Ловец снов

– Я не понимаю, зачем ты так всё усложняешь, – обратилась ЮЫн к СуМину. – Проблема с воспоминаниями решается обычным гипнозом. Ты давно мог бы его применить. – Я не сказал тебе главного, – покачал головой психиатр. – СоДжун не типичный пациент. В его памяти нет ничего, что связано с душевными переживаниями и болью. – Хм… – женщина провела пальчиком по острому подбородку и с интересом посмотрела на мрачного СоДжуна. – Гипнотическое состояние близко к фазе глубокого сна, – продолжил СуМин, – и всё, что всплывёт из подсознания, останется в памяти СоДжуна. А это то же самое, что сделать прививку от оспы человеку без иммунитета. – Так чего ты хочешь? – спросила ЮЫн. – Я хочу погрузить СоДжуна в «осознанный сон», – объяснил психиатр, – и тогда после пробуждения он ничего не вспомнит. – Ты был не только самым красивым студентом в своём потоке, – улыбнулась женщина, – но и самым внимательным. – У меня был прекрасный преподаватель, – ответил ей с улыбкой мужчина. – А можно теперь нам с ДжиВоном объяснить, что вы хотите сделать? – недовольно буркнул СоДжун. – Мы не учились психологии и ничего не знаем про сны. – Я сейчас всё объясню, – любезно кивнула ему женщина. – Есть две фазы сна. Первая фаза – это лёгкий сон. В ней мозг как бы отдыхает и набирается сил. Во второй, которая называется глубокий сон, мозг бодрствует и перебирает информацию. Правда, сомнология неточная наука и многое остаётся на уровне гипотез. Во время первой фазы приходят сновидения, но мы их не запоминаем. Именно этой фазой проще всего управлять. Есть техника, которая называется «осознанный сон». Используя её, человек должен поймать очень тонкое состояние между сном и явью. В этот момент можно приказать себе увидеть то, что захочешь. Именно это и предлагает сделать СуМин. Проблема в том, что «осознанному сну» люди долго учатся. – Поэтому я и позвал вас на помощь, – ответил СуМин. – Если вы сможете найти способ ввести СоДжуна в фазу лёгкого сна и при этом дать команду его сознанию вспомнить всё, я смогу прочитать это сновидение. – Есть два «но», – ЮЫн подняла вверх указательный палец. – Во-первых, в фазе лёгкого сна часть мозга, которая отвечает за логику, «спит», и сновидения могут быть в виде набора символов. – Ну, Фрейд нам в помощь, – рассмеялся СуМин, – хотя я не принимаю его теорию сновидений. Но мы знаем ситуацию и попытаемся разгадать символы. – Тогда второе, – вздохнула ЮЫн. – Это может быть опасным для тебя. Ты сам говорил, что чувствовал всё то же, что и СоДжун. – Согласен, – кивнул ДжиВон. – Я же помню, как ты перенёс удар по голове из воспоминаний. – Нет! Я против! – хлопнул по подлокотнику кресла СоДжун. – Пусть лучше будет гипноз. – Послушай меня, – сказал СуМин, глядя в глаза юноше. – Для тебя гипноз более опасен, чем для меня – чтение твоих снов. Я быстро восстановлюсь, а вот для тебя последствия могут быть необратимыми. – Давайте так… – подытожила разговор ЮЫн. – я постараюсь найти способ ввести СоДжуна в «осознанный сон», а вы… – А мы едем в участок, – решительно сказал ДжиВон. – Зачем? – удивился СуМин. – Нам нужно точно знать, виновен СонХе или нет, – ответил полицейский. – Если он виновен, то мы сможем отказаться от эксперимента с чтением снов. А если окажется, что СонХе чист, то вы будете пробовать «вскрыть» подсознание СоДжуна. Но ты должен прочитать воспоминания СонХе, – посмотрел он на СуМина. – Но их невозможно прикрепить к делу, – пожал плечами СуМин. – Это всего лишь мои слова. – Этого достаточно, – кивнул ДжиВон. – Ты в любом случае увидишь какие-то подробности, которые я потом смогу найти и превратить в документальные доказательства. Уже через час ДжиВон и СуМин спустились на нулевой этаж участка, где находились камеры и, открыв тяжёлую дверь, оказались в длинном коридоре. Одна его стена была выкрашена грязно-зелёной краской и на ней светилась красным глазом камера наблюдения. Вторая представляла собой решётку, через которую были видны небольшие клетушки, отгороженные друг от друга стенами. Эти камеры бывали редко заполнены. Криминальная обстановка в городе отличалась спокойствием, поэтому «постояльцами» тут были мелкие воришки, нарушители общественного порядка и домашние дебоширы. В первом же отсеке на матрасе, брошенном на бетонный пол, отвернувшись к стене, лежал СонХе. Услышав, что кто-то вошёл, он пошарил под матрасом в поисках очков, потом сел и стал с интересом разглядывать своих гостей. – Добрый день, – заговорил СуМин. – Меня зовут Хан СуМин и я пришёл вам помочь. – Вы верите мне?– мужчина быстро поднялся с пола и подошёл к решётке. – Я никого не убивал! – Я вам верю, – кивнул психиатр, – но мне нужно ваше согласие на один эксперимент. – Я на всё согласен, – закивал СонХе. – Что мне нужно сделать? – Просто протяните мне свои руки, – ответил СуМин и, заметив испуг на лице мужчины, добавил с улыбкой: – Не бойтесь. Я просто хочу прочитать ваши воспоминания. От прикосновения СуМин вздрогнул и прикрыл глаза. Картинки перед его глазами стали быстро сменять одна другую, он нахмурил брови и напрягся, чтобы их остановить. Ничего страшного или пугающего в памяти СонХе не было, воспоминания были скучны и обыденны. Знойный день и пыльная стройка. Высокий кран несёт над землёй тяжелую балку, а СонХе стоит неподалёку и что-то кричит рабочему на кране, интенсивно размахивая руками. Небольшая уютная кухня в доме. Сидящий СонХе с задумчивым видом перемешивает палочками лапшу в миске, а рядом с ним стоит женщина в цветастом платье. Гневно нахмурив брови, она кричит и швыряет на стол очередную тарелку с закусками. СуМину стало грустно. Во всём облике СонХе читалась скука, граничащая с тоской и равнодушием. Исключения составляли только те воспоминания, в которых мужчина сидел в полутёмной подсобке и что-то лепил из куска глины. Именно в эти моменты его глаза ярко горели, светились счастьем, в них вспыхивал азарт. – Что там? – услышал сквозь поток воспоминаний СуМин голос ДжиВона. – Он не убийца, – прошептал он, – подожди. Я ещё немного прощупаю… Психиатр снова напрягся и «пролистнул» ряд воспоминаний. Он оказался в центре города на главной дороге. СонХе ехал на старой чёрной машине в сторону южного выезда. Остановившись на светофоре, он заметил человека на тротуаре. Тот тяжело привалился к столбу, обхватив голову руками. В этом незнакомце СуМин сразу узнал третью жертву маньяка, стилиста Чон ХоМина. СонХе развернул машину и остановился перед молодым мужчиной. Психиатр не слышал, о чём они разговаривали, но было похоже, что СонХе предложил парню помощь. Тот кивнул и, оторвавшись от столба, шагнул к автомобилю. Сделав несколько шагов, ХоМин покачнулся и прикрыл нос рукой. СонХе тут же вышел из машины, порылся в кармане и достал оттуда носовой платок, который протянул ХоМину. – Я нашёл! – воскликнул СуМин, отпуская руки СонХе. – Он подвозил Чон ХоМина на машине, и у того шла носом кровь!