Сбежавшая невеста

Дамиано с удивлением и легким волнением еще раз осмотрел зал. Нет, ему не показалось: Этан действительно исчез. Поставив полный бокал, который весь вечер держал в руках и даже не пригубил, на поднос мимо проходящего официанта, он направился в сторону резвящихся у пульта Вик и Томаса. Продвигаясь между гостей, Дамиано продолжал осматриваться, надеясь на то, что просто не заметил Этана в веселящейся толпе, но его на самом деле в зале не было. — Вик, ты Этана не видела? – склонился он к самому ее уху. Из-за грохочущей музыки было очень плохо слышно. Она отрицательно помотала головой. Оказалось, что Томас тоже не знает, где Этан. Дамиано прошел еще раз по периметру зала, вышел на балкон, выглянул в холл, но Этан словно сквозь землю провалился. В холле на столике валялась длинная белая перчатка, а на диванчике он обнаружил сумку, которую тот обычно носил с собой. — Ну что, не нашел? – окликнула его Виктория, вышедшая из зала для торжеств, где проходила праздничая вечеринка по случаю их необычного перформанса – свадьбы на четверых. У нее за спиной маячил растерянный Томас. — Нет, — помотал головой Дамиано. – Тут его перчатка и сумка. Значит, он где-то здесь. — Может, покурить вышел. Чего ты всполошился? — почесал макушку Томас. — Я смотрел на балконе. — Так может он на улицу вышел, как перед концертом? — На улицу я не выходил, — задумчиво пробормотал Дамиано, быстро сбежал по ступеням широкого холла и выглянул за дверь. На крыльце никого не было, кроме полицейских, охраняющих вход. В отдалении за ограждением собралась кучка фанатов, которые при появлении Дамиано радостно завопили. Но он вновь нырнул в здание и вернулся к ждущим его на вершине лестницы друзьям. – Нет его там. — Может у служебного входа? – выдвинул очередное предположение Томас. — Да у нас прямо традиционная свадьба! — прыснула Виктория. – Невеста пропала или украли, отчаявшийся жених должен найти свою любимую до окончания ночи, чтобы исполнить первый супружеский долг… — Не паясничай! — зло одернул ее Дамиано. – Ничего смешного в исчезновении Этана я не вижу. — Да может он уснул в какой-нибудь подсобке, — пожал плечами Томас. – Он волновался сильно перед церемонией. И потом тоже. — Волновался? – удивленно глянул на него Дамиано. – Что-то я не заметил. По-моему он развлекался вовсю. — А ты вообще мало что замечаешь, когда дело касается Этана, — ядовито огрызнулась Виктория. – Но раз уж мы все равно потеряли нашу невесту… — Уже жену, попрошу заметить! – Томас с деловым видом воздел вверх палец. — Э, нет! – усмехнулась Виктория. – Женой он станет после первой брачной ночи, а пока – невеста… — Слушайте, хватит ерничать! – приструнил разошедшихся блондинок Дамиано, закатив глаза. – У нас согруппник пропал, а вы тут ерундой занимаетесь! — Ладно, успокойся, — похлопала его по плечу Вик. – Пойдемте искать, — и направилась в сторону служебных помещений. — А давайте уговор? – Томас вопросительно уставился на нее, а Дамиано лишь раздраженно рыкнул, так как видел, что Виктория все еще настроена шутить. За нее явно говорил выпитый алкоголь. – Кто первым невесту найдет, того и право провести с ней брачную ночь. — Ты вообще-то тоже невеста, — резонно возразил Томас. — Но я-то не терялась, — хмыкнула Вик. – И я не в платье! — Хватит! – раздраженно рявкнул Дамиано. – Пока мы болтаем – время идет, а Этан до сих пор неизвестно где! — Ладно, ладно, не психуй, — фыркнула Виктория. – А то волос больше нет, что состригать будешь? — Сучка! – припечатал Дамиано и резко развернувшись, пошел в комнату, где они приводили себя в порядок перед свадьбой, которую они дружно окрестили «гримеркой». Дамиано злился. На Викторию, которая в последнее время буквально приклеилась к Этану и оказывала ему чрезмерные знаки внимания. На Томаса, который тоже, словно назло, вызывающе флиртовал с Этаном. И, наконец, на самого Этана, который вдруг стал сторониться и демонстративно избегать Дамиано, после того, как раньше едва ли не вис на нем, поедая влюбленными глазами. После того случая, когда он застал Викторию скачущей на члене Этана – невероятно сексуального Этана в сползшем корсете и с чулком на одной ноге – Дамиано долго не мог успокоиться. Более того, он старался избегать эту «сладкую парочку», и не понимал, почему Томас, который явно был влюблен в их сумасшедшую басистку, так спокоен и ни капли не ревнует. Хотя Дамиано и сам долго не понимал, что ревнует. Вот только осознание того, что из всех троих ему нужен Этан, а вовсе не Вик, окончательно выбило его из колеи. Да, они много шутили, прикалывались, лапались по парам и все вчетвером, часто на камеру, еще чаще – без нее, но Дамиано считал все это игрой, чем-то вроде их общегрупповой традиции. И хотя он в последние пару лет сблизился с Этаном сильнее, чем с остальными, но упорно считал, что между ними лишь дружеские отношения. Дамиано не хотел признаваться даже себе, что хочет Этана. Хочет не как друга – для общения и совместных уютных посиделок, а хочет… как любовника, и не только. Этана хотелось забрать себе, присвоить, спрятать от остальных, налепить на него табличку «собственность Дамиано Давида», чтобы больше никто не мог посягнуть на него. А когда Виктория в тот злополучный день привела Этана в корсете и чулках, Дамиано потерял последние остатки здравого смысла. Он возбудился так, что не мог думать ни о чем, кроме того, что хочет затащить Этана в свою комнату, сорвать с него халат, завалить на кровать и трахать до потери сознания, до сорванного голоса и стертого члена. Длительный тур, все эти сложные, запутанные отношения в группе, явный игнор его и сближение Этана с Викторией привели к тому, что Дамиано не выдержал и все-таки закатил истерику. К счастью, это вылилось лишь в дурацкую стрижку налысо. Непривычная прическа и шок согруппников от его внешнего вида на некоторое время успокоили Дамиано, а идея со свадьбой примирила с жизнью. Внутренний зверь удовлетворенно урчал, понимая, что после церемонии, какой бы бутафорской она ни была, Этан будет навсегда привязан к ним… к нему. А еще Дамиано вдруг понял, что вся его злость и взбрыки – не что иное, как банальная ревность. Оказалось, он просто ревновал Этана к… ко всем и каждому. Осознание этого стало для него не меньшим шоком, чем собственное отражение в зеркале после стрижки. Даже большим, чем когда он понял, что неравнодушен к парню. В последние дни перед церемонией Дамиано летал как на крыльях. Он ждал эту свадьбу, наверное, больше остальных. Более того, он хотел настоящую брачную ночь, особенно после того, как увидел Этана в этом дурацком свадебном платье. Дамиано даже готов был делить его с Викторией и Томасом, лишь бы самому оказаться рядом с ним, в нем... И ему уже было плевать, что Этан – парень, что он сам вроде как натурал, что секс с мужчинами предполагает, что один из партнеров должен уступить другому ведущую роль. Все это стало для него абсолютно неважным. Ревность и злость утихли, а вид Этана в фате и в платье разбудили желание завладеть им на самом деле, овладеть… без всяких игр и прочих танцев с бубнами. Сдерживать свои скрытые чувства и эмоции в узде становилось сложнее с каждым днем, особенно после того, как Этан перестал смотреть на него этим своим нежным взглядом. Внезапное исчезновение Этана разозлило, так как Дамиано, во-первых, волновался, а во-вторых – понял, что свадьба, видимо, изменила что-то в его сознании, позволив вырваться давно скрываемым желаниям из-под контроля. Накрутив себя еще больше, он решительно дернул дверь гримерки и чуть не столкнулся с выходящей оттуда Викторией. — Там его нет, только его свадебная юбка. Но он ее переодел еще перед концертом. Дамиано кивнул и отправился на поиск Лео, который обычно всегда и все про всех знал. Но оказалось, что и тот не в курсе, куда подевался Этан. Он опросил еще нескольких человек, но, видимо, никто кроме него не заметил исчезновения их барабанщика. По дороге Дамиано встретил Томаса, который нашел вторую перчатку Этана, но ни следа его самого. Дамиано достал сигарету и вернулся в гримерку, чтобы взять куртку, и тут обнаружил, что пальто Этана, которое висело рядом, тоже нет. Одевшись, он схватил свою сумку и выскочил в холл, столкнувшись там с Галли. — Ты Этана не видел? – поинтересовался Дамиано. — Видел. Он уехал домой. — Один?! – повысил голос Дамиано. — Я отправил его с водителем, — как ни в чем не бывало, спокойно пожал плечами Галли. — Вызови и мне. Срочно! – нахмурился Дамиано. – Я буду ждать на улице. — У служебного входа! – перехватил его за плечо Галли и направил в нужную сторону. Дамиано нервно дернулся, но, решив, что Галли к его дурному настроению не имеет никакого отношения, все же кивнул и направился к нужному выходу. Сев в машину, Дамиано выяснил, что Этан уехал с другим водителем, и этот… кажется, Марко, не знал, куда именно тот направился. Назвав адрес квартиры Этана, Дамиано попытался взять себя в руки перед встречей с ним, так как понимал, что им придется серьезно поговорить. Однако его ждал очередной облом: «пропавшей невесты» там не было. В окнах не горел свет, и на звонок в дверь никто не открыл. Этан так никогда не поступал, и в каком бы настроении ни был, посетителям открывал всегда. Дамиано вернулся в машину и задумался, не зная, куда ехать. У сестер Этан быть не мог, так как те все еще тусовались на вечеринке по случаю свадьбы. Из Рима, чтобы отправиться к маме, он тоже вряд ли бы рванул, потому что был очень ответственным, а на завтра было назначено интервью. Лаура, будь она неладна, тоже все еще тусила среди гостей. Виктория и Томас сами искали Этана, значит, и они отпадали. Оставалось лишь одно место, хотя Дамиано очень сомневался, что Этан решил бы поехать туда, но все же его стоило проверить. Назвав водителю адрес, Дамиано посмотрел, есть ли у него с собой ключи, и устало откинулся на сиденье. Длинный праздничный вечер, церемония, концерт и беспокойная ночь умотали его. Но волнение, которое нарастало с каждой минутой, не давало расслабиться. Когда машина притормозила у дома, Дамиано выпрыгнул едва ли не на ходу и рванул к дверям. Открыв их своим ключом, он быстро пробежался по дому и застыл от неожиданности, распахнув дверь в комнату Этана, освещенную приглушенным светом лампы, стоящей у изголовья кровати на тумбочке. Оказывается, пока Дамиано мысленно рвал на себе гипотетические волосы, тот преспокойно спал в своей постели. Этан даже не переоделся после свадьбы. Он лежал на боку, подогнув под себя одну ногу и засунув ладонь под щеку. По подушке разметались выбившиеся из прически темные пряди. Часть головы была прикрыта так и не снятой фатой, а на поясницу накинут угол покрывала. Он был все в тех же светлых штанах, своем дурацком топе с рюшами и выглядел трогательным и ранимым. Дамиано осторожно прикрыл за собой дверь и принялся снимать куртку, как завороженный рассматривая спящего Этана, понимая, что волнение по поводу его исчезновения улеглось, сменившись другими чувствами. Он испытывал смесь возбуждения, нервного напряжения, желания, страха, умиления и нежности. Он не рискнул пройти в комнату и застыл у самого порога, понимая, что ему выпал редкий шанс, наконец, сделать тот самый последний шаг в надежде, что Этан простит ему былую грубость, невнимательность и нерешительность и примет его. Дамиано только и успел стянуть один рукав куртки, как ему в спину прилетело резко открывшейся дверью. — Черт! – тихо, но эмоционально выругался он, резко оборачиваясь. – Вик? — О! Ты оказался первым, — хихикнула она. – Будешь предъявлять права? — Нахрен – это там! – указал ей Дамиано на выход. — Фи, как грубо! – попыталась шагнуть в комнату Вик, но Дамиано заступил ей дорогу. – О, да ты прям как дракон, оберегающий сокровище, — фыркнула она, тем не менее, настойчиво выглядывая из-за его плеча. — Как ты додумалась приехать сюда? – загораживая ей проход и легонько подталкивая к выходу, спросил Дамиано. — Когда Галли сказал, что сперва уехал Этан, а потом ты, я заглянула в сумку Этана, не нашла там ключей от этого дома и сразу направилась сюда. Судя по тому, что ты зашел буквально только что, так как даже не успел раздеться, ты искал его где-то еще? – чуть прищурившись, с ехидной улыбкой посмотрела на него Вик. — Не твое дело! – огрызнулся Дамиано. – И вообще, ты сама говорила, что кто первый найдет… — О, надо же, мы собрались всем составом, — вдруг прервал их Томас, появившийся в коридоре. – А Этан-то хоть тут? — А ты тут как оказался? – удивленно спросил у него Дамиано. — Спросил у Лауры, — пожал Томас плечами, — и она мне сказала, что у Этана заболела голова, и он поехал сюда. — Почему эта сучка мне об этом не сказала?! – возмутился Дамиано. — Она не сучка, она моя подруга, и я бы попросил… — раздался из-за спины чуть хрипловатый со сна голос Этана, — не обзывать ее так. — О, котик, мы тебя разбудили? – тут же засюсюкала с ним Виктория, нагло отстраняя Дамиано и проходя в комнату. – У тебя правда болела голова? Почему ты нам не сказал? — Вы были заняты, — пожал плечами Этан, повернувшись на спину, — не хотел мешать вам развлекаться. — Ты мог бы сказать мне, — Дамиано обогнал Викторию и уселся на кровать рядом с Этаном, вытягивая ногу так, чтобы Вик не смогла сесть. – Ты прекрасно знаешь, как я не люблю вечеринки. Я мог бы проводить тебя… — Зачем? – удивленно посмотрел на него Этан. – Галли вызвал мне водителя, и я спокойно приехал сюда. — Тогда почему твоя «подруга», — интонацией выделил Дамиано, — знала о том, где ты, а никто из нас – нет? Хочу тебе напомнить, дорогуша, что мы сегодня вроде как поженились. И теперь… — И что? — не дал договорить ему Этан. – Можно подумать, ты к этому мероприятию относился серьезно. К тому же… — Как твоя голова? – вклинилась в начинающийся спор Виктория, в то время как Томас неловко топтался в пороге. Дамиано знал, как он не любит всяческие разборки. — Уже лучше, я таблетку выпил, — кивнул Этан, переключая на нее внимание. Дамиано это не понравилось. — А раз все нормально, так, может, лишние уже уберутся отсюда и дадут Этану отдохнуть? – пристально глядя на Вик, процедил Дамиано. — Ого! Вот это заявочки! – возмутилась Виктория. — Не, ну, бро, ты это… полегче на поворотах, — нахмурился Томас. Но Дамиано, хоть и понимал, что перегибает палку, хотел остаться с Этаном наедине, причем, любой ценой. Естественно, ему придется потом заглаживать свою вину и извиняться за резкость, задабривать Викторию и объясняться с Томасом, но здесь и сейчас их присутствие было абсолютно лишним. — Дамиано! – одернул его Этан. — Я просто хочу с тобой поговорить! Наедине! Без свидетелей! Разве это не понятно? – исподлобья глянул он на Вик и Томаса. — О’кей, — фыркнула Вик, — кто первым встал, того и тапки. Но за грубость ты ответишь! Прости, котик, но когда мы тебя искали, — обернулась она к Этану, поясняя, — я поставила условие: кто первым найдет пропавшую «невесту», того и право «брачной ночи». Поэтому он в своем праве. Дамиано тоже повернулся к Этану, чтобы посмотреть, как он отреагирует на слова Вик и увидел, как тот смущенно вспыхнул и опустил глаза. Это было настолько мило и, внезапно, горячо, что Дамиано слегка заерзал на кровати. — Я думал, ты шутишь, — удивленно произнес Томас. — А я и шутила, — фыркнула Вик, — только кое-кто воспринял эти слова всерьез. Видишь, как рвался быть первым? Томас тоже фыркнул, а Дамиано снова разозлился. — Да свалите вы уже нахрен! Нам с Этаном надо поговорить! — О, видишь, Томми, как ему не терпится, — хмыкнула Виктория, тем не менее, направившись к двери. – Ты только у «невесты» не забудь согласия спросить. Или опять струсишь? – И добавила ехидно: — И да, мальчики, вам смазка и презервативы нужны? — Иди уже! – нервно рявкнул Дамиано, чувствуя, как от смущения начинают гореть щеки. — Не переживай, у меня есть, — раздалось насмешливое из-за спины, и Дамиано резко обернулся, не в силах поверить, что это только что произнес Этан. Вик с Томасом синхронно засмеялись и, наконец, вымелись за порог, прикрыв за собой дверь. В комнате воцарилась тишина. После состоявшегося абсурдного диалога Дамиано стушевался и не знал с чего начать разговор, к которому он так стремился. Он снова перевел взгляд на закрывшуюся дверь, глядя на нее, как на личного врага. — Ну что, так и будем молчать? – окликнул его Этан. – Ты же поговорить хотел. — Да я… — растерянно пробормотал Дамиано. — Да ладно, я понял, что ты смелый только при свидетелях, — хмыкнул Этан и зашевелился, натягивая на себя покрывало, на котором сидел Дамиано. Из-за этого ему пришлось встать. – И чем больше свидетелей, тем лучше. — Что за чушь ты несешь? – снова разозлился Дамиано и резко вскинул голову, глядя Этану прямо в глаза. — Ну, тебе ведь проще сотворить какую-нибудь херню, вроде вот этой твоей новой стрижки, чем поговорить по душам… — А мне интересно, с каких пор ты стал таким дерзким? – прищурился Дамиано. – И сегодня на церемонии ты вел себя как… — Как кто? – прищурился Этан. — Неважно, извини, — тут же сдал назад Дамиано, понимая, что если будет лезть на рожон, Этан его просто выкинет из комнаты. — Не знаю, как тебе, а мне просто нравилось, — пожал плечами Этан, удобнее устраиваясь на подушке. – Я люблю вас всех, несмотря на все ваши недостатки, и мне приятно было осознавать, что эта церемония, пусть и не законная, ненастоящая, объединяет нас. Делает еще ближе. Я был действительно счастлив, как та невеста, которая выходит замуж за любимого человека. Дамиано стало и больно и приятно от этих слов. Приятно от того, что Этан только что вроде как признался в любви, а больно – потому что он упомянул их всех, когда хотелось услышать такое признание, обращенное только к нему. — Если это действительно так, то почему ты после сбежал? Предпочел сказать где ты Лауре, а не нам – твоей семье? — Потому что она заметила, что мне плохо. А вот за то, что ты обозвал Лауру, хочется устроить тебе настоящую взбучку! – вскинулся Этан, отчего покрывало сползло с его широких плеч, и Дамиано невольно залип взглядом на выступающих ключицах. – Нельзя быть такой сволочью, Дамиа… — Это почему это я сволочь? – нахмурился он. — Потому что ты прекрасно знаешь, что Лаура моя подруга, но при этом позволяешь себе оскорблять ее. Что бы ты почувствовал, если бы я так отзывался о Джорджии? — При чем тут она? — При том же, при чем и Лаура, — грустно хмыкнул Этан. – Твое отношение к ней очень напоминает ревность… — А если это действительно так? – глядя Этану прямо в глаза, тихо произнес Дамиано. — Что? Ревность? Да ну… Да не может быть! – явно не поверил ему Этан. Дамиано решительно шагнул вперед, потому что ему на самом деле надоело ходить вокруг да около. Сколько можно было еще бояться не так посмотреть, не так прикоснуться, в то время как уже очень давно хотелось вцепиться руками и ногами и не отпускать, не отрывать глаз. Только страх оказаться отвергнутым, страх перед впервые возникшей привязанностью к парню, желание, которое он долго не мог осознать, и которого испугался, мешали ему сказать о своих чувствах и как-то проявить их. Нужно было, наконец, объяснить Этану, рассказать, что за всеми этими подколками, шутками, розыгрышами и, казалось бы, невинными прикосновениями и объятиями скрывается совсем другое: более мощное, глубинное, по мнению многих – неправильное, но очень сильное чувство, которое люди называют любовью. Он сел к Этану лицом, убрал рассыпавшиеся прядки волос, спрятав их за ухо, и придвинулся близко-близко, чтобы видеть, как от неожиданности и удивления расширяются его зрачки, поглощая и так темную радужку. Обхватив его за подбородок ладонью, Дамиано нежно погладил пальцем щеку, как позволил себе сделать сразу после поцелуя на свадьбе. — Да, ревность, — выдохнул он практически в губы Этана, — потому что ты растрачиваешь на других то, что могло бы принадлежать мне. А я против, и имею право на претензии, потому что – как бы ты не воспринимал случившееся, – я теперь твой муж. И теперь только я имею право на то, чтобы целовать тебя, — Дамиано легко коснулся губ Этана мимолетным поцелуем, — прикасаться к тебе, — провел он кончиками пальцев по мощной шее, ощущая, как под кожей нервно бьется пульс, — ласкать тебя, — скользнул он пальцами к так и манившим его ключицам, медленно спускаясь к груди, с которой давно уже сполз этот дурацкий топ с рюшами. – Потому что именно я надел тебе на палец кольцо, и… я хочу, чтобы ты был только моим… — А… Да… — чуть заторможенно произнес Этан на выдохе, прикрыв глаза. — А ты хочешь? – боясь ответа, но всей душой надеясь на согласие, тихо спросил Дамиано. — Но… — Этан усиленно заморгал, как будто прогонял морок, — а как же Вик и Томас? Мы же… — Так тебе все-таки Виктория дороже? – резко отстранился Дамиано, с усилием сдерживая обиду. — Дурак, — покачал головой Этан. – Иди сюда, — раскрыл он объятия, и Дамиано уютно устроился у него на груди, как не делал уже очень и очень давно, соблюдая никому не нужную дистанцию, а порой и умышленно отталкивая. – Это же надо… Мы только что сыграли свадьбу, и уже произошла первая семейная ссора. — Бывает, — легко улыбнулся Дамиано, отбрасывая сомнения в правильности или неправильности своих действий. – Учитывая наши темпераменты, думаю, семейных ссор будет еще много. А вот первая брачная ночь у молодоженов бывает лишь раз. И я не хочу всю ее потратить на глупые разговоры и разборки. — Ты уверен? – приподнимая его за подбородок и пристально глядя в глаза, поинтересовался Этан. — Абсолютно уверен! — серьезно кивнул Дамиано и потянулся за первым настоящим поцелуем к своему новоиспеченному мужу. Спустя бесконечность, а может всего лишь через несколько мгновений, Этан откинулся на подушки и тихо прошептал, глядя в потолок и подставляя под губы Дамиано свою шею. — Я тоже… — Что «тоже»? – поинтересовался Дамиано, выцеловывая только одному ему понятные узоры на чуть влажной коже. — Хочу быть только твоим, — тихо произнес Этан. — Ты… — наверное впервые Дамиано не нашел слов, чтобы что-то ответить. Ему казалось, что любой ответ, кроме одного, здесь будет совершенно лишним, неправильным. Однако озвучить то единственное, что хотелось, он пока не мог, потому что боялся. – А как же Виктория? — Дамиа, — усмехнулся Этан ему в макушку, — Виктория – это Виктория, но она не ты. И я уверен, если она увидит, что у нас все хорошо, то она не полезет между нами. В конце концов, у нее Томас есть. И вообще… ты разговаривать сюда пришел или все-таки исполнять свой супружеский долг? – с легким смешком щелкнул его по носу Этан. — А… — Дамиано снова растерялся. – Ты позволишь? – он прикоснулся рукой к животу Этана, все еще не рискуя спуститься ниже. — А почему нет? – мягко, словно подбадривая, улыбнулся Этан. – В конце концов, надевать свадебное платье меня никто не заставлял, и уж если быть невестой, то до конца. Дамиано несколько секунд пристально смотрел Этану в глаза, а потом чуть подвинулся и вновь впился в его губы уже совсем другим поцелуем. Здесь было мало нежности, лишь вырывающаяся на свободу из долгого заточения страсть. Он набросился на Этана с ласками и поцелуями, стараясь охватить все и везде. Намерение – утопить Этана в нежности кануло в лету, стоило лишь услышать протяжный хрипловатый стон, а выгнувшееся навстречу его рукам и губам тело, окончательно сорвало тормоза. Дамиано немного опомнился лишь тогда, когда они оказались полностью обнаженными, и он застыл между широко разведенных ног Этана, в уже надетом презервативе, готовый войти в блестящее от смазки, которая и правда была припрятана в тумбочке, призывно манящее, чуть подрагивающее нутро. — Только не спеши, — задыхаясь, хрипло пробормотал Этан, и Дамиано, не в силах сдерживаться, медленно толкнулся внутрь. Чувствуя, как сжимается тугая плоть вокруг члена, он поднял голову и, глянув на Этана, заметил болезненную гримасу и стоически закушенную губу. — Прости, больно? – Дамиано хотел податься назад, но Этан крепко сжал его бедра своими мускулистыми ногами. — Я не девушка, — хмыкнул Этан, на щеках которого разлился неожиданный румянец, — просто дай мне немного времени, чтобы привыкнуть. Дамиано кивнул и огладил внутреннюю сторону бедер Этана, нежную кожу в паху с коротко стриженными волосками, и сжал в ладони внезапно показавшийся горячим, полуопавший от боли, но все равно достаточно внушительный член. Внезапно Дамиано подумал, что в него такой агрегат точно не влезет, не порвав, но тут же отбросил ненужные сейчас мысли и принялся ласкать его рукой, обводя пальцами крупную головку, прослеживая узор выступающих под кожей вен. Вскоре Этан сам толкнулся ему в руку, уже полностью возбужденным членом, и Дамиано почувствовал, как расслабляются зажатые вокруг него мышцы входа. — Я готов, давай, — подтвердил его догадку Этан. И Дамиано дал… Внутри Этана было горячо, узко, тесно и офигенно! Сдерживаться и осторожничать не было никаких сил. Дамиано яростно задвигался, чувствуя, как от нахлынувших ощущений, переплетенных с эмоциями от обладания любимым человеком, совсем слетел контроль, и он на всех парах устремился к развязке. Оргазм настиг его внезапно и был такой оглушительный, что Дамиано лишь спустя какое-то время осознал себя лежащим поверх Этана. Член его уже почти опал и выскользнул наружу, но под животом ощущалась горячая кожа и твердая плоть так и не кончившего Этана. — Прости, я сейчас, — виновато пробормотал Дамиано, приподнимаясь, стаскивая презерватив и отбрасывая его в сторону. Затем он обхватил член Этана ладонью, и принялся двигать рукой вверх-вниз, наблюдая, как покрасневшая от притока крови головка исчезает в его кулаке. Вдруг его осенила неожиданная идея. Он спустился еще ниже и, помогая себе рукой, обхватил головку губами, приласкал ее языком, не испытывая при этом ни брезгливости, ни каких либо других отрицательных эмоций от того, что делает минет. Этан был мокрый от пота, его бедра подрагивали от удовольствия, глаза были прикрыты и загадочно мерцали в полумраке из-под ресниц. Дамиано, внимательно наблюдая за эмоциями, отражающимися на лице Этана, широко открыл рот и, глядя ему в глаза, демонстративно обвел головку языком, а затем толкнулся в уретру. — Дамиа! – то ли простонал, то ли выкрикнул Этан, выгнулся на кровати, вцепившись до побелевших костяшек в давно уже смятое покрывало, и кончил. Дамиано успел отстраниться, но сперма все равно попала ему на губы и щеку. Он невольно слизнул ее, находя вкус странным, но не слишком неприятным: солоноватым с легкой горчинкой. — Не нужно было, — тихо пробормотал Этан хриплым голосом и стер капли с его лица рукой, вытерев ее о кровать. Это был настолько несвойственный для него жест, что Дамиано не поверил своим глазам. — Ты как? – заботливо спросил он, ложась рядом. — Как затраханная невеста после первой брачной ночи, — хмыкнул Этан и кашлянул. Дамиано натянул на них покрывало, чувствуя, как от усталости закрываются глаза. — Надеюсь, я был не слишком плох, — выдохнул он во все еще влажную шею Этана. — Ну… в части анального секса еще нужно немного подучиться, и лучше делать это на собственном опыте, а минет был просто крышесносный! – еле слышно пробормотал Этан. — Ты же не планируешь… совать это в меня? – поднял голову Дамиано, но Этан его уже не слышал, потому что уснул. Дамиано покачал головой и тоже закрыл глаза, практически мгновенно проваливаясь в сон. Проснулся он от того, что ему стало слишком жарко. Казалось, что он лежит на раскаленных кирпичах. Спросонья Дамиано не сразу понял, что горячая подушка под его щекой, это часто вздымающаяся от хриплого поверхностного дыхания грудь Этана. Дамиано резко сел. Этан явно горел в лихорадке. Он притронулся к его лбу: тот ощущался сухим и горячим даже без всякого градусника. — Блядь! – Дамиано подорвался с кровати, рванул на выход как есть, но в самый последний момент все же вернулся и натянул на себя брюки. Он выскочил из комнаты на поиски Виктории, моля бога, чтобы они с Томасом не отправились куда-нибудь тусить среди ночи. К счастью, они с Томасом нашлись в гостиной на диване, где спали в обнимку под работающий телевизор. — Вик! – гаркнул Дамиано во весь голос, одновременно будя этих двух неразлучников. — Чего орешь? – недовольно пошевелилась Виктория. — Что случилось? – сонно пробормотал Томас. — У Этана, кажется, температура. У нас градусник есть? Лекарства? На удивление, Виктория сразу же вскочила и побежала в сторону ванной. Там в настенном шкафчике оказалась аптечка. Она схватила градусник, какие-то таблетки и побежала в комнату Этана. Дамиано растерянно последовал за ней, как комнатная собаченка. — Черт, да он весь горит! – взволнованно выдала Виктория, измерив температуру: градусник угрожающе моргал красным. – Надо напоить его жаропонижающим. А ты пока наведи здесь порядок, — махнула она рукой на кучу одежды у кровати, сверху которой пристроился использованный презерватив. Пока она бегала на кухню, готовить лекарство, Дамиано послушно убирался, время от времени замирая и прислушиваясь к сиплому поверхностному дыханию Этана. Вскоре Вик вернулась со стаканом, и они вдвоем попытались растормошить Этана и напоить его лекарством. Тот сопротивлялся, хотя до конца так и не пришел в себя, но Виктория оказалась настырной, и вскоре стакан опустел. Этан выпил не все. Сопротивляясь, часть микстуры он разлил на кровать, но Вик была довольна. — Хорошо, этого должно хватить. Следи за температурой и временем, — деловито отдавала она распоряжения. – Она начнет спадать минут через двадцать. А я пока пойду, позвоню Фабрицио. Пусть пришлют врача. Утром интервью. — Может, это от того, что мы?.. Ну… — Дамиано впервые не решался открыто говорить о сексе. — Ерунду не говори! – с улыбкой покачала головой Виктория. – Просто простудился в своем открытом платье. Не зря у него голова болела. — Можно, я лягу с ним? — кивнул Дамиано на спящего Этана. Он никогда никого не лечил и вообще с трудом представлял, что можно, а что нельзя делать рядом с больными. — Только не беспокой его и не буди, — нахмурилась Виктория. – Сон – лучшее лекарство. — И не собирался… — А когда начнет потеть – оботри и убери из-под него мокрую простыню, — продолжала отдавать распоряжения Виктория. — Хорошо, — послушно кивнул Дамиано. — Вы хоть поговорили, разобрались, прежде чем трахаться? – снисходительно глянула на него Виктория. — Поговорили, разобрались, — вздохнул Дамиано. — Это хорошо. Тогда я пойду. А ты штаны переодень, — внезапно хмыкнула она. Дамиано нахмурился, не понимая, зачем, оглядел себя и только сейчас заметил, что на нем надеты брюки Этана. — Это сейчас не так важно, — покачал он головой, ложась рядом с Этаном, и поправляя на нем одеяло, которым они накрыли его после принятия микстуры. — Ну да… но когда придет врач хотелось бы, чтобы Этан был хотя бы в трусах, — сказала Виктория и вышла из комнаты. Дамиано растерянно посмотрел ей вслед, но все же поднялся и, с трудом надев на спящего Этана трусы, снова лег рядом, положив руку ему на лоб. — Люблю тебя, — тихо прошептал он, целуя Этана в щеку, но тот все еще находился то ли во сне, то ли в беспамятстве и его не слышал. Дамиано поклялся себе, что обязательно повторит эти слова Этану когда тот выздоровеет. А пока нужно было приложить все усилия, чтобы поднять его на ноги как можно скорее. В конце концов, они теперь стали семьей, и Дамиано собирался позаботиться о здоровье своего любимого мужа. Пусть все остальные считали прошедшую свадьбу бутафорской, ненастоящей, но давая клятвы, надевая супругам и, особенно Этану, кольцо на палец, Дамиано не считал это игрой. Для него все было всерьез. И сейчас, ухаживая за приболевшим мужем, Дамиано ощутил себя по-настоящему семейным человеком.