Neighbor's friend

Хотелось бы сказать, что рабочая неделя прошла быстро и легко, но это было далеко не так. В принципе жизнь студентов не может быть лёгкой из-за учёбы и подработок. К счастью, Юнги успел вовремя сдать проект по финансовой грамотности и труды его не были напрасны: профессор поставил высший балл. Наконец парень мог выдохнуть и восполнить все те бессонные часы, проведённые за заданием. В остальном всё было как обычно: дом, универ, работа и, лишь иногда, шумный сосед и его компания. Намджуну, видимо, очень понравилось общество Мина, поэтому один раз ему всё-таки удалось затащить Юнги на «чашку кофе», а остальные были очень рады его визиту. Мин Юнги даже не подозревал о своей способности притягивать людей, но как оказалось, с ним приятно вести диалог или дискутировать на разные темы. Он мог похвастаться своей эрудированностью, поэтому с лёгкостью вникал почти в любую тему. Помимо энциклопедических знаний, Мин любил кинематографию и книги, увлекался музыкой и видеоиграми, знаете, эдакий всезнайка, если мягко выражаться. Но Юнги никогда не старался показаться умным. Рассказывая что-то, он не хотел похвастаться своими знаниями, а лишь поделиться интересной информацией с другими. Может, на первый взгляд, Мин и создавал впечатление грубого и не очень довольного жизнью человека, но на самом деле за резкостью и тяжёлым взглядом скрывалась целая вселенная с миллионом измерений и галактик. Люди, которым доводилось узнать Юнги поближе, называли его безопасным местом. К сожалению, таких было очень и очень мало. Поскольку на учёбе всех по-прежнему заваливали работой, ребята редко появлялись у Тэхёна в полном составе. Лишь в четверг Мину в дверь по очереди постучали семь парней, каждый из которых пытался затащить его в соседскую квартиру. К слову, их старания потерпели неудачу и, ссылаясь на свою занятость, блондин хлопал дверью перед носом каждого нового гостя. В остальное же время Юнги замечал только Чонгука, который, кажется, прописался у Кима в квартире. То он на лестничной площадке стоит с сигаретой, то пакеты с продуктами тащит. Ещё пару раз захаживал Чимин, но только для того, чтобы вместе с одногруппниками выполнить очередное задание по архитектуре. Он постоянно звал Юнги, чтобы тот оценил набросок здания или улицы, игнорируя Тэхёна и Чонгука, которые явно разбирались в этом лучше Мина. Как однажды выразился Пак, чтобы оправдать себя: «Мне нужен взгляд незаинтересованного лица!». С появлением нового сотрудника на работе стало заметно проще и веселее, поскольку парень мог похвастаться хорошим чувством юмора и, вдобавок, очаровательной улыбкой. Он был и правда неплох, но в деле с Юнги мало кто мог посоревноваться, поэтому почётное звание «золотого бармена» по-прежнему принадлежало ему. Благодаря этим двум замечательным работникам, бар «Белая лошадь» начал пользоваться спросом и посетителей становилось всё больше. Особенно это было заметно в смену Юнги. Видимо, его новая способность начала действовать всё сильнее, потому что от барной стойки клиенты не отлипали и всё пытались выпросить у Мина номер телефона. Юнги вежливо отказывал каждому, чем вызывал только больший интерес. Как это работало, он не понимал и даже не желал разбираться. Пятничным вечером в тесном зале, казалось, вообще не протолкнуться, а у стойки столпилось такое количество людей, что Мин на секунду почувствовал себя звездой какой-то программы или, выступающим на сцене, артистом. Вместе с оплатой ему протягивали номера телефонов и никнеймы в социальных сетях. Довольно часто мелькали даже мужские имена, что порядком удивляло бармена. Неужели Юнги может быть так популярен среди парней? Этот вопрос не покидал его голову долгое время, потому что количество потенциальных ухажеров увеличивалось. Но, отгоняя все мысли подальше, он складывал сложенные листочки в карман толстовки, заранее зная, что позже выкинет все до последнего в ближайшую урну. Ближе к девяти часам вечера телефон начал вибрировать в заднем кармане джинс от входящих сообщений. Не имея времени на то, чтобы ответить, Юнги только глянул на имя абонента и «Чимин» сказало всё за себя. Вскоре тусклое помещение наполнил яркий свет трёх широченных улыбок, две из которых так и кричали «сегодня пьём за счёт бармена», а третья просто принадлежала пухлощёкому парню, который старательно выискивал блондинистую макушку за баром. Улыбчивые Хосок и Тэхён взялись под ручки и весело пошагали к столпотворению людей. Остальные четверо парней сомнительно переглянулись, но всё же подтолкнули застывшего Пака и последовали за младшими. — Юнги-хён! — Тэхен пристроился сбоку стойки и, широченно улыбаясь, помахал старшему, привлекая внимание нескольких людей рядом. Мин домешал «Маргариту», разлил по двум бокалам, украсил дольками лайма и с очаровательной улыбкой пододвинул напитки двум красивым девушкам, пожелав хорошего вечера. Они хихикнули и одновременно подмигнули блондину. Чимина эта картина от чего-то ранила до глубины души, но он продолжал широко улыбаться, сильно сжимая ладонь рядом стоящего Ёнбэ. У Тона, кажется, навернулись слёзы и вены выступили на лбу, он вжался свободной рукой в плечо Намджуна. Наблюдая за актом взаимного насилия, Джин отодвинулся подальше от друзей и заглянул в меню представленных напитков. Расправившись с ещё одним заказом, Юнги наконец махнул напарнику рукой и подошёл к приятелям. — Что будете заказывать? — будучи в хорошем расположении духа, Мин одарил друзей доброй улыбкой и пожал Хосоку руку. — Я «Дайкири» буду, — Джин протянул бармену банковскую карту, но Юнги отрицательно помотал головой. — Я угощаю. — Правда?! — глаза Тэхёна тут же вспыхнули огнём, а губы растянула нехорошая ухмылка. — Только не вздумайте напиваться, я вас домой не потащу, — Юнги пригрозил Киму пальцем и взял со стойки чистый шейкер. — Мне премию дали, а младшие сегодня сдали проекты на высшие баллы, поэтому заказывайте, пока я добрый — заливая в чашу лимонный сок, Юнги ответил на удивлённые взгляды ребят. Все сразу же засияли, повнимательнее вглядываясь в меню, а Чимин наконец отпустил руку Ёнбэ, позабыв о произошедшем пару минут назад. Когда каждый уже озвучил Мину свои пожелания и получил напиток, Юнги выжидающе уставился на Чимина, который всё еще тихо теребил пальцами рукава свитера, и спросил: — А ты чего молчишь? — Юнги щёлкнул младшего по носу, отчего тот опустил взгляд в блестящую поверхность стойки, вызывая у блондина весёлую улыбку. — А что тебе нравится? — Пак произнёс это так тихо, что Мину пришлось перегнуться через стол, приближаясь ухом к губам шатена. Музыка была достаточно громкой, поэтому иногда приходилось кричать, чтобы собеседник тебя услышал, а этот тут на шёпот перейти решил. — Чё? — Сделай что-то, что нравится тебе, — ещё тише произнёс Чимин, щекоча кожу хёна своим горячим дыханием. От этого спина Юнги непроизвольно покрылась мурашками, но он только кивнул головой, пару секунд задумчиво помычал и повертел в руках шейкер, выискивая глазами нужные ингредиенты. Он смешал водку, апельсиновый ликер, лимонный сок и клюквенный морс в шейкере, добавил несколько кубиков льда и снова сильно взболтал. Юнги старательно игнорировал внимательный взгляд карих глаз, который так и норовил проскользнуть чуть дальше горловины толстовки, заталкивая такое понятие как «смущение» в далёкий тёмный угол своего подсознания. Выполнив заключительные штрихи в приготовлении напитка, блондин двумя пальцами придвинул бокал к Чимину и застыл в ожидании вердикта последнего. — Спасибо, хён, — Пак улыбнулся уголками своих пухлых губ и медленно глотнул жидкость. — Ммм…вкусно! — шатен поднял глаза, полные восхищения на старшего и облизнул губы. — Что это? — «Космополитен». Рад, что тебе понравилось, — Юнги, уже в привычной манере, потрепал волосы хубэ и отправился принимать заказы других посетителей. Неторопливо смакуя свой коктейль, Чимин наблюдал за работой Юнги, про себя подмечая, как сексуально выглядят его руки, когда он, закатав рукава чёрной толстовки, мешает напитки. Сперва, подобные мысли напрягали Пака, но в итоге парень смирился и согласился со словами Тэхёна. Ему не понадобилось много, чтобы почувствовать влечение к Мин Юнги, поскольку этот парень красив, умён и обаятелен. Если коротко, то он чертовски во вкусе Чимина. Даже простыми повседневными разговорами Юнги умел завоёвывать внимание окружающих. Он многое знал и многое мог рассказать, но в то же время умел слушать, полностью сфокусировавшись на собеседнике. Его внешность, которую Чимин считал уникальной, привлекала внимание, концентрировала на себе и гипнотизировала. Паку хватило недели, чтобы заинтересоваться Юнги… Нет, ему хватило тридцати секунд, полумрака лестничной клетки и широкой спины, чтобы по уши увязнуть в чувствах к этому парню. Тэхён не ошибался, когда говорил, что Чимин — идиот. — Хочешь? — Юнги протянул Паку леденец «Чупа-Чупс», предварительно стукнув им парня по лбу. — Спасибо, — Чимин недовольно потёр место ушиба и взял конфету, но не спешил её открывать. Пак подпёр кулаком щёку и стал разглядывать обёртку. За неимением новых заказов, Юнги не вернулся на своё рабочее место, а остался рядом с Чимином, повторив его позу. — Ты знаешь картину «Постоянство Памяти»*? — Знаю, — Юнги не был большим фанатом сюрреализма, но знал несколько популярных картин. — А ты это к чему? — Сальвадор Дали, автор картины, был тем, кто придумал логотип «Чупа-Чупс», — Чимин снял с леденца упаковку и засунул его в рот. — Как думаешь, в чем смысл картины? — Зачем искать смысл в произведении, которое было написано благодаря сыру? — дело в том, что на работу Сальвадора Дали вдохновил плавящийся сыр камамбер. Каким-то волшебным образом художник сложил этот образ в своей голове в изображение мягких часов. Посыл своего произведения даже сам автор объяснить не смог, поэтому для Юнги это было сродни простой писанины психа. — Как говорил Дали, он сам не понимает смысл своих картин, но это не значит, что они лишены смысла, — Чимин задумчиво постукивал пальцем по поверхности стойки в бит музыке. Из-за высокой громкости приходилось разговаривать на повышенных тонах, но, похоже, Пака это нисколько не смущало, а Юнги попросту привык. Нашли, конечно, место для подобного разговора. — Просто он столь сложен и глубок, что ускользает от логического стандартного восприятия. Думаю, автор даёт нам простор для воображения. Каждый видит то, что хочет. — Возможно, — Мин воспроизвёл в голове изображение картины. Она представляла собой пейзаж пляжа, на котором плавятся и растекаются часы. Как и раньше, ничего особенного он в этом «шедевре» не видел. Скорее всего, Юнги далёк от искусства и просто не способен понять видение художника. — А сам ты как считаешь? — Чаще всего картине приписывают художественное воплощение теории относительности, но я не думаю, что Дали это все было близко, — Чимин замолк на пару секунд, формулируя свою мысль правильно. Выпив, он начинал больше разговаривать и Юнги заметил эту особенность еще в первую встречу, но она нисколько его не напрягала. Напротив, Мину нравилось слушать Чимина, его мысли и мнение. Пак хорошо понимал, о чём говорит и особой его страстью было искусство. Ни с того, ни с сего он мог завести разговор о церковных фресках, пещерных петроглифах или пересказать полную биографию Леонардо да Винчи. И Юнги его слушал, всегда. И сейчас, Мин с интересом поглощал новую информацию о, совершенно не впечатлившем его, сюрреалистическом произведении, разглядывая острые черты лица напротив. — Логично предположить, что мягкие часы обозначают утекающее время. Гераклит говорил: «Всё течёт, всё меняется». Думаю картина предполагает что-то похожее. Время непостоянно. Ещё на картине много других символов, в которых можно разглядеть глубокий смысл. Например море. Дали считал, что эта стихия неподвластна времени, что она бессмертна и вечна. В какой-то степени, я с ним согласен. Мировой океан существует уже миллиарды лет, в нём зародилась первая жизнь и он будет существовать ещё очень долго, может и не всегда, но для человечества это время вполне сравнимо с вечностью. Юнги слушал Пака так заворожённо, что последнему показалось, будто он завис. На самом же деле, Мин просто обдумывал каждое слово. Он никогда так глубоко не погружался в живопись. Юнги мог часами сидеть и искать смысл в музыке или книге, но никогда не анализировал картины. А ведь живопись — это то, как художники видят мир. Они своего рода те же учёные, которые выражают свои теории и законы красками на холсте. Живописцы хотят показать людям своё восприятие, красоту окружающего пространства с помощью своих работ. Пак Чимин — один из тех, кто способен разглядеть эту красоту и поделиться ей с другими. Он хотел, чтобы люди могли взглянуть на мир с его стороны, со стороны тех, кем он восхищается. И искренний интерес в глазах Юнги тронул Пака до глубины души. Ему хотелось говорить дальше, больше. Он хотел слушать Мина, хотел слышать его. Но замечательную беседу прервал парень, подошедший к стойке, чтобы сделать заказ. Чимин показал пальцем на клиента, Юнги обернулся и отправился выполнять свою работу. С алкоголем, как и с чувствами — Паку не нужно было много, чтобы утонуть. Уже после первого бокала он почувствовал головокружение и тепло, которое медленно расползалось по всему телу. Пока его друзья веселились на танцплощадке, вероятно, наступая друг другу на ноги, Чимин предпочитал сверлить взглядом то лицо, то спину Юнги. За недолгое время, проведённое наедине с собственными мыслями и бокалом в руке, Пак успел полностью смириться с фактом того, что Мин Юнги чертовски красив. Он заметил это ещё в первую встречу. Широкие плечи, спрятанные под тканью ветровки, блондинистые волосы и изящный профиль сразу привлекли внимание Пака. Уже тогда, в полумраке подъезда, Чимин понял, что хочет увидеть этого парня ещё раз. И сейчас своё мнение он не изменил. Чимин уже даже не пытался прятать взгляд, пялился в открытую. Незамеченным это не осталось и бармен снова подошёл к Паку. — Ещё что-то хочешь? — Юнги скрестил руки на груди, сталкиваясь взглядом с Чимином. Глаза последнего внимательно изучали, скакали по минову лицу. — Хм… даже не знаю, — в голове проносились ответы, которые Мин явно не ожидал услышать. «Тебя, например». — Может просто виски с колой? — Хорошо, — Юнги поставил на стойку стакан, закинул в него лёд и залил сначала «Jack Daniel's», а потом газировку. — А ты не выпьешь со мной? — Пак взял ёмкость в ладошку и по-щенячьи взглянул на Юнги. — Я на работе, балда, — Юнги замотал головой, возвращая руки в скрещенное положение на груди. — Уже двенадцать часов, — шатен надул губы, чем вызвал смешок у старшего. — Мне еще два часа тут плясать, я не могу, Чимин, — Мин мягко улыбнулся и открыл дверцу холодильника, извлекая стеклянную баночку колы. — Давай, за молодых архитекторов! — такая альтернатива не совсем удовлетворила Пака, но он всё равно чокнулся с хёном и залпом выпил содержимое своего стакана. Позже Чимин, вдоволь налюбовавшись Юнги, всё-таки решил присоединиться к друзьям в центре танцевального зала и Тэхён тут же подскочил к нему, подстраиваясь под темп друга. Бар «Белая Лошадь» был клубного типа и представлял собой просторное двухэтажное помещение, где второй этаж был небольшой платформой по периметру, со стеклянным ограждением. Там находились вип-столики, откуда открывался вид на весь первый этаж. В углу располагалось рабочее место Юнги — барная стойка, танцплощадка — посередине, а вокруг неё столики и диваны, где сейчас отдыхали Хосок, Намджун и Ёнбэ, так как они выдохлись ещё пару композиций назад. Свет прожекторов лишь изредка освещал их лица в полумраке зала, но пару раз Паку удалось столкнуться взглядом со старшими. Хосок с Намджуном что-то эмоционально обсуждали, Чон при этом активно махал руками, а Ёнбэ всё глядел на Чимина и одобряюще ему улыбался. Последний так и не понял, связано это с его танцами или же с хорошим настроением старшего, но, в любом случае, Паку нравилось чужое внимание. Чонгуку приспичило покурить, поэтому он незаметно удалился из помещения, а Тэхён тут же ринулся за ним, чуть ли не опрокидывая бедного Чимина на пол. Пак злобно пригрозил Киму кулаком, но в поле зрения его уже не оказалось. Джина подозвал Намджун и усадил рядом с собой на диван, при этом двигая недовольного Хосока, и протянул парню бокал с очередным напитком. В итоге Чимин был всеми предательски брошен в компании незнакомых людей. Но музыка и алкоголь взяли под контроль его тело и затуманили разум, поэтому Пак без остановки трусил конечностями десяток песен подряд. Когда усталость наконец одержала верх и ноги начали неприятно ныть, Чимин обнаружил, что на диване остались только двое. Ёнбэ и Хосок о чём-то увлечённо беседовали, потягивая сладкую воду из жестяных банок. Видимо, они решили не рисковать своим, уже немолодым, здоровьем и перешли на безалкогольные напитки. — А где все? — Пак плюхнулся на край дивана, откидываясь на спинку. Ноющая боль во всём теле начала ощущаться сильнее, от чего парень недовольно поморщился. — Тэхён с Чонгуком так и не вернулись, но, насколько я понял, они поехали к Чонгуку домой, — Хосок закатил глаза. — А Джин заказал Намджуну такси, с ним вместе и уехал, потому что у них там дела какие-то завтра, — Чон закатил глаза уже в другую сторону. Какие дела могут быть у этих бездельников в субботу? — Понятно, — Чимин прикрыл веки, потирая их большим и указательным пальцами, а потом резко выпрямился и уставился на Хосока. — Тэхён уехал к Чонгуку? — Ну так Чонгук написал, — не успел парень показать младшему сообщение, Чимин уже ушёл в туалет. А как теперь быть? Толкнув за собой дверцу туалетной кабинки, Пак направился к умывальнику, чтобы вымыть руки. Стряхнул воду с рук, устало вздохнул и подпёр спиной стену, потирая глаза и продумывая план действий на ночь. Бар закрывался в три, так что до утра тут просидеть было нельзя. Кто только придумал комендантский час в общежитиях? Конечно, Чимин мог бы напроситься переночевать к Юнги, ссылаясь на бессовестного Тэхёна, который обещал приютить друга, а сам смылся с Чонгуком в тьму ночную, ничего не сказав, но… Так а что «но»? Неужели Мин Юнги настолько жестокий человек, что оставит бедного хубэ мёрзнуть на улице? Определённо нет. Собрав всю смелость в свой крохотный кулак и слегка пошатываясь, Чимин уверенно зашагал из туалета в зал. У барной стойки, упираясь локтями на лакированную поверхность, стоял Ёнбэ, видимо, в ожидании своего заказа. Чимин подошёл к нему и махнул ладонью Юнги, подзывая к себе. — Что-то случилось? — Тон повернул голову на друга и окинул его обеспокоенным взглядом. Больно Пак был дёрганным. — Да ничего такого, просто Тэхён обещал пустить к себе переночевать, потому что общага в одиннадцать закрывается, а сам умотал с Чонгуком, — Чимин пренебрежительно пожал плечами и поджал губы, мол «ничего необычного». — Неприятно. Можешь у меня поспать, если… — блондин осёкся, прокашлялся и встал ровно, разминая плечи круговыми движениями. — Если хочешь. — Уже уходите? — Паку не дал ответить Юнги. Он поставил перед Ёнбэ бутылку воды и поочерёдно посмотрел на приятелей. — Да, наверное. Чимин-а, так ты идёшь? — Чимину захотелось наступить ему на ногу или громко кашлянуть, лишь бы старший замолчал, но Пак только неуверенно кивнул. Было бы странно отказаться от помощи Ёнбэ прямо на глазах Юнги, а потом напроситься к нему домой, поэтому шатен широко улыбнулся Мину и махнул ладошкой. — До встречи, хён, — «до скорой, надеюсь» промелькнуло в голове. — Увидимся, — Юнги не совсем понял, куда делась вся компания, почему Ёнбэ и Чимин уходят вместе, и что ему делать с бедным, благополучно забытым всеми друзьями, Чон Хосоком, который тихо посапывал на диване в углу зала. Мин только пожал плечами, глядя на спины уходящих приятелей. Он достал из кармана телефон, вызвал уставшему товарищу такси и ушёл в служебное помещение готовиться к закрытию. Юнги назвал водителю адрес чоновой квартиры, который пришлось узнавать у Сокджина, ибо Хосок наотрез отказался от внятной речи и только сонно бормотал себе что-то под нос. Мин усадил его на заднее сиденье, оплатил проезд и отправился домой. От бара до его квартиры было пять минут ходьбы, но за это время светлую голову Юнги успело посетить множество самых разных мыслей. Хоть это и был его обычный рабочий день, но из-за того, что бóльшую часть времени Чимин провёл за барной стойкой, постоянно говоря что-то Юнги под руку, к навалившейся усталости прибавилась непонятная радость. Мину нравилась компания неугомонного Пака и их, в большинстве своём, бессмысленные разговоры. Чимин обладал невероятным качеством поднимать настроение в считанные секунды и всю прошедшую неделю Юнги чувствовал себя, на удивление, хорошо. Он пока не мог считать их хорошими друзьями, да и никого из ребят Мин, в принципе, друзьями называть не спешил, но в их компании парень чувствовал себя правильно. Будто они общаются уже целую вечность, никогда не ссорятся и живут в дружеской идиллии. С этими людьми хотелось разговаривать, отдыхать.

***

Квартира у Ёнбэ была просторная и красивая. Всё, что нужно и ничего лишнего. Чимин уже бывал тут вместе с ребятами в начале учебного года, когда Тон позвал их отпраздновать его вступление в новую должность. Он окончил архитектурный факультет, на котором сейчас учатся Чимин, Тэхён и Чонгук, ещё в прошлом году и, благодаря своим навыкам и каким-то связям, попал в крупную фирму на стажировку. Познакомились они совершенно случайно, когда Ёнбэ еще учился на четвёртом курсе, а Чимин с Тэхёном пришли в университет на «День открытых дверей», чтобы выбрать будущий факультет. Парни бесцельно бродили между стендами, рассматривали программу, а блондин выступал представителем архитектурного. Он очень заинтересовал впечатлительных школьников, которые с открытым ртом смотрели на его проекты и внимательно слушали о важности и крутости профессии. Так и решили: «Будем как он, дома рисовать». Позже оказалось, что Тон очень дружелюбный и добрый человек. Даже помог пристроить Чимина в неплохую общагу рядом с университетом за разумную цену. Конечно, это дело рук его отца, но без Тона ничего бы не было. Ёнбэ постоянно подсказывал и корректировал работы юных архитекторов, за что Пак и Ким были ему безумно благодарны. Ёнбэ отправился в комнату, чтобы принести Чимину сменную одежду и полотенце, пока Пак, всё ещё под воздействием алкоголя, пополз на кухню налить себе воды. Немного пролилось мимо стакана, на стойку, и ещё чуть-чуть мимо рта, на одежду. Вошедший в комнату блондин только хихикнул, увидев мокрые пятна на серой футболке, и протянул гостю свои вещи и белое полотенце с золотыми узорами по краям. — Всё чистое, можешь идти в душ первым, — Тон недоверчиво взглянул на лицо Чимина. — Если дойдёшь, конечно. — Я в порядке, спасибо, — медленно произнёс Пак и, также медленно, пошёл в ванную, хватаясь за все поверхности на пути, чтобы оставаться в вертикальном положении. Ёнбэ покачал головой и, тихо посмеиваясь, отправился раскладывать диван в гостиной. Спустя десяток минут Чимин, вроде целый, без открытых повреждений, выполз из ванной в широких серых штанах и голубой футболке с принтом «Snoopy» на всю спину. Он сонно потёр глаза и зевнул, вызывая широкую улыбку у старшего. Пак казался таким домашним, мягким и тёплым. Его хотелось уложить на кровать, обнять и лежать, лежать, лежать… — Я простелил, можешь ложиться, — Ёнбэ проскользнул за спину юноши и закрыл дверь. Приглашение Чимину и не требовалось, в нём больше не было ни физических, ни моральных сил. Его тело ныло после танцев, голова болела после громкой музыки, а мозг не работал после выпитого алкоголя. Хотелось спать и ничего больше. Но вот выйдя из душа, Ёнбэ обнаружил наглеца на своей собственной кровати. Пак упал пластом на мягкую поверхность и тут же отрубился, не заботясь об одеяле или удобной позе. Блондин вновь улыбнулся, накрыл Чимина и отправился в гостиную, предварительно потушив торшер на тумбе.

***

Чимин уже привык просыпаться по субботам с головной болью, но чаще всего это происходило дома у Тэхёна, но никак не у Тон Ёнбэ. Первые секунды пробуждения были как в тумане. Дезориентированный Пак Чимин принял положение сидя, хватаясь за голову и недовольно морщась. В попытках восстановить воспоминания прошедшей ночи, шатен снова обозлился на своего друга и мысленно окатил Кима многослойным матом. Но стоило только носу учуять приятный запах, все плохие мысли стёрло подчистую и Чимин поспешил узнать, чем же таким вкусным пахнет. Ёнбэ уже давно бодрствовал и успел приготовить завтрак для своего гостя. Сейчас он сидел за столом и внимательно разглядывал чертёж, какого-то сложного сооружения, делая пометки карандашом, но заметив Чимна, начал складывать всё на журнальный столик. — Доброе утро, — блондин одарил Пака своей самой яркой улыбкой, чем вызвал у последнего удивление. Как человек может выглядеть настолько свежо и бодро после вечера в баре? — Доброе, хён, — Чимин стал оглядывать кухню на предмет чего-то съедобного. В желудке, казалось, отродясь ничего не бывало. — Голоден? — Слона съем. — Садись, — Тон поставил на стол нарезанный яичный рулет, фунчозу с курицей и вазочку со сладостями к чаю. Чимин сглотнул, жадно улыбнулся и тут же налетел на лапшу, уже с набитым ртом благодаря хёна за еду. Ёнбэ уселся напротив парня и подхватил палочками кусок рулета. Они ели молча, на фоне шумел чайник и слышался лай соседской собаки. Вдруг по комнате разлетелся негромкий рингтон телефона и Чимин был почти уверен, что это Ким Тэхён опомнился и звонит вымаливать прощение. Но какого было удивление Пака, когда, на дисплее высветилось имя контакта — «Юнги-хён». Юнги ещё ни разу не звонил Чимину за всё время их знакомства. Да и потом, что могло понадобиться Мину так рано утром в субботу? — Прости, — Чимин извинился перед Тоном, слегка поклонился и удалился в коридор. — Алло? — Немного настороженно произнёс Пак, отвечая на звонок. «Привет. Живой?» — голос Юнги звучал хрипло, будто он совсем недавно проснулся и сразу же взялся за телефон. — Если можно так сказать, —головная боль никуда не ушла, а мышечная только усилилась. Горло постоянно сушит, капилляры в глазах полопались, из-за чего Пак выглядел, мягко говоря, не живым, а выжившим. — Ты что-то хотел? «Ты забыл вчера бумажник на стойке, балда. Хотел оставить Тэхёну, но его нет дома.» — Правда? — Пак округлил глаза, а губы застыли в виде буквы «о». Он серьёзно оставил бумажник с деньгами, картой и документами на стойке в баре? Ему крайне повезло, что добросовестный бармен — его знакомый, иначе жизнь, и без того бедного студента, стала бы на порядок тяжелее. Но с другой стороны забота Мина согревала. Ну то есть… это же нормально, что он забрал оставленную вещь и хочет вернуть её владельцу? Конечно, нормально. Тогда почему сердце так трепещет, а кожа покрывается мурашками? Скорее всего какой-то там похмельный синдром или что-то в этом роде, Чимин не медик. — Я идиот. «Да, — Юнги бывает так немногословен и прямолинеен, что Паку становится стыдно. — Так ты где?» — Я… у Ёнбэ хёна, — Пак замялся и уставился в пол, разглядывая деревянные узоры на ламинате. «Понятно, — В этот раз тишина показалась напряжённой. — Тебе привезти?» — Что? «Бумажник привезти?» — А! — Чимин мысленно прописал себе подзатыльник за свою заторможенность. — Не нужно, я сам заеду, если ты не против? «Хорошо, жду,» — Пак не успел ничего ответить, а из трубки уже начали доноситься гудки. Он вернулся на кухню и снова сел за стол, принимаясь быстрее доедать свой завтрак. — Кто звонил? — Ёнбэ помешивал свой кофе ложкой, с интересом глядя на Чимина. — Юнги-хён. Я забыл у него кошелёк, поэтому доем и пойду. — Ладно, — конечно, Тон не расстроился, совсем! Просто он рассчитывал провести в компании Пака ещё немного времени, потому что оставаться наедине удаётся достаточно редко. Но ничего, у Чимина появились дела, так что Ёнбэ не имеет права его задерживать. Чимин довольно быстро опустошил свою тарелку и в несколько больших глотков выпил чай. Несмотря на недовольство хёна, Пак всё-равно помыл за собой посуду. Ёнбэ приютил его, накормил и напоил, поэтому Чимину хотелось хоть чем-то помочь старшему. — Спасибо за еду, хён, было очень вкусно! — Чимин склонил голову в поклоне и удалился в ванную, чтобы переодеться. До дома Юнги можно было добраться относительно быстро с помощью метро, поэтому уже через полтора часа Пак Чимин мялся на пороге миновской квартиры, ища в себе силы позвонить в звонок. Ему понадобилось какое-то время, чтобы собрать всё своё мужество в кулак и нажать на кнопку. Как только дверь открылась, Чимину показалось, что он стал свидетелем восьмого чуда света. Перед ним появился Мин Юнги в домашней футболке, с растрёпанными волосами и с сигаретой в зубах. Его внешний вид не сильно отличался от обычного, но что-то в нем было особенное. Растянутая горловина футболки открывала хороший обзор на острые ключицы и молочную кожу. По светлым волосам хотелось провести рукой, чтобы ощутить их мягкость и слегка причесать. Разглядывая блондина, Чимин не заметил, как завис. Он буквально застыл на пороге со слегка приоткрытым ртом. — Чего встал? Проходи, — Юнги провёл пятернёй по светлым волосам и пошёл в сторону кухни, поджигая сигарету. — Ты же не куришь дома, — заметил Чимин, неловко переминаясь с ноги на ногу, пройдя за Мином. — Один раз — не пидорас, как говорится, — Юнги открыл форточку и выпустил облако дыма в окно. Эта фраза показалась Паку очень двусмысленной, такой она, впринципе, и была, но он решил никак её не комментировать. — Хочешь? — Мин протянул Паку руку с сигаретой и последний подошёл ближе. Он наклонился, чтобы сделать затяжку и почувствовал на лбу прикосновение чужой ладони. Мин средним пальцем отодвинул тёмные волосы с лица Пака. — Подпалишь волосню свою, аккуратнее, — тело Чимина начало предательски покрываться мурашками, в горле запершило. Он прокашлялся и неестественно сильно выпрямил спину. Юнги, не замечая реакцию шатена, или просто делая вид, что не замечает, потянулся и затушил сигарету об оконную раму. Он прошёл к столешнице и щёлкнул кнопку чайника, включая его. — Голоден? — Мин опёрся бёдрами на деревянную поверхность и сложил руки на груди. — Нет, поел у Ёнбэ-хёна, — Юнги недовольно вздохнул, но Чимин предпочёл думать, что недовольство ему только показалось. — А чем ты занимаешься? — Пак, видимо, позабыл о цели своего визита, стянул с себя ветровку и повесил её на спинку стула. — Собирался посмотреть фильм, который где-то в рекламе увидел, — Мин достал с полки коричневую чашку в белый горошек и засыпал в нее растворимый кофе. — Давай вместе посмотрим? — Чимин не очень любил смотреть фильмы в компании других людей, потому что постоянно отвлекался и не мог сконцентрироваться на сюжете. «Но Юнги — это другое» подумал Пак и широко улыбнулся. Ему нравилось любое времяпрепровождение с Мином, потому что последний был умным, интересным, начитанным, добрым, внимательным и так далее по списку. С ним можно многое обсудить, в его мысли интересно вникать, а главное — он умел слушать. Говорить Пак любил и рядом с Юнги не боялся, что его не слушают, потому что знал: это не так. Поэтому совместный просмотр фильма — ещё один повод для беседы. — Ну давай, — парень залил кофе кипятком, размешал и отправился в комнату. — Ты оттуда смотреть собрался? — из дверного проёма выглянула блондинистая макушка и Чимин, чуть ли не вприпрыжку, поспешил за Юнги, широко улыбаясь. Фильм, в жанре фэнтези, оказался довольно интересным, по мнению Пака. Он заворожённо следил за каждым действием на экране, иногда даже забывал моргать. Наблюдая эту картину, Юнги мысленно сравнил Чимина с любопытным котом и улыбнулся сам себе. Мина клонило в сон, он клевал носом и много зевал, хотя был уверен, что выспался прошлой ночью и получил необходимую дозу кофеина, чтобы бодрствовать ещё как минимум пару часов. Возможно, так расслабляюще на него действовал сидящий рядом парень, но Юнги решил спихнуть всё на скучный, как ему показалось, сюжет. Но, в любом случае, заснуть парню не давали то восхищённые вздохи, то сопливые всхлипы. И как только подобный фильм смог вызвать у кого-то такой спектр эмоций? Для Чимина два часа пролетели совершенно незаметно. Хорошее кино и приятная компания сделали своё дело, поэтому настроение Пака стало еще лучше, несмотря на головную боль. Но с окончанием фильма причин задерживаться у него больше не было. Чимин тут же приуныл, а уголки его губ стремительно поползли вниз. Резкая смена в настроении парня не прошла мимо Юнги. — Ты чего раскис, концовка же хорошая вроде. — Нет-нет, всё хорошо, мне понравилось, — Пак повернул голову, пытаясь совладать с собственной мимикой и скрыть уныние. — Ладно, — Юнги одарил его недоверчивым взглядом и закрыл ноутбук. — Ещё не проголодался? У меня есть рамен, — Чимин словно расцвёл на глазах, выпрямил спину и закивал головой. Мин улыбнулся, поднимаясь с кровати. Юнги залил в коробочки кипяток и накрыл их, оставляя лапшу завариваться. Брюнет сидел за столом и внимательно наблюдал за старшим, подперев голову кулаками. В золотых лучах вечернего солнца Мин выглядел по-особенному. Его светлые волосы контрастировали с чёрной футболкой и красиво переливались на свету. Изящные руки были оплетены тонкой серебряной цепочкой, сложенной в несколько раз. Нос забавно морщился, а глаза щурились из-за ярких лучей, которые пробивались сквозь полупрозрачные шторы. — Хён, может погуляем? — Чимин слегка зарделся и опустил голову. Ему казалось, что разглядывание поверхности кухонного стола спасёт его от неловкости. — М? Погулять хочешь? Со мной? — сначала Мину показалось, что он не расслышал вопрос, но вместе с осознанием брови поползли наверх. Он слишком давно ни с кем не гулял. Никто не звал, да и возможности особо не было. Завалы на учёбе и работа еле позволяли сомкнуть глаза, что уж говорить о прогулках. По школе Юнги тоже не часто светился на улице, он предпочитал сидеть дома с книгой или гитарой в руках. — А что такого? — уши Пака вспыхнули алой краской и он пожалел, что вообще осмелился спросить. — Да ничего, — блондин пожал плечами, переводя взгляд с рамена на встрепенувшегося Чимина. — Я не против, но сегодня работаю, поэтому не могу. — Ты не против? — парень засиял ослепительным светом радости и надежды, а в глазах, Юнги мог поклясться, проскочил огонёк. — Конечно, я не против. — Тогда может завтра? — Пак по-щенячьи уставился на старшего, закусывая внутреннюю часть щеки, чтобы не расплыться в идиотской улыбке. — А тебе ничего по учёбе делать не нужно? — строгость миновского взгляда напомнила Чимину мать и по его спине прошли мурашки. — Нет, я всё закрыл! — Пак гордо выпрямился и задрал подбородок. Как раз в пятницу он сдал свой последний проект на высший балл, поэтому из практических заданий делать ничего не надо было. А теорию Чимин мог повторить в любой момент, это для него не проблема. — Ну, тогда может завтра. — Ура! — глаза Чимина превратились в сияющие полумесяцы из-за широкой улыбки. Юнги щелкнул радостное дитя по носу и встал, чтобы слить из рамена воду. За трапезой Чимин решил рассказать хёну о подлости своего лучшего друга Ким Тэхёна, который вообще и думать о нём забыл. Мало того, что бросил вчера на произвол судьбы, так даже не соизволил извиниться. Подумать только, Тэхён променял Пака на какого-то там Чонгука! Юнги весь рассказ недовольно качал головой, про себя отчитывая бессовестного соседа. — А чего меня не спросил? Я живу в пяти минутах от бара, а ты на другой конец города попёрся. — Ну… — Чимин замялся и снова разорвал зрительный контакт. На этот раз взгляд упёрся в миску с лапшой. — Я хотел, но Ёнбэ хён предложил поехать к нему и я решил тебя не беспокоить. — Понятно, — Юнги тяжело вздохнул, закатывая глаза в своей привычной манере. — Балда ты, Пак Чимин. — Да за что?