Amygdala

      Как обладателю длинных и натренированных частым бегом ног, Ларсу ничего не стоило в два счёта переместиться из дальней восточной области станции в дальнюю южную, где находилась парковка. Однако, Семь похвастаться настолько же быстрым шагом не могла, а перекидывать её через плечо и тащить на себе было бы, по меньше мере, подозрительно, так что до Солнечного Испепелителя они в итоге добрались едва ли не последними. Как бы то ни было, загнав всех внутрь корабля, Ларс встал чуть поодаль, спрятавшись за колонной, и принялся осматриваться по сторонам. Он не мог спокойно обсуждать произошедшее, пока не убедится, что их потеряли, и потому простоял снаружи добрых пятнадцать минут, кидая изучающие взгляды в каждого, кто показывался на горизонте: будь то суровые грузчики, работающие на станции, или крохотные комнатные собачки, семенящие за своими хозяевами. Но так и не найдя никого хотя бы в некоторой степени похожего на преследователя, он наконец взошёл на корабль, поднял за собой трап и, важно сложив руки на груди, встал напротив своей команды.       — Итак. Жду доклада.       Вперёд вышли близнецы.       — В районе 14:30 у Падпараджи было видение, что за нами ведётся слежка, капитан. Мы пытались проверить это, не привлекая внимания, но обнаружить никого не удалось… Однако, позже это подтвердила и Родонит, сбросив нам сообщение по внутреннему каналу связи. Так что, получается, у нас как минимум двое преследователей.       — Мои предсказания могут быть запоздалыми, но они никогда не врут, — добавила Падпараджа уверенным голосом, хотя напоминание об этом было излишне. Ларс всегда относился к её видениям со всей серьёзностью.       — Слежки за собой я не заметила… — тем временем проговорила Флюорит, задумчиво потирая пальцем подбородок. — А что насчёт вас?       — То же самое. Хотя мы и соблюдали осторожность на всём участке пути, похоже, что из кафе за нами с Семь никто не пошёл, — Ларс на всякий случай глянул на девушку и продолжил только когда дождался её утвердительного кивка. — Тогда будем пока считать, что их двое. Но этого уже более чем достаточно, так что нам лучше не задерживаться, согласны? Особенно учитывая, что действие Ловца скоро закончится.       — У Ловца есть ограничения по времени воздействия? — спросила Семь. Ларс посмотрел на артефакт в своей руке, который снял как раз перед тем, как взойти на корабль. В момент, когда он его только установил, Ловец был полностью чёрным и сияющим, точно полированный гематит, но сейчас цвет начал пропадать, словно в него влили несколько капель ацетона, а блеск — неизбежно тускнеть. Именно это и было явным признаком того, что эффект прекращался, и, если верить ему, в запасе у них было ещё минут тридцать-сорок. Можно было потратить их на прогулку по смотровой площадке и сделать парочку отличных памятных фоток. Но вместо этого приходится сматываться.       Вот она, тяжёлая пиратская жиза…       — К сожалению, есть. Именно поэтому я и попросил всех завести таймер, помнишь?       — В таком случае, у нас есть ещё полчаса как минимум. Почему не воспользоваться этим временем и попробовать выяснить, кто следил за Рутилами, Падпараджей и Родонит?       — Зачем? — близнецы вопросительно подняли брови. — Предлагаешь с ними договориться?       — Нет, я предлагаю выбить им зубы.       Семь сказала это с таким невозмутимым и невинным видом, что Рутилы не удержались и дружно прыснули со смеху, размашисто хлопнув её по плечу. Покачнувшись, та принялась тут же его потирать — всё-таки, удар у этих двоих был отменный, поставленный. Даже профессиональный боксёр бы позавидовал.       — Отличная идея! Капитан, разрешите отправиться на поиски наших преследователей и повыбивать им зубы? Принимаем заказы на сувениры!       — Не разрешаю, — с трудом сопротивляясь улыбке, процедил Ларс. — Никаких поисков и драк, нам это ни к чему. И хватит дурака валять, начинайте готовиться к отлёту.       — Пфф, ну ладно! — всё ещё хихикая, отсалютовали близнецы и направились к своей консоли, не забыв по пути шутливо потрепать Семь по волосам. И, судя по её озадаченному взгляду, вызвали этим лишь больше вопросов… Если бы Родонит не взяла девушку на себя, принявшись объяснять ей, почему их капитан отказался от столь заманчивого предложения, и параллельно подключать элементы системы корабля, кто знает, сколько времени они бы ещё потеряли.       Сам же Ларс, полностью переключившийся на мрачные размышления, в нерешительности застыл перед своим креслом. Нет, не было у него времени на проявление нерешительности, нужно было отбросить эмоции и начать мыслить логически… У него имелось достаточно знаний о Джеке для того, чтобы предположить, что он не захочет марать о них руки самостоятельно. Преследования, погони, захваты чужих кораблей — да вертел он всё это на одном месте! Он вообще не занимался грязной работой сам, хотя и выглядел так, словно это было его основным источником заработка… А это значит что? Правильно, это значит, что он скорее наймёт для слежки за пиратами дешёвых головорезов-ноунеймов, какие никогда не отличались особыми умениями, упорством и смекалкой. Ускользнуть от них, обмануть и пустить по ложному следу будет проще простого, правильно?       Но почему тогда в душе уже на протяжении двадцати минут не утихало это странное ощущение, как будто Ларс бесконечно ждал беды? Почему пересыхало в горле, почему донимала внутренняя дрожь, почему в голову лезли дурацкие мысли? Неужели воспринял угрозу Джека всерьёз? Да что он вообще может им сделать! Припугнуть? Преподать урок хороших манер? Украсть сферу и лишить их полного вознаграждения? Пфф…       Нет, как бы Ларс себя не успокаивал, он прекрасно знал, что мог сделать такой человек, как Джек Кросс, и это знание было достаточно веской причиной для волнений. Поэтому им следовало разобраться со всей этой хернёй как можно скорее, пока он не решил подключиться лично: во-первых, скинуть с себя хвост, во-вторых, избавиться уже от грёбаной сферы и, наконец, в-третьих, умотать на время в какую-нибудь соседнюю галактику, пока этот дьявол в драной одежде не остынет. А он остынет. Джек конечно, был опасен как сволочь, но имел чудесное свойство спустя какое-то время забывать обиды и терять всякий интерес к охоте. В этом Ларс был уверен на все сто процентов: по крайней мере, Джек уже умудрился забыть их самую первую перепалку…       — Все системы готовы, капитан. Может отправляться, — ворвавшись в поток его мыслей, словно дуновение свежего ветерка в душную комнату, оповестила Родонит. Ларс мотнул головой, выбрасывая из головы всё лишнее, и, хлёстко развернувшись, опустился в своё кресло.       — Понято. Тогда отчаливаем. Близнецы, закрепите временный курс на сектор М45. Не стоит сразу вести наших потенциальных преследователей прямиком к Альдебарану, так что давайте-ка слегка покрутимся в этой районе. На всякий пожарный.       — Есть, капитан!       Мгновение спустя двигатель зашумел чуть громче, пустив краткую, едва заметную вибрацию по полу, и корабль пиратов плавно поднялся, развернувшись вокруг своей оси и двинувшись вперёд по пустому коридору, ведущему прочь со станции Венера-2.

***

      Весело мурлыкая себе под нос услышанную на станции мелодию, близнецы уверенно вели корабль по космическим волнам. Пилотирование Солнечного Испепелителя было для них занятием настолько привычным и родным, что при желании они могли делать это с закрытыми глазами, завязанными руками или даже в бессознательном состоянии. Секрет был прост до безобразия: садясь за штурвал, они становились с кораблём единым целым, его продолжением, чётко ощущали его размеры, досконально знали его манёвренные качества и тонко чувствовали его потребности. Иногда Рутилам даже казалось, что корабль был их третьим близнецом, способным, в отличие от них двоих, отцепляться в случае необходимости. Но пока они сидели в кресле первого пилота и держали руки на штурвале, им не нужны были даже мониторы и системные оповещения, чтобы знать, что корабль хочет что-то им сказать…       Прямо сейчас, впрочем, Солнечный Испепелитель сохранял покой и молчание. В кабине управления царило нечто наподобие идиллии: Родонит показывала увлечённой Семь принцип работы своей станции, капитан и Падпараджа, временно покинувшая свой пост, о чём-то переговаривались вполголоса, а Флюорит потихоньку работала у себя в машинном отделении. На фоне всего этого уютного спокойствия Рутилы позволили расслабиться и себе, переключив управление на автопилот. Путь до сектора М45 был достаточно безопасен, чтобы отпустить штурвал и лишь изредка подглядывать на экран навигационной панели, проверяя, не сошёл ли корабль с назначенного маршрута. Всё должно было пройти как по маслу.       Так они думали, по крайней мере, пока отдых внезапно не прервался странной вспышкой на экране радара. Пока ещё очень слабой, похожей на незначительный мусор в пространстве, который легко было обогнуть или даже проигнорировать, но близнецы, ощущая тревожную вибрацию корабля, молча переглянулись между собой, склонились над приборной панелью и торопливо ввели команду, передавая полученные данные для автоматического сканирования. Какое счастье, что Падпараджа и Флюорит в своё время круто обновили эту систему! Теперь от их внимания не должна была ускользнуть ни единая песчинка в космосе, не говоря уже о…       — Капитан, радар уловил приближение неопознанного объекта. Сканирование пока в процессе, но, кажется, это корабль, — подхватывая фразы друг за другом, громко объявили близнецы и практически неосознанно отключили автопилот, возвращая контроль над кораблём себе. На самом деле, говорить о характере сигнала было ещё очень рано, но Солнечный Испепелитель, не дожидаясь полных данных, продолжал извещать своих пилотов об опасности. Они думали — нет, они были уверены, что это ничто иное, как преследующий их корабль. Причём, судя по всему, этот корабль использовал технологии скрытия, мешая системе сразу его обнаружить. А это не предвещало ничего хорошего…       — Один корабль? — уточнил капитан. — Какой класс?       Рутилы промедлили всего мгновение, пока программа загружала последние данные. А когда это наконец случилось, в возникшей гробовой тишине прозвучало хриплое:       — Истребитель, капитан…       — Поднять щиты!!       Корабль напал без предупреждения. Внезапный выстрел прилетел секунда в секунду с установкой защитного электромагнитного поля, но без тряски всё же не обошлось: поднялся жуткий грохот, что-то протяжно скрипнуло, взвыли сирены, и кабина управления на миг погрузилась в темноту, будто корабль с силой зажмурился от пронзившей его острой боли. Едва успев подхватить на руки всё ещё стоявшую у его кресла Падпараджу, Ларс бросил беглый взгляд на остальных, удостоверившись, что никто не пострадал при ударе, а затем поднял глаза на главный монитор: от одного выстрела защитное поле упало сразу на десять процентов.       — Да ёбаный ж ты на… Родонит, каков статус?       — Удар пришёлся по крылу, но щит взял основной урон на себя! — отрапортовала та, старательно перекрикивая шум. — Установить дополнительный, капитан?       — Не сейчас, потеряем слишком много энергии! Просто следи за показателями. Близнецы-       Радар снова тревожно засигналил, заглушив последние слова капитана и предупреждая экипаж о приближении ещё одного корабля — и, будто бы осознавая, что его заметили, он выпустил в пиратское судно ракетные снаряды, моментально отобразившиеся на экране двумя мигающими красными полосами. Ларс не успел даже вдохнуть, торопясь отдать новый приказ:       — Начинайте петлять! Запутайте этих дебилов!       — Принято, капитан. Держитесь!       Рутилы резко сжали и крутанули штурвал, заставив корабль совершить просто невообразимый скачок в пространстве, взмыть вверх и сумасшедшей петлёй обогнуть все ближайшие к ним объекты. Это сыграло свою роль: ракеты, не сумев повторить манёвр, потеряли курс и пролетели мимо, затерявшись в густых облаках космического газа. Но истребители явно были не намерены упускать свою цель и упорно следовали за нею по пятам, точно примагниченные, продолжая безостановочно палить из своих орудий. Какие бы крутые виражи ни совершали близнецы, ни оторваться, ни даже увернуться от атаки было практически нереально, и Солнечный Испепелитель то и дело потряхивало, а показатели защиты неминуемо снижались, о чём система и сообщала команде надрывным писком и миганием индикаторов повреждения. Видимо, не такие уж и дебилы сидели за штурвалами этих кораблей…       Нужен был другой план. Сейчас же. Ларс изо всех сил напряг извилины, выискивая среди всех возможных вариантов наилучший.       — Пад, перехвати управление щитами. Родонит, срочно найди нам безопасный сектор для отступления.       — Обнаружено четыре сектора, капитан, — ответила слияние минутой позже.       — Выбери ближайший и подготовь всё для прыжка. Переходим в режим гиперскорости. Нужно валить отсюда.       — Один момент, я только-       — Капитан… стойте!       Прозвучавший из интеркома взволнованный голос Флюорит заставил его покрыться мурашками. Главный бортинженер корабля не часто вмешивалась в ситуации как эта, когда от команды требовалась максимальная скорость решения проблемы — и тем более, не смела прерывать приказ капитана без веской причины. Оттого сердце Ларса и упало куда-то в район пяток, как только он услышал её, и, зажав нетвердой рукой кнопку прибора быстрой связи, отозвался:       — В чём дело, Флюорит?       — Капитан, мы не можем прыгнуть… Они… подстрелили один из нова-ускорителей. Произошла утечка энергии. Если прыгнем сейчас, корабль развалится на куски прежде, чем мы успеем вынырнуть из портала и…       — Что ты сказала?!       Как бы сильно Ларсу ни хотелось поддержать реакцию своих товарищей по этому поводу, всё, что он мог себе позволить — это шипеть сквозь плотно сжатые зубы. Сказать, что ему хотелось рвать и метать — это не сказать ничего, но в критической ситуации от него требовалось быть совершенно бесстрастным. На самом деле, он не отказался бы взять этой бесстрастности в долг у Семь. Хотя прямо сейчас даже она выглядела взволнованной…       Но Ларс был капитаном этого корабля. Он не имел права теряться и поддаваться эмоциям. Он должен был взять всё под контроль.       — Родонит, скинь данные по выбранному сектору близнецам. С остальным пока притормози, — бросил он, прежде чем снова зажать кнопку интеркома. — Флюорит, проверь, сколько у нас энергии во втором реакторе.       Пока бортинженер молчала, проверяя показатели, он ждал, нетерпеливо постукивая пальцами по ручке кресла. Всё зависело от её ответа. Если он окажется неудовлетворительным, у него в запасе было ещё несколько карт, которыми можно было сыграть. Но Ларс предпочёл бы использовать именно первую.       — Теоретически… — наконец послышался голос в динамике, — хватит только на очень короткий прыжок, капитан. Где-то три с половиной световых года. Но мы всё равно…       — Нам хватит. Послушай. Насколько я понимаю, утечку энергии ты уже перекрыла. Теперь мне нужно, чтобы ты взяла остатки из резерва и перенаправила её в оставшийся реактор.       — Но в таком случае… есть риск полностью потерять питание, — тихо протянула Флюорит. Ларс тут же краем глаза заметил обращённые к нему растерянные взгляды остальных, но в правильности своего решения он был уверен. Истребители не отставали, как бы близнецы ни старались от них оторваться, и, судя по уже имеющимся повреждениям, планировали успокоиться лишь тогда, когда разнесут корабль в труху. Как ни посмотри, выбор у пиратов был невелик: смириться с поражением и позволить наёмникам Джека уничтожить их или же воспользоваться столь рискованным планом и выжить… с вероятностью 30-35%?       Так уж вышло, что Ларс не планировал умирать ещё лет сто как минимум. Он ещё не насобирал денег на торжественные похороны.       — Знаю. Но сейчас это наш единственный шанс. С одним рабочим нова-ускорителем мы сможем оторваться от преследования, а риск остаться без питания всё же не стопроцентный, — твёрдо проговорил капитан корабля, усилием воли пряча за интонацией лёгкую дрожь в своём голосе. — Поэтому прошу, Флюорит, поторопись и выполняй приказ. У нас всё получится.       Доверься мне.