова про мастерство создателя, просто не приемлемо, — ответил ему Лололошка. — Ах, прости меня, просто сначала эти воры, да и ещё это стойка… — Хм, отойди-ка немного, — произнёс Лололошка и встал у края стойки, примерив на глаз лучший размер для Трайна, и выпустил немного энергии, сделав ровный разрез, что отделил большую ровную плиту от стойки. Лололошка взял получившейся прямоугольник и поставил его возле стены, Трайн же начал оценивать работу Лололошки. — Лололошка, спасибо тебе. Так зачем же пожаловал мой любимый клиент? Знай, тебе здесь всегда рады, — произнёс уже повеселевший Трайн. — Хочу купить у тебя по одному экземпляру футболок гильдий. Неизвестно, столько этот эксклюзив у тебя будет, а зная качество, то точно не долго, — ответил Лолошка. — Хех, а ты смыслишь толк в хорошем шмоте! А знаешь что? Бери их бесплатно, а на все последующие покупки скидка тебе в 10 процентов! — после этих слов Трайн достал футболки из-под стойки и передал их Лололошке. — Приходи ещё, надеюсь ещё увижу тебя в моём магазинчике. — Хорошо, пока, — попрощался Лололошка и засунул одежду в инвентарь. По дороге из Квартала парень заметил Змея. Подойдя к нему, подвид драконидов обратил внимание на Лололошку. — Что от меня хочет контрабандист, которого мои подчиненные любят больше, чем согильдийцев? — в змеиной манере спросил Змей. — Я хочу спросить о вашей дружбе со Шрамом, — просто ответил Лололошка. — Ох, будь ты не в таких хороших отношениях с моей гильдией, то я бы не ответил на этот вопрос, но, думаю, ты должен знать. Тем более мне нужно кому-то выговориться, пойдём, — согласился Змей, после чего они зашли в один из домов. Глава воров тут же присел у камина. — Прости, что в столь неформальной обстановке, но на улице слишком холодно, так что ты хотел спросить у меня? — Я хочу спросит что случилось между вами и Шрамом, — сказал Лололошка. После этого Змей рассказал всю их историю дружбы со Шрамом, как он попал в его мир, как они учились вместе, как их изгнали из мира, и как они стали главами Гильдий. — Когда Шрам был ранен, он был в бреду и всё время повторял «моя Дороти», как оказалось, он связался с даской, я бы ему и это простил, но то, что он бросил её с ребёнком, разрушило всё моё уважение к нему. Думаю, ты узнал всё что хотел, а теперь попрошу тебя удалиться, — скомандовал Змей. — Хорошо, если нужно будет ещё раз выговориться, можете попросить меня, — после этих слов Лололошка вышел и направился в свою комнату, навряд ли Грумрак решиться напасть после того случая. Зайдя в свою комнату и зайдя в подвал Лололошка офигел от количество золотых эссенций, десять двойных сундуков под завязку набитые ими. — Босс, можно передохнуть? — попросился один из глазиков работающий на этом поле золота. — Конечно можно, перерыв пять минут. Ну, а потом восемь часов без остановки, — произнёс Лололошка с маниакальной улыбкой. Перенеся верстак и сломав сундуки так, что бы при крафте эссенция попадала в инвентарь к Лололошке, он начал крафтить. Закончив с крафтом, Лололошки получил огромное количество стаков золотых блоков. Их было слишком трудно посчитать, поэтому Лололошка просто использовал небольшую пустотную магию, чтобы скомбинировать все стаки золота в один. Выйти из подвала было трудно, хоть и его искры дают ему неимоверную силу и игнорирование веса, но пока всё-таки Лололошка осушал тяжесть, пусть и не сильную, но такую мешающую. Добравшись до вора скупающего золото, Лололошка вывалил все блоки золота. — Контрабандист, откуда у тебя столько золота? — спросил торговец. — Да так, наткнулся на гробницу в одном из миров и вот, — наспех придумал историю Лололошка. — Ладно, ну я тебе не смогу заплатить за всё это, сейчас я схожу за скинтом, а ты пока постой здесь, и лучше спрячь золото. Ты и так уже привлёк сильно много внимания, — произнёс вор, после чего удалился, а Лололошка заметил Грумрака и пару убийц в тёмном переулке между зданиями. «Хах, значит ты решил меня убить, ну тогда будет очень весело, уёбок» — подумал Лололошка, после чего сделал с помощью своей искры клона-болванчика для алиби, как-никак сейчас будет убийство, при чём очень жесткое. Пробравшись в переулок с помощью скрывающей искры, Лололошка достал пару десятков золотых блоков, и с помощью огненной магии, которой его обучал когда-то полубог Люциус, начал плавить их. — Похоже ты не знаешь когда надо быть тише воды, ниже травы, а когда нет, — произнёс Лололошка с сферой раскаленного золота. — Что за…? А ты, похоже, смельчак раз решился напасть на стольких человек! А это у тебя что? Золото? Отлично, как раз уйдёт на твои похороны, если тело останется, — протянул Грумрак. — Ты так любишь золото… Хотя, ты же гоблин, ну что ж, так получи его, — Лололошка сделал жест рукой и небольшая часть раскаленного золота полетела в сторону Грумрака. Он попытался уклониться, но Лололошка лишь изменил траекторию золотого шара, который пролился прямо на лицо гоблина. Тут же раздался душераздирающий крик, и переулок заполонил запах сгоревший плоти. Несколько убийц попытались напасть на Лололошку, он же просто с помощью золота «озолотил» их руки и ноги. Криков становилось всё больше, а боеспособных убийц всё меньше. Лололошка взял небольшое количество полузастывшего золота и сделал с помощью него распашку для рта, чтобы зубы не смыкались. Когда все убийцы были обездвижены, в том числе и Грумрак с позолоченными конечностями, Лололошка вставил распашки, что обжигали весь рот. Когда золото застыло полностью и прилипло к коже мёртвой хваткой, Лололошка подогрел его вновь, и начал вливать в рот всем убийцам. Запах был уже невыносим, но Лололошка знал его отлично, ведь это запах смерти. Закончив с истязанием убийц, Лололошка заложил в середину шара небольшое количество скинта и антискинта, обычно скинтонит просто поглощает, но в нужном соотношение с осколками искры может взорваться, при чём очень сильно. Закончив с приготовлениями Лололошка вернулся на место клона, снял скрывающее заклятие с переулка и взорвал золотую сферу. На улицу хлынуло золото, что привлекло всех находившихся. — Ух, извините за ожидание, за всё плачу 130 кристаллов, — прибежал вор и вручил Лололошке скинт. Лололошка поблагодарил его, убирая деньги, и подошёл к толпе, что скопилась у переулка. — Что случилось? — сыграл недоумение Лололошка. — Да вот походу убийц кто-то грохнул, при чём как остроумно! С помощью золота! Теперь вон какие золотые статуи, — произнёс кто-то из толпы. Лололошка уже было хотел уходить, но увидел Вито, который смотрел на «позолоченных» подчинённых. Тут же Лололошке всплыла картина о том, как он занимался рабством в некоторых мирах. Если бы это было просто рабство, Лололошка бы просто прошёл мимо, ведь сам когда-то подобным занимался, но Вито и детей заставлял работать. Было решено, что Вито будет следующим. Мучительная смерть убийц позволила восстановить его кровавую искру на 5 процентов, а с убийства Вито он восстановит больше 6, а может даже и целые 7 процентов. Если убить невинного, кровавая искра восстановиться ничтожно мало, но если убить того, кто совершил множество убийств, то аура убийцы переходит в силу кровавой искры. Лололошка приказал одному из наблюдателей следить за Вито и иногда нашёптывать, что он следующий, чтобы подготовить самое удачное место для убийства и сведение этого ублюдка с ума. — Какие же мы плохие, — восхищенно произнёс один из наблюдателей. — Зато убил пару ублюдков, — ответил Лололошка. Он не сильно любил убивать, в отличии от Вивилки, но если дело касается близких или наказания ублюдков, то Лололошка становился маньяком похлеще брата. Насладившись картиной своих трудов, Лололошка сделал ошарашенно-отвращённое лицо и быстро ушёл. Добрался он до своей комнаты как ни в чём не бывало. В голове крутились различные мысли: как убить Вито, что делать с Видомнией и, самое главное, что ему делать с двумя девушками, что, кажется, влюбились в него. — А тебя не интересует Эо? — спросил наблюдатель. — Не очень, хотя постой. Если так подумать, то я не чего о нём не знаю: ни родного мира, ни малейшей истории жизни, да про того же Шрама я знаю больше, хотя встречался с ним три раза, — произнёс Лололошка. — Вот и я про то же. Уж слишком это подозрительно, да и он никогда не называл своего сына по имени. Конечно возможно, что он знает про его преступления и просто не афиширует или же… — Он что-то не договаривает. Если так посмотреть, то все даски изначально бегут в Поэну, но Эо раздобыл перед этим линзы. Вопрос, где он их взял? Это значит, что он выживал перед приходом в Поэну, но где? — рассуждал Лололошка. — У пещере, наверное. Кто-то же её обустроил. Да и Эо при первой встрече как будто уже знал о ней. Он не сильно осматривался в ней, будто знал там всё, — заметил глазик. — Ясно, да вы прям профессиональные сталкеры. Так, допустим он раздобыл линзы, но вопрос в другом: зачем ему это надо было? Конечно возможно, что он уже знал про Междумирье, но если нет, то это ещё большая несостыковка. Зачем ему это надо было? Тем более он всё время отмазывается и пытается выставить себя в лучше свете, да и, если подумать, то история с сыном кажется липой… Как он мог узнать про него? не думаю, что при погашении искры в Видомнии выдаётся список заключённых. Лучше сделать так, чтобы в случаи чего его искру можно было взорвать. Это резко, но в случае того, что Эо просто играл, у нас будет припасён козырь, ну, а если же нет, то это уже моя мораль пострадает. Ух, что-то я прям уморился за сегодня, посплю лучше, — после этого Лололошка лёг на кровать и задремал. — Короче, следите за Эо, чтобы он всегда был в поле видимости, и записывайте все его слова, неважно где, — начал командовать один из главных наблюдателей. — Даже в ванной? — уточнил один из глазиков. — Везде значит везде, — ответил командир.