Это пройдёт

      Эндрю Миньярд делал много безумных поступков в своей жизни. Возьмём, к примеру, желание довериться в десять лет Би, когда он полностью разочаровался во взрослых. Эндрю все ещё в шоке от своей смелости. Би была слишком убедительна, и это не оттого, что она купила ему шоколадный торт. Просто не многие — или вообще никто — в тот день, обратили бы внимание на ребёнка, замершего перед витриной булочной. Нет. Люди, конечно, заметили, но проигнорировали.              Би оказалась новым сотрудником, а если быть точнее психологом, в приюте, куда вернули Эндрю. Би очень крутая, думал Доу, когда Инспекция по защите детей задержали и увезли директора и пару сотрудников в наручниках. Бетси доложила о насилии по отношение к детям приюта, как только узнала.              Би очень добрая, думал Эндрю Доу, когда она подписала документы об усыновлении.              Би заботливая, думал Доу, когда Аарон стал частью их маленькой семьи.              Би самая понимающая, думал Эндрю Миньярд, когда он избавился от фамилии Доу.              Сейчас впервые он считает ухаживание — безумным. Эндрю вновь в шоке от своей смелости. Но больше удивляет то, что он не хочет ничего одноразового.              — Он тебе нравится, милый, — Эндрю слышит улыбку в ее голосе. Теперь он считает Би коварной. Блондин не раз твердил ей, что ему не нужны отношения.              Эндрю молчит в трубку.              — Тебе сложно это принять? — попадание прямо в цель.              — Да.              — Хм… Может, скажешь, что тебя в нем зацепило?              Миньярд задумался. Всё, зацепил он меня весь.              — Всё, — сухо ответил Эндрю.              — Хорошо, — протянула Би, словно говорит с ребёнком, — поэтому ты и хотел с ним разок переспать, верно? — Миньярд кивнул, хоть и понимает, что женщина не увидит это через трубку.              — А потом тебя поразила его забота, так?              — Почему ты так это называешь? — недовольно пробурчал блондин.              — Потому что он без каких-либо мотивов укрывал тебя от холода, думал о тебе, когда пробовал что-то вкусное и брал с собой для тебя? И все это было не раз.              Эндрю вздохнул. Он очарован Нилом. Признает.              Ему нравится все в Ниле, он повторяется, но ему можно. Улыбка Нила. Миньярд не будет врать, улыбка его сразила ещё в начале знакомства и все ещё продолжает.              Не может насмотреться, делает это всегда незаметно и незаинтересованно, так что Джостен не замечал. Наверное.              Самое главное сам Нил ему нравится. Просто так и за всё. Не важно. Но об этом он никому не скажет. Пока не скажет.              — Хорошо, мама. Я хочу его. Во всех смыслах.              Она хихикнула, а глаза её прищурились из-за морщин, Миньярд не видит этого, просто чувствует.              — Я рада, что ты не стесняешься в выражениях.              — Ты и не такое слышала от меня.              — Верно.              Эндрю посмотрел на часы на запястье, у него ещё 5 минут, прежде чем перерыв закончится. Потушив сигарету и выбросив её в специальную урну, он попрощался с Би и посмотрел вниз. Их больница не большая — всего 6 этажей. Но крыша огромная и упасть отсюда сложно из-за парапета, но дух перехватывает от страха.              — Опять собираешься опаздывать, — послышался женский голос за спиной. Эндрю недовольно вздохнул.              — Ты и досюда добралась.              — Не так много мест, где тебя искать.              Миньярд развернулся и посмотрел на улыбающуюся Рене, а потом прошёл мимо неё на выход с крыши.              — Ты ведь пораньше уходишь сегодня? — Уокер пошла следом за блондином, ускоряя шаг, чтобы поравняться с ним.              — Я вышел в свой выходной, поэтому мне разрешили.              — Опять свидание? — ухмыльнулась девушка.              Надо было столкнуть её. Эндрю бы хотел, что бы это было свидание. Вчера ему мало было. Миньярд был настолько ошеломлён улыбкой Нила, которую не видел две недели, что невольно залипал, получая в ответ «пялишься». Он не против проигрывать так.              — Мы будем не одни, — буркнул Эндрю, будто это не он попросился к ним на тренировку.              Рене хотела что-то сказать, но отвлеклась на Эбби, которая вышла из палаты прямо на встречу им:              — Мне только что сообщили о ребёнке с сильной болью в голове, скорее пойдёмте! — и пробежала мимо, а интерны, не думая, за ней.              Самое сложное в работе — встречать больных детей. Говорить родителям, что их чадо больно и терапия не поможет, но мы будем делать её по согласию… Миньярд хочет меньше таких случаев, и он будет делать все, что в его силах. Конечно, власти у него меньше, но это только пока. Он собирается стать одним из лучших врачей этой больницы.              

***

             Эндрю сидел на школьных трибунах и наблюдал за двумя людьми на корте, а если быть точнее, то у него текли слюнки на Нила. Он, конечно, не подросток с бушующими гормонами, но теснота в штанах не уменьшалась.              Он собирается писать петицию, чтобы люди отменили подростков и бушующие гормоны, если люди считают смущение взрослого человека чем-то подростковым. Это, конечно, относится не к стояку, а к тому, что он ощущал, когда сходил на свидание. Он все ещё не верит в свою смелость.              В субботу, как и планировалось, они сходили в кино. К сожалению, они не целовались где-то там, на задних сиденьях. Поели они так же вкусно. Эндрю предоставил возможность Нилу выбрать место, а тот остановился на том заведении, куда любит ходить сам Эндрю. Как узнал только, хитрец.              Это может звучать смешно, но Миньярд решил проводить Нила до его квартиры, а потом пойти домой и хандрить от того, что даже не чмокнул его в щеку. И было неожиданно, когда Джостен предложил продолжить киномарафон за чашкой чая. Улыбка Нила была баюкающей, и Эндрю не смог отказать. Нил отправил его на диван, поручая выбрать фильм, пока сам готовил чай.              — Держи, — шепотом произнес Джостен, протягивая ему чашку горячего чая. Миньярд невольно представил, где и когда Нил бы ему в ухо шептал. — Я добавил туда карамель.              Блондину оставалось только кивнуть, голосу своему он не доверял. Как будто этого ему было мало, Нил сел ну очень близко и, не увидев сопротивления, придвинулся вообще вплотную. Затем также шепотом попросил накрыть их ноги пледом, лежащим рядом с Миньярдом.              Он был только рад прикрыться. Как же хорошо, что в комнате стоял сумрак, краснеть можно.              Эндрю не мог вскоре не ощутить всю интимность происходящего. Сидеть с кем-то настолько близко, соприкасаясь, и просто смотреть фильм в тишине комнаты, освещенный только светильниками и светом телевизора. Такого у него никогда и ни с кем не было. Аарон и Ники не в счёт, они родственники. Иногда слышать дыхание Нила или то, как тот пьет чай. Эндрю поворачивался не раз, наблюдая за ним. Джостен был увлечен фильмом, но, когда ловил его взгляд, улыбался и возвращался к просмотру. Каждая улыбка будто говорила, что сегодня это максимум, что он может дать. Эндрю, конечно, не против.              Вернёмся к тренировке. Нил хорош, очень хорош. Быстрый, ловкий и неуловимый. Мэтт его удержать почти не может, а он, на секундочку, в проф лиге состоит. Теперь у Эндрю появились вопросы. Нил играет так, будто живёт игрой. Ему нужно быть на поле, а не за пределами. Он обязательно спросит, почему тот стал тренером.              Никто не забыл, что у него текли слюнки. Одна из причин тесноты в штанах — это бедра. Чертовски ахуенные бедра Нила. Эндрю будет рад, если Нил ими его задушит. Приятная смерть все-таки. Нет. Приятнее будет оказаться между ними. Неважно лицом или чем-то другим.              А ещё вы его руки видели? В меру накаченные и сильные, и сейчас просто афигенно сжимают клюшку, хотя могли бы сжимать и кое-что другое. Кардио творит чудеса, а Эндрю остаётся только сглатывать.              Через два часа они, наконец, закончили. Эндрю, конечно, понравилось наблюдать, как Нил потеет, но он проголодался.              — Ты не приготовил для меня бутылочку воды? — усмехнулся Нил, подходя ближе. Усталым он не выглядел, по сравнению с Мэттом уж точно.              Интересно, а в постели он так же энергичен? Но единственное, что он сказал, сложив руки на груди:              — Размечтался, — он думал об этом.              Нил хихикнул. Боже, он хихикает.              — Я приму душ, а потом пойдем поедим.              Эндрю успел только кивнуть, прежде чем Нил убежал. Он надеется, что они будут вдвоем. Не в обиду Мэтту.              Они будут одни. Бойд сказал, что жена его ждёт, они собираются на свидание, и ускакал. Сегодня он точно чмокнет Нила.              Им принесли заказ, когда Эндрю вспомнил, что собирался спросить:              — Почему ты стал тренером? — когда Нил посмотрел на него, продолжил, — ты живёшь игрой, ты мог бы стать профессионалом.              Нил молчал с минуту, когда Миньярд вспомнил, что Ники уже задавал этот вопрос ему, но тот отвертелся. Эндрю уже думал, что не получит ответ, но Нил произнес:              — Поддался манипуляциям, — только после вопросительно взгляда Эндрю, тот решил продолжить, хитрец, — Зайн не хотел, что бы из-за моих игр мы встречались меньше, и предложил выбрать.              — Вот сволочь, — да кто он такой, чтобы это решать? — Либо он, либо игра, да? — Миньярд ему врежет при встрече, а то, что тот появится, Миньярд уверен. Сволочи так легко из жизни не уходят.              Эндрю был уверен, но Нил кивнул.              — Не волнуйся, это в прошлом. К тому же, я собираюсь стать профессионалом, — дерзко улыбнулся Абрам и вернулся к еде. Но вилка у его рта вновь замерла, когда он услышал ответ Эндрю:              — Ты уже стал причиной моих волнений, — и это правда. Он сделает то, что никогда не собирался.              Миньярд не может определить, что чувствует Нил, но покраснение его шеи не скрылось от Эндрю.              — Ешь, — тихо проговорил Джостен.              Смотря вот так сейчас на Нила, он думает, что хочет видеть его улыбку каждый день. Хочет видеть, как тот краснеет вот так. Каждый день делить с ним любой прием пищи и, о боже, говорить. Би бы гордилась им.              После они благополучно приехали домой. Поездка, как обычно, прошла в тишине. Пока вместе шли и поднимались на этаж, не было никакого волнения. Только спокойствие и умиротворение. Это было так привычно.              Но он все равно застыл истуканом перед дверьми их квартир. Ведь Нил приблизился, а он почувствовал теплое дыхание на своем лице, когда его губы коснулись щеки Эндрю. И даже после того, как Нил отстранился и с нежной до чёртиков улыбкой посмотрел на него, щека Эндрю горела. Она горела и тогда, когда Нил зашёл к себе.              — Я как подросток, — совсем шепотом проговорил покрасневший блондин. И через пару секунд, наконец, зашёл в квартиру.              

***

             — Я ухожу! — в следующее субботнее утро, Эндрю услышал крик Ники с прихожей.              — Куда собрался в раннее утро? — у Миньярда есть подозрения к кому.              — Эндрю, 12 дня уже.              — Ни чё не знаю, я только проснулся, — пожал плечами мужчина, наблюдая, как пытаются уйти от темы. — Ну?              — С Кевином погуляю, — удивительно, что смуглое лицо Ники покраснело.              — Тебе нужны.              — Не нужны мне презервативы! — с криком перебил подросток.              — Карманные?              Пару минут в прихожей стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. Тик так, тик так. Пока и так красное лицо Хэммика не покраснело сильнее, и он просто выбежал из квартиры, прокричав:              — Не нужно!              Миньярд вздохнул и решил вернуться к своему завтраку. Он то, хотя бы, целовался со своим воздыхателем.              Не успел он сесть и взять вилку в руку, как услышал дверной звонок. Вдох, выдох. Спокойнее Эндрю. С мыслями о том, что он точно станет сегодня убийцей, направился в прихожую, надеясь запереться сегодня.              За дверями стоял курьер, но злость Эндрю ушла бы, если там был Нил. Не повезло. Курьер сначала посмотрел на чуть хмурое лицо Миньярд, потом на вилку в его руке и сглотнул.              — Ваша посылка, распишитесь, пожалуйста, — похоже, он торопиться, раз так тараторит. Эндрю захлопнул за ним дверь и плевать, что было громко.              Наконец-то она приехала. Он заказывал её ещё в понедельник. Эндрю осмотрел длинную и довольно увесистую коробку. Потом снова повернулся к своему завтраку. Вздохнул.              К черту остывший омлет. Пойду к Нилу.              Ждать, пока Нил откроет дверь, долго не пришлось.              — О, привет, — сказал Джостен, прекратив тереть волосы полотенцем и набросив его на шею.              Эндрю бесцеремонно прошел в его квартиру, а Нил фыркнул и двинулся за ним. Миньярд прошел через гостиную прямо на кухню и поставил на стол коробку.              — Открывай, — головой указывая на подарок, — тебе.              — Что это? — вопросы задаёт, но ножиком уже принялся разрезать скотч.              — Увидишь.              Эндрю же просто стоял и наблюдал. Он не мог пропустить ни секунду эмоций Нила, когда тот увидит, что внутри. Вот он, наконец, коробку открыл, достал пенопласт и на секунду замер с открытым ртом, а потом поднял свои прекрасные голубые глаза, уставившись на Миньярда.              — Это…              — Тебе.              Когда Нил прекратил так удивлённо и — Эндрю не побоится этого слова — тронуто смотреть на него, осторожно, как что-то драгоценное, достал клюшку. Заметив на ней свое выгравированное имя, он провел по нему пальцами.              — Дорогая, — не отрываясь от подарка, тихо произнес Нил.              Эндрю хотел сказать «ну конечно, она брендовая», но вместо этого произнес:              — Я буду рядом, пока ты становишься лучшим, — и, поймав взгляд Абрама, легонько улыбнулся. Нил на мгновение застыл.              — Можно тебя обнять? — Эндрю слишком голодный, чтобы удивляться, но ничего не мешает ему ответить утвердительно.              Нил улыбнулся и сразу сократил маленькое расстояние, обвивая его шею руками. Джостен теплый, думал Эндрю, обнимая его в ответ. Нил вкусно пахнет, думал Эндрю, когда носом уткнулся в его плечо. Эндрю провел рукой по спине к пояснице и почувствовал мурашки, которые прошлись по его спине.              — Спасибо, — прошептал Нил ему в ухо и туда же невесомо поцеловал. А потом ещё раз, но чуть ниже, и Эндрю вздрогнул. Он уверен, что в этот раз и Нил почувствовал его мурашки.              А потом он отстранился. Будто только что ничего не случилось. Словно он тут ничего не делал. Это немного разозлило, поэтому Эндрю схватил его за воротник футболки, не давая отойти, а максимально приближая.              Воздух между ними словно нагрелся, их дыхание смешивалось, а глаза оторвать друг от друга они не могли. Эндрю на мгновение посмотрел на его губы, а потом снова вернулся к голубизне. В этих прекрасных глазах он увидел желание и нежность.              — Да или нет? — выдохнул ему прямо в губы.              Нил вместо того, чтобы ответить, положил ладонь ему на щеку и очень нежно провел большим пальцем по скуле. Его движение было настолько трепетными в сравнении с чернотой увеличившихся зрачков, что Эндрю почувствовал покалывание в ногах и, не сдержавшись, потянулся к настолько желанным губам.              Эндрю старался быть более медленным, но губы Нила такие податливые, что Миньярд хотел ещё и ещё, ему было мало. Он провел рукой по груди Джостена, затем по шее и зарылся пальцами в волосы, чуть меняя угол наклона головы, углубляя поцелуй. Нил также напористо отвечал и придвинулся так, что Миньярд оказался между ним и столешницей, в ловушке рук. Но тот все ещё не касался его, лишь сжимал края столешницы. Блондин не выдержал и прикусил его нижнюю губу, чуть оттягивая.              — Руки, — произнес Эндрю ему в губы и провел языком по «укусу».              — Не трогаю же.              — Так трогай, — отцепив руки Джостена от бедной столешницы, он положил его руки себе на талию.              Взяв руками лицо мужчины, Эндрю вновь впился в губы. В руках Нила было горячо, очень. Он весь пылал от чувств. Это дико странно. Никогда не хотелось кого-то целовать до смерти. От Нила исходило тепло и нежность. То, как он его обнимал, как что-то хрустальное, уже убивало. Он мечтал сделать это несколько месяцев, но никогда не думал, что будет настолько приятно. Настолько крышесносно.              — Вау… — выдохнул, когда им пришлось остановиться, чтобы восстановить дыхание. Они стояли всё также, обнявшись, и так близко, что касались лбами.              — Ага.              Эндрю уже хотел сказать ему заткнуться, как Нил чмокнул его в губы. Потом ещё и ещё. Маленькие касание к красным от поцелуя губам почему-то заставляли сердце биться быстрее. А Джостен не останавливался, пройдясь дорожкой поцелуев к подбородку, и, наконец, коснулся шеи, заставляя вздрогнуть. Он чуть сжал волосы Нила, когда почувствовал его улыбку прямо на коже.              — Нельзя? — произнес человек, ставшей его погибелью, касаясь губами шеи и заставляя чувствовать мурашки. Демон искуситель, блин.              Эндрю сглотнул и ответил, потому что Нил не двигался. Гадёныш.              — Можно, — и сам свободной рукой вцепился в край бедной столешницы.              Нил провел языком и совсем легонько прихватил кожу зубами, потом сразу же целуя. Эндрю лишь сжимал зубы, стараясь не издавать звуков, что хорошо у него получалось, даже когда Нил нежно проводил руками по спине и талии, порой сжимая в кольце рук.              — Что за фетиш? — выдохнул блондин, когда Нил поцелуями посыпал другую сторону шеи.              — Мне нравится, что тебе нравится, — Нил перестал терзать его шею, и посмотрел на него. Терзал он конечно нежно, но не суть. Эндрю не мог позволить, чтобы Нил видел его смущение. И ничего лучше не придумал, как рукой сжать его щеки, вытягивая губы рыбкой, и прикусить. Нет, скорее даже укусить.              — Ай.              — Я голодный.              — Не завтракал? — Эндрю покачал головой, — я оставил тебе блины, можешь добавить туда нутеллу. Я купил её утром.              Миньярду стало как-то совестно за укус, поэтому чмокнул то место и убрал руку, проигнорировав довольный вид Джостена, когда тот выпустил его из объятий.              Эндрю сам по себе апатичный человек. Всегда таким был. Би говорит, что это черта характера. Он считает, что она права. Но есть что-то такое в том, чтобы сидеть в светлой и уютной кухне и есть то, что приготовил дорогой для тебя человек. Нет, не так. Он готовил для себя и про Миньярда помнил. Да ещё и нутеллу купил утром. Так вот, и то, что Нил, подперев щеку рукой, сидит и наблюдает за ним с маленькой и милой улыбкой, ну никак не помогает быть апатичным. Но он человек профессионал. Держит планку.              Эту спокойную и милую атмосферу разрушил телефонный звонок. Эндрю взглянул на устройство, лежащее на столе. Аарон. Ну конечно.              Миньярд вздохнул и решил ответить, даже если брат не вовремя. И моргнуть не успел, как от Нила и след простыл.              — Да?              — Их двое! — послышался крик Аарона.              — Кого? — не понял Эндрю, но насторожился. Его брата кто-то за угол зажал что ли?              — Целых два…              — Аарон. Говори нормально.              — Ладно. Фух. У нас будут близнецы, — пока до Эндрю доходила информация, Аарон добавил, — или близняшки. Ещё не знаем.              У Аарона будет два карапуза. И Кейтлин. Ладно, два маленьких человечка. Сразу. Бедная Кейтлин…