Профессор развлекается

8 мая. 13:42. Каждый день проживания с профессором Зельеварения проходил спокойно, поднимались диалоги по поводу семейного быта, обсуждения местности и общих знакомых, что могли проживать рядом. Катерина говорила о родителях, утверждая, что скоро она будет должна показаться им, что жива и здорова, пока проживает «у подруги». Но родители-то не знают, что эта подруга — взрослый мужчина, преподаватель, старше Милы Элмерз на пару лет. Возлюбленные вновь собрались вместе на обед, уплетая свежеприготовленную Финной пасту. Мужчина поставил локоть на стол и задумался, что-то размышляя про себя, а Катерина также молча обедала, восхищаясь вкуснотой еды. Северус заговорил первым: — Милая, у тебя есть планы на вечер? — Нет, ничего не намечала. — ответила девчонка после того, как прожевала еду. Пусть она и была не из семьи аристократов, но отец все равно частенько доставал книгу "Этикет от А до Я", в очередной раз указывая дочери на ее ошибки. — Тогда жду тебя вечером готовой в красивом платье в гостиной. Катерина закатила глаза, отглотнула немного чая и обратно поставила кружку на стол. Снейп строго взглянул на нее, поднял брови, но в итоге встал из-за стола, захватив по пути газету с новостями. В них опять писали о всякой выдуманной чепухе, Рита Скитер выдумывала каждый день все больше и больше... На то она и журналист, чтобы выдумывать. (Но глубоко сомневаемся, что ее выдумки понравятся тем, о ком там пишется). Элмерз закончила трапезу, большими глотками опустошая стакан с уже чистой водой, встала со стула, а к ней подбежала Финна. — Хозяйка, я могу убрать со стола? Катерина кивнула головой, вытерла рот салфеткой, которая после полетела в мусор, и спросила ее неожиданно для самой себя. — Ты можешь подобрать мне платье? И, желательно, выстирать и выгладить ее. На уродливо кукольном лице Финны отобразилась кривая улыбка, она явно была рада новой работе, а после прозвучало радостное, писклявое, тихое "Да". Девушка ухмыльнулась, вышла из кухни, виляя бедрами, и обнаружила Снейпа на диване. Последнее время он все чаще был в лаборатории, что-то разрабатывал, испытывал, наверняка это было что-то довольно интересное, и это что-то было тем, до чего нельзя дотрагиваться даже ей, которая очень даже хорошо владела зельеварением. Слизеринка села рядом с ним, закинув ногу на ногу, замигала мило зелеными глазками и отодвинула его газету в сторону. — Зачем тебе читать эту ерунду? Ты ведь знаешь, что все это не правда... Лучше развлеки меня. — протянула, словно кошечка она своим уже томным, глубоким и игривым голосом, устраняя газету и ложась на колени к Северусу. Она была в своем элегантном домашнем пеньюаре из атласа, который просто чудесно переливался на ней черными бархатными волнами. — Я разве похож на клоуна, мисс Элмерз? — грубо спросил тот, убрал газету в сторону и положил руку ей на талию, поглаживая вверх-вниз по пеньюару. — Ничуть, сэр. Ну пожалуйста, хоть на минутку отвлекитесь от важных дел на такую же важную меня. — И что же ты хочешь, маленькая кошечка? — Погладьте меня, мр-р. — протянула она, выгибаясь в спине. Катерина поджала ножки и выставила самую приятную точку вверх. Рука Снейпа переметнулась наверх. — Ну-ну-ну. — легонько шлепнул. — Обычно кошки только мучают и просят еды. — мужчина поглаживал ее талию, ягодицы, изредка пощипывая и сжимая. Кошки бы точно не были рады такому, что не сказать о довольной слизеринке, расплывшейся в улыбке. Северус действительно гладил девчонку, мог позволить себе шлёпнуть ее, поцеловать в шею, взять ладошку и чмокнуть внутреннюю сторону ладони, пальчики и запястье. Наконец он перевернул ее, посадил на колени и приобнял руками. — Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, Катерина. — И я тебя люблю. *** Катерина осталась дома одна. Совершенно одна, за исключением Финны, которая что-то делала на чердаке. Интересно... Что там? Наверняка на чердаке есть что-то интересно! Может... Старые вещи или книги? Точно не книги, все книги Северус хранит в лаборатории и библиотеке, он слишком их любит, чтобы хранить на чердаке. А может быть там лотки для растений? Зельевар любит выращивать что-то, а потом это же использовать в зельях... Элмерз видела, как Сева выходил из дома через какую-то другую дверь, она черная, деревянная, но такая плотная на вид. Думается, там находится теплица или участок для каких-нибудь растений, девушка в это не углублялась. Тем не менее, Катерина осталась одна, и дом в ее расположении. Девушка слезла с кресла-качалки в библиотеке, положила книжку на журнальный столик и убежала в ванную. Именно туда она перенесла свою косметику. Маги любили пользоваться заклинаниями, чтобы краситься, в отличие от мисс Элмерз, предпочитавшей больше пользоваться магловской косметикой, которую ей привозили маменька и папенька из поездок. «Так... Если он просил одеться в платье, вероятно он хочет прогуляться где-нибудь. Не думала, что сам Северус Снейп будет жаждить романтики» — подумалось девушке, уже доставшей из ящичка свою скромную косметичку. В сумочке лежал остро наточенный карандаш для глаз, точно меч для метания. Штрих-штрих. Штрих. Стрелочка. Стрелочка. Штрих. На лице красуются две стрелочки над глазами, и глаза выделились на лице. Тушь. Шик-шик! И глаза уже увеличились. Такие красивые. Косметика подчеркивает зеленые узкие глазки, а коричневый цвет сливается в единое целое с веснушками на носу. Северус любит эти веснушки. Каждый раз выцеловывает их и улыбается при виде сцены: Катерина сидит у туалетного столика и приговаривает «Опять эти веснушки! Они меня бесят!». Это его забавляло. Элмерз оставила как есть. Только блестящие тени в уголок глаза. Убежала. Время приближалось к шести. Нужно было уже одеваться. Девчонка вытащила из шкафа черное платье, заранее любезно подготовленное Финной, и противоположное ему белое ожерелье. Натянула на себя. Какая прелесть! Платье обтягивало тело, фигуру, выражая лучшие части тела. Декольте позволяло взглянуть на худую шею и ключицы. Ожерелье отводило взгляд. Нужно подобрать обувь... Из вариантов были балетки, туфли на небольшом каблуке и высокие каблуки. Выбор пал на туфли на небольшом каблуке, не хочется лишать себя удобства. Пора выходить. Накинула на себя легкую кофточку и вышла из дома. Около фонарного столба стоял довольный Снейп с букетом цветов в руках, сам в солидном черном костюме и убранными назад волосами. Изумительные розовые пионы красовались в малиновой обертке с бантом. Какая прелесть! Элмерз улыбнулась, выпрямилась и прямой походкой пошла в сторону мужчины. — Здравствуй. Какая красота! — на лице играла радостная улыбка. — Ты, как всегда, чудесна. — Благодарю. Северус протянул девушке букет пион. Они выглядели очаровательно и так подходили к ее такому же элегантному платью. Цветы чутки, кротки и мудры, хоть на первый взгляд так и не скажешь. Вроде, самые обычные пионы, но сколько в них души, при этом скромности и романтики. Тихая любовь – так можно было бы назвать любовь между ученицей и профессором, желавших остаться наедине, остаться единственными в этом мире, чтобы никто не упрекнул их за возраст и взгляды на мир. Катерина вдохнула еле заметный запах цветов и вновь расцвела в добродушной улыбке. — Не думаю, что тебе будет удобно таскаться с ними. Не хочешь оставить их дома? — Да, давай. Боюсь, они замерзнут на ветру, вечер довольно прохладен. Возлюбленные перенесли чудный букет домовихе, ответственно согласившейся поухаживать за цветами. Живя в мире маглов, мисс Элмерз не раз видела, как маменька получала цветы от отца, а после с любовью ухаживала за букетом. Снимала красивую обертку, отрезала ленты от стеблей, разбирала веточки других растений от остальных цветов и обрезала стебельки. Каждый раз местные флористы говорили, как именно стоит уделять внимание тем или иным цветочкам, чем подпитывать, как обрезать и многое другое. Всегда приятно получать букет от любимого человека. Эти цветы становятся как часть его, напоминают о нем, из-за чего еще больше хочется оставить их у себя еще на какое-то время. Зельевар подал локоть девушке, за который она ухватилась. Они были похожи на парочку из фильма про мафию, который после оказывался милым и сексуальным романтиком, пусть и с первого взгляда больше похож на человека любящего только жаркие ночи и кровавые убийства. Парочка шла, улыбаясь друг другу, каждый говорил, как приятна им погода, теплый ветерок, подкидывающий волосы, тихие шаги, оставленные ими же, свежий воздух, пропитанный их любовью. Вроде… это все так обыденно, так по-обычному, никакой романтики… но каждый из них чувствовал на вкус, слышал на слух и видел влюбленными глазами любовь другого. Шорох обуви, бархатный запах парфюма, да даже эта нестыдное молчание – все было от и до пропитано душевной любовью между такими разными и при этом такими подходящими личностями. Сейчас, во время прогулки, совершенно забывалось кто они, каков их статус и финансовое положение. В глазах читалось немое «Я тебя люблю». Это не надо было кричать, чтобы слышали все. Было достаточно прошептать. Катерина повернула голову в сторону, отвлекаясь от любимого. Там, в стороне, у домов, пробегала кошка... Такая знакомая, как будто мисс уже видела ее раньше, словно она уже приелась ее в памяти, как кошки из деревень, такие ласковые, постоянно маячившие в округе жителей. Девушка охнула. Это же та самая кошка со двора Снейпа! Да, это именно она! Белая, грязная и без половины хвоста! А что она тут делает?.. Она ведь живет совсем в другом месте, намного дальше отсюда. — Смотри, Северус! Эта та кошка, у которой хозяйка ведьма. Она часто тут гуляет? Мужчина изменился в лице, сощурился и нахмурил черные брови. На лице читалось недопонимание и настороженность. — Не знаю, я ее не вижу здесь обычно. Может, она просто пошла за хозяйкой или ищет рядом добродушных, кто вынесет ей еды. Попрошайка... — Пусть гуляет. Ой, что с ней?.. —Катерина удивилась, несколько напугалась, что увидел и зельевар. Он взглянул в сторону животного... Эта зверюга выпучила на них зеленые глаза, неестественно повернула голову и пялила на них. Она была похожа на сумасшедшего, словно прямо сейчас вцепится в их лица и высосет их глаза. — Пойдем. — профессор дернул ее за руку, держал с ней зрительный контакт, чтобы слизеринка лишний раз не смотрела на это явно больное животное. Может, ей дали выпить чего?.. Хотя вряд ли от валерьянки может быть такая бурная реакция. Пара уже дошла до какого-то здания. Была вывеска, написанная большими буквами, на которой звучало название ресторана. Мужчина засветился в довольной ухмылке, несколько подняв бровь. Катерина хотела было ярко отреагировать на столь приятный визит в ресторан, но только скромновато охнула и улыбнулась, чмокнула мужчину в щетинистую щеку. Сейчас, будучи на каблуках, она могла без препятствий поцеловать его, что не сказать о обычных днях, когда Элмерз приходилось подниматься на носочки кроссовок. — Тут красиво. – шепнула девчонка. В этом месте действительно было приятно находиться: мягкий свет из окон, спокойная музыка, приветливые люди, выходящие из здания такими довольными и счастливыми. Не ресторан, а компания осчастливливания людей. Конечно, чтобы сюда попасть нужен толстенный бумажник… Так вот для чего Северус так упорно работал днями! — Я рад, что тебе нравится. Пойдем. Они вошли в здание. Если снаружи оно выглядело красиво, то внутри – восхитительно! За столиками сидели милые парочки аристократов, семьи с детьми, пенсионеры со своими супругами, но все были такими расслабленными, искренними рядом с близкими людьми. По ресторану ходили опрятные официанты и официантки в синеньких футболках и фартуках, мило(скорее всего лицемерно) улыбались гостям и приветствовали посетителей. Элмерз и Снейпа встретил мужчина в сером скромном костюме с уложенными волосами и добродушными глазами. — Рад вас приветствовать, леди и джентльмен. Пройдемте к вашему столику. – мужчина провел возлюбленных к их столу у окна. Уютные диванчики, свеча посередине стола, пепельница около солонки и перечница… Пара села за столик по разные стороны столика, на диваны, и каждый улыбнулся другому. Тут было так хорошо, особенно, когда рядом тот, кто готов поделиться с тобой любовью и нежностью. К ним подошла юная официантка, на года два старше Элмерз, держащая в руках два меню. Она протянула их им и прощебетала звонким голоском, журчащим как молодой ручеек: — Здравствуйте. Сделаете заказ сразу, или мне подойти чуть позже? — Здравствуйте. Сразу, спасибо. – первым ответил зельевар. Сейчас его голос не был таким, каким его привыкла слышать дома Катерина, спутница, с ней он более ласковым, бархатным и плавным, а здесь приобрел прежнюю холодность, сухость, чрезмерную жесткость, словно наждачка или губка, из которой высосали всю воду, позволяющей ей быть мягкой и упругой. Снейп сделал заказ, учитывая пожелания возлюбленой, и официантка убежала с блокнотиком в руках, пожелая им хорошего времяпровождения. — Здесь изумительно! Из-за этого ты безвылозно работал? — Я всего лишь хочу, чтобы тебе было хорошо. И да, для этого пришлось постараться. — Ты такой красивый сегодня. Не привыкла видеть тебя не в сюртуке и рубашке. — Ты тоже не в школьной форме. И это мне нравится. Поговорив еще на пару тем, они дождались заказа. Перед ними опустили тарелки с изысканными блюдами, с красивой подачей и сервировкой. Девчонка, которая сейчас была элегантной леди, подняла улыбающиеся глаза на профессора. Пусть она и не раз была в ресторане с семьей, родственниками... но как было по-другому быть в таком месте с дорогим человеком. Начали трапезу. — Восхитительно! Я ужасно благодарна тебе! Лицо Северуса скрасила скромная улыбка, прикрытая упавшими волосами. — Рад, что тебе нравится. — Я должна что-то тебе взамен? На это мужчина нахмурился, вытянул лицо вперед, ссутулился. Что значит «взамен»? Он пришел ее сюда, чтобы что-то получить?! Нет! Он привел ее, чтобы она получила удовольствие от... свидания! Или Катерина думает, что за это должна будет ему в постели? Неужели за минет нужно накормить в ресторане? — Ты не проститутка, чтобы я тебя кормил в ресторанах за постельные утехи. Наслаждайся проведенным временем. — Да... Извини. — Не извиняйся. Как тебе напитки? Мне кажется, что мой кислит. — Мне нравится. Минут 15 профессор и бывшая ученица проводили время за трапезой. Почему бывшая? Потому что она уже не вернется в Хогвартс. Катерина совершеннолетняя. Так получилось, что она пошла в Хогвартс в год, когда ей должно было исполниться 12. Формальности, принимали только с полных 11. Такая же проблема была у Гермионы Грейнджер, день рождения которой в сентябре. У Катерины Элмерз оно вовсе в ноябре. Ей 17. Может бежать из школы. Послышалось открытие двери, бас швейцара и... Крик?! Кто-то кричал! И кто-то смеялся... Северус встрепенулся, вскочил с места. — Северус, там девушка кричит. Все нормально? — Нет. Не паникуй, я сейчас вернусь. — Снейп ушел из-за стола, сунув в свой карман палочку, лежащую ранее в сумке. Мы ведь в мире маглов, зачем ему сейчас палочка?! Зал уже был перепуган, люди остановили свой обед, держали ухо востро. Катерине оставалось ждать.