Ультиматум

      Ранним субботним утром Изуку, который решил объявить себе ленивый выходной и даже не стал переодеваться из своей синей пижамы с принтом чиби-Мирико в повседневную одежду, едва успел спуститься в гостиную общежития, душераздирающе зевая и громко шлепая босыми ногами по полу, когда внезапно почувствовал, что его жизни грозит опасность.       И его причуда предчувствия не имела к этому ощущению никакого отношения!       Изуку достаточно было понять это, едва он увидел стоящих возле кухонной стойки Эйджиро-куна, который весь светился, как будто кто-то объявил, что Рождество передвинули и оно должно быть сегодня, и Кацуки, который бросал в его сторону испепеляющие взгляды.       Изуку громко сглотнул, уже догадываясь, чем это ему грозит — он слишком хорошо знал Кацуки, чтобы не осознавать это.       Впрочем нет, сказать, что Изуку просто знал Кацуки было бы тем еще преуменьшением! Изуку мог бы получить степень по каччановедению! Черт, он даже не совсем уверен, что сам Кацуки знает себя также хорошо, как это делает Изуку…       Именно поэтому достаточно лишь одного быстрого взгляда, чтобы понять, что этот самый Каччан сейчас разъярен до чертиков и по какой-то неведомой для Изуку причине явно готовится обрушить своё негодование прямиком на Изуку.       И самое обидное (не считая того, что Киришима, видимо, по какой-то причине был ужасно рад сложившейся ситуации) было в том, что он даже не знал, чем таким он успел провиниться перед Каччаном! За последнее время Изуку даже не делал ничего, что могло бы выбесить его своенравного друга детства и соперника до такой степени! — Деку… — донеслось до него негромкое рычание Кацуки, которое заставило его вздрогнуть.       Надо было что-то делать и делать срочно, так что Изуку принял самое мудрое, как ему казалось, решение. Не говоря ни слова, он резко развернулся на 180 градусов и бросился бежать так, будто от этого зависела его жизнь. Собственно, это было даже не далеко от правды, потому что за его спиной тут же раздались взрывы и послышался грузный топот, а следом непередаваемо разъяренный рев: — Стой, зараза! Какого черта ты решил свалить, дерьмо-Деку?! — закричал ему в спину Каччан. — Я еще даже ничего не успел сделать! — Когда сделаешь, будет уже поздно! — прокричал Изуку, прибавляя скорость.       Не долго думая, Изуку добежал до ближайших окон и, легко перепрыгнув через подоконник, оказался на улице, и тут же припустил в сторону ближайшей тренировочной площадки, справедливо рассчитывая, что побег от своего убийцы можно совместить с полезной утренней тренировкой.       Изуку только предпочел бы делать это в какой-нибудь обуви, но, как говорится, нищие не выбирают. По крайней мере, это он собирался объяснить позже слегка ошарашенному Тенье, мимо которого вынужден был пробежать в своей пижаме со всё еще вопящим Кацуки на хвосте.       Сказать по правде, в душе он надеялся, что жажда крови Каччана утихнет после того, как он немного сбросит пар во время пробежки, и он отстанет от Изуку сам собой, но когда он оглянулся спустя некоторое время, то Кацуки всё еще продолжал преследовать его, сохраняя всё то же убийственное выражение лица.       Если бы не обстоятельства, Изуку мог бы только позавидовать этой целеустремленности.       Вместо этого он решил смириться с неизбежностью, сворачивая с дорожки к высаженному по её бокам газону и слегка замедляясь, позволяя Каччану наконец-то догнать его и швырнуть к ближайшему дереву спиной. — Это было совсем не обязательно, — проворчал он тут же, глядя на покрасневшее лицо Кацуки, красиво обрамленное слегка взмокшими от бега волосами.       Кацуки уставился на него с недоверчивым видом. — Необязательно? Какого черта ты решил убежать от меня? — Какого черта ты решил побежать за мной? — парировал тут же Изуку, не собираясь так просто сдаваться. — Очевидно, мне нужно было срочно сказать тебе что-то важное! — Но твоё лицо кричало об убийстве! — Да оно по умолчанию… аргх! — Кацуки досадливо застонал и уткнулся лицом в плечо Изуку, явно расстроенный, и тому внезапно стало стыдно.       Очевидно, убийство сегодня не намечалось, и теперь его реакция и правда казалась немного чрезмерной. С другой стороны, если его небольшая эскапада привела к тому, что тяжело дышащий от бега Каччан прижимал его к дереву прекрасным ранним утром, Изуку не мог совсем уж сожалеть о принятых решениях. — Так… о чем ты там хотел поговорить? — спросил Изуку осторожно, и Кацуки резко вскинул голову, уставившись ему в лицо.       Изуку сглотнул и попытался улыбнуться.       Кацуки нахмурился и вновь начал буравить Изуку тяжелым взглядом: — Встречайся со мной или я тебя убью! — рявкнул он внезапно, ужасно краснея.       Изуку моргнул, и каким-то чудом сдержал смешок. Смущенный Каччан, пытавшийся казаться разъяренным, выглядел на самом деле очаровательно. — Хорошо, — сказал он. — Но только потому что я очень не хочу умирать, — потом хмыкнул, немного подумал, и, прежде чем Каччан успел что-нибудь сказать, звонко чмокнул того в губы.       …убегая от разъяренного, вопящего и совершенно пунцового Кацуки второй раз за одно и то же утро, Изуку мог сказать, что это того стоило!       По крайней мере, теперь он точно знал, что в случае проигрыша, ему грозит разве что сеанс затяжных и очень агрессивных поцелуев, так что Изуку не мог дождаться, когда его наконец-то догонят!